Hurricane

Фьюри лишь успел сказать Гарри, что ему не разрешено было покидать борт до дальнейших распоряжений. Смотря в спину удаляющегося директора, Поттер был абсолютно уверен — тот совершенно точно увидел что-то, что не должен был увидеть. Например, как Гарри исчезает под куском ткани сразу после обрушения части конструкции геликарриера. Комната, отведенная под Тессеракт, была полностью разрушена. Что не успело рухнуть во время сражения, доломалось уже потом во время поднявшейся паники. Гарри находился в том помещении не так уж и долго, но все равно успел уловить какой-то след, который монотонно вибрировал с определенной частотой. Гарри не был гением, никогда и не претендовал, но время от времени ему каким-то нелепым образом невероятно везло, и тогда он мог обнаружить нечто потрясающее. Он, конечно, был астрофизиком, но и волшебником он быть не перестал. И это плетение, что истончалось с каждой секундой, было ключом для открытия моста. Фюьри запретил ему уходить, но он не говорил, что нельзя ничего делать до его возвращения. Обратиться сейчас к собственным исследованиям было куда проще, чем к работе доктора Селвига. Потому что практически все записи Эрика остались в комнате Тессеракта, а у Гарри был его собственный офис. Так что, не теряя времени, он начал подстраивать след, который почувствовал, под свои записи и прогнозы. Он мог это сделать. Это была не физика, точно нет. Дело было в энергии. Той, которая была в нем самом, и которую он мог чувствовать в воздухе. Она плавала вокруг, исходя из Тессеракта. Но самый большой шлейф тянулся от магии Локи — холодной, печальной и одинокой, отчаянной, безумной. А еще она будто переливалась радугой в небе, казалась такой домашней и бесконечно прекрасной. Гарри словно почувствовал Асгард домом — не своим, но Локи. И из-за того, что энергия Локи спровоцировала раскрытие Тессеракта и привела мужчину сюда, через эту связь Гарри мог воссоздать путь до Асгарда. Теоретически. У него не было доказательств, что все сработает на практике. Но он не собирался ждать Фьюри, чтобы это выяснить. Он хотел сделать все прямо сейчас. Возможно, Гарри смог бы связаться с Тором. Все-таки он задолжал Джейн за все те исследования, что она провела, за ее жизнь. И когда он построит мост, то отправится назад в Британию к Арке Смерти, попытается уловить метки и там. Он вернет Сириуса назад. Он успел сделать пару шагов в сторону одного из складских помещений, где хранилась вся документация и исследования Джейн, которые он привез с собой, приняв предложение Щ.И.Т.а, когда его окликнули: — Куда собрался? Гарри обернулся, выронив несколько металлических штуковин, которые могли понадобиться для установки соединения, и увидел Марию Хилл — правую руку Фьюри. Ну разумеется. Не могли же Гарри оставить без присмотра. — Я могу это сделать, — сказал он. — Я уверен, что открою мост, я смогу. Но мне нужно сделать это прямо сейчас, пока я еще могу… — Гарри запнулся. Он только что чуть не сказал «пока я еще могу чувствовать этот след». Как бы он тогда объяснил свои слова? — Приказ был оставаться на месте, — отрезала Хилл. О ней можно было много чего понарассказать. Но никто бы даже не пытался спорить, что она была лучшим агентом Фьюри. — Так я его и не нарушал! — выкрикнул Гарри, борясь с желанием объяснить, что же он собирался сделать, и пониманием, что ни за что на свете не сможет в полной мере донести всю суть своей идеи. — Я не хотел покидать помещение. Я просто… у меня случилось озарение, когда я увидел Локи, ступившего в комнату с Тессерактом. Я знаю, как открыть мост, я могу, я должен. Впервые за