В поисках счастья

      Утром завтрак проходил на полтора часа раньше. Роберт, видя плохое настроение старшей сестры, сел рядом с ней и старался разговорить девушку. Но Офелия была погружена в свои мысли и почти не слышала брата. Тот вскоре оставил свои безуспешные попытки и стал молча есть завтрак.       Мэри впервые за долгое время стала активно общаться с леди Элен. Молодая женщина сдержанно и неохотно отвечала на многочисленные вопросы девушки. Ее гораздо больше волновала бледная, подавленная и заплаканная Офелия, которая, к тому же, почти ничего не съела. Гленарвана и Джона Манглса, по-видимому, беспокоило тоже самое. Паганель с большим аппетитом поедал яичницу, поэтому не замечал таких деталей. Майор Мак-Наббс закурил сигару и флегматично смотрел на свою пустую чашку из-под кофе, изредка взирая на мисс Грант, которая не замечала обеспокоенных взглядов, направленных на нее. Наконец, Гленарван не выдержал и сказал Офелии: — Мисс Грант, вы бледны и ничего не едите. Вы не заболели?       Девушка словно очнулась от забытья и не сразу отреагировала на вопрос Гленарвана. — Нет-нет, милорд, все в порядке, — Офелия подняла глаза на владельца «Дункана» и слегка улыбнулась. Но улыбка получилась какой-то вымученной. — Все же, мисс Грант, если вам будет нехорошо, то обязательно говорите об этом леди Элен или Джону Манглсу, — Гленарван тревожно смотрел на бледную и заплаканную девушку. — Хорошо, милорд, — прошелестела та, опустив покрасневшие то ли от бессонной ночи, то ли от пролитых слез глаза в тарелку. Гленарван встревоженно переглянулся с женой, которая поджала губы и с печалью смотрела на девушку.       Наконец, завтрак закончился, и часть путешественников пошла собирать свои вещи, а часть отправилась по своим делам. Когда мисс Грант вместе с Паганелем и Робертом удалилась из кают-компании, Гленарван и Элен подозвали Джона Манглса. Когда в столовой не осталось никого, кроме них троих, Гленарван сказал молодому капитану и жене: — Джон, Элен, присматривайте за мисс Грант. Зная ее стеснительность, можно с уверенностью сказать, что она не будет говорить о своем плохом самочувствии. Ведь даже сейчас она сказала, что чувствует себя хорошо, но очевидно, что это не так.       Джон Манглс и леди Элен переглянулись, и молодая женщина ответила: — Хорошо, Эдуард. Но мисс Грант весьма замкнутый человек, даже в разговоре со мной она не полностью раскрывается. Ведь Офелия не маленькая девочка, ее не заставишь рассказать обо всем, что на душе. Закроется в каюте на целый день и будет сидеть там с книгой… — Но мы постараемся, милорд, — подхватил молодой человек, который подозревал, что конец речи Элен будет не очень радостным. — Да, Эдуард, — дополнила молодая женщина, взглянув на капитана.       Гленарван с надеждой посмотрел на жену и человека, который стал ему почти братом, и промолвил: — Я надеюсь на вас, друзья! — и вышел из кают-компании.       Леди Элен взглянула на Джона Манглса и последовала за супругом, оставив молодого человека в одиночестве. Тот подошел к иллюминатору, и, глядя на синие волны, о чем-то глубоко задумался. ***       Офелия присела на корточки перед Робертом, оказавшись таким образом чуть ниже него. В красивых глазах девушки стояли слезы, а нижняя губа была припухшей — мисс Грант от волнения прикусила ее. Девушка внимательно всматривалась в лицо брата, словно стараясь запомнить каждую черточку, каждую веснушку. Наконец, Офелия обняла Роберта, и мальчик почувствовал, как обжигающе горячая слезинка упала ему на плечо. Он неловко погладил сестру по спине, и девушка спустя мгновение отстранила Роберта. Она испытующе посмотрела прямо в глаза брата и тихо ему сказала: — Береги себя, Роберт. Во всем слушайся лорда Гленарвана, господина Паганеля, мистера Мак-Наббса и Вильсона с Мюльреди. Я не переживу, если с тобой что-то случится, — последняя фраза была сказана лишь с малой долей строгости, вместо нее были печаль и тяжесть расставания, — Обещаешь? — Обещаю, сестренка. И ты береги себя! — Роберт еще раз обнял Офелию.       