Волшебный чаёк

— Так значит у вас тут гадалки водятся? — приподнимая одну бровь, спросил Вэй Ин нового знакомого, сидящего прямо напротив. — Не говори так про госпожу Сианчи, это тебе не какая-нибудь шарлатанка, а истинный пророк. Она ещё ни разу не ошибалась. Эх, ты ведь всё равно не веришь? — с обречённым выражением лица уставился на Старейшину выжидающе. — Ну, возможно твоя госпожа действительно может видеть судьбу. В этом я могу убедиться, только если сам всё увижу.— гордо закончив последнее предложение, странник залпом прикончил свой сосуд с вином, потягиваясь. Взгляд мужчины смягчился и приобрел озорное выражение. — Конечно. Я даже сам устрою вам сеанс. — мужчина воссиял, заметив слабый ошарашенный кивок, подорвался с места. — Встретимся здесь на закате, я отведу тебя к ней. Пролепетав всё на одном дыхании, мужчина скрылся, оставляя ничего не понимающего Вэй Ина одного. И, что у него на уме? Придя в себя, Старейшина усмехнулся. Он поймёт это позже. А пока надо бы пройтись по окрестностям, размяться. Юноша встал и, окинув пустые сосуды печальным взглядом, направился вдоль по улице. Вино всё никак не хотело хоть немного проявить свой эффект. Хотя, чего он ещё ожидал от едва ли месячной выдержки деревенской настойки. Это тебе не Гусу, не Улыбка Императора, способная сбить с ног после первого же сосуда. Вэй Ин остановился перед лесом, печально усмехаясь. Да, было бы неплохо вновь побывать там. Какими бы строгими не были правила в Ордене Лань, это было место, куда хотелось вернуться. Вновь увидеть величественные скалы, окунуться с головой в холодный источник, может, даже попытаться прочесть все правила на стене послушания. Сбежать в город за вином, а после вновь пробираться через стену на территорию Ордена. Конечно, этого сделать не удастся. Слишком правильный ученик клана Лань неустанно бдит за нарушителями порядка. Ох, сколько раз он ловил Вэй Усяня когда тот, с кувшинами на перевес, перелезал на территорию Лань. Даже смешно, как после всего он продолжал уговаривать того вернуться в Гусу. Как продолжал следить, направлять сбившегося, по его мнению, с пути бывшего ученика Клана Лань. Сколько бы проблем он ему не принёс, второй Нефрит Клана Лань всегда следовал за ним, пытаясь оградить от угроз. Эх, если бы Вэй Ин не… — Так, стоп, спокойно. — горестно вздохнул юноша, вновь ловя себя на мыслях «о прошлом». — Что было, того не вернуть. Уверял он себя. Так что когда позади раздался хруст веток, Вэй Ин готов был броситься в объятия лютому мертвецу, что пришёл на зов Старейшины Илин. К огромному удивлению последнего, один. Ни тебе призраков, ни ходячих, ни обыкновенных навок. Вообще никого, содержащего хотя бы малую часть тёмной энергии. Тишь да гладь. Приглядевшись к своему улову повнимательнее, он пришёл к выводу, что даже экземпляр перед ним вряд ли представляет угрозу населению. Зловоние, почти полное отсутствие одежды и гниль, распространившаяся даже на кости, говорили о том, как же давно эта несчастная душа бродит, не зная покоя. А остатки сетей, повисших на мертвеце — и вовсе, о весёлом времяпровождении в гиблом болоте. — Мда, я вам сочувствую, господин. Где же вы провинились, что небожители так рассерчали на вас? — вновь оглядев того с ног до головы, Вэй Ин вздохнул. В следующую секунду тело упало наземь, лишившись последней капли тёмной энергии. — Ой, уже стемнело? Пора бы вернуться.