долгие годы Гарри был в ярости, в отчаянии. До этого он чувствовал себя усталым, ему было скучно и ужасно одиноко. Он позабыл, что такое яркие и сильные эмоции. Температура в помещении вдруг стала стремительно падать. С каждой секундой становилось все холоднее. — То, что тебе нужно делать, это следовать приказам. Оставаться на месте до прихода директора Фьюри. Гарри чуть ли не завыл от разочарования. Несколько раз глубоко вздохнул в попытке успокоиться самому и утихомирить магию, а то велик был шанс разрушить все вокруг еще сильнее, чем оно было сейчас. Он наконец-то мог сделать то, что хотел, а эта женщина собиралась ему помешать. — И когда он собирается вернуться? — Он пытается разобраться с бардаком, который устроил Тессеракт. И вернется тогда, когда посчитает нужным. Кто бы знал, что Мария Хилл окажется такой сукой. Что же, она всего лишь выполняла приказ. В свое отсутствие Фьюри доверил управление Щ.И.Т.ом именно ей, а задача эта была непростая. Еще раз вздохнув, Гарри взял чувства под контроль, хоть ему сейчас и хотелось кричать. — Тогда я буду прямо здесь, — сказал он Хилл. Получив в ответ лишь скептический взгляд, впервые за долгое время он вышел из себя: — Послушай, ну что ты хочешь от меня, а? Я только что понял решение проблемы, над которой бился годами. Мой лучший друг — единственный — умер в попытке разобраться в этом. А теперь у меня есть ответы, но ты не позволяешь мне сделать то, что я знаю, потому что так сказал Фьюри. Хорошо, я понимаю твою позицию. Но не думай, что я буду сидеть в какой-нибудь комнате один Мерлин знает сколько времени и просто ждать. Я лучше побуду тут, где хоть что-нибудь смогу изучить. Можешь поставить охрану у дверей или еще что. Хилл все еще не выглядела убежденной, но, учитывая все то, что случилось, у нее было полно других дел, которые были важнее, чем няньканье с одним из агентов. Когда она наконец-то ушла, Гарри сделал то единственное, что мог позволить себе в нынешней ситуации. Сев на пыльный пол, он положил локти на согнутые колени и опустил голову на скрещенные руки. Он был так близко, что даже чувствовал это, действительно чувствовал. Магия Локи и что-то испорченное, что буквально захватило бога, темное и злое, не такое же ужасное, как хоркрукс, но очень близко. Осторожно дыша, Гарри впитывал чувство безопасности, что принесла с собой магия Локи. Хаос. Локи ведь был богом хаоса или чего-то похожего, да? Гарри не помнил точно. Все, что он знал о Скандинавской мифологии, рассказывала ему Джейн, и о Локи она почти не упоминала. О Торе же он теперь сам мог лекции читать. Почему же хаос ему был так приятен? Его энергия была такой домашней. Может, Смерть и Хаос были друзьями? Да и чем они вообще были? Вздохнув в очередной раз, Гарри начал в уме прикидавать, что именно ему придется сделать для создания собственного моста. Во-первых, потребуется открытое пространство. Все-таки не хотелось, чтобы все здание просто вдруг рухнуло из-за установившегося контакта. И если уж быть до конца откровенным с самим собой, он ведь так и не знал, что в принципе собирался сделать. Тем не менее, если он и верил, что обладал хоть каким-нибудь талантом, то это было именно чутье на подобные вещи. Он просто знал, что мог. В идеале ему бы вернуться в Нью-Мексико, чтобы попробовать открыть мост именно там, где Тор появился впервые. Хотя это даже не обсуждалось — Фьюри все равно его не отпустит туда одного и вряд ли пошлет ему в помощь целую команду. Что же, придется как-то выкручиваться с тем пространством, что мог предложить ему Щ.И.