Полицейская тайна

      Чимина разбудил звонок. Он еле оторвал голову от подушки, когда, казалось, только что заснул.       — Да.       Он соннно ответил на телефонный вызов, стараясь не разбудить Хосока.       — Чимин, я разбудил тебя?       Чуть шепотом произнес парень на том конце провода.       — Мин Хен? Да, я уже спал. Ты что-то хотел сказать?       Он спустил ноги с кровать, ощущая холодный пол под ногами.       — Я выслушаю тебя…       Потянувшись, Чимин вышел из спальни и, прикрыв дверь, пошел на кухню.        — Я стою под окном твоего дома, я не мог заснуть и решил прогуляться, даже не заметил, как пришел сюда.       — Что ты там делаешь? Юнги, ты удивляешь меня!       Чимин подошел к окну на кухне, выходящим на лицевую часть здания. Отодвинув шторку, он улыбнулся, заметив Юнги внизу.       — Хочешь, чтобы я вышел?       — Да, очень. Я жду тебя. Или если можно, я бы зашёл к тебе на чай. Если, конечно, ты не против.       — У меня гости, поэтому я спущусь к тебе ненадолго.       Накинув серый кардиган на плечи, Чимин брякнул ключами и вышел в подъезд, спустился вниз, найдя глазами Юнги, он подошел к нему.       — Как всегда прелестный Чимин…       Парень развел руки дабы утащить парня в объятия.       — Я скучал по тебе, мой маленький котёнок.       Юнги очень нежно улыбнулся.       — Ты довольно быстро начинаешь скучать. Юнги, что привело тебя в столь поздний час?       Чимин строго и настойчиво посмотрел на Юнги, точно не понимая, что от него хотят.       Так как от его собственного дома отделяло несколько улиц, Ким решил не заказывать такси и отрицательно кивал двум или трем подъезжающим к нему машинам. Хоть на часах уже давно стрелка перевалила за полночь, улицы были достаточно освещены, а светлые волосы трогал прохладный тихий ветерок, и шаг с каждой секундой становился жестче. Проходя знакомый подъезд, Ким попытался всмотреться в темные окна высотки, но другое видение предстало пред его взором.       — Чимин? Почему он только в кардигане…или?       Из-за густых и холодных красок ночи, Тэхен едва заметил тот факт, что с Чимином кто-то общался, цвет волос которого, вполне, слился с усыпанным звездами небом.       — Я уже объяснял свою ситуацию, мне не спалось, и я решил прогуляться, даже не заметил, как пришел сюда.       Мин поправил свою чёлку и задел серьгу, которая расстегнулась и тут же полетела вниз.       — Что ж, понятно, но знай, что я тут не надолго.       Коленки под спальными шортами трусились от прохладного ветерка.       — Твоя серьга.       Чимин нагнулся, чтобы поднять вещь, что уронил старший.       — Тц, теперь тут ничего не найти.       В полной темноте Чимин водил руками по асфальту, решив после все же подсветить телефоном.       — Живо встань!       Тэхен не выдержал его халатности к собственному здоровью и вышел из тени прямиком к Чимину, подняв его за руки с асфальта, затянув пояс кардигана потуже. Парень, что стоял за спиной его совсем не волновал, и, кажется, тот не особо порадовался его присутствию.       — Ты хочешь заболеть в конец?! Почему ты такой…натуральные волосы?       Ким поднял сердитый взгляд с лица на прическу парня, и его взгляд стал более чем удивленным.       — Тэхен?!       Появление друга в этот момент совсем не обрадовало Чимина, но все его лицо заставило Чимина улыбнуться.       — Я рад тебя видеть.       Парень обнял того и чмокнул в щёку.       — Хорошо, что Хосок, офицер Чон, забрал тебя из больницы. Ты был все это время с Чонгуком, как он?       