***

— Я уж думал, ты не придёшь. — с растерянной улыбкой произнёс приятель, стоило на горизонте замаячить знакомой фигуре. — Пойдём, не стоит заставлять госпожу ждать. На этой ноте, двое молодых людей отправились к пристанищу этого могущественного пророка.

***

Ну… Старейшина ещё раз обвёл взглядом лачугу перед ним. Низкая хибара, обветшалый заборчик, отсутствие освещения. Ни тебе защитных заклинаний, ни усиливающих амулетов, даже банально шарлатанских безделушек не наблюдалось. Самый обычный дом. — Проходи, она уже ждёт тебя,— весело пролепетал приятель, в упор не замечая недоверие спутника. Внутри дома всё было тоже, более чем обычно. Простая мебель, узкие коридоры. И только в воздухе витал лёгкий аромат благовоний и лечебных трав. Сама комната с гадалкой находилась недалеко от входа. Госпожа Сианчи сидела за столиком чинно сложив руки перед начерченным заклинанием, показавшимся Вэй Ину смутно знакомым. По краям стола стояли четыре свечи, единственные источники света. Но и тот был настолько тусклым, что не было видно даже содержимого шкафов, те, к слову, стояли у стен. Госпожу рассмотреть не удалось. Лицо её прикрывала ткань светлого, или вообще белого, цвета. На молодых руках красовались разного рода ленты и браслет, простой, без лишних украшений. По правую сторону от женщины расположились зеркало, нож и мешочек. — Рада приветствовать молодого господина. — голос у неё был неожиданно мягким и глубоким. Вэй Ин помотал головой, отгоняя назойливые и ничем не обоснованные ассоциации. — Что же вы желаете узнать? Вэй Ин на минутку задумался. Если спрашивать о будущем, как делают большинство, его могут обвести вокруг пальца. Прошлое слишком скучное, хоть и насыщено весьма неприятными событиями. — Ну, начнём, пожалуй, с настоящего. — с неизменной ухмылкой предложил Старейшина, опускаясь напротив гадалки. Женщина ничего не ответила. Не поворачиваясь, она быстро подхватила мешочек и одним изящным движением развязала его. В голове Вэй Ина сразу всплыли воспоминания уроков по фехтованию в Гусу Лань. То же изящество, красота, плавные движения и стальная хватка. Боже, похоже он сошел с ума. — Возьмите несколько камней и бросьте в круг. Довольно нырнув рукой в предоставленный мешочек, Вэй У Сянь пытался достать как можно больше камней, тем самым пытаясь запутать гадалку. Но не тут то было. Вытащив руку, большинство камней, самым непостижимым образом упали обратно. В итоге на столе оказались всего три перевёрнутые руны. Женщина напротив него напряглась и попросила бросить снова. История повторилась и во второй раз. И в третий. Наконец госпожа, видимо, вконец убедилась в печальной судьбе юноши напротив. Немного помедлив она расшифровала. — У вас очень печальная история, вы были рождены дабы пройти по пути тьмы. Ранее неизведанным ни одним заклинателем. Что привело вас сюда? Осуждение. Ещё предательство. Вас беспокоит их судьба. Не стоит. В тот момент единственное, что вы могли сделать для их спасения, уйти. Они в порядке. Но вы… ваша душа. Как бы это сказать. — Сианчи обречённо вздохнула. — Если вы продолжите идти по этому пути, вы рискуете потерять намного больше, чем собственную жизнь. По крайней мере, когда вы идёте в одиночестве. — Эм, я немного не понял. — Я говорю, что вы не можете больше идти один. Вам необходимо найти спутника, что будет сопровождать вас на этом тернистом пути. Великую любовь, что не отвернётся никогда. — Ну и когда же я её найду? — в шутливом тоне спросил Вэй Ин. Гадалка, казалось, впала в шок и даже подняла голову. — Но вы её уже нашли, и довольно давно. — недовольно ответила она, будто пыталась объяснить элементарную вещь, что никак не хотела оставаться в голове нерадивого ученика. Но потом, будто что-то осознав, мягко добавила. — Возможно из-за тьмы, окутывающей вас, нити судьбы не могут соединиться. Тогда это всё объясняет. Хм, если позволите я могу помочь её найти. Предложение вылетело резко и прямо в лоб. Немного ошарашив юношу, жившего по правилу: «Люди ничего не делают задаром». Однако приятель ясно, чётко, почти на пальцах объяснял, что госпожа Сианчи не требует денег за свои услуги. — Хорошо. — недоверчиво, но всё же согласился Вэй Ин, подгоняемый любопытством. Госпожа плавно поднялась с места и направилась к шкафам. Старейшина Илин готов поклясться, что когда гадалка повернулась к нему спиной, из-под накидки показались концы белой ленты. — Я дам вам заговорённые травы, заварите из них чай на полнолуние, оно как раз через три дня, распейте его с тем, кто придёт к вам. Это и будет человек, предназначенный вам небесами. — женщина протянула Вэй Ину мешочек с травами. — А он придёт несмотря ни на что? — Придёт, даже если солнце упадёт с небосвода.

