Сущность Дьявола

***

Морозное воскресное утро застало Анну врасплох. Всю ночь ей не удавалось заснуть из-за жуткой боли в глазах, девушка ощущала неприятное жжение, словно кто-то кинул в лицо горсть песка. Немного поколдовав, она сумела облегчить боль. Но яркий солнечный свет бил в лицо, поэтому все старания сходили на нет. Щурясь и пытаясь нащупать одежду, она краем глаза заметила движение на кровати Дафны. На этот раз блондинка переночевала в комнате, Борджиа даже и не заметила как та прокралась ночью. «Стоит быть повнимательнее, так она меня и во сне зарежет». Гринграсс мирно посапывала на подушке, обитой узором алой розы, не подозревая, что на неё уже несколько минут кто-то пялится. Совсем рядом ворочалась Панси, то и дело хмурившаяся во сне. Наверняка она и в своих грёзах строит план по завоёвыванию Дориана. На выходных Паркинсон вставала поздно, а Дафна приходила в комнату не раньше полудня. Собравшись, Анна подготовила кое-какие учебники и бодро спустилась в гостиную. Кто-то уже проснулся и сновал туда-сюда в ожидании завтрака. В дальнем уголке гостиной Анабель приметила Теодора и Драко, о чём-то оживлённо беседовавших. Сейчас девушка меньше всего желала видеть блондина. Она так и не разобралась с тем, что произошло на матче по квиддичу. Пытаясь быть незаметной, Анна решила просто ускользнуть, в надежде, что парни слишком увлечены беседой. — Анабель, доброе утро, — как всегда учтиво поздоровался Тео. «Чёрт, чёрт, чёрт!!!» — Доброе, — холодно бросила однокурсница, даже не обернувшись. Нотт быстро поднялся со стола, в руках он держал какой-то свёрток. — Вот, Дориан пришёл вчера ночью и сказал, чтобы мы передали тебе. Просил не открывать и отдать лично в твои руки, но ты уже спала. Итальянка встревоженно взяла свёрток, у неё было плохое предчувствие. Она развернула предмет и обнаружила массивную печать на внутренней стороне свертка. Знак Вендетты. У Анны затряслись руки и она выронила письмо, так и не дочитав. Это знак, его знак. Тео и Драко встревоженно посмотрели на девушку.  — Анабель… В глазах стояли слёзы. Она не могла ответить Тео и только шепотом повторяла: — Он… он. Драко поднял письмо, Анна взяла его и сквозь слёзы начала читать. «Я думаю, ты узнала, кто это. Я нашёл тебя, хотя… Ты не особо и скрывалась, малышка Бель. Признаюсь, я соскучился, мне так тебя не хватает. Я уверен, что теперь ты будешь вновь нервно оглядываться по сторонам. Не бойся… Предупреждаю, не говори ничего Дориану. Я послал это письмо изначально ему, но заколдовал, чтобы он не смог прочесть. Мы ведь с тобой знаем, как милый братец боится тебя потерять. Скоро я снова появлюсь в твоей жизни. Не буду просить дать мне шанс, у тебя не будет выбора. Целую, П…» Анна не знала, что ей делать. Сказать Дориану — подписать себе смертный приговор, учитывая, что было в прошлом. Ещё один раз ей может не повезти. Она выронила письмо, свёрток валялся у ног. Как же так? Снова пуститься в бега? Опять врать и себе, и Дориану, и семье? Что делать? Но Борджиа не могла что-либо предпринять, ей словно обрезали крылья. Подарить новую жизнь, новый дом и так жёстко разрушить все мечты. В это время Драко поднял письмо, раскрыв его изящными пальцами, он пробежался глазами по пергаменту. — Кто это? — холодным голосом произнёс парень. Анна очнулась и глупо уставилась на него. Вдруг она сообразила, что Драко прочёл то, что ему не следовало видеть никогда. Итальянка выхватила письмо из рук Малфоя и бросила его в камин. Мгновенно кусок пергамента превратился в пепел. — Я спрашиваю, кто это! — вскричал юноша. Девушка отпрянула, не ожидая такой реакции. — Мне… Мне пора, — промямлила она. Развернувшись на каблуках, бегом пустилась наутёк. Теперь у неё будут проблемы. Драко знает слишком много и не преминет сообщить это нежелательным лицам. Почему-то Анабель не доверяла никому из его друзей, даже Теодору. Но это меньшая из проблем. Парцифаль снова появился в её жизни, и если он знает, где она, то рано или поздно придёт. Остаётся лишь ждать. Холодный воздух обжигал лицо, слёзы, градом катившиеся из глаз, мгновенно застывали, превращаясь в ледяные капельки. Но свежий воздух притупил глазную боль, теперь мозг ничто не отвлекало и можно спокойно обдумать сложившуюся ситуацию. Борджиа до сих пор помнила свою первую встречу с Парцифалем, словно это было вчера. Глаза, горящие ненавистью, готовы были прожечь её маленькую фигурку насквозь. Парцифаль презирал этого ребёнка только за то, что она угрожает жизни его хозяина. Преданный мужчина не мог жить спокойно, пока существовала она. Но по мере взросления девушки он всё крепче убеждался, что влюблён. Мужчина испытывал нежные чувства к Анабель, они отравляли его, душили. Этот мир был слишком тесен для них, один должен был пасть от рук другого. Противостояние переросло в их личную борьбу не на жизнь, а на смерть. Анабель была прекрасным цветком, который душил отвратительный змей. Он чувствовал девушку, её кровь, биение сердца. Куда бы она не исчезла, Парцифаль мог с лёгкостью её найти, как будто они связаны невидимыми узами. Мужчина был для Анны словно проклятье, позорное пятно, которое она не могла смыть годами. Но ничто не вечно, и Анабель чувствовала, что скоро их борьбе придёт конец. Она сжала руку в кулак и поняла, что потратит все силы, отдаст всю свою энергию, но добьётся уничтожения Парцифаля. «Никогда… больше никогда», — одними губами прошептала девушка.

