Глава 8
15 декабря 2018 г., 19:21
Девять лет назад.
Нахмурив черные брови, одиннадцатилетняя Тори всмотрелась в отражение зеркала. Эти серьги отвратительно выглядели на ней. Огромные бриллианты в ушах уже давно не тренд. Как Говард мог подарить ей такой ужас? У него явно проблемы со вкусом.
Тори резко развернулась на пятках и посмотрела на свою школьную подругу, которая разместилась на большой кровати.
— Решено! — внезапно громко начала Виктория. — Я больше не разрешу Говарду садиться рядом со мной на биологии. Пусть научится дарить подарки.
— Он, наверное, бросится из окна, если ты сделаешь это, — ухмыльнулась Эрика, посмотрев на недовольное лицо подруги.
— Пусть, — тише проговорила Тори и, открыв шкафчик для своих украшений, сосредоточилась, выбирая другие серьги на школьный бал. Она просто не могла упустить возможность не затмить всех девочек на этом мероприятии. Должно быть всё идеально.
Тори мгновенно перевела взгляд на окно, как только тишину пронзил неприятный звук газонокосилки. Прямо под её окном. Хмыкнув, она состроила на лице недовольное выражение и подошла к балкону.
— Опять? Он специально это делает?!
— Это ваш садовник? — Эрика спешно поднялась и, спохватившись, выбежала на балкон, чтобы иметь возможность увидеть своими глазами того, кого Тори уже не раз называла несносным работником.
Тори закатила глаза и неспешно вышла к подруге. Остановившись около перил, она опустила вниз надменный взгляд.
Эрика показательно ахнула, широко улыбнувшись, как только заметила высокого молодого парня лет двадцати, усердно трудящегося над газоном во дворе Далтонов.
— Хорошенький, — хлопнув ресницами, промолвила Эрика.
Тори в негодовании округлила глаза, уставившись на подругу, будто бы та только что ранила её словом, словно кинжалом.
— С ума сошла? Он невыносимый! Будь моя воля, я бы уволила его и глазом не моргнув, — Тори перевела полный презрения взгляд на молоденького садовника.
— Что в нем такого ужасного, что он переплюнул в ужасности тебя? — хитро улыбнулась Эрика, прикусив нижнюю губу.
Она то хорошо знала, что Виктория Далтон бывает просто нестерпимой. Тори действительно довольно сложный человек. С ней не просто найти общий язык. Как же не повезет её будущему мужу с такой своевольной женой. Тори подрастет и, несомненно, станет ещё хуже. Эрика была практически уверена в этом.
— Он не подчиняется мне! — бросила свое масштабное негодование Тори, сложив руки на груди. — Честное слово, придет время и он будет делать то, что я ему приказываю! Он всего лишь прислуга, но, кажется, сам так не считает. Я спущу его на землю.
Эрика отвела взгляд от подруги, дабы не показать ей свою насмешку, но не удержалась от колкого ответа:
— Смотри, чтобы он не спустил тебя на землю.
— Каким образом? — Тори фыркнула. — Я ему не по зубам. Вот увидишь, я добьюсь, чтобы отец уволил его. Луизу я бы ещё оставила, но сыночек её пойдет убирать другой сад.
— Я не сомневаюсь в тебе, — проговорила Эрика и, коснувшись плеча Тори, увлекла её назад в комнату. — Мы опоздаем на бал. Говард уже ждет тебя.
Тори спешно подбежала к туалетному столику и надела на уши маленькие аккуратные серьги от Cartier из белого золота. Напоследок девочка оценила себя в зеркале. Поменяв несколько раз позу, будто бы её фотографируют на красной дорожке, она сделала вывод: неотразима. Как всегда, собственно.
Обе девочки вышли из комнаты и неспешно спустились по широкой мраморной лестнице цвета слоновой кости. У Тори засверкали глаза, словно тысячи бриллиантов, как только она уловила на себе теплый взгляд мамы. Женщина вышла из кабинета, услышав шаги наверху и, взглянув на дочь, замерла на месте. Теплый взгляд и искренняя улыбка мамы всегда заставляли Тори испытывать необыкновенное чувство счастья и легкости где-то глубоко внутри. В этом доме Тори могла доверять только маме. Отца она боялась будто молнии в пустынном поле.
— Очень красивая, — прошептала Сьюзен Далтон, приложив ладонь к груди.
Для большего эффекта Тори покрутилась, элегантно придерживая кончиками пальцев краешки своего белоснежного платья настоящей принцессы.
Улыбка с лица Тори мгновенное спала, превратившись в сплошное негодование, как только в дом вошел Николас Морган. Внешний вид ему попросту не позволял и близко приближаться к дому. Земля, оставшаяся на его верхней одежде после утренней уборки сада, заметно сыпалась на белый отполированный пол. Как он только посмел войти? Неужели ему плевать на то, что он своим небрежным видом портит атмосферу в роскошном доме? Тори недовольно цокнула языком об небо.
— Миссис Далтон, вы говорили у вас есть новое поручение, — проговорил парень, посмотрев на Сьюзен.
— Да, Ник, отвези девочек в школу, пожалуйста. Наш водитель плохо себя чувствует.
Тори подняла глаза на Ника, который казался для неё настоящим великаном. Она встретила на себе его взгляд и было несложно заметить, что он не скрыл своего недовольства по поводу нового задания.