Девушка поднялась с корточек и подошла к леди Элен, которая уже простилась с супругом, кузеном, матросами и географом. Молодая женщина приобняла мисс Грант, и та ответила грустной улыбкой. Офелия на мгновение задумалась, затем быстрым и легким шагом подошла к Гленарвану и обратилась к нему: — Милорд, я вас очень прошу, смотрите за Робертом, чтобы он ничего не вытворял. Он такое может.       Лорд Гленарван с глубокой симпатией посмотрел на девушку, которая так трепетно заботилась о брате. — Разумеется, мисс Грант. Вы можете положиться на меня и всю нашу команду. — Благодарю вас, милорд. За все.       Гленарван крепко пожал руку девушке и получил в ответ слабую улыбку. Офелия подошла к Мак-Наббсу, обменялась с ним несколькими тихими фразами, и майор также пожал руку мисс Грант. Когда девушка подошла к Паганелю, тот сразу заключил Офелию в объятия. Она ответила тем же, и географ сказал что-то оптимистичное мисс Грант, и та издала смешок.       Роберт наспех обнял Мэри, надеясь избавиться от ее нравоучений. Средняя сестра часто вымещала все знания на нем, ведь Офелии читать нравоучения — все равно что носить воду в решете. Девушка попыталась задержать брата, но тот, увидев, что старшая сестра освободилась, кинулся к ней на шею. Мэри прищурила глаза и поджала губы.       Все в последний раз обнялись, обменялись прощальными словами, обещаниями и рукопожатиями. Путешественники сели в шлюпку, и та отчалила. Когда ялик отплыл на приличное расстояние, то Роберт крикнул: «Мы обязательно найдем отца!».       Тут нервы Офелии не выдержали, и девушка дала волю слезам, отойдя к леди Элен, чтобы только она видела ее слабость. Молодая женщина ласково обняла мисс Грант, шепча ей что-то утешительное. Когда шлюпка причалила к берегу, и людей почти не стало видно, то Офелия, отпросившись у леди Элен, ушла в свою каюту. Мэри стояла на юте и смотрела, как ялик возвращается к «Дункану».

***

      Джон Манглс стоял на своем мостике и следил за работой матросов, но мысли его были далеко. Молодой человек размышлял, почему он не очень-то и расстроился, когда узнал, что его не возьмут в экспедицию. Это было весьма странно, ведь он всегда сопровождал Гленарвана во всех опасностях. Сейчас его держала не обязанность сохранить в безопасности леди Элен, Мэри и мисс Грант. Наоборот, капитан даже обрадовался, узнав, что остается на «Дункане».       Причиной этому была не привязанность и почтение к леди Гленарван, не сочувствие Мэри и даже не уважение к старшей дочери капитана Гранта. Хотя чувствовал, что это связано именно с Офелией. Джон Манглс не понимал, что испытывает к девушке. Он восхищался ее умом, грацией и красотой, ему хотелось улыбнуться, когда видел, что мисс Грант в хорошем расположении духа. Нравилось общаться с ней, порой искоса посматривать на изменения ее выражения лица. А как приятна столь редкая улыбка! Словом, молодому человеку Офелия казалась совершенством, которое он имеет честь созерцать. Уважение к девушке было столь же сильным, как и к леди Элен. Но присутствовала еще привязанность и что-то, приятно щемящее в груди при взгляде на мисс Грант.       Джон Манглс улыбнулся своим мыслям и продолжил следить за матросами.