***

Воодушевлённый этими словами, Вэй Ин отправился искать убежище на три дня, пока полнолуние не закончится. Таким ходом он нашел захолустный домик в самой глуши леса. До ближайшей деревни миль пятьдесят не меньше, дороги здесь нет, нечисти тоже. Птицы не поют, звери не бегают. Дом старый и нежилой, но выглядящий крепким. Немного магии и будет как новенький. И действительно, через два дня дом преобразился, как внешне, так и изнутри. Юноша остался горд собой. На третий день он занялся расставлением препятствий для своей «Великой любви». Но это так, мелочи. Расставить ходячих по периметру, лабиринтик там, небольшое пакостливое заклинание. С самым сладким вышла неувязочка. Не хочется особо издеваться над дамой, но проверить правдивость слухов требует всё нутро, не связанное с благородством. Так бы и сидел он на пеньке перед домом, многозначительно смотря в небо, но раскаты грома вернули его в реальность. Видимо, настырная любовь попалась. Усмехнувшись своим мыслям заклинатель направился в дом.

***

Прошло уже несколько часов, и на улицу уже должна была опуститься ночь. Неожиданная буря и не думала стихать. Поставив заваренный чай на стол, Вэй Усянь с улыбкой уставился в окно. Тёмная магия служила прекрасной печкой и не пропускала холодный ветер через едва прикрытые ставни, даже приглушала звук дождя. Прекрасная вещь. Так, со спокойной душой, заклинатель хотел отправиться спать. В такую погоду вряд ли сумасшедший на улицу сунется, что уж говорить о благородных дамах. Всё-таки гадалка оказалась шарлатанкой. Думал он до того момента, когда в дверь постучали. Юноша застыл в шаге от кровати, не веря своим ушам. Спустя секунду стук повторился. — Не показалось. Подорвавшись с места, заклинатель поспешил к двери, желая наконец узреть, какая же она, великая любовь. Но открыв её так и замер, не зная как реагировать на шутку судьбы. — Лань Ванцзи? — Вэй Ин? Чаёк не пил, травы не нюхал, заклинаниями не разбрасывался, головой не ударялся. Так почему перед ним сейчас стоит Ланьская заноза, в глуши и во время бури? Какого чёрта он вообще делает в этом демоном забытом месте, где максимум можно встретить безобидных во всех смыслах ходячих, раставленных самим Вэем? Решив оставить расспросы на потом, Тёмный заклинатель отошёл в сторону, пропуская неожиданно-ожидаемого гостя. Всё-таки на улице холодно, а он в мокрой ханьфу. В молчании они просидели долго, напряжённо переглядываясь и иногда ерзая на месте. Первым решил прервать тишину Вэй Ин. — Может, расскажешь, что ты забыл в этой глуши? — старейшину просто распирало от любопытства. В такой глуши встретить столь знаменитого заклинателя, да ещё и столь благонравного и чистолюбивого ордена. Расскажешь — не поверят. — Смотровые башни.— будто в лёгком трансе ответил Ванцзи, видимо, ещё не до конца удостоверился в подлинности человека напротив. — Здесь? Но ведь единственные твари, способные заинтересовать заклинателей, — это мои мертвецы. Лань Чжань поднял на него удивлённый взгляд, ещё больше озадачивая Вэй Ина. — Чего ты так на меня смотришь? — Ты не знаешь, что это за место? — Какое место? — Вэй Ин действительно не знал. Стал бы он тогда устраивать прятки в месте, знакомому каждому заклинателю? — Мгм. Раньше в этом месте находилась скверна, но её удалось