— Ты видела? — прошептала Тори, наклонившись ближе к Эрике.
— Ага, он посмотрел на тебя, как на мусор, — Эрика прикрыла рот ладонью, пряча смех от окружения, но больше забавило то, как возмущенная подруга резко толкнула её в плечо.
Тори сделала шаг вперед, вздернув подбородок:
— Ник, я забыла сумочку в комнате. Принеси. Поторопись.
Она уставилась в его темные, практически черные глаза и, кажется, в этой схватке упрямых взглядов проиграла. Несколько раз моргнув, она вернулась к своей подруге, понимая, что Ник не собирается подчиняться. Снова. Что же, он вздумал разозлить её ещё больше? Он, вероятно, самый несносный человек, которого она когда-либо видела. Никакого уважения. Гордый, самоуверенный и невероятно наглый. Где только отец нашел такого непутевого садовника? Какая из него прислуга, если он не выполняет простых поручений?! Тори просто обязана укротить его.
— Виктория! — послышался из зала разгневанный вопль Бенджамина Далтона.
Тори инстинктивно напряглась, посмотрев в ту сторону, откуда доносился крик. Буквально несколько секунд, и Бенджамин практически влетел в зал, свирепо насупив брови. Он держал в руках свой телефон и почему-то активно демонстрировал его присутствующим.
— Мне звонил твой преподаватель по французскому. Оказывается, ты плохо написала тест! Как можно было? Ты учишь французский с младенчества. Голова только мальчиками забита! А это тебе всего одиннадцать лет! Глупая девчонка! В кого только ты такая бездарная родилась?!
Тори стояла смирно, будто солдат на полигоне и даже не дышала. Она ощутила, как страх сковал всё тело, пробирая дрожью до кончиков пальцев. Слезы мгновенно застыли в глазах белой пеленой. Ей ничего не стоило начать плакать при малейшем повышении голоса. Это было единственной защитной реакцией, которую она могла позволить себе. Мама никогда не встревала в наказания отца. Она искренне любила дочь, но никогда не перечила своему мужу. Всегда повторяла, что мужчина в семье главный и нужно быть ему послушной. Тори не понимала подобных предубеждений матери, ведь от главы семейства Далтон страдала только самая маленькая, та, которая не была способна защитить себя.
В зале мгновенно стало тихо. Никто не смел промолвить и слово, пока говорит Бенджамин Далтон.
— Что ты вылупила на меня свои глаза? Отвечай! Почему провалила тест? — вновь раздался эхом разъярённый голос мистера Далтона.
Тори ощутила, как ком встал в горле, и она не могла даже пискнуть. Она едва была способна вдохнуть воздух. Казалось, что даже её дыхание может разгневать отца ещё больше. Девочка ощутила себя беззащитным, загнанным в угол зверьком, которому никто не способен помочь. Кто же будет перечить Бенджамину? Такого человека не существует.
Как только отец надвинулся прямо на неё, Тори инстинктивно издала жалобный стон и молниеносно прикрыла голову руками. Не зря она это сделала. Девочка хорошо знала, что будет. Тори хрипло вскрикнула, получив ожидаемый подзатыльник от отца. Она едва устояла от силы, которую он вложил. Тихо захныкав, Виктория преклонилась в страхе повторного удара.
Она стояла на месте, не позволяя себе отойти назад и спрятаться от нападок отца. Тори хорошо знала, что это выведет вспыльчивого Бенджамина Далтона ещё сильнее. Он словно буря. Всё и всех сносит на своем пути. Нельзя ослушаться, иначе будет только хуже.
— Никуда не пойдешь! Поднимись в свою комнату, глупая девчонка! Открывай учебник и учи! — буквально разрывая горло, кричал Бенджамин. Его голос резал слух. — Бездарность! Бездарность!
Тори ничего больше не видела. Перед глазами застыл туман. Приниженная и оскорблённая девочка ощущала себя поистине безмозглой и ни на что неспособной. Не зря ведь отец постоянно повторяет это. Видимо, она и правда столь глупая, если никак не может заслужить похвалу. Как бы не старалась, всё не то. Отец не оценит даже, если она ради него бросится вниз с небоскреба. Тори, шмыгнув носом, подобно урагану, кинулась к лестнице лишь бы скорее избавить себя от общества своего отца. Она не заметила проникшуюся болью дочери мать, которая едва сдерживала слезы. Не заметила сочувствующий взгляд Эрики и даже того самого ужасного и невыносимого садовника по имени Ник.
