Анахронизм

      Четверг, 16 сентября, 6:34 вечера       Северус барабанил пальцами по столу. Половина седьмого вечера и четыре минуты. Гарри опаздывал на четыре минуты. Он должен был это предвидеть: Гарри опоздает на их свидание. Он же не выказал никакого интереса к попыткам к примирению со стороны Северуса. Так как сам Северус имел свойство лелеять обиды по многу лет, он способен был понять желание отомстить, но прошёл месяц, и он начал подозревать, что Гарри вообще не намеревался никогда простить его.       Он выяснил, что во Франции можно найти некоторые редкие виды растений, и пригласил Гарри сопровождать его, намереваясь проехаться по всем традиционным романтическим местам. Гарри отказался, заявив, что у него был намечен ежемесячный матч по квиддичу в те выходные. Следующая попытка Северуса также не имела успеха. Проведя несколько часов в магазине для квиддича и внимательно проштудировав все возможные журналы, он в итоге выбрал книгу с историями о матчах предыдущих столетий и положил её на стол Гарри. Тот не сказал ему ни слова.       Даже когда Северус проделал путь до самого Йеллоустонского парка, чтобы собрать в местных горячих источниках редкие образцы археи, и лично преподнёс их Гарри, тот взял флакон так, как будто тот обжёг ему пальцы, и уставился на него, словно на банку с флоббер-червями.       Может быть, Северусу повезло бы больше, если бы его паточный пирог не подгорел. Готовка казалась плёвым делом, если думать о ней в теории: ведь это было то же зельеварение, только с едой и специями. И всё же, пирог из патоки на выходе напоминал сырую и липкую массу. Ещё бесило, что Кикимер всё время стоял у него над душой, ворча и жалуясь по поводу того, что Северус оккупировал кухню.       По крайней мере Гарри согласился встретиться с ним в ресторане после работы. Это был шаг вперёд — пусть и крошечный. После того, как Гарри прислал ему сову с согласием, Северус потратил целую неделю на подготовку к свиданию. Во-первых, нужно было выбрать ресторан. Так как Гарри возвращался с работы, Северус выбрал не слишком помпезное место. Он нашёл идеальный ресторан — романтичный, но лишённый пафоса, такой, в котором можно было и просто пообедать, но в то же время элегантный. Винная карта, так же, как и еда, были превосходны. Он заказал лучшие паточные пироги, которые только можно было найти в этой части света, и заранее привёз их в ресторан, отправив вместе с ними и собственноручно приготовленное ванильное мороженое. Приготовить мороженое оказалось достаточно просто, но ему потребовалось около двух недель, чтобы добиться результата высокого качества.       Вечер обещал быть идеальным. Если только Гарри придёт.       — Прости, что я опоздал, — сказал он, войдя в ресторан.       Вслед за Гарри шёл Адам.       Какого чёрта здесь делал… этот?! Профессиональный игрок в квиддич из Бразилии, кажется, проводит чрезмерно много времени рядом с Гарри.       — О, — выдал он, разглядывая столик, накрытый на двоих. — Мы можем поставить сюда ещё стул? Я натолкнулся на Адама, когда выходил из Министерства и…       Отказывать не было смысла. Гарри уже и так решил притащить вместе с собой другого человека. Как бы сильно ни хотел Северус встать и сейчас же выйти, он натянул на лицо маску вежливого безразличия.       — Попроси кого-нибудь из официантов. Я просто не подумал, что ты захочешь привести с собой ещё гостя.       — Ничего страшного, — улыбнулся Адам, демонстрируя идеально ровные белые зубы. — Я пойду лучше.       — Нет, — не согласился Северус, не желая отпускать Гарри так легко. — Гарри пригласил тебя. Так что будет отлично, если ты останешься с нами.       