Волшебный чаёк

— Мда… — всё, на что хватает красноречия Вэй Ина при виде ярко красных отметин на шее, плечах и теле в целом. А ведь ничего не предвещало подобного исхода. Вот он предлагает испить чай, неведомым образом ещё не остывший, вот Ванцзи соглашается, вот они его пьют, разговаривают. Всё тихо мирно. Пока не становится как-то душно. Увы, заклинатели, слишком увлеченные беседой, должного внимания на это не обратили. Как собственно, и на совершенно нетипичный вкус напитка. Это ещё ладно. Но как можно было пропустить момент, когда Вэй Ин уже сидел у нефрита на коленях? Ну, а дальше… Обреченно вздохнув, Усянь шлёпнулся на кровать и тут же подскочил, болезненно шипя. На заднице красовались отчетливые следы укусов и шлепков. От обилия ярко-красного уже кружилась голова, а про боль в пояснице можно вообще молчать. Так, где хныча, где откровенно ругаясь, Вэй Ин натянул многострадальное ханьфу, что просто чудом осталось относительно целым. Подумаешь, пояс немного укоротился. Это ничего. По сравнению с тем, что случилось с телом, это ещё цветочки. Ещё раз вздохнув, Усянь встал и уверенным, насколько это вообще возможно, шагом направился к столу, за которым вчера вечером и был распит этот злосчастный чай. И почему он вообще решил, что гадалка дала ему именно заговорённые травы, а не, допустим, яд? Такой исход тоже был весьма вероятен. Вэй Ин призадумался. Его, конечно, многие считали легкомысленным, но к своей жизни относился с уважением. Ну, по крайней мере, он проверял еду и вещи, которые получал из подозрительных источников, а этот самый пророк подходит под эту категорию как нельзя кстати. Хотя, это допущение можно скинуть на то, что пить он его с самого начала не собирался, а только заварить и оставить на столе. И, когда пришел Ванцзи, просто забыл об этом. Верится, однако, с трудом. Схватившись за голову, старейшина тихо выругался и взял одну из чашек, в которой некогда и был напиток. Покрутив её в руках и проверив на наличие запланированных печатей, Вэй Ин пришел к выводу, что по запаху это больше напоминает травяной отвар. Правда, слегка сладковатый, но это не критично. — Что же мы имеем в итоге… — задумчиво протянул он, поглядывая на осевшие на дне чашки травы. — неизвестный сборник трав, веселую ночку, Лань Чжаня и госпожу… Сианчи. Первые два мне сейчас не помогут. Значит… Так и не закончив предложение, Усянь уткнулся лбом в чайный столик и со вздохом прикрыл глаза. В голове метались множество мыслей. Например, как давно Лань Чжань в него влюблён, как к этому отнесутся в Облачных глубинах, почему он отправился проверять скверну один, кто такая эта Сианчи и почему, чёрт возьми, у неё была лобная лента, а то что это была именно она, старейшина не сомневался. Хлоп. От ещё больших вопросов, Усяня уберёг едва слышный стук закрывающейся двери. Похоже, вернулся Лань Чжань. Он должен был сообщить в Орден, что печать скверны не нарушена, но сам он останется на некоторое время. Дело было недолгим, и уже через минут двадцать Второй Нефрит неспешно вошел обратно в комнату, одарив подозрительным взглядом чашку в руках Вэй Ина. Сразу смекнув в чем дело, старейшина поспешно отложил посудину и активно замахал руками. — Я здесь не виноват, гэгэ! Я даже не знал, как он действует! И вообще не верил, что кто-то правда придёт! — начал оправдываться тёмный заклинатель, не удержавшись от мысленной усмешки, глядя на алеющие следы, которыми была просто усеена шея «первого среди самых благовоспитаных адептов ордена Гусу Лань». — «Не верил, что кто-то правда придёт»? В каком смысле? — заметил оговорку Ванцзи. — Ах это… — немного поколебавшись и собирав мысли в нечто похожее на хронологическое повествование, Усянь вздохнул и начал рассказ. — Четыре дня назад я вышел в одну мелкую деревушку, она как раз к северу отсюда, и там познакомился с одним молодым господином, который мне и рассказал о гадалке. — Гадалке? — Да. Некой госпоже Сианчи. В общем, мы разговорились и он до того её расхваливал, что я не выдержал и решил проверить, правда ли она так хороша в предсказаниях, да и просто любопытно. А мужчина так обрадовался, что сам устроил для меня приём, представляешь? Ну я пришел, значит, к гадалке. Дом не отличался чем-то особенным, даже всей этой бесполезной чепухи, на подобие разного рода «оберегов», не было. Я сомневался как-то, но мужчина оказался настырным и, проведя меня непосредственно внутрь, скрылся. Делать нечего, захожу в комнату гадалки, а