***
Наше время. Ник, расстегнув пуговицу на темном пиджаке, поставил локти на свой рабочий стол и внимательно изучал взглядом Даррелла. Разгневанный мужчина стоял в противоположном углу кабинета в офисе «Morgan's Law». Он не просто так очутился в этом месте. Даррелл был доверенным лицом Мануэля и его слово имело большое значение в Мортале. Сейчас же он мог лишь догадываться, почему находится именно здесь, ведь Николас, насколько известно, не любил визиты участников преступной группировки на своем рабочем месте. Это правило. На работе, при свете дня, он честный, порядочный человек, помогающий обществу отстаивать свои права. А ночью в баре «Gravity» Николас Морган отдавал предпочтения темной и беззаконной стороне, где права у людей отнимал уже он сам. — Зачем вы привели его сюда? — наконец спросил Ник у Картера и Джима, которые схватили Даррелла и насильно заставили сидеть в кабинете Николаса. Картер сделал шаг вперед и кивнул в сторону задержанного: — Он следил за тобой. Ник слегка приподнял брови, откинувшись на спинку стула. — Даррелл, ты в чем-то подозреваешь меня? Или я просто тебе нравлюсь? Признавайся, — слегка ухмыльнулся Ник. Мужчина недовольно насупился, оглядывая своих двоих похитителей. Картер стоял сложив руки на груди и, уловив взгляд пленника, иронично ухмыльнулся ему. Джим, в свою очередь, не был столь расслаблен. Он стоял ровно, опустив руки, будто бы военный на посту. Он, насупившись, направил на Даррелла угрожающий взгляд, будто бы это было каким-то предупреждением. Следом Даррелл посмотрел на Николаса и процедил сквозь зубы: — Кэм был прав. Зря я не верил ему. Ты предатель. Ты будешь гореть в аду! Ник широко распахнул глаза, наигранно испугавшись громкой угрозы. Он медленно поднялся со своего рабочего места и неспешно начал подходить к Дарреллу, который сверлил его гневными глазами. Казалось, этот мужчина считал, что может убивать взглядом. — Перестань так смотреть, Даррелл. Наводишь страх, — улыбнулся Ник. Картер облокотился спиной о стену и косо взглянул на Ника: — Нужно решить проблему с ним. Я грохну его, — он потянулся к кобуре на своем ремне, чтобы достать пистолет, но так и застыл, когда Ник одним жестом руки указал ему остановиться. — Подожди, Картер, — сказал Николас, не отводя взгляд от заложника. — Даррелл никому ничего не расскажет. Он ведь не хочет нажить себе проблем. Картер насупил брови и с непониманием посмотрел на Джима. Они оба пытались понять, почему Ник вдруг смиловался над парнем, который может рассказать Мануэлю о том, кто такой этот загадочный Рассел. Весьма странное решение, ведь Морган и милосердие слишком далеки друг от друга. — Ты хочешь отпустить его? Серьезно? Ты случайно не пьян? — поинтересовался Картер, слегка наклонившись, чтобы проверить ясность глаз Николаса. Ник не стал отвечать, полностью сосредоточив свое внимание на Даррелле, который может стать для него действительно счастливым билетом. Джим и Картер слишком узко мыслили. Можно иметь выгоду со всего. Выгода есть даже тогда, когда тайна его предательства Морталу раскрылась одному из людей Мануэля. Опасно, но кто не рискует, тот никогда не побеждает. — Даррелл, у тебя есть жена. Не так ли? Ты ведь не хочешь, чтобы я нечаянно причинил ей вред? — поинтересовался Ник, встречая на себе разъярённый взгляд Даррелла. При упоминании жены мужчина стал выглядеть, как безумный пес, который сейчас сорвется с цепи. — Ты невероятный ублюдок, Морган! — выкрикнул Даррелл и мгновенно попытался подорваться с места, чтобы собственноручно придушить адвоката Мортала, который оказывается лишь хитрый лис, шпионивший для собственных целей. Мужчина недовольно рявкнул, как только Джим и Картер моментально среагировали и, положив руки на плечи заложника, силой усадили его назад. — Даррелл, я спас тебе жизнь. Мог бы и поблагодарить, — сказал Ник, закатив глаза. — Время договориться. Я не трону твою женщину, а ты не проболтаешься о том, что я не друг для Мануэля. Идет? Даррелл фыркнул и, тяжело дыша, будто бы в помещение сейчас закончится воздух, опустил взгляд. — Ты можешь не соглашаться, — продолжил абсолютно спокойно Ник, после чего присел на корточки, чтобы поймать взгляд Даррелла на себе. — Но тогда тебе придется хоронить свою любимую уже очень скоро. Не обещаю, что тебе понравится то, как будет выглядеть её труп после того, как мои люди доберутся до неё. Ник совершенно беззаботно улыбнулся, глядя на Даррелла, который с ужасом зажмурил веки, не в силах слушать столь зверские описания грядущей участи его жены. — Зачем? Зачем ты делаешь это? Чего не дал тебе Мортал, что ты так поступаешь? — обреченно проговорил Даррелл, наконец-то посмотрев в темные глаза Николаса. — Мортал не дал мне права на выбор. Мануэль воспитал во мне ужасного человека. Теперь пусть пожинает свои плоды. Ученик ведь должен превзойти своего учителя, — говорил Ник. Хоть это и было отчасти правдой, но главной причиной его деятельности было далеко не желание превзойти Мануэля. Есть кое-что гораздо важнее… — Ладно. Я ничего не расскажу. Только не трогай