Так как время для ужина было достаточно раннее, администратор просто пересадил их за стол для четверых. Гарри уселся напротив Северуса рядом с Адамом. Северусу было непонятно, почему молодой человек проводил столько времени с этим качком. У него напрочь отсутствовало чувство такта, и он постоянно говорил с Гарри о квиддиче. Он задал Северусу несколько скучных стандартных вопросов и, удовлетворившись такими же шаблонными ответами, быстро потерял к нему интерес, полностью сосредоточившись на своей еде и Гарри.       Когда официант унёс пустые тарелки, Адам провозгласил, что он слишком сыт для десерта. Гарри последовал его примеру. Когда официант возвратился, неся заранее приготовленный деликатес, Северус исподтишка наслал на него заклятие «конфундус», так что тот прошёл мимо и доставил поднос на другой столик. Каждый заплатил сам за себя, после чего последовало рукопожатие. Северус с силой сжал ладонь Адама в своей руке.       Адам повернулся к Гарри       — Было так классно, когда ты оставался у меня в тот раз! Приезжай ещё раз, я буду рад тебе в любое время.       — Обязательно, — с широкой улыбкой ответил Гарри.       Так вот, значит, где пропадал Гарри! В ту ночь он отправился прямиком в дом красивого, богатого и известного игрока в квиддич. И как это Северус осмелился надеяться превзойти такое совершенство? Нет, у него просто не было шансов. Он трансгрессировал назад домой.       Гарри материализовался рядом с ним с громким хлопком.       — Да что с тобой такое? Ты вёл себя по отношению к Адаму как последний осёл!       Северус направился в сад широким шагом, оставляя Гарри позади.       — Я пригласил его поужинать с нами.       — Только затем, чтобы ухмыляться весь вечер! — возразил молодой человек, следуя за ним. — Ты весь вечер только и делал, что насмехался над его интеллектом.       Это было несложно сделать.       — Единственное, для чего есть место в его тупой башке, это квиддич.       — Это потому, что ты проигнорировал все остальные попытки для разговора! Когда кто-то говорит «Я слышал, что вы с Гарри задействованы в новых проектах» и «Над чем вы сейчас работаете?», не надо отвечать «Зелья»! Если бы ты только расщедрился на большее, чем просто односложные ответы, вы могли бы нормально поговорить! Он очень дружелюбный, добрый и…       Северус не собирался выслушивать список того, что делало Адама таким положительным персонажем и почему Гарри считал его привлекательным. Встав в дверях, он развернулся нос к носу с Гарри.       — Если ты желаешь другого партнёра, то так и скажи! Мне плевать! Только не трать…       — Ах, вот оно что! — Гарри с силой захлопнул дверь. — Вот, значит, в чём дело! Сколько тебе лет? Двенадцать? Знаешь, не все вокруг меня желают со мной переспать, несмотря на всё, что ты там себе напридумывал! Ты нанял эскорта! Ты…       — Я нанял его для тебя!       Гарри нахмурился, и гнев на его лице тут же вытеснило замешательство.       — Откуда ты узнал это?       Развернувшись, Северус широко зашагал в сторону внутреннего дворика.       — Я нашёл его визитку в твоём чемодане.       — Значит, ты решил позвонить ему и потрахаться? — прошипел Гарри, не отставая от него.       А, значит, Гарри имел в виду тот период, когда он встретился со Скоттом? Неужели всё это время он верил, что Северус спал с ним? Такое открытое проявление ревности тут же привело Северуса в замешательство. Неудивительно, что Гарри так разозлился.       Взглянув на молодого человека, он произнёс:       — Я не прикасался к нему. Но даже если бы и прикоснулся, то какая тебе разница? Ты же не хочешь спать со мной.       — А, я должен просто терпеть твои издевательства надо мной? — всплеснул он руками. — Чёрт, ну давай, вперёд. Почему бы тебе не связать меня на этот раз? Я буду кричать, вырываться и умолять, чтобы ты остановился, но ты будешь вонзаться всё глубже и называть меня шлюхой…       Он больше не мог это слышать.       — Перестань! Я не могу изменить того, что сделал. Но я попытался перешагнуть это и пойти дальше. Чего ты от меня хочешь? Что удовлетворит тебя? Ты хочешь, чтобы я извинился? Хорошо! Прости! Вот! Теперь ты счастлив?       