***

Пока Борджиа пыталась осилить уроки, сидя у берега Чёрного озера, Хогвартс медленно просыпался. Первокурсники высыпали на улицу, они веселились, смеялись, играли, Анна улыбалась, когда смотрела на них. Счастливые. Часа через два на улицу вышел Дориан. Парень облачился в дорогое пальто с натуральным мехом, изящные перчатки и тёплый шарф, факультетский он носил крайне редко. Идя по заснеженной поляне, когтевранец высматривал сестру. Парень выведал у Теодора, что рано утром та покинула гостиную, кажется, она направилась в излюбленное место под огромным деревом, где открывался потрясающий вид на озеро. — Привет, — раздался знакомый голос. — Ты не замёрзла? — Нет, — она хлопнула по банке, лежащей у неё на коленях, где потрескивал искусственный огонь. — Я везде тебя искал, — серьёзно проговорил он, снимая перчатку и высвобождая левую руку. — В следующий раз всегда ищи меня здесь, кажется, это место меня жутко зацепило, — блаженно ответила Анабель. Тем временем Дориан достал палочку и с помощью Манящих чар доставил на улицу две пары заколдованных коньков. — Анна, намечается тяжелый разговор, я специально встал пораньше, чтобы всё обсудить, — как никогда серьёзно произнёс брат. — Дела важные, и… и они не ждут, — с горечью закончил он. Анна мигом захлопнула любимую книжку по тёмным зельям и встала. Надев коньки, она молча последовала за братом. Чёрное озеро покрылось плотной коркой льда. Кое-где поверхность просвечивала, открывая удивительный вид на подводный мир. Брат и сестра, плавно огибая водоём, нервно заозирались по сторонам. Вокруг только первокурсники, которые не стали бы их подслушивать. — У меня для тебя новости: одна хорошая, во всяком случае для меня, одна преинтересная, а ещё две просто отвратительные. Так с чего начнём? — Готова услышать плохие, — вздохнула девушка. Дориан замялся. Произведя изящный пируэт, он лихо развернулся, обратив свой взор на подземелье Слизерина. Глухо. — Теодор доставил тебе письмо? Сердце Анны пропустило удар, будто кто-то воткнул в него огромную иглу. Пытаясь не подавать виду, кивнула. — Оно от Парцифаля, — сообщил Дориан, подъехав ближе. — Когда сова прилетела ко мне, я сразу понял, что это кто-то незнакомый, потому что нам никто не отправляет анонимных сов. Я также понял, что письмо умело зашифровано, скорее всего от меня, но вот загадка: зачем же кодировать сообщение, которое и так отправлено мне? Ответ был в конце письма. Дориан пересказал содержание письма сестре: — Анна, оно было отправлено от тётушки Гонсалес, написано её почерком, даже слог тот же, — Борджиа нахмурился. Всё это время Анна молчала. Дориан от природы проницателен, обмануть его стоит больших усилий. Он продолжал: — Сова — это первое, что меня насторожило. Я прекрасно помню какаду семейства Гонсалес, абсолютно здоровая птица, которая может летать в любую точку земного шара, даже на Аляску. Поэтому вариант, что Гонсалесы боятся простудить птицу сам собой отпадает. Написано письмо, как я уже говорил, слогом тётушки. Но она никогда не любила писать сдвоенные письма, как наша мама. В конце значилось: передай письмо Анабель, хочу чтобы она тоже узнала все новости, а заодно и чиркнула, как её дела в Хогвартсе. Дориан замолчал, ожидая, что сестра ответит. Та глубоко вздохнула, то ли от холода, то ли от стыда: — Ты прав. Это Парцифаль, видимо он недооценил тебя, — она нервно засмеялась. — Я бы может и не догадался, — ответил брат, — пока ко мне в комнату не прибежал разъярённый Малфой и не спросил, почему какой-то неизвестный субъект тебе угрожает, — лукаво закончил Дориан. Брюнетка покраснела. «Мамма-миа!» — У него свои мотивы, я не понимаю этого человека. — Я тоже, — просто добавил Дориан. — Вот только это он тогда оставил тебя на жутко холодном полу около башни. У Анны зазвенело в ушах, она начала вспоминать тот вечер, в голове появилась картинка: около парапета стоит одинокая фигура, сигареты, жуткие провалы памяти… — Чёртов Малфой, — её глаза буквально почернели, — я вспомнила всё! Это он, он дал мне что-то и я… я всё забыла. Почему ты так спокойно реагируешь?! — Потому что мне в голову не приходит ни одна мысль, зачем он совершил это, — растерянно уточнил Борджиа-младший. —Я назначил ему встречу сегодня в гостиной Слизерина в три часа ночи, приходи и ты. Анна со злостью пальнула в сторону, дерево вспыхнуло и взорвалось. С бешеным криком она громила всё вокруг. — Успокойся! — Дориан попытался уничтожить следы её гнева, пока сестра не привлекла нежелательное внимание. — Я обещаю, что вырву ему глотку, если не услышу адекватного объяснения. — Нет, что бы он ни сказал, этот мерзкий слизняк оставил меня там, я могла замёрзнуть и потерять конечности. — Анна, прошу, успокойся, всё обошлось. Я решу эту проблему, только дай мне во всём окончательно разобраться. Сейчас важен Парцифаль, помнишь? Конечно она всё прекрасно помнила. — Я не знаю, как он нашёл меня, — горько произнесла девушка после того, как пересказала содержание письма. — Я думала, что этот монстр давно горит в аду. — Теперь ты не одна, — подбодрио Дориан, кладя руку на плечо. — Я сделаю всё, чтобы уничтожить его. Анабель обняла брата. Ей так его не хватало, в последние дни они часто были в разлуке, хотя обещали, что навсегда останутся семьёй. Но лучше осознать и исправить свои ошибки, пока не поздно. — Я… Я хочу обратиться за помощью, — аккуратно начала слизеринка, отодвинувшись от брата. — Ты будешь против, но пока это единственное, что может нам помочь. Дориан внимательно