её, — спокойней ответил Даррелл и, набравшись сил, уверенно посмотрел в бесчувственные глаза Николаса. — Я рад, что мы пришли к соглашению, — едва заметно улыбнулся Ник. — Ты можешь идти. Тебе ничего не угрожает. Даррелл, помедлил, взглянув на Ника с недоверием, но затем быстро смог сообразить, что дорога к свободе полностью открыта, и Морган не стал в очередной раз проявлять свою бессердечность. Мужчина живо поднялся и в спешке покинул кабинет. После того, как дверь за ним закрылась, Картер и Джим устремили шокированные взгляды на Николаса. Они смотрели на него, словно он оживший мертвец. — Ты, видимо, сумасшедший, если отпустил его, считая, что он не расскажет. Ник быстро прошел к столу и, заняв свое рабочее место, посмотрел на своих доверенных людей. — Я на то и рассчитываю, что он расскажет, — загадочно проговорил Ник. Повисла тишина. Картер и Джим переглянулись в абсолютном непонимании. — Что ты задумал? — спросил Джим, понимая, что в голове Моргана уже назрел какой-то план. Вероятно, этот план довольно опасен, если ему пришлось так сильно рискнуть своим разоблачением. — Чтобы завладеть Морталом мне нужно уничтожить всех доверенных людей Мануэля. Иначе, они попросту не подпустят меня к власти, — начал Ник, легонько покручиваясь в кресле. — Даррелл — верный слуга Мануэля. Он не сможет молчать, несмотря на угрозы. Я не терял времени зря и успел выучить каждого, кто может помешать мне. — Даррелл всё доложит Морталу и никто ему не поверит, — предположил ход событий Джим. — Потому что они все доверяют тебе. Ты уже столько лет надежно прикрываешь их зад в зале суда. — Вот именно. Мануэль не церемонится с теми, кто подставляет своего человека. Они сами уничтожат Даррелла. А мои руки останутся чисты, — завершил Ник. — Я избавлюсь от ключевых людей мистера Кано тихо, так, что они и не заметят, как сами преподнесут мне Мортал на блюдечке. Джим и Картер молчали, приоткрыв рот, чтобы до конца осознать план Николаса совершить гениальное преступление. — Ты опасный человек, Морган, — сделал вывод Джим. Картер молча кивнул, согласившись с умозаключением своего напарника. — Не проще зайти и перестрелять всех людей Мануэля, включая и его самого? — спросил Джим. — Нет, это будет предательством в глазах остальных людей Мортала. Мне нельзя, чтобы они меня в чем-то подозревали. Своих ведь нельзя убивать, а я именно этим и занимаюсь, но им об этом знать нежелательно, — закинув ноги на край стола, пояснил Николас. — Ладно, — довольно произнес Картер, расковано умостившись в кресле напротив Ника. — А что насчет жены Даррелла? Это было припугиванием или нам действительно пойти вырезать ей глаза? — Я не бросаю слов на ветер. Убейте, — уверенно проговорил Николас, не моргнув и глазом выдвигая приговор новой жертве. — Правильно. Нечего с ними церемониться. Я уже просто жду, когда всё закончится, и вся власть придет к нам. Ник, у тебя и так своих людей более, чем достаточно. Когда ещё и Мортал попадет в твои руки, остальные группировки могут вообще не вылезать из своих нор, — задорно проговорил Джим, и впервые за день на его каменном лице сверкнула улыбка. — Мне это начинает нравиться. Представляю, сколько денег мы будем грести. Ещё продадим оставшуюся поставку автоматов А-91 и приобретём какой-то бар с сексапильными дамочками… Ник сложил пальцы в замок уже вовсе не углубляясь в диалог своих людей. Сейчас его больше волновало лишь реализация двух главных целей. Первой, как и раньше, оставался Бенджамин Далтон, с которым Ник только начал разбираться. Отнятое имущество — это пустяк. Бен будет долго мучиться, и лишь спустя долгие страдания его ждет могила. Моментальной смерти ему мало за то, что он сделал с Луизой Морган. Второй целью являлась та истинная причина, ради которой Ник решил завладеть Морталом. Он давно потерял свою человечность и вряд ли его испугаешь кровавыми изощрёнными убийствами с расчленением мертвого тела; перестрелки тоже давно не являлись страхом; бои без правил, в которых ему приходилось участвовать не один раз, сейчас будто бы развлечение. Единственное, что Нику хотелось бы искоренить в Мортале — незаконную торговлю девушками. Бизнес, который приносил Мануэлю больше всего денег. Прибыль от работорговли последнее, чем стал бы увлекаться Николас. Когда Мортал будет в его руках, подобный заработок будет остановлен. — Джим, у меня для тебя задание, — внезапно сказал Ник, взглянув на своего человека.***