Игнорировав замечания, Чим с задором расспрашивал Тэхена. Нос и кончики пальцев уже покраснели от холода, но парень продолжал улыбаться, а после замешкался.       — Это Мин Юнги, психолог из 46 отдела, в котором я работаю…       Чимин отошел и стал сбоку, чтобы не загораживать вид Тэхену. Из-за отсутствия рядом Чимина, Хосок проснулся, разговоры внизу так и не давали ему успокоиться, ведь окно оказалось приоткрыто.       — Что еще у него среди ночи?       Поднявшись, он подошел к окну, осторожно приоткрыв штору.       — Что за фигня? Это кто такие?       Две темные и одна светлая макушка — все, что заметил офицер. Вдохнув, он оделся, забрал телефон с тумбы, пока те бурно что-то обсуждали и вышел, осторожно закрыв квартиру. Спустившись вниз, он подошел к двери подъезда. Узнают же. Накинув капюшон от куртки и маску, что всегда при себе, Хосок ссутулился в спине и вышел. Парковка в стороне, где стоят эти парни. Большими шагами он прошел мимо лишь, возможно, сдав себя светлой челкой, и поспешно, усевшись в машину, покинул спальный район.       — Вы? Так поздно? Пожалуйста, не заставляйте моего друга мерзнуть, у него очень слабое здоровье.       Уже к Чимину.       — Ты понял меня, проблема ходячая? Мне нужно идти, так что не задерживайся и позвони мне потом.       Развернулся к Юнги.       — Простите и, кажется, это ваше…       Ким подобрал то, что блеснуло у него под ногами и вложил в руку Юнги.       — Доброй ночи.       Кивнув обоим, Ким скрылся из виду, так же, как и незаметно появился.       Хосок уже дома. Заперев квартиру, он отшвырнул ключи на тумбу в прихожей.       — Чонгук!       Парень разулся и прошел к двери комнаты брата.       — Чонгук, ты дома?       Ответа не последовало. Хосок открыл дверь и застал Чона спящим. Время незаметно летит и Хосок уже не помнит, как укладывал маленького Гуки спать, когда оставался на кухне ждать сестру с гулянок.       — Чонгук, надо поговорить!       Конечно, ему не плевать на то, что завтра работа и надо бы выспаться, но…крики буйного брата, конечно же, разбудили Чонгука. Он запустил подушкой в источник звука.       — Что ж ты, зараза, творишь?! Мне завтра в раннюю смену, а ты орешь! Баба твоя с ума сходила тут, пока не уехала, теперь ты!       Чон перешёл в положение сидя.       — Чего надо?       — Что между тобой и этим Кимом?       Хосок запер дверь снутри и строго посмотрел на брата, резко оборвав его нытье.       — Спрошу еще раз, что между вами?       Чонгук замер в прострации, думав, что Хосок догадался о его чувствах к Тэхену.       — Ничего, мы всего лишь коллеги, а почему ты спрашиваешь?       — Не делай из меня дурака, Чонгук!       Хосок повысил голос.       — Твоя жизнь и тебе решать, но мне придется вынимать тебя из этого. Ответь честно, что между вами? Почему ты не отлипаешь от него? Вы знакомы не больше недели, и ты так охотно изучаешь его!       Хосок скинул со стола Чона личное дело Тэ и его фото, что разлетелись по комнате.       — Если твои игры повлияют хоть как-то на работу, обещаю Чонгук, ты его больше не увидишь.       — Какое право ты имеешь на это?! Это моя личная жизнь. За пределами участка я могу делать с ним все, что пожелаю!       Хосок выводил брата своим поведением, тем более, когда дело коснулось бумаг, что лежали на столе.       — Почему ты так себя ведешь?! Прекрати!       — Лучше заткнись и скажи спасибо, что ты завтра идешь на работу! Иначе сидел бы давно на моей шее, а твоя выходка на фестивале и вовсе чуть не лишила меня и тебя работы! Ты подверг весь отдел этой опасности, этого прокурора, какого черта ты ввязался в его дела! Ты ввязал и нас в это! Адмирал Сонен считает, что мы пренебрегаем своими обязанностями! Ты совсем с ума выжил!       