Глава 19. Фитиль.
16 ноября 2019 г., 22:25
Билл тяжело вздохнул, прикрыл свои веки… В голове была абсолютная пустота, хоть тепло и согревало его в холодную зиму. Диппер тесно прижимался к его груди и тихо сопел, пока сны уносили его далеко-далеко от бренного материального мира. Он заснул случайно, когда Билл читал ему найденную в закромах полок церквушки потрепанную книгу. Сайфер перебирал мягкие кудряшки в задумчивости, и от них пахло костром и дикими грушами… Снаружи, в церкви, было до омерзения холодно, из-за чего шатен был постоянно одет в теплый свитер на несколько размеров больше него самого. Да что уж там, эта часть гардероба была велика даже достаточно широкому в плечах Сайферу. В каморке Диппер тоже не изменял своей привычке тепло одеваться, только вот оставался он в упомянутом ранее свитере, предпочитая отбрасывать штаны на стул и кутаться в достаточно длинных полах вязаной вещи, забираясь вместе с ней под теплое одеяло и прячась носом в разлете ключиц одного весьма гостеприимного до объятий блондина. Ласковые губы касались гладкого лба, убирали с бархатной кожи мешающие прядки и растягивались в улыбке, когда слышался новый довольный вдох.
Билл гладил своего возлюбленного по плечам и спине, и теперь его мысли занимали нереальные мечты о весне… О днях, когда солнышко может показываться из-за тяжелых свинцовых туч и ласкать своими лучами слишком уж бледную кожу одного кареглазого юноши, заряжая его витаминами. Он мечтал о том, как бы поскорее снять неудобную одежду и насладиться жизнью в безопасности… Без зараженных бродячих псов.
Пайнс во сне пошевелился, стиснув крепкую талию в объятиях и наполнив лёгкие новым потоком кислорода.
— Билл… — прошептал шатен в улыбке. Сайфер прислушался, а затем опустил пышные золотые ресницы. — Поцелуй меня… — Послышались едва уловимые в тишине слова.
— Ты всё ещё спишь? — сладко выдохнул парень, скользнув пальцами по кудряшкам у молочно-белой шеи.
Ответа не последовало, но блондин все равно исполнил такое простое и искреннее желание, задержавшись устами на макушке на несколько долгих секунд. Юноша проснулся от ощущения спокойного дыхания в своих волосах, но вида не подал, удерживая даже дыхание в прежнем ритме.
— Знаешь, маленький мой… Временами мне слишком сильно хочется заточить тебя в своей душе и спрятать от этого кошмара… Вероятно, ты не хочешь это слышать от меня в обычном разговоре, поэтому я скажу тебе обо всем сейчас. Ты давно знаешь об этом, и в моих действиях ты часто это видишь… В этом мире ты всегда был и будешь единственным, за кого я на самом деле пошёл бы замуж. Ну… То есть, именно так, как положено у нас дома. С церковью, кучей гостей, грандиозным праздником, с костюмами и золотыми кольцами. — Тонкие губы растянулись в усмешке, золотые ресницы затрепетали. Пайнс же продолжал лежать тихо и слушать ровный утробный голос. — Я так жалею, что мы лишены праздника… Да в этой стране нам даже нельзя замуж выйти друг за друга, но… Я всё же благодарен судьбе. Ведь если бы не эта чертова бомба, если бы не это метро и не сумасшедшие от паники люди, я бы никогда не встретил тебя. А если бы и встретил, то наверняка прошёл бы мимо, будучи занятым своими делами. Я благодарен судьбе за шанс быть с тобой и быть твоим… — Послышался тихий смешок, пальцы спустились ниже по шее. — Да… Тебе бы точно это не понравилось, если бы я всё сказал это во время твоего бодрствования…
Пайнс нахмурил брови, но уже через мгновение уткнулся носом в плечо блондина. Он бы никогда прямо не признался в том, что творилось у него на душе. Никогда не сказал бы открытым текстом о своих чувствах. Временами Диппер даже не представлял, как Биллу удавалось так легко о чем-то заговаривать и не стесняться, не ощущать себя глупо… Если бы Мейсон признался Сайферу в любви, тот наверняка бы начал действовать еще более радикально в опасных ситуациях и начал бы подставляться гораздо чаще… Хотя куда уж чаще? Что вообще могло остановить Сайфера, если даже расстояние и пуля в плече не стали для него помехами? В полной неизвестности он умудрился найти предмет своего воздыхания и вынудить его принять себя со всеми потрохами. Билл не был достоин такого количества боли, которое он получил за все время после катастрофы. Юноше даже казалось, что тот страдал слишком уж много из-за за своей любви.