— Спасибо, что ты пришла, — Тори слегка улыбнулась, посмотрев на брюнетку, подсевшую за столик в уютном маленьком кафе, находившемся недалеко от офиса Николаса. Кэтти, которая недавно показала Виктории настоящую сенсацию в виде скрытого подвала Мортала, положила сумку рядом и устремила свой взгляд на неё. Рядом с Тори сидел незнакомый парень. Она кивнула в его сторону. — Кто это? — спросила брюнетка и, сощурив глаза, оценила взглядом молодого застенчивого паренька. — Это Годвин. Он детектив. Бывший детектив. Годвин робко улыбнулся и протянул руку Кэтти в дружеском приветствии. После того, как она не ответила взаимностью он неловко поежился в кресле. Было несложно заметить напряжение в их знакомстве. Тори была обязана немедленно исправлять неприятную ситуацию. — Кэтти, ты ведь хотела помочь тем девушкам в подвале Моргана. Годвин может быть полезным. Он когда-то был детективом, но его отстранили от дел. — Почему? — мгновенно поинтересовалась Кэтти. Тори замолкла, решив не обижать ухажера своей сестры. Правдой было то, что парень просто непригоден для службы закону. Он слишком милый, хороший и весьма ранимый. Беззащитный, словно только что вылупившийся птенец. Годвин выбрал неподходящую профессию для своих возможностей. Тори этот парнишка никогда особо не нравился. Не определившись в своих симпатиях, Годвин в самом начале их знакомства проявлял внимание именно к ней, и лишь после её многоразовых отказов в свидании, Годвин взялся за другую из сестёр. Теперь его целью стала Гвинет. Жаль, но с таким мягким характером ему будет непросто приобрести женский интерес. Женщины не любят безвольных мужчин. Каждая хочет видеть рядом с собой того, кто сильнее, чтобы чувствовать надёжность и защиту. Так распорядилась сама природа. Хотя, Годвин, кажется, не смог понять этот немаловажный факт и по сей день. — Понятно, — нарушила тишину Кэтти. — Если отстранили, так зачем он нам? Как поможет? — Если он раскроет это дело, то его восстановят в должности, — пояснила Тори. — Я не знаю больше никого, кто мог бы помочь нам, не вмешивая полицию. Так рисковать я пока не готова. Кэтти громко выдохнула воздух из легких, согласившись со словами Виктории. Девушка и сама боялась хоть как-то вмешаться в столь опасное дело, ведущее к весьма серьёзным последствиям, но, видимо, самое время начать делать хотя бы что-то. Страх больше не должен перекрывать желание спасти тех, кто в этом нуждается больше всего. — Ладно. Каков план? Тори замешкалась. А плана то нет. — Если мы с тобой боимся рискнуть, то Годвин сделает работу вместо нас, — начала Тори. Кэтти внимательно слушала. Годвин робко поёжился на стуле, после чего решился встрять в разговор девушек. — Тори немного рассказала мне о Николасе Моргане. Я продумал, что нужно делать. Я готов вписаться в круг его доверенных лиц, чтобы разузнать всю информацию и сдать его властям, чтобы он уже никак не мог выпутаться. Он не узнает, что вы мне поведали о его преступлениях, — голос Годвина казался вполне уверенным, что было вовсе не похоже на него. Неужели в нем появился мужской стержень?! Кэтти смотрела на Годвина, изучая глазами, пытаясь прочитать его, словно книгу. После собственных наблюдений она обратилась к Тори: — Ты уверена, что он сможет справиться с Морганом? Тори застыла будто статуя, мысленно сравнив Ника и Годвина. Однозначно, Годвин упадет в обморок от одного лишь серьезного взгляда Николаса. — Он постарается, — оптимистично ответила Тори, прикусив нижнюю губу. Конечно же, она более, чем уверена, что Годвин не справится с Морганом. Но ведь стоит хоть попытаться. Ничего не делая — результата не будет. Полицию вмешивать нельзя. Иначе Ник даже не станет сомневаться в том, что это дело рук Виктории Далтон. — Я справлюсь, — сказал Годвин, приподнимая подбородок. — Я уже подключил полицию. Они будут полезны. Не понимаю, почему ты так боялась этого. Тори широко распахнула глаза, ощутив, что сердце в одно мгновение буквально упало в пятки: — Что ты сделал? Какая полиция? Я же говорила не вмешивать сюда полицию! — Успокойся, Тори. С их помощью мы быстрее справимся. Виктория громко хлопнула себя ладонью по лбу. Она в тупике. Это конец. Не стоило вообще рассчитывать на помощь Годвина. Конечно же, он только всё усугубил. А чего стоило ожидать от такого труса, как он? Да, возможно, так Ника и Мануэля схватят в капкан закона быстрее, но в таком случае сама Тори и вся её семья обречены. Ник, вероятно, уже подготовил могилы для семьи Далтон в случае, если хоть одна из его тайн раскроется. — Мне конец, — прошептала Тори, желая тут же вцепиться в горло глупого Годвина, который буквально выписал ей смертный приговор. — Ты уничтожил меня, Годвин. В одно мгновение Тори ощутила внутреннюю пустоту, будто бы погас огонек надежды. Прошлое желание помочь девушкам в подвале «Morgan's law» моментально рассеялось в воздухе. Теперь, как только Ник узнает о том, что за ним наблюдает полиция, первое, что он сделает — это пустит пулю в её голову. — Простите, но я не хочу участвовать в этом, — внезапно бросила обеспокоенная Кэтти, схватившись за свою сумку. Она, нервно мотая головой, поднялась и, натянув на глаза солнцезащитные очки, поспешно покинула кафе, едва разминувшись с входящими посетителями. Тори растерянными обречёнными глазами посмотрела в след перепуганной секретарше Ника. Её можно понять. Она уже столько лет хранила столь страшную тайну Мортала, в страхе, что ей навредят, если она оступится хоть на шаг. А из-за какого-то непутевого детектива в один момент оказалась в опасности. Каким ведь глупым решением было делиться столь серьезным делом с таким идиотом. — Годвин, что знает полиция? — спросила безнадежно Тори и, не желая даже