Хосок перешел на крик, приближаясь к кровати брата.       — А если бы они убили тебя! Чертов герой! Мы не были в бронижелетах! Я сказал не предпринимать никаких действий без меня! Мало того что тебя избили, да еще и этому досталось! Я мог с ума сойти, думая, что ты в коме! Ты заставил всех волноваться! Думаешь если я твой брат, то на работе тебе все позволено?! Отвечай!       — Почему ты думаешь лишь о работе?! Ты не думаешь о людях, что потеряли родных! Как я мог спокойно смотреть на это!       Чонгук сорвал голос.       — ДА ПЛЕВАТЬ Я ХОТЕЛ НА ТЕБЯ И ТВОИ ПРАВИЛА! Я ХОЧУ ЗАЩИЩАТЬ ЛЮДЕЙ, А НЕ БЫТЬ ТУПЫМ КОПОМ!       Он окончательно охрип, когда на лице Хосока читался ужас.       — Пойми.       Просипел тот.       — Я же, я лишь хочу защитить тебя и мир.       Слезы подступили к глазам.       — Пойми меня…       — Из-за такой халатности мы лишились матери и сестры! Хватит Чонгук! Ты не герой! И не спасешь мир, думая лишь о собственном праве. Подумай обо мне и об отделе. Тэхен не знает, как жили мы, а нам не понять, как жил он.       Хосок зло осмотрел лицо брата и развернулся к двери.       — Я продаю квартиру, поэтому тебе лучше съехать…       — Что? Хосок!       Чонгук не знал, как реагировать.       — Не смей так говорить о нем, ТЫ ЕГО СОВСЕМ НЕ ЗНАЕШЬ!       Темноволосый кричал из последних сил, надрывая горло.       — Ты ужасен! Я ненавижу тебя!       Он резко вскочил с кровати и, дождавшись0 пока тот выйдет кинул телефон ему в след так, что тот с треском разломился.       — Ублюдок!       Чон закинул в рюкзак вещи с полки, не разбирая их, ноутбук, зарядник, документы и деньги, попутно вытирая слезы и накинув куртку на спальные шорты и майку, вышел из квартиры хлопнув дверью.       — Вот и вали!       Вслед крикнул Хосок, оставаясь сидеть на стуле. Все слова сказанные Чоном резали душу. Он ведь еще мал и не разбирается в этой жизни.       Все, что хотелось сейчас Киму — это раздеться и упасть на холодную пустую постель, но как это часто бывает, столкнувшись с мягкой поверхностью, начинаешь заблуждаться в собственных мыслях и сон отходит на второй план. Все тревоги за эти два дня всплыли и сменялись эпизодичными сценами, друг за другом, пока в глазах не начало темнеть и ресницы бледного Кима начали подрагивать, медленно отрываясь от своих видений. Кровь, пот и слезы — но почему хочется улыбаться и забиться в истерике как влюблённая школьница. Это все из-за того, что Тэхен ярый поклонник адреналина и любит когда кровь бушует по всему телу, но не приливает к мозгам, так что все действия кажутся такими безрассудными, рискованными и веселыми, что просто теряешься в ощущениях. Так думал Ким, но так ли думало его сердце, не ясно. Поднятая рука кажется такой жилистой, а длинные пальцы, по которым словно заряженной частицей прошелся ток, такими темными и тонкими, что хочется подставить их под горящие струи воды и наблюдать, как по тонким венам будет сочиться кровь, а тонкие слои кожи будут наполняться красной краской и больно жечься. Одно лишь заставляет не думать о подобном. В темноте не видно всей его прелести, но даже так, Ким чувствует каждой жилкой на теле необыкновенное тепло по всему запястью от гравированного предмета изделия. «Чем сулит наш договор? Не вляпаемся ли мы?» — Вопросы, которые не нашли еще себя, захватили разум и требовали еще большей огласки, а перед глазами стоял все тот же Чон в день их встречи в участке, что заставило Тэхена растянуть уголки губ в забытой полуулыбке и закрыть глаза.