Т. Это, конечно, если он все еще будет жив и здоров, когда Фьюри соблаговолит вернуться. С каждой прошедшей секундой Гарри все больше убеждался, что директор видел что-то действительно ужасное и сейчас делал все необходимые приготовления, чтобы арестовать Гарри или вообще убить. Или хотя бы отдать на опыты ученым Щ.И.Т.а. В любом случае, дела были плохи. Гарри просидел на полу по меньшей мере час, когда один из агентов похлопал его по плечу, сказав, что Фьюри вернулся и хочет видеть его в своем офисе. Встав, Поттер проверил себя — мантия-невидимка все-еще была при нем, так что он был уверен, что если все окажется совсем плохо, то хотя бы удастся сбежать, не причинив большого вреда геликарриеру и находящимся внутри людям. Собрав все свое мужество, Гарри дошел до офиса, постучал и, когда Фьюри его пригласил войти, открыл дверь. — Агент Хилл проинформировала меня, что вы были заняты во время моего отсутствия, — вместо приветствия заявил Фьюри. Указав Гарри на стул, он сам сел в кресло по другую сторону стеклянного стола. — Да. Я выяснил, как заставить мосты работать. Мне всего лишь нужно открытое пространство и кое-что из моего оборудования, — Гарри отчаянно понадеялся, что Фьюри позвал его именно из-за этого. — И как же, мистер Поттер, вы это выяснили? Когда? Директор сидел с совершенно непроницаемым лицом. Поттер знал, что его ответ, любой ответ, будет обращен против него, независимо от того, в чем его вообще собирались обвинить. — Я просто… просто понял, — Гарри пожал плечами. — Пока агенты Щ.И.Т.а сражались с тем, кто, предположительно, был богом, вас посетило озарение, как открыть ваш мост? — Да, — только и ответил Гарри, отметив сарказм, с которым был задан вопрос. Фьюри какое-то время молча смотрел на него, а потом, устало вздохнув, облокотился сложенными руками на стол. — Позвольте рассказать вам, мистер Поттер, что я делал, покинув это место несколько часов назад. Сперва я пошел за помощью. Все-таки этот Локи явно не самая легкая задача, с которой нам удалось бы справиться благодаря нескольким агентам. Они все, конечно, профессионалы своего дела, но они всего лишь люди. Поэтому нам потребуется более сильная поддержка. Было непросто его убедить, но в итоге он согласился. Агент Романова отправилась на поиски эксперта, который, как мы надеемся, сможет выяснить, что же сделал Тессеракт. А агент Коулсон прямо сейчас пытается организовать для нас дополнительную помощь. После того как я направил эту команду сюда, я решил поднять, скажем так, особые связи. Все-таки я понял, что явно что-то упускаю, увидев, как один из моих агентов растворился в воздухе, — Фьюри наклонился вперед. Гарри подавил огромное желание отстраниться. — Вы знаете человека по имени Кингсли Шеклболт, мистер Поттер? Гарри не ответил. Кажется, он облажался сильнее, чем думал. — Молчите? Хорошо, тогда я продолжу. Связаться с этим человеком было практически невозможно, но Щ.И.Т. защищает всю Землю, и неважно, насколько изолированными себя считают некоторые. Нельзя просто так взять и поработать с Доктором Стрэнджем и другими личностями по ту сторону нормального восприятия и не заподозрить, что таких людей может быть много. Так что я пообщался с заместителем Министра Шеклболта, и он заверил меня, что они не видели и не слышали ничего о Гарри Поттере уже больше десяти лет. Он не оставил никаких следов. Хотите что-то сказать, Гарри? Но Гарри опять промолчал. Что Фьюри собирался сделать? Объявить его волшебником и отправить обратно в Магический Мир? Арестовать? Вряд ли он попытается использовать способности Гарри в пользу Щ.И.Т.