смотреть на парня, уставилась прямо перед собой. — Я не успел всё рассказать им. Предупредил лишь, что им стоит присмотреться к Мануэлю Кано и Николасу Моргану. Именно они занимаются работорговлей. — Ты сказал им, где Мортал держит девушек? — Нет. Тори с облегчением выдохнула, понимая, что не стоит в ближайшее время ожидать внезапной облавы правоохранительных органов на офис «Morgan's law». — Больше ни слова! Скажешь полиции, что ты просто предположил. Ты больше ничего не знаешь! — Тори, я не могу… — Можешь! Из-за тебя я и моя семья в опасности! Если Ник узнает о полиции, он убьет меня! — прорычала Тори, посмотрев в перепуганные глаза Годвина, который не был готов к подобной реакции. Она выглядела, словно разгневанная львица. Он мгновение изучал карие разъярённые глаза Виктории и боялся сказать даже слово: — Я смогу защитить тебя. Тори закатила глаза, сжимая руки в кулаки. — Когда ты говорил с полицией? — спросила она. — Вчера. Тори тяжело выдохнула. Может ли Ник уже узнать об этом? Вряд ли. Столь быстро секретная информация о преследовании Мортала не могла выплыть наружу. — Годвин, убирайся. Я совершила ошибку, когда обратилась к тебе, — Тори коснулась указательными пальцами к вискам, чтобы успокоить головную боль, вызванную слишком неожиданной новостью. Это стало настоящим потрясением. Теперь ей стоило быть начеку каждую секунду и остерегаться, ведь в любой момент Ник мог узнать о её подставе. Годвин медленно поднялся, не отводя взгляд от взволнованной Виктории. Он не спешил с тем, чтобы выполнить её требование и уйти куда подальше. Но, как только Тори вновь подарила ему свой гневный взгляд, парень начал шевелиться куда быстрее. Проронив едва слышное прощание, Годвин направился к выходу. Тори продолжала сидеть в страхе даже пошевелиться. Все прежние мысли разбежались в разные стороны. Поступок Годвина полностью запутал ситуацию. Она несколько раз пожалела, что вообще решилась помогать кому-то, кроме себя. Ведь в первую очередь нужно думать о своей семье. Нет же, стукнуло ей в голову спасти других и стать героем. Мать милосердия! Что с этого всего получилось? Ник не тот человек, который пропустит мимо подобную подставу. С ним шутки плохи. Это Тори уже уяснила. Этот человек способен убить не моргнув и глазом. Ему плевать, кто перед ним стоит, любой способен пасть от его руки. И он неоднократно напоминал ей об этом. Его угроз, видимо, не хватило, ведь её глупая голова не додумалась держаться подальше от этого дьявола! Тори подскочила на стуле, как только ощутила касание к своему плечу. Она резко обернулась и у неё мгновенно перехватило дыхание. Воздуха в помещении стало мало, чтобы она могла вдохнуть. Страх заставил оцепенеть всё тело. Перед ней стоял Джим. Верный человек Ника. Тори ощутила, как сердце перестало биться. Ник послал к ней палача уже сейчас? Так быстро? Нет, быть не может! Он не мог узнать! — Джим! — Тори подскочила на ноги, забегав глазами по помещению. — Ты что тут делаешь? — Решил прогуляться, — ответил он, едва заметно ухмыльнувшись. Тори тяжело проглотила ком в горле, заметив его весьма неоднозначный ответ. Так решил прогуляться, что нашел Викторию? Вряд ли это совпадение. — Понятно. А я вот уже ухожу, — задорно ответила она, схватившись за свою сумочку и сделав большой шаг вперед. Сердце почти что остановилось, когда Джим перекрыл ей путь к выходу. — Хочешь кое-что посмотреть? Тебе понравится, — с энтузиазмом проговорил Джим и протянул телефон стороной экрана по направлению к Тори. Виктория сузила глаза, пытаясь разглядеть в не самом лучшем качестве хоть какой-то силуэт. Она открыла рот, мгновенно погрузившись в пучину шока и паники, как только поняла то, что пытался донести до неё Джим. Тори увидела знакомую улицу, узнав в ней местность, в которой находился бедный дом семьи Далтон. С наушниками в ушах из-за угла вышла Гвинет, уставившись себе под ноги. Следом за ней шел мужчина, полностью облаченный в черное. Он не стал медлить и, достав из внутреннего кармана спортивной кофты маленький дамский пистолет, схватил девушку, закрыв её рот ладонью. В одно мгновение оружие уже оказалось у неё под ребрами. Тори вздрогнула, как только Джим резко отстранил телефон и положил его в карман своих брюк. — Не кричи. Просто иди за мной. Ник ждет тебя, — спокойно проговорил Джим, оглянувшись на полностью заполненное небольшое уютное кафе. — Если хоть пискнешь, я пристрелю каждого в этом заведении. Тори заставила свое тело шевелиться. Она ступила вперед и ничего не видела перед собой. Будто бы всё вокруг в один момент заполнилось туманом. Перед её глазами сейчас была только картинка того, как к невинной Гвинет приставили пистолет. Сводная сестра всегда была трусихой. Она боялась ходить одна вечером; боялась людей, которые могут подавить её; о банальных страхах темноты, высоты и закрытого пространства даже говорить не стоит. Если она так восприимчива к столь небольшим страхам, то что с ней творится прямо сейчас? Наверняка, она сходит с ума! В том, что произошло с сестрой виновна только Тори. А ведь Гвинет предупреждала, чтобы она не лезла в дела преступников, возомнив из себя всемогущую. Теперь они обе в опасности. Потом Ник доберется и до отца с Кэрол. А все эти ужасы навлекла на семью Виктория. Правду говорил отец, она ни на что не способна. Тори косо взглянула на Джима, как только он открыл перед ней дверь в черный внедорожник. Сопротивляться у нее не было права. Теперь судьба семьи зависит от неё и решения Николаса.***