там кромешный мрак, только стол, за которым сидела женщина, был виден. Подхожу, сажусь. Спрашивает: «Что желаете узнать?». Отвечаю: «настоящее», про будущее спрашивать, когда ты хочешь разоблачить шарлатана, глупо. Думаю большую часть того, что мне сказали, можно опустить. Что же касается тебя… Она начала говорить про тёмный путь, про то что мне нельзя дальше идти одному и всё в таком духе, даже великую любовь предсказала. — «Великую любовь»? — Лань Чжань чуть нахмурился. — Ага, она мне сказала, что я её уже встретил, но из-за тьмы не могу понять, кто это. И, как добрейший души человек, великодушно решила мне помочь, — он кивнул на пустые чашки. — дать заговорённые травы, провести ритуал, а затем распить чай с тем, кто придёт. — И ты поверил? — Нет, конечно! Я для чего в такой глуши поселился? И огородился? Я специально расставил ловушки, мертвецов, даже лабиринты. И всё же пришел ты. Представляешь моё удивление? А после того, что было? Вот и не верь теперь гадалкам! — громко выдохнув, закончил свой рассказ Вэй Ин. Они некоторое время просидели в тишине, прежде чем Усянь, обеспокоенный молчанием мужчины, тихо спросил. — Ты же не думаешь, что я всё придумал? — Нет, не думаю. — также тихо ответил Ванцзи, о чём-то задумавшись, и немного погодя задал вопрос. — А как она гадала? — Хм… — Вэй Ин взглянул на вверх, пытаясь вспомнить детали ритуала, в голове сразу вспыхнули мешочек камней и рисунок на столе. — Она попросила меня взять несколько камней из мешка и бросить их в магическое поле. — А как оно выглядело? Помнишь? — Ммм, нет. А что такое? — Мгм. В нашем Ордене тоже была одна предсказательница… — А? Предсказательница в Ордене Лань? Но поче…— перебил его удивлённый заклинатель, но замолкал, когда от взгляда Ванцзы резко стало как-то прохладно. — Да. Природа её силы не распостроняется за пределы Ордена. Помнишь, создателя техники смертельных струн, Лань И? У неё была сестра — Лань Ли — девушка не отличалась сильным золотым ядром или физической силой, поэтому её существование не сильно интересовало общество. Зато она была очень изобретательна, так, в скором времени, на свет появились первые варианты магического поля, которое можно использовать для предсказаний. — Но тогда почему его не используют в Ордене Лань? Тогда и Облачные глубины, и Пристань Лотоса, и множество других Орденов не пострадало от рук Цишань Вень! — возмутился Вэй Ин, грозно сведя брови на переносице. На это Лань Чжань только покачал головой. — Мы не могли. Какое бы высокое место они бы не занимали в Ордене, в то время особенно трепетно относились к соблюдению правил, да и то, что они обе женщины, тоже сыграло немаловажную роль. В итоге, старейшины того времени приняли решение: « Изъять исследования и изобретения». — И что тогда? — Лань Ли скрылась с большинством своих открытий и спрятала их подальше от клана. Позже вернулась, но о местонахождении записей упорно молчала и, в конце концов, старейшины сдались. — А разве она больше не занималась развитием техник? — Нет. — И неизвестно, что с ней стало. — пробормотал Усянь, который не раз уже слышал подобные истории. — Нет. Разве что то, что она исчезла. — И что? Просто исчезла? Даже на память ничего не взяла. — иронично протянул темный заклинатель, откидываясь назад, но тут же вернулся в изначальное положение, когда вчерашняя ночка напомнила о себе острой болью в пояснице. — Разве что серебряный браслет с изображением дракона и коня, что признают силу друг друга. Потирающий спину, Вэй Ин замер, стоило только Лань Ванцзи произнести последние слова. И в следующую секунду не удержался от нервного смешка. На удивлённый взгляд Лань Чжаня оставалось только отводить глаза. *** — Это что? — трясясь не то от гнева, не то от негодования, произнесла женщина, не сводя глаз с расклада на магическом поле. Её беспокоила судьба юноши, что зашел к ней дня четыре назад. —… О-он… — но сейчас, глядя на прямое подтверждение того, что у этого балбеса всё хорошо, её распирает желание вцепиться тому в глотку и оторвать от, уже не такого невинного, брата главы Гусу Лань, или вернуться на несколько дней назад и взашей выкинуть проходимца, — Да чтоб тебя каждый день так драли. — наконец сдалась она, понимая, что в данный момент всё сложилось как нельзя лучше. Однако, хоть внешне могло показаться, что она успокоилась, нервозность её выдавала рука, что никак не могла перестать прокручивать серебряный браслет с изображениями дракона и коня.