Цена свободы

Ррант стоял смирно возле врытого в землю столба, к которому был прикручен ремнями. Вернее, его руки были задраны кверху и прикручены за запястья к поперечной переладине. А ноги скованы кандалами. Ррант этим почти гордился. Важный пленник — сотник Тёмных! Он стоял тихо, не рыпался, не орал, не сыпал проклятиями, хотя рот у него не был заткнут кляпом. Копил силы — они могли ему пригодиться. Хотя пыток он не боялся: никто из Светлых, этих благородных чистоплюев, не пытал пленных. Кисляями они все были и добрячками, вот что. Даже привязали-то они его сейчас так, чтобы он мог опираться на всю ступню, а не висеть, корчась от боли. Ррант презрительно сплюнул себе под ноги, подметив взгляд длинноволосого стража, внезапно возникшего прямо перед ним. Совсем сопляк. Патлатый, как все они, тощий, с раскосыми светлыми зенками, лукаво блеснувшими, когда он подошёл вплотную к пленнику. — Эй, ты чего? Ррант невольно дёрнулся, когда длинные пальцы, по-хозяйски стягивавшие с него одежину, стиснули его сосок, погладили напрягшийся твёрдый живот. — Спятил, эльфёныш? — изумлённо выдохнул он, попытавшись отпрянуть. Не тут-то было. Кандалы на ногах звякнули, натянувшиеся ремни больно впились в запястья. Тихий ехидный смешок был ему ответом. Под мужиком, подобно девке, Ррант ещё никогда не был. Кровь ударила ему в голову от ярости и напряжения. — Не дёргайся, тогда отпущу, — пообещал ему на ухо мелодичный вкрадчивый голос, длинные волосы щекотнули повлажневшую от проступившей испарины шею. — Потом. Стой смирно, кому говорю! Ррант замер. Сердце в груди раскачивалось, будто колокол. Вырваться бы на волю — да, но не такой ценой! А пальцы клятого эльфа продолжали путешествовать по его вздрагивающему телу, пока не нырнули в штаны, почти невесомо обхватив налившийся кровью стояк. — Да тебе нравится! — злорадно объявил наглый эльфёныш. И засмеялся. Ррант почувствовал, что краснеет от макушки до самых пяток. Он, предводитель сотни! — Р-раздавлю, когда поймаю! — беспомощно прорычал он. — Пока что я тебя поймал, — негромкий смех эльфа звучал музыкой. Ррант представил, как наматывает на кулак светлые космы этого стервеца… и стояк его налился с новой силой. Теперь чёртов эльф хихикал, не переставая. Когда стаскивал с Рранта штаны, разворачивал его спиной к себе, расстёгивал собственную ширинку. Ррант столь же непрерывно сквернословил, но шёпотом. А вдруг и впрямь отпустит, сучий потрох?! Он не вытерпел и едва слышно завыл, тыкаясь лбом в чёртов столб при каждом толчке сзади. Было больно и стыдно. — Терпи! — пропыхтел эльф. — Мать твою! * * * — Мать твою, — хмуро разъяснил Ррант сыну, — я в жёны взял, едва сбежал из эльфийского плена. Двадцать лет назад. Сын благоговейно кивнул. Ррант нипочём не сказал бы ему, что всякий раз, ложась в постель с законной супругой, он представлял на её месте длинноволосого лукавого эльфа, имени которого так и не узнал.