Тори ощущала, как быстро бьется её сердце. Казалось, ещё немного и оно выскочит из груди. Джим ехал уже достаточно долго и ожидание неизвестности давалось Тори с трудом. Наиболее страшным всегда является то, как мозг выдает предположение неминуемой участи. Эти предположения никогда не бывают направлены в положительное русло. За момент поездки в голове Виктории были совершенно разные гипотезы о том, куда везет её Джим, и что именно задумал Ник. Исход всех догадок завершался её смертью. Тори прерывисто выдохнула, крепко сжимая кулаки. Не время паниковать. Что бы её не ждало, она должна сделать всё возможное, чтобы спастись. Сейчас стоит хотя бы запоминать дорогу в случае, если её не убьют и где-то оставят. Но даже это задание выбивало Тори из колеи. Она смотрела через окно и буквально через пару поворотов забывала всё, что смогла отложить в голове. Она ощутила, как дрожь пробежала по телу. Не столько от страха, как от злости, что из-за паники она не могла сконцентрировать свое внимание на нужных мелочах. Вскоре, запоминать уже было нечего. Они ехали по прямой глинистой дороге, заезжая в глубь темного леса. Деревья были настолько высокими и густыми, что лучи солнца не могли пробраться через листья. Это место было мрачным и вполне соответствовало Николасу Моргану. Он, вероятно, неспроста сказал Джиму привезти Тори именно сюда. Машина остановилась, и Тори быстро перевела взгляд на Джима. Он вышел, обошел свой автомобиль и открыл дверцу около Виктории. — На выход! — рявкнул он. Тори тяжело проглотила ком в горле, который образовался от мгновенно вспыхнувшего страха того, что же должно произойти в этом месте. Она медленно спрыгнула с высокого кресла внедорожника на неприятную слегка мокрую землю. Повисла тишина, будто бы в гробу. Даже не было слышно шелеста листьев на деревьях. Всё вокруг будто замерло также, как сердце Тори. — Что происходит? — прошептала она. Ответа Тори не удостоилась. Она лишь ощутила крепкую хватку Джима на своем локте. Скривившись, Тори покорно пошла за ним, лишь бы он не делал так больно. Они прошли вперед, углубляясь в гущу леса ещё сильнее. Тори рассматривала окрестности и кроме деревьев ничего не видела. Неужели Джим просто бросит её здесь? Этот лес невероятных размеров и без машины отсюда сложно выбраться. Все догадки испарились, как только она поймала взглядом знакомую машину, которая стояла довольно далеко. Сузив глаза, чтобы видеть лучше, она узнала черный матовый Мазерати Ника. Сердце стало биться в два раза быстрее. Если здесь этот дьявол, то он точно пристрелит её и закопает труп в месте, где редко ступает нога человека. Конечно же, о чём вообще стоит думать? Он именно это и сделает! Элементарное убийство и быстрое избавление от человека, который знает о его злодеяниях почти всё. Тори резко остановилась, уловив истерический женский плач. — Вперед! — рявкнул Джим, потащив девушку дальше. — Что это было, Джим? Скажи! Прошу тебя! — тревожно протараторила Виктория. — Это сюрприз. Тори едва слышно проскулила, будто перепуганный щенок. Она опустила взгляд вниз и пыталась сдержать эмоции. Через несколько минут быстрой ходьбы, Джим оттолкнул её от себя и Тори, не устояв на ногах, рухнула на землю. Страх переполнял её тело, и боли от поцарапанных коленей она совсем не чувствовала. Поднимая голову, девушка увидела глубокую свежую яму, размером с рост человека. Дыхание перехватило от мгновенно понимания для чего она здесь. Догадка была верна. Это её похороны. — Как жаль, Викки, — послышался до боли знакомый голос позади, и Тори инстинктивно съёжилась, крепко зажмурив глаза. Она молила, чтобы это был лишь сон. Детский кошмар. Желала открыть глаза и увидеть свою комнату в особняке Далтон. Пусть всё будет неправдой. Тори резко распахнула веки, услышав приближающиеся шаги. Это не сон. Каждая секунда этого ужаса — наяву. Тори медленно повернула голову в бок и подняла безжизненные уставшие глаза. Перед ней стоял Ник без доли сочувствуя на серьезном каменном лице. — Ты чудовище, Морган, — едва смогла прошептать Тори. Страх забрал все силы. — Будто бы ты не знала этого, когда решила испытать мое терпение. — Жаль, что я не довела дело до конца, — обреченно произнесла девушка. — Ты не заслуживаешь смерти. Слишком просто. Я искренне надеюсь, что ты испытаешь все круги ада ещё при жизни. — Поверь, принцесса, твое желание уже давно осуществилось, — ответил Ник и присел на корточки рядом с Викторией, чтобы видеть её стеклянные глаза. Тори подняла голову для того, чтобы подарить ему взгляд полный презрения и ненависти. Она смотрела на него, не проронив ни слова. Для этого у неё больше не