запечатать, как и тёмную энергию вокруг. — И теперь вы хотите построить здесь смотровую башню, чтобы каждый раз не бегать туда-сюда. — скорее утверждал Старейшина Илин. — Эх, а я только обустроился здесь. Даже печально как-то. — А где ты был? — В каком смысле? — После того как ушел. — А, ты об этом. Странствовал, скрывался от Орденов, развлекал себя как мог. Вот и всё. Скучно. В вашем Ордене и то веселей было. Тебя позлить можно было. Кстати, как там А-Юань и оставшийся Клан Вэнь? — Всё нормально. Юань умный и послушный мальчик, я дал ему имя Сычжуй. — А? Ты о чём? Вспоминать? Тосковать? Отчего так грустно? Хань Гуан Цзюнь? Но Ванцзы упрямо молчал, переводя взгляд от окна к сохнувшему гуциню и обратно. Выждав ещё пару секунд, Вэй Ин пришёл к выводу, что напрямую спрашивать что-либо бесполезно. Значит нужен другой подход. — Ладно, если не хочешь отвечать я не буду настаивать. — подняв руки в примирительном жесте, бывший старейшина пытался сдержать хитрую улыбку и блеск в глазах. — Значит, говоришь, ему нравится в Гусу? — Мгм. Он по тебе скучает. —… — сейчас настала очередь Вэй Ина отводить взгляд. Сказать по правде, он и сам безумно скучал по этому крохотному лучику света, по неизвестным причинам носящего фамилию Вэнь, с Вэнь Нином та же история. — А Вэнь Нин? — Через некоторое время он ушел из Облачных глубин и поселился на окраине Гусу. Иногда он приходит повидаться с сестрой и А-Юанем. — Вот как. А Цзян Чен? Женился? Или так и остался Одинокой и ворчливой Тефтелькой? О, о! Как там шицзе? Ей хорошо в Ордене Цзинь? И как там мой племянник?! Или племянница? Расскажи, расскажи. — ещё немного и он точно начнет хлопать в ладоши. Сначала Усянь хотел задавать вопросы по одному, но стоило заикнуться про семью и его прорвало. Он слишком сильно по ним скучал, чтобы дожидаться односложных ответов на отдельные вопросы. Лань Чжань же спокойно дотерпел до конца словесного потока и неспеша начал отвечать: — Глава ордена Цзян до сих пор не нашел себе пару. Дева Цзян выходила к нам, когда мы с братом гостили в Ордене Цзинь. Кажется, она счастлива. С юным наследником Цзинь Лином тоже всё хорошо. — О-о-о, вот как. — протянул заклинатель, ощущая небывалую лёгкость внутри. Он боялся, что шицзе будет несчастна рядом с этим напыщенным петухом Цзинь Цзисюанем, но раз Ванцзи сказал, что его сестрица счастлива, то он спокоен. А Цзян Чен… Он ещё молод, наверняка успеет обзавестись невестой. — Хорошо. А я всё беспокоился о них. К сожалению, новости мне приходится собирать из сплетен, да и то, возможно, с опозданием. А что насчёт тебя? Нашлась та самая, что смогла растопить сердце холодного второго нефрита и остаться там, согревая… — нарочито певуче начал он, запаздало вспомнив, что о своем «статусе» Второй Нефрит помалкивает. — Нет. — резко прервал его тот, но затем как-то растерянно добавил. — Вернее да, но это не взаимно. — Это как не взаимно?! — а вот теперь Вэй Ин был удивлён даже больше, чем когда в ночном госте был узнан Лань Чжань. Даже не так. Он был возмущен! Эта девчонка хоть сама-то понимает, кому отказала? — Мгм? Ты удивлён? — как ни в чем не бывало спросил нефрит, будто не он только что рассказал, как его отвергла любимая. На этом моменте Вэй Ину хотелось хорошенько встряхнуть собеседника, подозревая, что