***

      Вечерело. В небольшую каюту заливался мягкий свет заходящего солнца, оранжевые блики играли на толстой книге, лежащей на столике, на кресле и на лице Офелии. Она подошла к иллюминатору и облокотилась боком о стеллаж, который стоял рядом. Отсюда был великолепный вид на закат. На волны океана словно кто-то пролил розовую, лиловую, желтую и оранжевую акварель. Солнце ярко сверкало, его лучи ложились на волны, и на цветные блики было больно смотреть. Такую красоту девушка не видела никогда. в Шотландии она с Робертом и Мэри жила в домике, расположенном у подножия гор. Недалеко располагался Данди, где Офелия и работала. Приходя домой она готовила ужин, затем вместе с братом и сестрой разделяла трапезу. Роберт и Мэри засыпали рано, солнце еще не садилось, и девушка поднималась невысоко в горы. Однажды она нашла там один выступ, откуда открывался прекрасный вид на горное озеро и равнину, в которой весной распускались нежные первоцветы, а летом бурно цвели самые разные представители шотландской флоры. С такой высоты Офелия могла наблюдать все, что происходит там, в долине. А как были прекрасны закаты! В Шотландии своя, неброская и по-особому грациозная красота, а не пышная и яркая, как во Франции. Пусть не так тепло, но зато свежесть и прохлада воздуха гораздо лучше действовали на девушку.       Тогда девушка по-настоящему отдыхала. Отдыхала не только телом, но и душой, впитывая все великолепие и прелесть этих минут.       В дверь постучали. Офелия обернулась и с тайной надеждой, что это Мэри, громко произнесла: «Войдите!». В проеме показался шлейф платья леди Элен, а через мгновение и она сама. Молодая женщина улыбнулась, и, прикрыв дверь, подошла к мисс Грант. Та слегка улыбнулась и села в кресло, жестом указав леди Элен на соседнее. Она последовала приглашению, и устроившись, начала разговор: — Офелия, дорогая, вы сегодня себя плохо чувствовали? Или чем-то расстроены? — молодая женщина сплела пальцы и внимательно посмотрела на девушку.       Та заметно побледнела, но, сглотнув, взяла себя в руки и ответила: — Голова болела, Элен. Но уже прошло, мне гораздо лучше, — Офелия потупила взгляд — она не любила лгать. — А почему Мэри так странно вела себя вчера? — леди Гленарван не желала отступать.       Для мисс Грант это был удар ниже пояса — она еще не забыла грубость сестры и собственную реакцию. Девушка машинально поднялась с кресла и подошла к окну, опершись о шкаф и глядя на леди Элен. Косые лучи солнца играли на длинных, темных волосах мисс Грант, и те красиво блестели. В уголках глаз предательски защипало, и девушка отвернула голову, чтобы скрыть слезы. Собеседница все же успела заметить их, поэтому встала со своего места и подойдя, обняла Офелию. Та, не сдержавшись, закрыла лицо руками. Элен стала ласково поглаживать девушку по спине, не произнося ни слова, так как понимала, что это было бы совершенно лишним.       Спустя несколько минут мисс Грант успокоилась и села на кровать, сфокусировав взгляд в одной точке. Леди Гленарван достала из шкафчика чистый носовой платок и протянула его девушке. Та, бросив быстрый взгляд на Элен, приняла платок и промокнула глаза. Молодая женщина присела рядом и решила вытянуть из Офелии нужную информацию любыми способами. Когда прошло еще пять минут, в каюте повисла идеальная тишина, прерываемая лишь глухим плеском волн. Наконец, Элен глубоко вздохнула и спросила: — Это Мэри вас разочаровала, Офелия?       Девушка едва заметно поджала губы и приподняла брови, но это не ускользнуло от цепкого взора леди Гленарван. Несмотря на почти неразличимые признаки недовольства, мисс Грант все же ответила: — Вам это обязательно знать, миледи?       