её слушал. — Мне кажется, Гарри Поттер сможет оказать нам большую услугу, Дори. Я хорошо его знаю, он действительно человек слова. Я ни за что не поверю, что Поттер один и не связан с какой-нибудь магической организацией. Наверняка Дамблдор позаботился о порядке и безопасности британского магического сообщества, он ведь гений! — воскликнула Анна. — Я одобряю, — на удивление сестры произнёс Дориан. — Если Парцифаль вернулся после такого, то он обладает огромной мощью тёмной магии. Нам нужна помощь. Я не хочу говорить что-то родителям, мы лгали им для их же спокойствия. Отец не выдержит такого удара. Она кивала, полностью соглашаясь с братом. — Но я не думаю, что Гарри Поттер сможет что-то сделать, нам нужно вместе обратиться к Дамблдору, чем скорее это произойдёт, тем лучше. Время никак нельзя растягивать, — блондин нервничал и путал итальянские слова с английскими. — Хорошо. Пусть будет так, — с неохотой согласилась сестра. Борджиа ещё долго наматывали круги по озеру. Никто из учеников не посмел приблизиться к кромке, рискуя утонуть или умереть мучительной смертью в щупальцах здешнего чудовища. Но пример Борджиа их заразил, скоро на льду появилась толпа учеников с разных факультетов и курсов. — Остальное обсудим позже, — заговорщицки прошептал Дориан. — Кстати, — уже громче добавил он, — есть и хорошие новости. — Что, опять Лавгуд? — произнесла Анна с кислым лицом. — Ну нет, само собой разумеется мы счастливы, но сейчас не об этом, сестрёнка. Ты не замечаешь, что с тобой творятся странные вещи? — О боже, Дориан, что в моей жизни может быть интересного? — Твои прекрасные очи, моя дорогая. Они опять меняют цвет. Например, сейчас они какого-то странного бирюзового оттенка. Ох, дай подумать, такой же цвет был, когда ты увидела меня и… когда в тебя прилетел сюрприз Малфоя, — Дориан хитро прищурился. — Цвет любви никак не связан с этим хорьком, да, признаюсь, тогда я была польщена, но не больше, — строго вставила Анна. Брат продолжал ехидно улыбаться. — Бель, я думаю, что за этим поступком скрывается что-то очень личное. Может быть, он влюбился в тебя с первого взгляда. Да-да, он бывает глуп, опрометчив, но такой уж Драко, — поспешно добавил Дориан, видя, как губы сестры сжались в тугую нить. Анна нашла в себе силы ничего не отвечать. Малфой играет с ней, он не понимает, что если она вспыхнет — он сгорит дотла. — Меня больше волнует вот что, — Анабель пыталась перевести тему, — если почерк и слог Гонсалес совпадал… О боже! Дориан побледнел. — Сложно такое провернуть, сомневаюсь, что Парцифаль будет тратить на это время. Ему гораздо приятнее мучить человека. Анна, ты хочешь сказать, что Гонсалесы подверглись пыткам? — рассуждал блондин. — Скорее всего. В них море благородства, они ценой своей жизни сохранили бы мою. Думаю, без заклятия Империо тут не обошлось. Дориан изменился в лице. — Чудовище. Итальянка тяжело вздохнула. Всеми фибрами души она ненавидела этого человека и мечтала, чтобы он подвергся самым страшным пыткам. — Я очень надеюсь, что это заклятие подчинения, а не Круциатус. — Нам остаётся только надеяться. От него можно ожидать что угодно. Рядом с ними пролетел снежный ком. Анабель и Дориан не заметили, как плавно переместились на другой берег Чёрного озера, в то время как на противоположном разыгрывалось нешуточное противостояние между четырьмя факультетами. Близнецы Уизли с помощью волшебных палочек выстроили снежную баррикаду. Напротив них когтевранцы создали сияющую сферу, и все снежки отскакивали прямо в противника. — Эй! Это нечестно! — кричал какой-то мальчик из Гриффиндора. — Здесь опасно разговаривать. Нас могут подслушать, — резко проговорил брат, указывая на приближающихся Тео, Дафну, Панси и Драко. — Так, в три часа я жду тебя в гостиной. Не рассказывай о нашем разговоре никому, особенно родителям, иначе они помчатся к Гонсалесам. — Что делать с письмом? — встревоженно спросила Анабель. — Ничего не отвечай, вряд ли это изменит планы Парцифаля. А теперь, нам пора возвращаться.

***

Целый день Панси ненавязчиво пыталась выяснить, что обсуждали брат и сестра. Анабель давно настораживало поведение слизеринки, и только сейчас она осознала, почему Панси так себя ведёт. Скорее всего расчётливая девушка и не была влюблена в Дориана. Всё это время она вела хитроумную игру, пытаясь подобраться поближе к этой семье. Борджиа разглядела соседку в другом свете. «С этой особой определённо нужно быть осторожнее». Сидя за ужином, Борджиа уже несколько минут слушала надоедливое нытьё Рона. — Гермиона, ну чего тебе стоит! Помоги, молю! — в отчаянии просил Уизли. — Рон, я бы с удовольствием, — жалостливо отвечала Грейнджер. — Ты так ничего не поймёшь. Поэтому посиди ещё немного, вдруг получится. Рыжий глубоко вздохнул, потрепал волосы и подпёр подбородок рукой. Вид у него был измученный, кажется, они с Гарри просидели целый день за уроками. Бедняги. Слизеринка всё чаще стала обедать за столом Гриффиндора. Атмосфера уютнее, и хоть косых взглядов не избежать, здесь девушка чувствовала себя спокойнее. В последнее время она много общалась с троицей. Они сблизились, несмотря на различие факультетов. Если ребята и не были друзьями, то хорошими приятелями они могли себя назвать однозначно. Анабель заметила, что Рон, Гарри и Гермиона постоянно что-то обсуждают. Борджиа готова поспорить, что гриффиндорцы чем-то озабочены. Каждый год они строят новые планы и, кажется, они напрямую связаны с Волдемортом. — Ты думаешь, всё обойдётся? — с