многолетняя пыль библиотеки осела тому на мозги, мешая оценивать вещи здраво. Но тут же осекся. Библиотеки то и нет. Когда Усянь только начинал своё «путешествие», орден Лань ещё не приступили к отстройке зданий второстепенной важности, к каким на тот момент относилась библиотека. Так что вариант с пылью отпадает. — А она очень красивая? — сжав руки в кулаки, спокойно продолжил старейшина, когда взгляд серебристых глаз упал на две чашки чая, стоящих на столе в другой комнате. — Мгм. — Неужели настолько, что считает, что второй нефрит её не достоин? — на этот раз в голосе отчетливо скользили злые нотки. — Вэй Ин, нет. — выдохнул Лань Чжань, прикрыв глаза рукой. — дело не в этом… — Как не в этом?! — нет, это вообще возможно? Как можно отказать этому прекрасному во всех смыслах человеку, не являясь при этом высокомерной дурой, ослеплённой собственной красотой? Даже Цзинь Цзысюань, похоже, понял, что главное в человеке не внешность! — Какое это теперь имеет значение? — беспристрастно. Холодно. Пусто. Вэй Ин не видел его глаз, но был уверен, в них плескалась печаль. Печаль от того, что любимый человек его не принял. «Почему, черт возьми, он не может быть просто счастлив?» От вида такого подавленного Ванцзи, у темного заклинателя сворачиваются внутренности. Хоть внешне тот и выглядит как обычно, что-то подсказывало Вэй Ину не доверять этой маске. Она не может быть настоящей. Как и не может быть настоящей просто дружеская заинтересованность. Может, потому что друзьями как таковыми они никогда не были? Тогда откуда этот нездоровый интерес к столь незначительному факту? Сейчас он должен только покачать головой и продолжить расспрашивать гостя о делах более насущных, а не цепляться за эту информацию как утопающий за соломинку. Как все «не друзья». Вэй Ин прикусил губу и вновь сжал кулаки. Верно. Его не должна волновать личная жизнь знакомого, не признающего его как друга. Но его волнует. Волнует, почему девушка отказала ему. Волнует, как она выглядит. Волнует, почему Второй Нефрит отступил. Волнует, почему он её полюбил. Что в ней такого особенного? На свете множество женщин, которые искренне его полюбят, как только узнают. Оценят его доброту, храбрость, благородство, готовность помогать попавшим в беду, его мастерство заклинателя, элегантность движений, милую реакцию на вещи разнящиеся со строгим, почти монашеским, устроем… Можно до бесконечности перечислять вещи за что стоит полюбить Второго Нефрита клана Лань… — Может, для меня это важно? Или за что в него влюбился Старейшина Илин. — М? — Лань Чжань, наконец, открывает глаза и поднимает голову. На него смотрят два серебряных клинка, нацеленных прямо в душу, слабо поблёскивая от переполняющей их решимостью. Казалось даже воздух стал плотнее от серьёзного взгляда Старейшины Илин. В конце концов Ванцзи сдался. — Это не женщина. — Ч-что? — толи от тихого голоса собеседника, толи от самой абсурдности высказывания, Усяню показалось что он ослышался. — Я сказал, что это была не женщина. — чуть громче повторил Нефрит, пристыженно отводя глаза. — Ты влюблён в мужчину. — скорее для собственного осознания вторит мужчина, бесцельно обводя взглядом комнату, в которой находились. Его прелестный Хань Гуан Цзюнь… влюблён в мужчину? Его прелестный, его праведный