Элен немного опешила. Ее пугал этот абсолютно спокойный и ледяной тон, официальное обращение, точная постановка вопроса. — Да, Офелия. Я хочу это знать, — вопреки боязни того, что может вызвать гнев девушки, леди Элен решила твердо стоять на своем.       Мисс Грант слегка кивнула и чуть более мягким тоном сказала: — Хорошо, Элен. Мэри нагрубила мне, чем я была весьма огорчена, и произнесла… — девушка ненадолго замялась, — Такую фразу, что я была чрезвычайно раздражена. И про головную боль вчера на ужине я… — Офелия потупила взгляд, а интонация стала совсем спокойной и даже понурой, — Солгала. Простите, Элен.       Молодая женщина улыбнулась и слегка покачала головой. — Ничего, дорогая. Просто объясните причину, и все.       Мисс Грант вздохнула и начала рассказывать. — Похоже, Мэри очень нравится наш капитан. Сестра просила меня, чтобы я договорилась с ним о занятиях с ней. Я отказала, так как Мэри сказала, что хочет просто изучать навигацию, а было понятно, что она лжет. Она обиделась и попыталась задеть меня, сказав… — Офелия покраснела.       Леди Элен приподняла одну бровь и удивленно промолвила: — И?.. Что она сказала? — Ну… Она сказала, что мне нравится Джон Манглс, и я не хочу иметь соперницу… В общем, полную, простите, чушь.       Элен подумала, что девушка сказала последнюю фразу не совсем искренне. Молодая женщина закусила губу, чтобы не улыбнуться своим надеждам. — Ну, а вы, Офелия?       То ли мисс Грант действительно не поняла вопроса, то ли притворилась, что не поняла: — Ну, я выгнала ее… — Да нет, моя дорогая. Я про Джона, — молодая женщина лукаво улыбнулась.       Глаза девушки расширились, а сама она покраснела еще сильнее. — А что мистер Манглс? Он же здесь ни при чем.       Леди Элен звонко рассмеялась, и, успокоившись, ответила: — О, Офелия, ваш внешний вид говорит совершенно о другом!       Девушка прикрыла лицо рукой и издала нервный смешок. Вскоре она отняла руку и робко посмотрела на улыбающуюся леди Гленарван, которая приобняла мисс Грант и сказала: — Скажите, вам нравится Джон? — молодая женщина немного поерзала от нетерпения. — Ну, Элен… — Офелия смущенно и с долей укора взглянула на собеседницу. — О, моя дорогая! Как я ждала этих слов! — леди Элен взяла руки девушки в свои и немного покачала их из стороны в сторону.       Офелия стала серьезной, и ее настрой передался леди Гленарван, которая перестала улыбаться. — Понимаете, Элен, я не могу любить капитана… — Почему, моя дорогая? — Я должна буду поднимать на ноги Роберта, даже если мы найдем отца. Помогать близким… Мое сердце пока не открыто для такой любви, Элен. — У вас никогда не было желания любить и быть любимой, Офелия?       Девушка встала с кровати и подошла к иллюминатору. Солнечный свет снова заиграл на ее волосах и лице. — В раннем детстве было. Когда выросла, пропало куда-то. И даже если я смогу испытывать такое глубокое чувство, как любовь, то каковы шансы, что оно будет взаимно, Элен? Я не хочу наносить себе дополнительные раны на сердце.       Молодая женщина опустила голову в задумчивости, подперев голову рукой. В молчании минуты бежали медленно, давая подумать. Наконец, Элен поднялась, подошла к девушке и тихо ей сказала: — Я понимаю вас, Офелия. Но даже когда я осталась круглой сиротой, надеялась на любовь. И лорд Гленарван стал ею. Подумайте об этом. Доброй ночи, дорогая. — Доброй, Элен.       И леди Гленарван вышла из каюты мисс Грант, оставив ту в глубоком раздумье.