некой паникой спрашивал Рон. — Граббли-Дёрг всем понравилась, особенно слизеринцам. Гарри закатил глаза, а Гермиона демонстративно уронила куриную ножку на блюдо. — Да, я понимаю, Рон! Но Хагрид наш друг и мы не можем просто так его бросить. Я битый час пыталась уговорить его следовать моей программе, но он словно обезумел. Твердит, что готовит ученикам сюрприз. — Знаю я его сюрпризы, — ввёл Гарри. Анна вмешалась. — Эм, не помешаю? О чём вы говорите? — нагло влезла Борджиа. Она надеялась, что троица обсуждает какие-то грандиозные планы и теперь обязана посвятить и её. Но она ошибалась. — Помнишь учителя по уходу за магическими существами? — поинтересовалась Грейнджер. — Да, крайне строгая сеньора. Гермиона продолжила. — Так вот, это была замена. Не так давно приехал старый учитель и по совместительству наш большой друг. Во всех смыслах большой. Теперь и Рон прыснул вместе с Гарри. — Ну, ты же знаешь, — продолжила Гермиона, — теперь в Хогвартсе всё немного по-другому, — шатенка сделала упор на последние слова и перешла на шёпот. — Наш друг, ну… как сказать… Он, он чуть-чуть не профессионал. Гермионе трудно подбирать слова. Она отличалась скромностью и сказать напрямую могла не всегда. — Что? Он совсем бездарный? — нахально спросила Анна. Гермиона робко кивнула, глядя на Гарри и Рона. — Не то, чтобы очень… — протянул Гарри. — Я бы сказал, что как лесничий он мастер своего дела, но Хагрид иногда не замечает, что животные, которых мы изучаем на его уроках, бывают очень опасны. В такое время лучше не рисковать, Амбридж может не оценить его инициативность. Рон раскрыл рот. — Красиво сказано, Гарри. — Ясно. А помощи от вас он не хочет? Вы могли бы подсказать пару интересных идей для урока. — Я потратила уйму времени, чтобы объяснить ему это. Но он и слушать не хочет. Итальянка призадумалась. Этот Хагрид, кажется, и вправду не понимает всю серьёзность его положения. Что ж, остаётся только надеяться, что он не выкинет что-то из ряда вон выходящее. — Ладно. Я сегодня же проштудирую книжки. Подойду к нему и предложу какое-нибудь интересное, но не опасное животное. Может быть, ему понравится мой выбор, — быстро протараторила Анабель. — Было бы замечательно! — взвизгнула Гермиона. До сна оставалось не так много времени. Анабель сдержала своё обещание и с головой погрузилась в книги. Оказалось, что изучение магических животных — одно из самых увлекательных занятий. Помимо авгурея, чахлой птички с явной апатией и депрессией, Анна нашла множество видов различных насекомых и птиц: болтрушайка, диринар, ипопаточник, оккамий. — В неумелых руках эти животные пользы не принесут… — рассуждала волшебница. С кислой миной она отодвинула пару томиков, в которых была изображена различная живность. — Надо что-то такое… Да! Возможно, это окажется интересным, — Анна путалась в своих мыслях, рассуждая невпопад. В библиотеке почти никого не осталось, кроме мадам Пинс и, конечно же, Гермионы Грейнджер. Слизеринка и гриффиндорка не хотели мешать друг другу, поэтому договорились поговорить завтра, если удастся что-то отыскать. — Анабель, до закрытия меньше получаса, — Гермиона приблизилась к столику Борджиа. — Ну как, есть что-нибудь? — спросила девушка. Она волновалась. Видимо лесничий ей не просто друг, а очень близкий человек. Троица как-то рассказала, что на третьем курсе они чудом смогли спасти животинку Хагрида, тогда им пришлось перелопатить несметное количество книг, но подвернулся счастливый случай. Даже Рон, редкостный лентяй и лежебока, включился в работу, чтобы любой ценой помочь. — Ммм? — Борджиа судорожно перебирала томики. — Да, почти. Прости, я слишком занята, не могу даже мысли в кучу собрать, — устало пожаловалась брюнетка. Гермиона пожала плечами. — Ну ладно, тогда до завтра. — Ещё увидимся, спокойной ночи. Грейнджер ушла, постукивая каблуками, в конце концов, Анабель осталась наедине с мадам Пинс. — Библиотека закрывается через десять минут, — послышался скрипучий голос женщины. — Поторапливайся. Анна не успевала найти нужную книгу, кажется она была на самом верху. — Мадам Пинс? Вы же та самая Ирма Пинс? — чуть громче обычного произнесла слизеринка. — Не могу поверить, что вижу вас в живую! Женщина, напоминающая стервятника, резко обернулась. Она непонимающе взглянула на девушку. — Да, это я. Мы знакомы, детонька? — библиотекарь прищурила глаза. — К сожалению, нет, но я много о вас слышала, — ворковала Борджиа. — Я новенькая, почти не знаю здешних порядков, но я наслышана о том, какой вы специалист. Видите ли, мистер Филч говорил, что вы… Этого было достаточно. Ирма Пинс буквально растаяла на глазах от такой новости. Тело обмякло и она еле удержалась на ногах, готовая вот-вот упасть в обморок. Что ж, план итальянки сработал блестяще. — Ох, Аргус, он всегда был таким обходительным. Анна знала, что между Филчем и Пинс что-то есть, поэтому решила умело этим воспользоваться. — Мадам Пинс, я как раз изучаю историю нашей библиотеки, я думаю именно вы внесли огромный вклад в её развитие. Видите ли, мне совсем не хватает времени… Ирма Пинс многозначительно подняла брови. — Что ж, для таких благородных целей мне ничего не жаль, детонька. Могу даровать тебе ещё полчаса, а я пока схожу к Аргусу, мне давно уже нужно заменить старую щётку для пыли. Она, что-то напевая себе под нос, удалялась всё дальше, вскоре совсем скрывшись за стеллажами. Кажется, Анна поспособствовала созданию новой ячейки общества. — Отлично. Девушка бросилась к соседним стеллажам. Подняв