Скрестив руки на груди, Гарри потряс головой, но его взгляд при этом не потеплел.       — Ты эгоистичный ублюдок и манипулятор. Обычные слова не имеют для тебя никакого смысла. Ты должен показать, что ты на самом деле раскаиваешься в том, что ты сделал.       — А ты заносчивый засранец! — оскалился Северус. — Я не буду кланяться тебе в ноги!       — А мне это не нужно! — возразил Гарри. — Я хочу, чтобы ты относился ко мне как к личности, а не как к предмету! Ты должен ухаживать за мной!       А разве не это он пытался воплотить в жизнь все последние дни?!       — Ты идиот! Что, по-твоему, я делал всё это время? Ты думаешь, я пригласил тебя на ужин, чтобы пообщаться с Адамом?!       Гарри нахмурился и опустил руки. Уставившись на Северуса с выражением полного замешательства, он спросил:       — Так это было… свидание?       — Вот тупица, ну конечно! Это было свидание! Ну как можно быть таким идиотом?       — Идиотом? — Гарри сжал руки в кулаки. — Это ты самовлюблённый упрямый урод, который слишком туп для того, чтобы сказать: «Прости, Гарри, я был таким мудаком. Пожалуйста, позволь мне загладить мою вину и пригласить тебя на свидание». И каким образом я должен был понять, что это было именно оно, если ты ничего не сказал мне?       — Ты думаешь, что я и во Францию тебя пригласил от скуки?       — Я думал, что тебе просто был нужен бесплатный переводчик!       — Я подарил тебе книгу по квиддичу!       — Ты должен был оставить записку! Я думал, что она от Гермионы!       — С каких это пор Грейнджер дозволяется входить в нашу лабораторию без разрешения?       Гарри фыркнул.       — Не знаю, но ты мне сто раз говорил, что квиддич — тупая игра.       — И я продолжаю так считать. Но даже когда я вручил тебе подарок лично, ты отмахнулся от меня.       Гарри беспомощно пожал плечами.       — Ты вручил мне банку с какой-то склизкой вонючей оранжевой штукой, выглядя при этом, как Клювокрыл, который всем своим видом как бы говорит: «Не прикасайся к ней, или я убью тебя!» Как я должен был на это реагировать?       — Ты варишь вместе со мной зелья. Ты вполне способен оценить редкие ингредиенты, которые тяжело раздобыть.       — Да, но только не тогда, когда ты ничего мне не говоришь об этом! — Он увидел, что Северус хотел ему возразить, поэтому решил тут же продолжить. — Но я же не знаю, что там было. Я не мастер зельеварения. Я не хера не понимаю в редких ингредиентах. И я… Блин, — он вновь всплеснул руками, — это бессмысленный спор. Даже если я и испортил тебе свидание, притащив с собой Адама, ты должен был и так знать, что я его совершенно не интересую в этом смысле. А даже если бы и интересовал — ты должен доверять мне! Ты не имел никакого права вести себя так по отношении к нам обоим, а я совсем не хочу быть вместе с кем-то, кто ведёт себя как полный мудак с моими друзьями, даже если ты перестал быть мудаком по отношению ко мне.       Проведя рукой по спутавшимся волосам, Гарри втянул в себя воздух и уже более мягко произнёс:       — Спасибо за книгу и за…       — Археи.       — Да, за них. Я очень ценю это. Это было очень обдуманно с твоей стороны.       — Пожалуйста.       Гарри закусил губу и нервно оглянулся вокруг сада. Переведя взгляд на Северуса, он сказал:       — Хочешь, вместе съедим по десерту? Мы сможем обсудить заказы Малфоев.       — Хорошо, — кивнул тот.       — Увидимся тогда в библиотеке в девять.       С этими словами Гарри развернулся и пошёл прочь, так что его мантия взвилась волнами позади него.       Воскресенье, 19 сентября, 10:43 вечера       Северус обглядел фотографии, заполонившие каминную полку. В самом углу расположилось несколько снимков с Чарли, включая тот, на котором Чарли и Гарри танцевали на свадьбе Уильяма. Ни одного из них нельзя было назвать изящным, но им было всё равно: Гарри был слишком поглощён Чарли, а Чарли — Гарри. Гарри — тощий нескладный мальчишка — был меньше него ростом, а его худые бледные руки были вдвое тоньше рук его партнёра.       