Самые. До и после 57

Установка расчетов, на удивление, прошла без проблем и проволочек. Ханджи быстро объяснила отряду, как именно нужно крепить бочки к деревьям винтами и хомутом, чтобы титан не унесся в горизонт вместе с ними. Место в лесу Гигантских Деревьев тоже нашли почти сразу — достаточно открытая местность чтобы не задеть друг друга залпами. Устройства на высоту поднимали на противовесах с целью экономии газа, по массе каждое достигало порядка 40 килограммов. Теперь Леви не удивлялся, почему у Ханджи болела спина. Работы хватило всем — даже главнокомандующий Смит, который изначально только руководил процессом, в конечном итоге присоединился к сослуживцам — белоручек в легионе не держали. Благодаря толковому управлению и физической силе Леви, который справлялся с задачей намного быстрее всех — закончить успели, пока солнце еще не встало. Отряд кормил и поил лошадей, переводил дух и готовился проделать путь обратно налегке. — Эй, очкастая, — подошел к майору Аккерман, — бери Моблита и забирайтесь в одну из повозок — с вашими спинами на вас верхом смотреть больно. Ханджи перевела недоуменный взгляд на капитана, а затем посмотрела на своего помощника и еле сдержала смех. Моблит, уже успевший забраться на коня, сидел в седле хуже мешка с картошкой: постоянно заваливался на бок и пытался хоть немного растянуть мышцы спины. — Действительно, — протянула Зоэ задумчиво, — тогда возьмешь мою лошадку? — Давай уже, — нехотя отозвался капитан, глядя в след удаляющейся женщине. Моблита, в конечном итоге, с коня пришлось просто стаскивать за ногу — мышцы паренька настолько задубели, что нормально повернуться в седле у него сразу не получилось. Майор с подчиненным заняли места в первой в строю повозке, когда весь отряд уже был готов отправляться обратно за стены. Лошадь Бернера поручили молчаливому Мики. Эрвин скомандовал трогаться и некоторое время вел всю процессию шагом — грел лошадей, но уже спустя несколько минут пришпорил коня и поскакал рысью. Облегченные повозки, на сей раз, отлично успевали за главнокомандующим. — Майор, — услышал сзади себя Леви голос Моблита, — вы скоро третьи сутки на ногах! Ложитесь и спите сейчас пока есть время. Ханджи действительно порядком устала, поэтому не стала возражать и заняла горизонтальное положение на дне повозки. Рядом с ней, опираясь на борт, сидел ее подчиненный. Однако, радость от приближающегося сна для Зоэ продлилась недолго — вот уже через пару минут повозка ухнула на кочке, а голова майора немного подлетела над импровизированной лежанкой и с отчетливым треском рухнула обратно. — Ай, твою ж мать! — оглушительно разнеслось по округе. Эрвин, услышав вопли Зоэ уже было готов был остановить строй и отдать приказ готовиться к бою, но больше всех перепугавшийся Моблит быстро объяснил Смиту что к чему, и отряд снова потерял к женщине интерес. — Майор Ханджи, — в пол голоса начал Бернер, стаскивая с себя форменный пиджак и протягивая его Зоэ, — положите себе под голову, тогда, думаю, проблема будет решена. — Спасибо, Моблит, — обрадовалась женщина, без зазрения совести оставляя подчиненного в одной рубашке, и как только ее голова коснулась горизонтальной поверхности — отрубилась. Ханджи Зоэ уже давно не снились нормальные спокойные сны. Она за свои недолгие годы пережила слишком многое, увидела слишком большое количество смертей, чтобы забыть об этом. Мертвые приходили по ночам ко всем солдатам легиона разведки. Этот короткий сон за пределами стен не стал исключением — молодую, тогда еще неопытную девушку рекрута и ее небольшой отряд преследовала группа гигантов. Зоэ отлично помнила, что тогда произошло, чем в итоге все закончилась, поэтому