глаза, увидела, что на верхней полке, отражая тусклый свет, поблёскивает внушительных размеров том. Это именно та книга, которая ей нужна. Она осмотрелась. Вокруг не было ни одной табуретки, чтобы можно было дотянуться до книги. — Мерлин, ты вообще волшебница или нет? — Анна ударила себя по лбу в приступе озарения. — Чёрт, придётся идти за палочкой. Она уже собиралась вернуться к столику за волшебной палочкой, как нужная книга сама приземлилась ей в руки. Точнее, с грохотом обрушилась на её ладони. Анабель взвизгнула и уронила её на ноги. Пока девушка прыгала от боли на одной конечности, сумела разглядеть таинственного помощника. — У тебя психоз, или ты действительно любишь разговаривать сама с собой? — прозвучал наглый голос и из темноты вышел Драко Малфой. — Отпугиваю от себя всяких маньяков, — отрезала Анна. Блондин усмехнулся и подошёл поближе. В его глазах сверкали задорные огоньки, у него было хорошее настроение и это явно не сулило что-то хорошее. — Фу, как мерзко, отойди. От тебя пахнет как от завсегдатая дешёвых пабов, — Борджиа сморщила нос и демонстративно помахала ладонью перед лицом, пытаясь избавиться от неприятного запаха. — Какая разница, пьян я или нет. Завтра я буду трезвый, а ты останешься всё такой же прекрасной. Малфой попытался прикоснуться к щеке девушки, но она ловким движением увернулась. — Мне показалось, что между нами пробежала искра, — Драко кусал и так уже раскрасневшиеся губы. Он вальяжно присел на один из столиков, отбросил полы мантии назад и уставился на девушку. Та была похожа на загнанного зверька. Она держала книгу как оружие, глаза приобрели бордовый оттенок. — Расслабься, Анабель. Только тронь тебя и ты взорвешься, — издевался Малфой. — Не люблю насилие. Анна не отпускала книгу, а лишь крепче сжимала её в побелевших пальцах. — Что тебе нужно? Преследуешь меня? Слизеринец расхохотался. Его смех словно полоснул волшебницу по уху, в такой тишине это было очень громко. — Тише ты, — шикнула она. — Да брось, что, даже не поблагодаришь за помощь? — Малфой указал на книгу. Анна бросила на него взгляд, полный презрения и направилась к своему столику. Ей стоило больших усилий не оглушить Малфоя и не сбросить его с Астрономической башни. Она собрала все свои вещи и поторопилась к выходу. Мадам Пинс скоро вернётся, свою работу девушка сможет продолжить в гостиной. — И даже не попрощаешься? — блондин догнал её на полпути. — Нам идти в одну сторону, я буду очень тебе благодарна, если ты отвяжешься и пойдёшь другим путём, — Борджиа сжала кулаки в карманах мантии. Драко резко повернулся и загородил ей дорогу. Он развернул девушку и подпёр руками стену по обеим сторонам, чтобы у итальянки не было ни одного шанса выбраться. — Петрификус То… — слизеринка не успела договорить, Малфой отобрал палочку и положил в задний карман. — Чёрт побери, какой ты сексуальный, — немного подумав, произнесла томным голосом Анабель. Малфой победно усмехнулся. Что ж, ему не пришлось прикладывать много усилий. — Вот только на меня эти штуки не подействуют, — злорадствовала та. — Наверное, нужны веские причины, чтобы вылить на себя огневиски и притвориться пьяным. Хм, возможно, кое-кому не удалось много выведать обо мне и брате и теперь в ход идёт обаяние Драко Малфоя. Как жаль, что я имею хоть каплю здравого смысла, чтобы не повестись на эту дешёвую драму. Она отдёрнула руку блондина и спокойно продолжила путь в подземелье. Через три минуты услышала как кто-то громко выругался и с силой ударил стену. Улыбка заиграла на губах девушки и глаза, бывшие тёмно-коричневыми, приобрели яркий жёлтый цвет.

***

Дориан запутался окончательно. Он не осознавал, что творится в его жизни и кому в Хогвартсе нужно подставлять сестру. Профессор Дамблдор почти никогда не был в своём кабинете, и поговорить с ним не предоставлялось возможным. Однако была ещё профессор Макгонагалл, блондин чувствовал, что это женщина заслуживает доверия, но он испортил их отношения в первый же день знакомства. Сестра не должна страдать из-за его глупости. Если профессор Дамблдор не появится в ближайшее время, ему придётся обратиться за помощью к Минерве. А пока, нужно поговорить с Поттером и его друзьями. Возможно, они догадываются о заговоре в Хогвартсе и помогут ему уберечь сестру. Драко Малфой однозначно темнит. Этот юноша подавал большие надежды, но в одночасье разочаровал Борджиа. Если он и дальше будет угрожать его сестре, то придётся разрушить их и без того хрупкое доверие и встать на тропу войны. — Дориан, иногда и мозгошмыгам нужно отдохнуть, — чья-то тёплая рука опустилась на плечо итальянца. Он чувствовал её пульс. Их сердца разделяли сантиметры, но они как будто были единым целым. Если бы не странный характер Лавгуд, то Дориан мог бы назвать девушку своим ментальным близнецом. Блондинка была умна. Полумна жила в своём мире, который открыт для всех, но понятен не каждому. Безусловно, это самый дружелюбный, добродушный человек. — У меня ещё есть дела, Полумна, — слишком нежно проворковал Борджиа, метнув взгляд на перстень, мелькающий на безымянном пальце девушки. Где-то в душе запищал голосок: «ты поспешил». Этот отголосок совести мучал его не одну ночь. И каждый раз, закрывая глаза, Дориан испытывал омерзительные ощущения. — Как знаешь, — пространно бросила Полумна. Она направилась к лестнице женской спальни. Кто-то распахнул окно в башне, и холодный воздух тотчас развеял волосы Полумны. От них пахло свежестью и чувствовались лёгкие нотки перечной мяты.