Эти двое были влюблены так же, как и он и Гарри в прошлом, но Чарли погиб, защищая Гарри. Он оказался одним из тех любимых, кто отдал свою жизнь в попытке спасти его. А ведь Северус даже не мог заявить ничего подобного о самом себе. Зачем он ввязался в такое опасное дело? У него было всё, чего он только мог пожелать: богатый, красивый и могущественный любовник, процветающий бизнес с собственной безупречно обставленной лабораторией, стабильный круг общения из друзей и знакомых. Должно быть, он сошёл с ума, решив отбросить всё это в сторону. Отбросить Гарри.       Даже если Энделл действительно исказил оригинальное заклинание или так или иначе способствовал провалу Северуса, тот всё равно поступил слишком глупо, решившись на эксперимент. Он позволил шикарной жизни одурманить себя и стал слишком ленивым, что привело к фатальной ошибке.       Он хотел назад эту совершенную, шикарную жизнь. После той ссоры со свиданием они с Гарри вновь начали проводить время вместе вне лаборатории, но тот уровень доверия, то ощущение близкой связи, которая была между ними ранее, словно растворились.       Он услышал шаги в коридоре позади себя и отвернулся от фотографий. В комнату вошёл Гарри.       — Слишком много Уизли в одной комнате? — с улыбкой спросил он.       — Я никогда не питал такой же любви к рыжеволосым дьяволам, в отличие от тебя. Северус вновь повернулся к фотографиям. Он согласился пойти на вечеринку по случаю дня рождения Грейнджер в Норе, потому что это показалось ему достаточно вежливым. Пару часов там он вполне мог провести, но даже виски не смог заставить его остаться на более длительное время.       Гарри подошёл к нему. Оглядев фотографии, он снял с полки одну из них — ту, на которой мальчишки Уизли были запечатлены все вместе. Ещё одно фото со свадьбы, и вновь он в объятиях Чарли. С улыбкой разглядывая фотографию, Гарри произнёс:       — Шесть лет кажутся целой вечностью. В то время мне казалось, что я такой взрослый. Но сейчас, когда я оглядываюсь назад, я иногда просто не могу поверить, что мне удалось победить Волан-де-Морта.       — Конечно, удалось, — фыркнул Северус. — У меня никогда не было сомнений в твоём успехе.       — Серьёзно? — Гарри скользнул по нему взглядом.       — Вопреки тому ужасу, который Дамблдор именовал своим планом, всё сводилось к твоему желанию пожертвовать собой. За все семь лет, что я знал тебя, ты ни разу не выказал ничего похожего на чувство самосохранения или сдержанности. Сам того не осознавая, ты сделал попытку воспрепятствовать Тёмному Лорду, когда тебе было всего одиннадцать. В тринадцать тебя окружили дементоры, желающие высосать твою душу, и известный убийца преследовал тебя с тем, чтобы якобы убить, но несмотря на все предосторожности ты постоянно умудрялся сбежать из замка. Как тебе удалось дожить до семнадцати, для меня загадка.       Улыбаясь, Гарри поставил рамку с фотографией обратно на каминную полку.       — Ну, да, но мне всё время здорово помогали, — он вновь повернулся и посмотрел на Северуса сияющими глазами. — Кто бы мог подумать, что патронусом у такого старого уродца будет прекрасная лань?       Если бы это произнёс кто-то ещё, то Северус пришёл бы в ярость, но Гарри вёл себя, словно игривый бесёнок, и он не удержался от смешка.       — Кто бы мог подумать, что такой глупый и нахальный засранец научится следовать указаниям?       — О, — выдохнул Гарри, подходя ближе, так что теперь можно было ощутить запах его одеколона. В его глазах играли огоньки, и Северус почувствовал, как его сердце забилось чаще.       