— Солнце? — шепнул Пайнс на теплое ушко.
— М-м-м-м? — отозвался Билл, почти затаив дыхание.
— Я тоже благодарен судьбе за тебя. Но ты не хотел бы хоть немного поспать? — поинтересовался Диппер, сдвинув кончиком носа отросшие светлые прядки.
— Только-только собирался. Извини, если я тебя разбудил. — Щеки Сайфера напоминали по цвету два ядерных гриба, поднявшихся над озарившейся алым землей. — Эм-м-м… Тебе снились какие-либо сны? — попытался перевести тему блондин. Сердце в его груди готово было выпрыгнуть из-за сказанных ранее слов. Неужели он наконец дождался признания?
Шатен довольно зажмурился, и на личике его появилась довольная улыбка. Ему не снилось ничего, ведь спал он весьма мало, но…
— Мы с тобой гуляли по лесу рано утром. Повсюду сверкала свежая роса, рассеивая солнечные лучи по всей лесной полянке. Ты был весь в белом и с венком на голове, а твоя рука крепко-крепко сжимала мою руку. — Мейсон почувствовал, как сильные пальцы приподняли полы его свитера и забрались под барьер от холода, оглаживая нежную кожу, внезапно покрывшуюся мурашками. — Ты о чем-то увлеченно говорил, а затем мы упали в траву и посмотрели на небо с множеством белых облаков. Вокруг нас раскачивались фиолетовые цветы, а полянку обрамляли кусты шиповника… И затем мы начали целоваться… Долго и протяжно, будто хотели напиться друг другом…
— Is this your precious dream? — шепнул парень, представив желанную картину.
— Maybe… I hope that this will be our future. I want to be with you forever too. Is this so stupid?
Билл тихо засмеялся, потянул Мейсона на себя, вынудив того полностью улечься сверху.
— А если бы у тебя был выбор между мной и кем-то еще? Вдруг мы встретим кого-то, кто лучше меня во всем? Красивого и сильного, с необыкновенным цветом глаз и большими мускулами? — спросил Сайфер, слегка нахмурившись.
— Ну, тогда этому «кому-то» придется искать себе другого Диппера Пайнса, — пожал плечами шатен.
— Really? — мурлыкнул Билл, заглянув в темные глазки, что были прямо напротив. — You said that you love me in this dead world.
— I didn't said it, — засмеялся юноша, щелкнув блондина по кончику носа. — But you know my little secret, right?
— I will waiting your words as many times as it takes, my little Pine Tree… — любовно выдохнул Билл, потянувшись к сухим розовым губам.
Последние лучики света тонули во тьме, пока чувственный поцелуй перерастал во что-то, что уносило все мысли прочь из каморки под старой церковью.
— Засыпай, my beauty sunshine, — мурлыкнул юноша, в последний раз чмокнув припухшие от ласк уста.