***

Малфой возвращался в подземелье в подавленном настроении. В голове крутилась одна и та же картинка: вот девчонка Борджиа ловко обводит его вокруг пальца, разбивая все планы. Драко скрипел зубами от злости. Прозрачные капельки пота выступили на висках из-за быстрой ходьбы. Левая нога неприятно ныла от боли в неудобном ботинке. Зайдя в гостиную факультета Слизерин, он направился прямиком в комнату, где уже сидела вся компания. — Крэбб? Гойл? — он махнул светловолосой головой на две неопрятные кровати, от которых разило запахом пота и грязных носков. — Улизнули на кухню, грабить эльфов, — лениво констатировала Дафна, смахивая крошки с кровати Теодора. — Ты запоздал, мы уже и поесть без тебя успели. Паркинсон даже не обратила внимания на вошедшего. Она листала «Ежедневный пророк», внимательно вглядываясь в каждую статью. — Я и не голоден, — зло бросил Драко. Он сел на кровать, агрессивно откинув полог в сторону. Раздался треск. — Да, план действительно был отстой, — опять лениво провозгласила Дафна. — Да? Вот уж не знал, Гринграсс. Как я мог поверить в эту чушь, она не настолько идиотка, чтобы повестись. — Она же повелась на то, что Панси её лучшая подруга. Панси отбросила газету в сторону. — Вообще-то у меня тоже промах. Она дала ясно понять, что всё понимает. Дафна сохранила самообладание. Она лишь выгнула бровь, удивлённо глянув на друзей. — Ох, я думала она тупица, — блондинка расхохоталась. — Ты правда не понимаешь или только притворяешься? — Драко был зол, он вскочил с кровати, смахнув в сторону вазу с цветами. Хрупкий фарфор разбился на тысячу кусочков, мигом разлетевшись по всей комнате. — Да что с тобой? — вскрикнул Тео. — Она унизила меня! — визжал Малфой. — Ой, да ладно, кто-то унизил нашего слизеринского принца? — наигранно испугалась Панси. — А знаешь, кажется, давно было пора, — уже серьёзнее вставила Паркинсон. Драко гневно посмотрел на однокурсницу. — Сегодня в три часа ночи её брат назначил встречу. Ты всё ещё думаешь, что принц ни на что не способен? — язвительно произнёс Драко. Дафна обернулась, заинтересованная этой новостью. — Завтра приезжает Астория, мы должны узнать хоть что-нибудь. Попробуй разговорить его, может он хочет доверить тебе какую-то тайну. — Нет, лучше я напомню ТЕБЕ, что это ТВОИ дела и что только ТЫ должна действовать. Я пас, мне надоела эта игра. Если я потеряю расположение Борджиа, на что мне надеяться в будущем? Пока он мой единственный выход к отступлению. — Тогда и я тебе напомню, Драко, что Тёмный Лорд будет рад любой информации, а тем более, о предательстве своего соратника. «Алая роза» создавалась для того, чтобы мы шпионили, а ты просто трус, раз не можешь выполнить банальное задание. — Слушай меня внимательно, Гринграсс, и запоминай. Мне плевать, кто создал эту организацию, я здесь, потому что так велел Тёмный Лорд. Ни тебя, ни твою чокнутую сестрицу я слушать не собираюсь. — Ты не понимаешь, что несёшь, — зашипела Дафна. Она была похожа на медузу Горгону, которая вот-вот обратит в камень несчастного. Драко встал. — Уходи, — гулко прошептал он. Парень в один миг понял, кем они являются для Дафны. Они никогда и не были даже приятелями. Расчётливая блондинка использовала псевдодрузей для своих целей. Малфой продолжил: — Все уже давно поняли, что наши действия — просто детский лепет. Я не собираюсь следить за этой семьёй, только потому, что дружку твоей сестры приспичило убить Анабель. Я буду и дальше работать на организацию, присматривать за Дамблдором, уезжать, если понадобится на задания. Но бегать за тобой, Гринграсс, я не буду. Паркинсон неожиданно встала. Теодор и Драко удивлённо на неё посмотрели. — Я согласна с ним, это безумие, Даф. Мы теряем много времени на ненужные вещи. Я устала унижаться и строить из себя влюблённую идиотку. Ты, в конце концов, даже спасибо ни разу не сказала, — девушка обиженно надула губки и слегка сдвинула брови. Тео молча подошёл к Малфою. Это могло означать лишь одно. — Ого, вы затеяли бунт? — Дафна расхохоталась. — О нет, мне совершенно некогда бегать за кучкой дураков, которые возомнили себя звёздами. Отныне вы сами по себе. Без лишних скандалов Дафна ушла. Она гордо захлопнула дверь. — Астория её погубит, — грустно вздохнула Паркинсон. — Это выбор Дафны, — спокойно произнёс Тео. Драко промолчал. Гринграсс давно настораживала его, теперь он жаждал отомстить. — Я хочу предупредить Борджиа об опасности, — произнёс Тео. — Нотт, хватит. Мы и так сделали слишком много для них, — возмутился Малфой. — Ты не понимаешь. Причём тут эта семья? Они ничего нам не сделали, а мы уже вынуждены их ненавидеть. — Я не ненавижу их, — вставила Панси. Тео победно посмотрел на Драко. — Что? Я тоже не считаю их врагами, — отмахивался блондин. — Но и помогать не собираюсь. Я доброжелательный человек, только если это не вредит моим интересам. Панси прыснула. — Ты? Да ты собственную душу продашь ради выгоды, Малфой. Если хочешь знать, поэтому тебя так и называют. Не зря Женевьева Лабьер говорила… — Семикурсница? После того, что я с ней сделал это даже удивительно, — хмыкнул Драко.

***

Распрощались однокурсники около полуночи. Дафна исчезла из комнаты вместе со своими вещами. Милисента шепнула Панси, что та самовольно переехала в комнату к Андреа Свон, Флоре Мёрк и Синтии Фрост. — У меня хорошая новость, теперь мы будем жить вдвоём, — наигранно довольно сообщила Паркинсон, как только в комнату зашла Анабель. Анна недоверчиво поджала губы и приподняла бровь. — Держи в курсе. Панси разозлилась. Из-за Дафны она потеряла единственного человека женского пола, который мог хоть как-то с ней поговорить. — Если хочешь знать, мы все поругались с Дафной. Она теперь что-то вроде аутсайдера. И да, я по-прежнему держу тебя в курсе, — съязвила слизеринка, перебирая вещи. Она даже не оборачивалась к Борджиа, чтобы та не увидела её раскрасневшегося лица. Теперь была очередь Анны злиться. — Я, конечно, извиняюсь, мисс Паркинсон, но я не обязана доверять тебе после того, как ты наглым образом пыталась выведать информацию о моей семье. Ты втиралась в доверие, ты притворялась, что тебе приятно проводить время со мной, ты, в