а. — Но вот что любопытно — когда я поговорил с самим Министром Шеклболтом, он сказал, что вы исчезли не просто так, а по причине, которую Министр Магической Британии, похоже, уважает. Потому что некая чета Уизли сказала ему об этом, и потому что он, в отличие от меня, доверяет вам. Еще он добавил, что если я найду Гарри Поттера, то лучше мне его просто отпустить, ведь он, я цитирую, «заплатил сполна все долги перед обществом, не пытаясь защитится от того, что он не контролирует». Не потрудитесь объяснить, что все это значит, Гарри? Потому что Щ.И.Т., видите ли, знает о вашем мире. Уж пришлось узнать, учитывая все то дерьмо, которое у вас там происходит стабильно каждые десять лет. Это ведь и наша планета все-таки, на которой вы сражаетесь. Мы знаем о беспорядках, на решить их, к сожалению, не можем. Дело в том, что когда вы начали работать с Джейн Фостер, вас проверили на волшебство и ничего не обнаружили. Вы тогда не читались как волшебник, не читаетесь и сейчас. Но если раньше вы были волшебником, а сейчас совершенно чисты, значит, что-то случилось. Что-то заставило вас сбежать от всего, что вы знали, и начать жизнь заново. Почему? Гарри ничего не ответил, и Фьюри потерял терпение. — Поттер, давай-ка кое-что проясним: у нас тут сейчас есть убийца-психопат. И мне нужна моя команда. А еще мне нужно знать, что хотя бы среди нас нет больше никакой угрозы. С тобой начинаются сложности, и мы просто выкидываем тебя туда, откуда ты сбежал, в мир, который так сильно пытался избегать столько лет. И больше ты оттуда не выберешься. Так что советую сказать мне, что ты делаешь в Щ.И.Т.е. Что с тобой случилось, что ты перестал быть волшебником? Гарри поднял взгляд на Фьюри. — Я могу не быть волшебником, но у меня есть магия. Я не могу сказать, почему так случилось, потому что я просто не знаю. Я сражался во время наших последних беспорядков. Мы выиграли. Я делал то, что должен был, но что-то пошло не так, и я перестал взрослеть. Моя магия стала меняться. И сейчас я тот, кто я есть. Я больше не волшебник — и я не знаю, почему, — но я обладаю магией, — и это невероятно злило Гарри. Он перестал быть обычным волшебником — он опять был ненормальным, снова не тем, кем всегда Дурсли хотели его видеть. — Я сбежал, потому что Магический Мир слишком узко мыслит. Я застрял во времени. Они всегда считали меня своим героем, и что бы тогда случилось, останься я там? Ребенок-герой, мальчик, который живет вечно? Через несколько лет, когда бы померкла память и прошла их благодарность, что бы тогда случилось со мной? Зная это, я не мог там оставаться, не мог видеть, как взрослеют мои друзья, как они растут, женятся, заводят детей, а потом умирают. Я просто не мог. — Что это значит? — Фьюри посерьезнел, пристально смотря на Гарри. Он ему все еще не доверял, но хотя бы уже не хотел убить взглядом на месте. — Что ты имеешь в виду, говоря «зная это»? — Я не могу умереть, — просто сказал Гарри, не собираясь что-либо объяснять. — Ты не можешь умереть, — повторил Фьюри, вскинув бровь. — Я, конечно, не пытался совершить самоубийство, но был весьма близок к этому. Я просто… знаю. Я не могу умереть. Именно поэтому моя магия другая, и, очевидно, из-за этого я перестал быть волшебником. — Почему? — опять спросил Фьюри. Гарри уже начал злиться. — Потому что я Повелитель Смерти, — он скрестил руки на груди. Вздохнув, директор, кажется решил не продолжать, так как они вернулись к началу разговора. Забавно, что он решил сдаться сейчас, когда Поттер сказал ему правду. — Так при чем здесь мосты? — Фьюри перевел тему. — Мой крестный погиб, когда мне было пятнадцать. Он упал в арку, которая, как я подозреваю, была своего рода мостом