даже во сне очень удивилась, когда громогласные шаги, больше походящие на поступь титана, разнеслись где-то рядом, совсем не так как было тогда. Женщина открыла глаза. Странные звуки шагов, оказалось, были наяву, а не во сне. Причиной всему стал короткий привал отряда перед финальным рывком к Каранесу, а главным источником шума был никто иной как капитан элитного отряда легиона разведки Леви Аккерман. Солнце начинало разливать оранжевый цвет из-за горизонта. — Я уже не могу слышать, как у твоего подчиненного зуб на зуб не попадает от холода, — равнодушно бросил мужчина, рывком вытащил форменный пиджак из-под головы Зоэ и бросил разминающему ноги неподалеку Моблиту. — Эй, полегче! — возмутилась Ханджи, потирая вновь ушибленный затылок, — и как ты мне теперь спать прикажешь?! Аккерман скривился и в упор посмотрел на женщину. — Четырехглазая, ты вроде не жаловалась на отсутствие мозга, — протянул капитан, стягивая офицерскую куртку с себя. — Леви, что ты…? — округлила глаза Зоэ. — Замолчи уже, — перебил ее мужчина, — на, держи, — передал он ей аккуратно сложенную ткань, — постираешь потом! Аккерман гордо вздернул подбородок и выпрыгнул из повозки прямо через высокие борта. — Ну и дела, — протянула Ханджи, глядя на такого же удивленного Моблита. Замерзшим, кстати, тот ничуть не выглядел.

***

Остальной путь до штаба легиона разведки отряд проделал без проблем, Моблит разбудил Ханджи, лишь когда они въехали на задний двор их временного пристанища и начали расседлывать коней, убирать повозки. Поскольку отряд вернулся рано утром, почти все солдаты все еще спали в своих казармах и о прибытии группы со специального задания не подозревали. Эрвин Смит принудительно отправил всех участников вылазки спать, сказав, что по официальной версии избранный офицерский состав будет заседать в штабе до вечера, уточняя планы грядущей операции. Всех, кого главнокомандующий увидит до обеда, ждет выговор, подчеркнул мужчина. Леви с наслаждением после банных процедур откинулся на спинку дивана с чашкой чая в руках — вздремнуть в это время суток, судя по его самочувствию, ему точно не светило, можно было даже не пытаться. За окном во внутреннем дворе кипела жизнь: недавние рекруты сдавали отчеты по пройденному материалу касательно построения, элитный отряд, судя по всему, направлялся в тренировочный лес чтобы не терять форму. Капитан усмехнулся, Эрд не даст никому халтурить. Когда Аккерман уже допивал вторую чашку чая, в дверь настойчиво постучали. — Кто там? — лениво потянул мужчина. В дверном проеме показалась самая гениальная голова человечества с банкой в руках. — Леви! — улыбнулась женщина, — не найдется минутка? Аккерман отрицательно покачал головой, глядя на ее желтую водолазку и черные домашние штаны, майор уже сделала пару шагов по комнате. — Нет, — подтвердил свой жест словами капитан, — проваливай отсюда, очкастая. Ханджи хитро улыбнулась и крутанувшись на кончиках пальцев зашагала к выходу. — Чего хотела то? — сделал над собой усилие Аккерман. — Да так, — протянула Зоэ, открывая дверь, — у меня спина так жутко болит, хотела попросить тебя помочь ее намазать, — женщина покрутила в руках небольшую баночку, — а то, сама я не везде достаю. Леви уже не нужно было слушать ее речь дальше, чтобы понять, что он со всеми потрохами попался в расставленные майором сети. — Но раз ты сильно занят, — продолжила Ханджи, поправляя тонкие дужки домашних очков, — я, наверное, попрошу Моблита. Заодно и ему помогу, сам видел в каком состоянии был бедняга, — продолжая улыбаться подвела она итог. Аккерман сделал последний глоток из чашки и поставил ее на пол. — Стоять, — скомандовал он Зоэ. Ханджи удивленно