конце концов, строила из себя влюблённую идиотку. Знаешь, как человек, проживший с Дорианом всю жизнь, могу тебе сказать, что я неплохо распознаю ложь. Анна бросила в окно подушку. После того, как вода спала, они наконец-то смогли открывать окна и дышать свежим воздухом. Подушка, пролетев через комнату, гулко ударилась о стекло. — Справедливо, — выдала брюнетка, смотря, как несчастная подушка сползает с подоконника. — Вот только ты ещё многого не знаешь, Анабель. Надеюсь, вы с Драко всё разрешите. Панси никак не отреагировала на недоумённый взгляд соседки. Она схватила шёлковую пижаму и бросилась в ванную комнату. Нетрудно было догадаться, что Панси всё проболтал Драко. Видимо, не ей одной. Уход Дафны облегчил положение Анабель. Как будто огромный груз сняли с её плеч. Теперь можно спать спокойно. Но разговор с Паркинсон не давал ей покоя. Анабель ворочалась в постели и никак не могла уснуть. Осталось меньше десяти минут до трёх часов ночи и итальянку начали одолевать сомнения. Может быть, Дори как всегда решит все проблемы за неё? Однозначно нет. Он всю жизнь только и делал, что оберегал сестру. В конце концов, это её хотят убить, а не его. Неуклюже скинув своё тело с кровати, брюнетка, сквозь стоны и проклятия, пересилила себя и встала. Быстро скинув шёлковый халат, она натянула чёрный свитер и мягкие штаны. — Зря, могла бы пойти в халате, — сонно бормотала Панси, открыв один глаз. — Он бы тебе точно всё выдал за такую фигуру. — Какая мерзость, — поморщилась Анабель, на секунду забыв об обиде на Паркинсон. Та хохотнула в подушку, издав звук, похожий на уханье сипухи. Перевернувшись на другой бок, Панси бросила в сторону Анабель: — Хочешь, спроси его про Дар. Девушка уже запрыгнула в тёплые тапочки с заячьими ушами, схватила палочку с тумбочки и выбежала за дверь. Только на последней ступеньке лестницы она переварила слова соседки. Дориан выбрался из гостиной Когтеврана за полчаса до назначенной встречи. В темноте он чуть не наткнулся на статую, поэтому ему пришлось воспользоваться палочкой, чтобы хоть как-то освещать себе путь. Сонные картины бранили парня за позднюю прогулку, но обаятельная улыбка Борджиа спасала положение. Свернув к подземелью, он заозирался вокруг. Кошка старого Филча могла бродить где угодно, а Дориан не хотел попадать в неприятности. Хорошая репутация может сыграть ему на руку. К счастью, молодой человек добрался без приключений. Но его не покидало чувство, что за ним всё время кто-то следит. Списав это на портреты, Дориан постучался в гостиную. Через минуту вход открылся. Итальянец подумал, что его приятель и вовсе о нём забыл, однако увидев Драко, он натянул дружескую улыбку и вошёл. — Я думал, ты уже не придёшь, — сказал Малфой, в голосе которого не было ни одной сонной нотки. — Пришлось идти с особой осторожностью, — ответил блондин, усаживаясь в самое уютное кресло у камина. Взмахнув палочкой, Дориан заварил зелёный чай. Драко разлил напиток в чашки. — Что ж, это поистине светская беседа, — усмехнулся Малфой. — Не думаю, — раздался голос. Аккуратно ступая, Анабель вошла в гостиную. Пинком отбросив пуфик к камину, она уселась у огня. — Оглохни, — произнесла Анна, направив палочку на выход и лестницы, ведущие к спальням. Малфой усмехнулся, но не подал никакого знака. Он прекрасно понимал, что попал в хитроумную ловушку. Врать не было смысла, этой семейке наверняка всё уже давно известно. — Удивительно вкусный чай, — воскликнул Дориан, пытаясь разрядить обстановку. — Мелисса, — коротко ответила Анабель, вдохнув аромат напитка. Малфой молчал. Он только чуть отодвинулся от камина. Разъярённая Анна, которая была не в силах сдерживать свой гнев, взмахнула палочкой и мигом потушила огонь в камине. — Итак, светская беседа окончена, пора приступать к делу. Лишний шаг, Малфой, и ты будешь пригвожден к стене. — Кажется, это тебе нужна мелисса, а не мне, — довольно спокойно произнёс Драко. — Экспел… Малфой закатил глаза. — Тебе нужно учиться произносить заклятия молча. Ты выдаёшь всю себя с головой. — Кажется, этому учат чуть позже, — в разговор вмешался Дориан. — Странно, что ты владеешь такими сложными навыками. Судя по тому, какой ты ленивый, я не думаю, что ты днями и ночами зубришь учебники по защите от тёмных искусств. Где этому научился? Малфой допил чай. — Я аристократ. В моей семье принято быть на шаг впереди остальных. Дориан улыбнулся. Анна хорошо знала эту улыбку. Именно с такой улыбкой брат в детстве отыскивал её тайники со сладостями. — Драко, не обманывай меня. Я заметил, что ты и твоя компания владеете хорошими навыками по части заклинаний и боевой магии. Могу предположить, что это какая-то тайная организация? — В мои планы не входит посвящать в свои дела других людей. Анна оживилась. — Ты хотел сказать людей, которых ты собираешься подставить или убить. Наступила тишина. Драко было сложно объяснить всё Борджиа, при этом не подставив себя. Он не хотел разрушать отношения с Дорианом, такой союзник был бы очень полезен. Но его сестра та ещё заноза в заднице, неплохо если бы Астория на время её убрала, эта девчонка становится поистине заносчивой. — Я не могу объяснить вам всё. У каждого из нас свои интересы. Возможно, ты прав, — слизеринец обратился к Дориану, — я замешан в чём-то более глобальном, чем вы можете себе представить. Я не враг тебе, Анна. Драко заглянул ей прямо в глаза. — Я пришла сюда не поэтому. Ты мне не угроза, Драко, я расправлялась с парнями гораздо опаснее тебя. Ты просто мерзкий червь, который докучает мне изо дня в день. — Смею предположить, мой воздушный поцелуй тебе очень понравился, — усмехнулся Малфой, нагло приподняв подбородок. — Сыграл эффект неожиданности, — как могла парировала Анна. — Твоя горячая итальянская кровь подвела тебя, пылающие щеки были видны далеко за пределами Хогвартса, — всё так же спокойно продолжал Малфой. Слизеринка в отчаянии взглянула на Дориана. — Детские игры закончились. Ты пошёл по неправильной дороге, Малфой. Тот ощутил открытую угрозу. — Ты знаешь, что я ничего не скажу. К тому же, те дела, в которых я замешан, совершенно не касаются вашей семье. Хотя, возможно, Дафна