***
Стоило только Биллу закрыть глаза и провалиться в сон, как Диппер осторожно выпутался из его объятий и принялся бесшумно одеваться. На штанах тихо щелкнула тугая пуговица, проскрипела ширинка. Шнурки на ботинках затянулись покрепче, дабы обувь не спадала во время долгой ходьбы по снегу. Место на вешалке освободилось, ведь куртка оказалась на теплых плечах. Замок лязгнул, как только шатен покинул свою уютную каморку. Он не взял с собой даже рюкзака с припасами. Бесшумной тенью он скользнул через развалины здания, стараясь игнорировать витражи и иконы. Тонкие пальцы закрепляли на бедрах ножи и кобуру для пистолета. Снег на улице сверкал, но временами отдельные снежинки смешивались с оседающим пеплом. Повезло еще, что снег был сухим, из-за чего не было слышно хруста из-под ботинок. Где-то вдалеке послышался гулкий собачий вой, который пропустить мимо ушей было невозможно — Пайнс насторожился. Он шёл по извилистым улочкам, потирал от холода ладони… До нужного места нужно было идти всего каких-то полчаса… Всю черепную коробку занимали роящиеся мысли. Они жужжали, как злые дикие пчелы, увидевшие медведя недалеко от своего логова. Мейсон тяжело вздохнул, свел брови к переносице… Идея пришла сама по себе. Маршрут быстро сменился, и ноги понесли юношу в другую сторону от первоначально задуманной точки — в сторону железной дороги. Он представлял себе будущее с Биллом. Жизнь ведь могла сложиться совершенно по-разному. Он представлял, что произошло бы, если бы с Сайфером что-то случилось. Сердце неприятно сжалось в тисках, руки похолодели, напомнив, что на улице далеко не лето. Летящие с неба снежинки кололи лицо, оседая своими острыми краями на неприкрытых респиратором участках. Все эти отношения, взаимоподдержка, чувства и будоражащие кровь взгляды… Диппер понял, что он бы не выдержал, если бы блондин умер у него на глазах. И не важно от чего — от радиации, болезни или от мутантов. Он не хотел видеть смерть обладателя чарующих светлых глаз и не хотел сам умирать рядом с ним, доводя Сайфера до безумия от потери. Через несколько минут пути юноша опустился на холодную скамейку станции. Снежок покрывал разбитые ржавые рельсы, ложился ровными горочками на перрон. Нужно было просто дождаться поезда и покинуть эту часть Москвы с единственным якорем, тяготящим Пайнса на самое дно. Нужно было уезжать как можно дальше от любимой улыбки и от слишком привычных объятий. Его личный яд уже успел проникнуть в каждую клеточку. Небо было слишком синим и даже не думало становиться хоть капельку голубее. Черные ботинки контрастировали с белым холодным пледом. Карие глаза прищурились, ресницы затрепетали. Диппер ведь никогда не был геем и никогда не реагировал на людей своего пола, но… Стоило ему только в один роковой день прижаться к сильной груди и увидеть необычные омуты за черной оправой очков, как весь мир разрушился… Он тихо усмехнулся, потер холодными пальцами лоб. Он собирался уехать от единственного, к кому хоть что-то чувствовал за всю свою жизнь. Сбежать, как пару лет назад, поджав хвост и растворившись в тумане, не оставив следов. Никому другому он бы не позволил на себя так смотреть, как на него смотрел Сайфер. Никому другому не позволил бы так касаться. Никому другому он бы не продался. Он хотел спокойной жизни для них. Хотел счастья. Хотел чистую и свежую одежду, венки на головах, хороший домик и, может, даже золотой ободок на своем безымянном пальце левой руки. Послышался стук колёс по рельсам… Прозвучал гудок…***
Билл открыл глаза, перевернулся на бок. Черные зрачки расширились, а сердце принялось биться в привычном для себя постоянно сбивающемся ритме. Пайнс перебирал кончиками пальцев светлые пряди и рассматривал темными глазами шрамы на бледной коже. — Давно проснулся? — хрипло спросил Сайфер, сразу же притягивая к себе своего мальчика и потираясь своим носом о его нос. — Ты не поверишь… Кажется, совсем недавно. — И что тебе снилось? — поинтересовался блондин. На его щеке оставался розовый след от подушки, а глаза казались слегка опухшими ото сна. — Мне снился весьма странный сон… Будто я подсел на самый жесткий наркотик, а потом решил бросить его, потому что он слишком сильно отравлял меня… — И чем всё кончилось? — выгнул брови в удивлении Сайфер. — Я так и не смог бросить, Poison. — Шатен огладил щеку с длинным шрамом тыльной стороной ладони и посмотрел до того мягко, что сердце блондина чуть не остановилось на несколько мгновений. — И я навсегда остался с ним. — И разве это хороший конец? — нахмурился Билл, отведя взгляд в сторону. Мейсон провёл большим пальцем под глазом блондина. Нежно-пренежно, до мурашек по позвоночнику. Билл только и мог наслаждаться прикосновениями родных пальчиков и подставляться под новые ласки. — Je T'aime, — прозвучало в полной тишине. Светлые ресницы широко распахнулись… Фитиль свечи дошёл до конца и утонул в воске, теряя последние искорки пламени…