повернула голову к нему, так и не успев окончательно покинуть помещение. В глазах женщины россыпью угадывались лучащиеся хитринки. — Кругом, — продолжил отдавать указания Аккерман. — Не забывайтесь, капитан, — возмутилась Зоэ, хотя оба понимали, что это было чистой воды притворство. Леви рывком поднялся на ноги и из-под нависшей челки посмотрел на самую несносную женщину за стенами. — Я помогу, — хрипло сказал мужчина, неожиданно для Ханджи закрыв дверь прямо перед ее носом. Скорость Аккермана не поддавалась логическому объяснению. Зоэ гордо развернулась и последовала к кровати под хищным взглядом синих глаз. Женщина рывком сдернула покрывало с кровати капитана, демонстративно скомкала, кинула на диван и посмотрела на мужчину, вынуждая отвернуться. Леви нехотя подчинился. Майор сняла тонкую водолазку, очки положила на прикроватную тумбочку и животом легла на холодные простыни. — Уже можно, — скомандовала она Аккерману, — ты что, только постельное белье поменял? Так и пахнет мылом, — Зоэ с чувством втянула запах, зарываясь носом в подушку. — Нет, неделю назад где-то, — отозвался Леви, подходя к кровати. Тема чистоты приглушила охотничий инстинкт внутри. Ханджи недоверчиво посмотрела на него вполоборота. — Ты что, весь из мыла что ли сделан? — изумилась она, подавляя желание вечно живущего в ней исследователя понюхать странного капитана. — Нет же, — отмахнулся мужчина, — просто я чаще всего сплю в кресле, — он кивнул куда-то вглубь комнаты. — Леви, все же ты такой странный, — задумчиво протянула женщина и рассмеялась. — И от кого я это слышу, — пробурчал Аккерман, садясь на кровать сбоку и открывая банку с мазью для спины. На прикроватной тумбочке удивительно гармонично смотрелись кипенно-белый шейный платок и очки в тонкой оправе с выпуклыми стеклами. — Где ты ее достала? — спросил Леви принюхиваясь, пахло горькими травами, он такой запах не любил. — Эрвин передал от медиков, — сказала женщина, укладывая руки по швам. — Ты что, сначала к нему с этой просьбой ходила? — грозно бросил капитан легиона разведки. — Нет, — рассмеялась женщина, — он мне ее еще давно дал, когда во время вылазки спиной ударилась о крышу здания. Леви закатил глаза. Спина Ханджи сейчас казалась намного уже, чем в форменной куртке отряда разведчиков. От поясницы до уровня талии тянулась полоса от ремня устройства пространственного маневрирования, от приспущенных домашних штанов лентами вниз к ягодицам тянулись похожие следы, в районе лопаток был очерчен прямоугольник от трущей их большой защитной пластины. Аккерман отогнал наваждение и, зачерпнув мази, решительно положил руку на спину майору. Зоэ вздрогнула от неожиданности, по открытым участкам тела непроизвольно пробежала волна мурашек. Подключив вторую руку, капитан быстро нашел мышцу, сжатую спазмом и принялся основательно ее разминать. Зоэ на кровати отчаянно вопила от боли. — Леви, — развернула голову в сторону женщина, — ты же просто садист! Давай полегче, это очень больно! Проигнорировавший ее Аккерман с еще большим усилием нажал на больную точку, в попытке разогнать молочную кислоту. Он знал не понаслышке как бороться с подобными проблемами, поэтому заставлял женщину терпеть. Когда крики Ханджи окончательно вывели его из себя, он просто схватил ее одной рукой за волосы и довольно резко, так что челюсти майора щелкнули, развернул ее лицом в подушку. — Еще немного потерпи, — сказал он тихо, — скоро будет легче, иначе не поможет. Зоэ мстительно укусила подушку, но словам вняла и попыталась расслабиться. Уже через 10 минут женщина начала издавать звуки, больше похожие на стоны наслаждения, боль почти полностью прошла. У Леви опять начал дергаться