имеет к вам слегка предвзятое отношение. «Дафна, ну конечно». — Пока вы не набросились на меня как стая грифонов, скажу сразу, я больше не имею никакого отношения к Гринграсс и её планам. Я не марионетка. — А был ею? — деликатно уточнил итальянец. — Какое-то время, — признался Драко. — Скоро приедет Астория, — уже шёпотом продолжил Малфой, — думаю, тебе есть, чего бояться. Он с опаской поглядел на Анну. — Мелкая копия Дафны? — Я бы сказал, она намного свирепее сестры. Анабель и Дориан задумались. Воспользовавшись моментом, Драко собирался улизнуть. — О нет, ты не пойдёшь спать, пока не ответишь мне на ещё один вопрос, хорёк. Драко передёрнуло. Он буквально сгорал от злости. — Ещё раз ты назовёшь меня так, — рычал слизеринец, вспоминая события прошлого года. — Полегче, Малфой. Отойди от неё, иначе ты отправишься спать быстрее, чем предполагаешь, — спокойно предупредил итальянец. Не без усилия Драко отошёл, проводив брюнетку страшным взглядом. — Зачем ты тогда оставил меня на лестнице? — просто спросила Анна. Драко замер. Он не ожидал, что Анабель когда-то узнает об этом. — Я… — Ты подонок, и поступил как настоящая трусливая девочка, — уточнил Дориан. — И самое главное, ты обидел мою сестру. Так что если я не услышу адекватного объяснения твоих неадекватных действий, мы поругаемся, и очень сильно. Драко обернулся. Выхода у него не оставалось. — Я мало кому доверяю, — начал он свой рассказ. — Мне нужно было выговориться. Это всё съедало меня изнутри, я просто не мог с этим жить. Когда услышал о лотерее, то подумал, что это хороший шанс. Конечно, я не мог оставить человека с такими воспоминаниями. Ты была для меня лишь игрушкой, которая сыграла свою роль. Не думай, Борджиа, что мне так уж хотелось тебя убить. Я позаботился, чтобы Филч нашёл тебя. Подкинул ему ложную записку о том, что кто-то прогуливается по парапету Астрономической башни, пока он прочёсывал подземелья. Ты бы не умерла от холода, не беспокойся. Дориан ударил Малфоя по лицу. Началась потасовка. Драко разбил итальянцу нос. Анна не могла шевельнуться. Одна её часть была парализована тем, что девушку использовали как куклу, как вещь. Она до последнего надеялась, что Драко Малфой не так уж плох, что ещё есть надежда спасти его. Но оказалось, этот парень прогнил насквозь, и больше для него нет спасения. Другая часть итальянки была в ужасе от того, что происходит. Малфой и Дориан превратились в единый клубок тел, катающийся по гостиной. Они били друг друга до посинения. Всюду сыпался хрусталь, фарфор, стекло. Волосы юношей растрёпаны, глаза сверкали гневом и обидой. Первым опомнился Дориан. Выхватив из кармана палочку, он воскликнул прежде, чем Драко успел собраться: — Эверте Статум! Несчастный блондин, только поднявшийся с ног, кубарём откатился в конец гостиной, довольно сильно приложившись о стенку. Удар смягчило растение, побеги которого росли прямо там. Малфой сплюнул кровь на пол. Яростно скаля зубы, он вновь попытался подняться, но одним движением ноги Анна пригвоздила его руку к полу. Аристократ взвыл от боли, ушибленная рука, словно тряпичная кукла, безжизненно застыла под стопой слизеринки. — Знаешь, Драко, теперь мне тоже необходимо выговориться. Но обещаю, ты запомнишь всё. Блондин снова усмехнулся. — Если бы я знал, что ты так обидишься, Анна, — из-за удара в челюсть ему было трудно говорить, — я бы использовал кого-то другого. Наверное, ты не помнишь, что сказала мне тогда, на самом верху башни? А я помню. Брат и сестра молчали. — Я не враг вам. По крайней мере, с сегодняшнего дня. В любой момент может случиться то, что вы не предвидели, а вот я всегда на шаг впереди. Я вам нужен, только с моей помощью ты сможешь спасти себе жизнь. Эти слова прозвучали угрозой. Борджиа понимали, кого имеет в виду слизеринец, и он действительно прав. Дориану казалось, что Драко и Дафна были достаточно близкими приятелями, поэтому он мог многое знать о её планах. — Ну так что, выгодное сотрудничество? — нагло проворковал Драко. — Я обязательно подумаю, Малфой. — Хербифорс! — крикнул Дориан. Тотчас вместо прекрасной шевелюры Драко появился букет цветов. — Ландыши, — рассмеялась Анабель. Драко в приступе паники щупал свои волосы. Его лицо то краснело, то белело. — Довольно полезное заклинание, — хохотал Дориан. — Экспеллиармус, — произнесла Анна, увидев как Малфой вытаскивает палочку из кармана. В эту ночь бедному хорьку не суждено себя защитить. — Заберёшь утром, когда я подумаю простить тебя или нет, — сквозь зубы произнесла Анабель. — Иногда полезно выкрикивать заклятья вслух, ощущаешь насколько противник слаб и беспомощен. — Советую не тянуть, я уже передумываю, — язвительно ответил парень. — Не волнуйся, я думаю профессору Дамблдору и попечительскому совету, в котором, конечно же, находится твой отец, будет интересно узнать, как ты обманным путём чуть не убил девушку, — пригрозил Дориан. Малфой снова сплюнул. — Левикорпус, — произнёс Дориан. — Повиси-ка, Драко, может одумаешься. Тот неистово затряс головой. — Не думай, что я оставлю это просто так, Борджиа. Тебе конец! — Пока не поздно, пойди по правильному пути, — спокойно ответила девушка. — Ты не герой, так не стань же предателем. Она поджала губы и направилась в спальню. Путём колдовства Дориан заставил Драко замолчать. Остановившись у двери, девушка глубоко вздохнула. Её глаза глубокого синего цвета, которые она старательно прятала от Дориана, смотря вниз, приобрели медовый оттенок. Панси видела уже десятый сон, когда в комнату прокралась Анабель. — Как всё прошло? — неожиданно резко спросила слизеринка, пока соседка натягивала халат. — Прекрасно, — нарочито радостно ответила та. — Видимо, не в пользу Драко. Они замолчали. — Панси? — прервала тишину брюнетка. — Угу? — сонно ответила та. Анабель ещё немного подумала и выдала: — Панси, а какой Дар у Драко? Борджиа услышала, как Паркинсон хохотнула во сне. — Он может завладеть доверием любого человека, которого видит впервые. Природное обаяние, так скажем. Анабель засыпала. Сквозь сон она услышала громкий удар, как будто что-то тяжелое уронили на пол. В следующую секунду послышалось крепкое ругательство.