было сил. Внутри погас огонек, и она не желала больше бороться, принимая поражение. Ник изучал каждую черту её лица, засмотревшись в темные раскосые глаза. Тори подняла руку и, вытирая холодный пот со лба, оставила черные разводы от мокрой земли. Он неосознанно протянул руку и легонько провел большим пальцем по её щеке, вытирая от грязи слегка пухленькие щечки. Тори замерла, не сопротивляясь. Каждую секунду душащего мучительного ожидания ей становилось хуже. Голова раскалывалась на две части после столь затянувшегося нервного состояния. Ник словно действительно был олицетворением дьявола и одним касание смог забрать всю её энергию. — Ник, — прошептала она и сделала небольшую паузу. — Не медли. Делай то, что хотел. Не мучай меня. Ник продолжал смотреть в её грустные красивые глаза. Даже сейчас она выглядела прекрасно. Измазанная грязью и с уставшим взглядом. И почему эта несносная девчонка вызывает в нем непонятное чувство сочувствия? Ему несложно убивать и причинять страдания окружающим, но сейчас что-то шло явно не по плану. Ему это точно не нравится. Эту неизвестную слабость внутри нужно немедля искоренять. — Почему ты пошла в полицию? — поинтересовался Ник. — Неужели моих предупреждений не хватило? — Хватило. Просто я совершила ошибку, — проговорила Тори после чего вновь подняла взгляд. — Единственное, о чем я сейчас жалею, это о том, что не осмелилась обратиться в полицию раньше! Ник слегка ухмыльнулся: — Поздно жалеть, наверное, — он многозначительно кивнул на глубокую уже подготовленную к своей вечной сожительнице яму. — Да. Теперь ты пустишь пулю в мою голову и продолжишь калечить жизни невинным девушкам. Ник наклонился ближе к её лицу и проговорил тише: — Открою тебе тайну. Я хочу помочь этим девушкам и освободить от рабства Мануэля, но есть одна непослушная девочка, которая сдала мое имя в полицию и теперь мои руки связаны. Тори насупилась, внимательно всмотревшись в глаза Ника. Казалось, он говорит правду. — Ч-что? Ты ведь помогаешь Мануэлю. — Так могло показаться таким вот лезущим не в свое дело, как ты, — ответил Ник. — Но правда в том, что я лишь шпион в его окружении. Моя цель свергнуть Мануэля, забрать власть и заодно избавиться от ненужной мне торговли женщинами. Тори опустила ошарашенные глаза вниз, начиная понимать, почему Ник вдруг решил пойти против своего друга. Ему не по душе подобный бизнес. Если он, конечно, не врёт прямо сейчас. Это у него получалось весьма искусно. — Хочешь сказать, что ты, человек, которому плевать на других, который способен с легкостью убить, будет пытаться спасти девушек из рабства? — Тори приподняла одну бровь вверх, всё ещё не до конца веря в его слова. — Я могу легко убить или пытать человека до смерти, но и у меня есть границы. В них не входит рабство, — Николас смотрел на Тори, которая просто молчала, всматриваясь в одну точку на земле. Он откинул её темные локоны за плечи и двумя пальцами приподнял её подбородок, чтобы Виктория вновь посмотрела в его глаза. — А ты, маленькая принцесса, думала, что можешь встать на моем пути? Наивная девочка. Я был весьма лоялен с тобой, но ты решила, что лучше будет нажить врага в моём лице. Очень плохой выбор. Тори прерывисто выдохнула, прекрасно понимая, что только что Ник сказал неприятную для неё истину. Он ведь действительно относился к ней лучше, чем она того ожидала. Даже не раз вставал на её защиту, хотя и имел свои косяки за спиной. В общем счету, Николас вёл себя весьма неплохо и не был заинтересован искалечить ей жизнь. Видимо, Тори сделала очередную ошибку. Она своими же руками разбудила спящего зверя. — Ты, конечно же, не дашь мне второй шанс, — наивно произнесла Тори, уже зная ответ. — Я даю только один шанс. И в твоих же интересах было оправдать его, но увы, — Ник всмотрелся в её враждебные, сверкающие от задержанных непролитых слез, глаза. — Таких непослушных девочек, как ты, нужно наказывать. Тори затаила дыхание, уловив в его взгляде поистине коварство и даже наслаждение от того, что происходит. Он точно ненормальный. Она часто захлопала ресницами, чтобы прояснить мокрые глаза. Сердце в груди казалось замерло. Время будто бы остановилось. — О чем ты, чертов дьявол? — не сдержавшись, выругалась Тори, насупив чёрные брови. — Ух, а ты прекрасна в гневе, — Ник ухмыльнулся и, казалось, лишь забавлялся. — Итак, главный сюрприз дня. Эта яма не для тебя, Викки. Я не готов лишить себя удовольствия наблюдать за тобой. Ты нужна мне живой. Выдохни. Тори тяжело сглотнула, уставившись на глубокую яму, потом перевала взгляд на Ника. Стоило бы послушать его и успокоиться, ведь только что он облегчил ей жизнь, сказав, что она продолжит своё существование, но это лишь ещё больше ввело её в состояние шока. Всё тело в один миг обмякло и стало ватным. Ник быстро поднялся, указав едва заметным жестом руки. Через некоторое время невозможного ожидания Тори увидела, как Джим ведет ещё одну девушку. Её рот был заклеен. Она шла медленно, шатаясь из стороны в сторону. Через мгновение её получилось разглядеть. Гвинет. Могила для неё.