глаз. — Если тебе стало легче, — вздохнул он раздраженно, — то поднимайся и проваливай к себе. Мазь уже впиталась. Мужчина поднялся на ноги, закрыл банку и вышел в ванную комнату, давая Ханджи возможность одеться. Леви тщательно намылил руки, избавляясь от запаха горьких лекарственных трав, и ополоснул лицо водой, приходя в себя. Все же Зоэ его когда-нибудь доконает. В зеркало на него смотрел раздраженный и уставший мужчина со вздыбившимися волосами. Мешки под глазами, вот уже сколько лет бывшие постоянными его спутниками, и белесая кожа, в детстве не видевшая света — все это делало его больше похожим на ходячий труп, а не на капитана легиона разведки. — Наверное действительно надо поспать, — устало выдохнул капитан, понимая, что сейчас все-таки сможет уснуть. Аккерман провел расческой по волосам и вышел из ванной. — О! — оказалось его гостья никуда не ушла, — а я думала у тебя очередной приступ чистоплюйства, и ты пошел мыться с головы до ног, — подначивала его женщина. — Ты почему еще здесь? — спросил капитан, проигнорировав ее высказывание. — Ну, Леви, — протянула майор, — ты разве не знаешь, что после массажа нельзя сразу вставать, — как маленькому разжевала она, — в замке столько сквозняков! Ты что, хочешь, чтобы я моментально простыла? Женщина успела надеть на себя злополучную водолазку и устроиться на спине под одеялом. Аккерман закрыл глаза успокаиваясь и присел на край кровати. — Вообще-то я думал поспать, — начал он, — на сей раз даже не в кресле. — Ну и кто тебе мешает? — недоумевала Ханджи, — кровать большая, ложись не хочу! Ты уснешь, а я через какое-то время просто тихо уйду. — Тихо, — усмехнулся мужчина, глядя на просвечивающий из-за плотной шторы свет, — очень смешно. Зоэ обиженно засопела. — Ну знаешь ли! — майор развернулась спиной к капитану, уползая вместе с одеялом ближе к стенке. Аккерман какое-то время смотрел ей в затылок, размышляя, но в конечном итоге он просто шумно выдохнул и встал. — Да пошло оно все, — тихо бросил мужчина и одним слитным движением снял с себя тонкий домашний свитер, аккуратно вешая его на спинку кровати. Матрас непривычно прогнулся под весом двух тел. Капитан легиона разведки отогнул край одеяла, под которым лежала Зоэ, и укрылся им сам. Правая рука мужчины поднырнула под единственную подушку, а левая с силой пододвинула удивительно довольного майора себе под бок и чуть вниз, сглаживая разницу в росте. От Ханджи все еще пахло мазью, но сейчас запах уже казался не таким горьким. — Ты что, голый? — усмехнулась женщина. — Не весь, — лениво ответил капитан, постепенно расслабляясь. — И зачем это, позволь узнать? — веселилась майор. — Жарко, да и тебе спину надо греть, — скрыл смущение за раздражением Аккерман. — А, — хитро протянула Зоэ, — так ты теперь в грелки подался? В разведке так мало платят? — майор развернулась к нему лицом. — М? — просил капитан, столкнувшись с ней взглядом. — Ничего, — покраснела Ханджи, — просто… большое спасибо, Леви! — женщина неловко вытянула шею и поцеловала самого сильного бойца человечества туда, куда только смогла дотянуться — в нос, и пунцовая, скрываясь бегством, снова отвернулась к стене. — Ненормальная, — капитан закатил глаза и снова подтащил Зоэ к себе под бок. Левая рука нагло залезла под тонкую водолазку женщины, шершавые пальцы сжали талию прямо под грудью. Мужчина почувствовал, как она судорожно втянула воздух. — Успокойся уже и спи, — Леви уткнулся носом в макушку Ханджи и глубоко вздохнул, — я чертовски устал. На прикроватной тумбе удивительно гармонично сочетались кипенно-белый шейный платок самого сильного бойца человечества и очки в тонкой оправе самого умного ученого за стенами.