Хань Гуань Цзюнь способен влюбиться в мужчину. — А ты хоть пытался добиться его расположения? Фраза вылетает сама. Прежде чем он успевает осмыслить её значение. Что греха таить, он даже не думал спрашивать о подобном. Тем не менее, сделанного не воротишь и через мгновение на него устремляется ошарашенный взгляд золотистых глаз. — Нет. — Почему? — Зачем? — Как зачем? А вдруг он ответит взаимностью? — Исключено. — Черт, просто скажи что боишься разочаровать надежды Ордена. Эти отсталые от жизни монахи только и могут что придумывать новые правила. Дай даже угадаю, за время моего отсутствия ведь наверняка добавились новые. Сколько? Десяток? Два десятка? Я прав? Ох, неужели они просто не могут успокоится и позволить адептам хоть немного расслабиться?.. За весь гневный монолог Ванцзи не проронил ни слова, а взгляд Усяня снова и снова возвращался к ещё горячему чаю. В какой-то момент он уже собирался встать и принести его сюда, но голос Лань Чжаня заставил сесть на место. — Я просто знаю, что ничего не получится. — С чего такая уверенность? — Его совершенно не привлекают мужчины. — и что? Его тоже не привлекали, но тем не менее. — Он считает меня скучным. — ну с первого впечатления он действительно кажется нелюдимым, надо просто узнать его поближе. — Он не отличается манерами и часто воспринимает всё как обычные отношения между друзьями. — ну да, это порой действительно мешает разобраться не только в чужих чувствах, но и в собственных черт пойми что. Проверено на собственном опыте. — Он абсолютно невозможен. — ну, хехе, не повезло. — До недавнего момента я даже не знал где он… — эх, быва… Так стоп. Пораженный собственной догадкой, темный заклинатель в нерешительности поднял глаза на возлюбленного. Тот смотрел не отрываясь, в потемневших глазах отражалась тоска и горечь. А ещё сожаление. За что? За что он взглядом молит о прощении? За то что рассказал? За то что потревожил? За то что полюбил? Ответа на этот вопрос нет. И не будет если он не остановит, уже вставшего, заклинателя, что быстро и неумолимо приближался к двери на улицу. От нахлынувшего страха он уже не запомнил как в мгновение ока оказался перед Лань Ванцзи, как поддался вперед, как вцепился в хотевшего уже отпрянуть Ванцзи. Но отчетливо помнил как расширились глаза Лань Чжаня, как обдало румянцем собственные щёки, как он его поцеловал. Легко. Простое прикосновение к плотно сжатым губам. Затем ещё одно чуть ниже и из груди вырвался сдавленный вздох. Вновь вернувшись наверх, Вэй Ин на мгновение замер, но тут же прикрыл глаза и прижался уже к покрасневшим губам. С несвойственной для себя осторожностью перебирал их, неожиданно теплые и мягкие они казались созданы для того чтобы их целовали. Такие сладкие и поддатливые, что от одной лишь целомудренной ласки голова пустеет, а в районе груди разливается живое тепло, от которого трудно даже дышать Не удержавшись Вэй Ин слегка прикусил нижнюю губу, тут же проведя языком поверх «пострадавшей». Казалось бы, обычное прикосновение, но ноги предательски дрожат, грозясь не удержать разбаловавшегося хозяина. Но на спину легла пара сильных рук, поддерживая, прижимая ближе, не позволяя прервать столь чудное мгновенье.

***

Очнулся Усянь только на коленях Ванцзи, пытаясь отдышаться. — Может, чаю?