между нашим миром и другим. Я потратил годы, изучая исследования Джейн, чтобы иметь возможность с ней работать, чтобы попытаться открыть мост и вернуть крестного назад. Фьюри долго рассматривал Гарри в ответ, прежде чем заговорить снова: — Ты уверен, что сможешь построить мост, который приведет нас к Тору, а не в то место, откуда пришел Локи? — Да. Я могу… то ощущение пришло от Локи. Я мог бы… почувствовать его магию. Это Асгард. Его дом, место, где он хочет быть. Именно о нем он думает, когда не пытается захватить Землю. Я могу построить мост в Асгард или хотя бы дать им знать, что нам нужна их помощь для его открытия. Я уверен, что смогу это сделать. Наконец-то они добрались до нужной Гарри темы — до мостов. Он больше не хотел обсуждать свое прошлое. — У меня есть для тебя предложение, Гарри, — Фьюри едва успел договорить, как Поттер сразу же покачал головой, встав со стула. — Нет. — Я ведь еще ничего не сказал, а ты уже отказываешься. — Вы хотите, чтобы я работал вместе с вашей специальной командой против Локи. Я не буду этого делать. — Откуда ты можешь знать, что я хочу? — Сэр, меня всю жизнь окружали люди, которые меня использовали. Они, конечно же, делали все во благо и заботились обо мне, и я их уже давно простил. Но не забыл. Так что я прекрасно знаю, чего вы хотите — чтобы я сражался вместо вас в вашей битве. Нет. Я хочу открыть мост и найти Тора. Ради Джейн. Он заслуживает знать, что с ней случилось. Чтобы почтить ее память, чтобы оплакать ее. А потом я вернусь в Британию и попытаюсь вернуть крестного. И все. Я не герой. — Но мог бы быть. — Я не хочу. — Ты мог бы помочь человеческой расе в битве против монстров, Гарри. На данной момент у нас есть Железный Человек, Брюс Беннер, Капитан Америка и Черная вдова. Мы можем попытаться спасти Соколиного глаза. Ты разве не хочешь помочь вернуть Клинта? Я думал, он был твоим другом. — Нет, не был. У меня нет друзей. — С каких пор. — С тех пор как они стали умирать, а я нет. Фьюри вдруг улыбнулся. — Ну тогда тебе просто нужно познакомиться с этими людьми, потому что они невероятно устойчивы ко всякого рода воздействиям. — Нет! — выкрикнул Гарри. Отвернувшись, он пошел к выходу из офиса. — Я не хочу быть частью вашей специальной команды. Я здесь не для этого. Я не хочу, и вы меня не заставите. Фьюри молчал. Спустя мгновение Гарри остановился, обернувшись. Директор смотрел прямо на него. — Я ненавижу говорить подобное, но нам нужна твоя помощь. Я дам тебе зеленый свет на твои мосты. Я даже предоставлю тебе любую поддержку и окажу содействие, когда ты вернешься в Англию, когда мы разгребем этот бардак. Если ты согласишься помочь. Иначе я буду вынужден сообщить британцам, где ты находишься, почему ты здесь и почему убежал когда-то. — Кингсли сказал, чтобы вы оставили меня в покое, — сквозь зубы процедил Гарри, сдерживая гнев. — Ему я и не скажу. Но ведь есть еще пресса. Уверен, они будут в восторге. — И чем это будет отличается от того, если я соглашусь помочь вам? Да тогда весь мир будет знать! — Гарри уже почти кричал. — Мы можем защитить твою личность. — О, ну конечно. Вы проделали прямо-таки огромную работу для Тони Старка, — Поттер не удержался от сарказма. Сев обратно на стул, он уронил голову на руки. — Старк отдельный случай — он сам решил раскрыться. И замять это уже было невозможно, — Фьюри замолчал. Гарри поднял голову, наткнувшись на внимательный взгляд. — Гарри, нам нужна твоя помощь. Целому миру нужна. Неужели ты отвернешься от нас? В этот момент Гарри понял, что его кошмар стал явью: он был по уши в дерьме, потому что как он мог теперь отказаться?