Сделав шаг в сторону, Гарри хриплым голосом произнёс:       — Я могу многому научиться, если мне объяснить всё определённым образом. Может быть, тебе продемонстрировать то, что я выучил?       О, да! Да, пусть он покажет!..       Северус ничего не ответил, но Гарри, должно быть, уловил его чувства, потому что он ухмыльнулся и продолжил:       — Я уверен, что и сам смогу научить тебя кое-чему…       — Гарри! Что… — Рон ворвался внутрь и тут же остановился в дверях, переводя взгляд с одного на другого. — Ой. Просто хотел сказать, что мы скоро будем резать торт.       — Это я не могу пропустить, — ответил тот и пошёл прочь в коридор мимо озадаченного Рона.       Уизли посмотрел на Северуса.       — Тебя мы тоже очень ждём.       Северус не видел причины, чтобы отказать, и последовал за ним наружу.       Вторник, 21 сентября, 7:34 утра       Когда Стрикс прилетел вместе с письмом, должно быть, по ошибке адресованным Северусу, тот точно знал, где искать Гарри. Раньше молодой человек уделял тренировкам не так много времени, но в последние дни он стал наведываться в спортзал всё чаще, не пропуская ни одного рабочего дня и выходного. И по нему было заметно, что его усилия не проходят даром. Северус видел его обнажённым около двух месяцев назад, но даже на тот момент Гарри мог похвастаться красивым торсом. Он не выглядел излишне мускулистым, но был стройным и подтянутым, с изящными округлостями в тех местах, где необходимо.       Гарри превратился в нечто непостижимо прекрасное, и его красоту не смог бы передать даже мрамор. Личный Ганимед Северуса.       Слишком легко ему было думать о Гарри так, будто тот принадлежал ему, хотя молодой человек и не разрешал к себе прикасаться. Было множество моментов, когда они вдвоём оказывались близко друг к другу, но помимо лёгких прикосновений между ними ничего не было. Иной раз Гарри не позволял Северусу встать к нему ближе, чем на один фут. В такие моменты Северус начинал вновь мечтать о крошечной лаборатории. Хотя, возможно, всё было бы не так плохо, если бы Гарри не выходил из спортзала, каждый раз одетый лишь в короткие шорты, выгодно подчёркивающие его ягодицы. Но самым досадным из всего было то, что когда-то Северус действительно по-настоящему обладал им, обладал этой красотой. Если бы это было не так, то он бы не стал даже забивать себе голову образами Гарри как идеала, который попросту недостижим.       Но Гарри уже отдался ему когда-то! Он в открытую просил Северуса прикоснуться к этому невероятному животу и упругим бёдрам. Он стоял перед ним на коленях, готовый взять его в рот; он, само совершенство. Совершенство, которое стало недоступно для Северуса со дня рождения Гарри, когда он насильно подчинил его своей воле и ожидал, что тот будет наслаждаться этим. Наверное, если молодой человек теперь и возбуждался в его присутствии, то хорошо это скрывал, пусть и с помощью неубедительного куска ткани, который едва прикрывал его тело во время тренировок.       Хотя в их отношениях наблюдался существенный прогресс, так что они даже сходили пару раз на свидания, между ними всё ещё стояла стена, проникнуть сквозь которую Северусу не удавалось. Да, он наслаждался этой дружбой, но её было недостаточно. Ему нужно было больше.       Собравшись с духом, Северус открыл дверь в спортзал и направился к Гарри, который был занят на гребном тренажёре. Стараясь смотреть молодому человеку в лицо, а не на его блестящие от пота мышцы живота, Северус протянул ему письмо.       — Это по ошибке было адресовано мне.       Он подозревал, что оно могло быть всё же для него, но лучше было лишний раз убедиться, потому что он понятия не имел, о чём там шла речь и что ему нужно было с этим сделать.       Встав, Гарри вытер полотенцем руки и сделал шаг по направлению к Северусу, забрав письмо. В нём был указан номер одного из расследуемых дел и было указано имя мракоборца, который, как смутно припоминал Северус, когда-то был его студентом — Брайан Миллберн.       — Ой, — выдал Гарри, приподнимая брови, — но ведь оно твоё. Брайан хочет проконсультироваться с тобой по поводу одного дела. Оно, наверное, как-то связано с зельями. Нам не разрешается пересылать в открытую какие-то конкретные данные по почте, поэтому мы указываем просто номер дела и имя мракоборца, который им занимается. Ты сам должен пойти в Министерство и расспросить о деталях. Они выдадут тебе папку с делом, в котором будет вся информация, только без дат, имён и каких-либо других характеристик, по которым можно было бы опознать конкретных людей. Если ты решишься взяться за дело, ты должен уведомить их об этом, и тогда они назначат тебе официальную встречу с Брайаном, и вы обговорите все детали.       Гарри скользнул взглядом по Северусу.       — Если честно, я удивлён, что он решил привлечь к этому именно тебя.       Северус забрал письмо из мягких пальцев Гарри.       — Я мастер зельеварения. Я консультировал Министерство и раньше. Не вижу причины, почему я должен перестать это делать.       — Ну, это просто странно, потому что, как правило, на такие дела назначают меня, — он нахмурился и начал вытирать полотенцем волосы, так что теперь они стояли торчком.       Очки Гарри съехали в сторону, его лицо пылало алым цветом. Он стоял так близко, что Северус мог почуять его острый мускусный запах.       — Ты пахнешь, — прокомментировал он прежде, чем сумел остановить себя.       Гарри перестал вытираться и вновь скользнул взглядом по Северусу. Выдержав паузу, он стал промокать полотенцем шею и произнёс:       — Это случается, когда ты бываешь в спортзале. Ты, кстати, тоже можешь попробовать. Тебе было бы полезно нарастить немного мышц на своих тощеньких лапках.       — Мы волшебники, — тут же вспыхнул Северус. — Мы не нуждаемся в горе мышц. Это пустая трата времени.       Буквально в следующее мгновение он уже лежал на полу, Гарри сидел на нём сверху, и его пальцы сжимали его шею. И как только такой стройный и изящный молодой человек мог быть таким сильным?       — Никакой магии, — пояснил тот, вперившись в Северуса горящими глазами. Северус не сомневался, что Гарри мог убить его. Но он не стал бы этого делать: это не в его духе. И всё же, он мог.       — Левикорпус!       Магические силы потащили Гарри вверх, но тот успел крепко сжать пальцы вокруг шеи Северуса, потянув его следом. Не будучи в состоянии ни дышать, ни видеть, Северус отпустил его, напоследок ужалив заклинанием руки, только что сжимавшие его шею.       Он рухнул на пол, и Гарри последовал за ним. Пригвоздив руки Северуса к полу, Гарри распластался на нём сверху.       — Жулик, — усмехнулся молодой человек, и волосы рядом с ухом Северуса зашевелились от его дыхания. — Я же сказал, никакой магии. Попробуй спихнуть меня с себя без неё.       Северус мог постоять за себя в реальной дуэли, но только не в такой игре, особенно когда запах земли и соли, исходящий от Гарри, практически лишил его способности мыслить. Если бы только болезнь не высосала из него столько сил! Нет, он не мог стряхнуть с себя Гарри физически, не прибегая при этом к гибельным приёмам. Эти невероятно сильные пальцы могли сломать ему шею, но он сам не мог ранить Гарри. Не мог причинить ему боль.       — Петри…       — Нет, — поднявшись, Гарри уже не был так легко доступен для внезапной атаки.       — Я сказал, без жульничества!       Распрямив спину, он добавил:       — Это из-за тебя я стал таким, знаешь.       — Каким? Чокнутым что ли?       Северус тоже поднялся и принялся поправлять одежду, пытаясь игнорировать болезненную эрекцию, зажатую в тесном белье.       — Нет. Я имею в виду своё тело, — Гарри вновь шагнул к нему вперёд. — Так-то мне бы пришлось торчать здесь часами, — он махнул рукой, — чтобы поддерживать форму. Но ты разработал для меня зелье, которое я пью после каждой тренировки. Оно позволяет сформировать красивые мышцы, но при этом я не выгляжу как качок. Я давал и тебе это зелье, когда ты слёг, чтобы твои мышцы не атрофировались. Ну, что ты об этом думаешь? — он поиграл бицепсами и улыбнулся. — Оно работает, как надо?       Не в состоянии больше контролировать себя, Северус позволил себе теперь уже в открытую уставиться на прекрасное тело перед ним. Кожа Гарри уже высохла, но были места, где она по-прежнему слегка блестела: на его плечах и островке волос на груди, по бокам и немного в районе бицепсов.       Северус поднял руку и прикоснулся к коже, обтягивающей гибкую и упругую плоть.       Гарри перехватил его руку и сжал её.       — Я не давал тебе разрешения дотрагиваться.       Его глаза решительно сверкнули, но холода и гнева в них больше не было. Они растаяли ещё несколько дней назад.       Не желая отступать, Северус встретился с ним взглядом.       — Ты спросил меня об эффекте зелья. Как мастер зельеварения, я обязан произвести осмотр… — если он сейчас произнесёт «предмета» или «объекта», то это точно не приведёт ни к чему хорошему, поэтому он выбрал другой вариант: — пациента, чтобы дать справедливую оценку.       Ослабив хватку, Гарри выпустил Северуса. Он согнул и разогнул руку, не спуская с него взгляда.       — Ну ладно. Давай. Дотронься.       Северуса не нужно было долго упрашивать. Вытянув руку вперёд, он прикоснулся пальцами к будто бы вытесанным из мрамора мышцам, таким плотным и напряжённым. Он чувствовал силу Гарри, всю его энергию. Несмотря на то, что он всего лишь трогал его за руку, это казалось ему чуть ли не самым эротическим моментом, что он когда-либо испытывал. Не помогло и то, что Гарри хрипло произнёс:       — Чувствуешь, какая она твёрдая?..       Тяжело сглотнув, Северус ответил:       — Кажется, зелье даёт удовлетворительный эффект на развитие мышц верхних конечностей.       — Только на них? — Гарри провёл другой рукой по мышцам груди.       Подавшись вперёд, Северус прижал ладони к тем местам, по которым только что прошёлся Гарри, чуть выше тёмных сосков. Сердце молодого человека билось так быстро. Изящные изгибы его мышц лишь подчёркивали его мужественную красоту. Руки Северуса скользнули ниже, туда, где располагался овальный шрам под грудью. Скотт считал, что шрамы портили красоту Гарри, но Северус был не согласен с ним. Начиная с фразы «Я не должен врать», вырезанной у него на руке, а также белых точек на торсе, и заканчивая шрамом в виде молнии на его лице, все вместе они делали его идеальным.       Он сжал в ладони грудную мышцу Гарри, большим пальцем ощутив сосок.       — Кажется, она прекрасно оформлена.       Он провёл ладонью вверх и вниз, чувствуя контраст мягкой кожи и заострившегося соска.       — Прекрасно? Всего-то? — спросил тот, и Северус поднял на Гарри взгляд.       Молодой человек смотрел на него, будто голодный дракон. Было просто непристойно — быть объектом подобного желания. У него даже промелькнула мысль, что Гарри уложит его сейчас на пол и вберёт его в себя полностью.       Воздух застрял у Северуса где-то в горле, и, не в состоянии отвести глаз от груди Гарри, он повёл руками вниз по его животу, пройдясь большими пальцами по соскам. Опускаясь ниже и ниже, он очертил мышцы живота молодого человека. Когда же пальцы Северуса дошли до краёв шорт Гарри, тот оттолкнул его руки прочь.       — Я опоздаю на работу.       Молодой человек отвернулся, взял одежду и палочку и пошёл к выходу из комнаты, не удостоив Северуса даже прощальным взглядом.       Северус остался на том же месте. Тяжело дыша, он пытался справиться с собой и своим желанием. Ощущение было такое, будто его прервали в самый разгар секса, хотя он всего лишь попробовал на ощупь мышцы Гарри.       Подобрав письмо с пола, он тоже направился к выходу. Нужно было срочно принять душ.