В снегу

      Илья без задней мысли сейчас был готов набрать номер Юры. Музыченко давно не появлялся в институте, это и заставляло Прусикина беспокоиться. Он чувствовал привязанность к парню. А может даже что-то большее, чем просто привязанность. Но вместо уютных выходных с Юрцом, он сейчас прожигал молодость со Старым и шлюхами. Целоваться он конечно вряд-ли будет, а вот поебаться не прочь. Прусикин не знал, что Андрей нагло подставил его, наврав Юре про какую-то там новую девушку. Но раньше Ильич не видел этого пореза на руке Старого.       Потрогав порезы на своей руке, парень вздохнул. «Ой, ну и хуй знает!» — подумал он, откидывая телефон куда подальше и возвращаясь к флирту с очередной проституткой.

***

Юра наконец взял себя в руки. Взял в руки и телефон. Набрал номер и верно ждал ответа. Наконец он перестал быть такой размазней. — А? — Здаров, Пуська. — Музыченко с трудом выдавил из себя усмешку. — Сам ты пуська! Если ты шутить звонишь, то извини, у меня дела. — в трубке послышался стон Старого, что заставило Юру напрячься. — Нет, мне просто… Мне просто очень херово, Илья. Приезжай ко мне, мне бухать нескем. — А? Что? Ладно… эм… Ладно. Ладно, я приеду! Юра ещё раз скинул в смс свой адрес и залез под одеяло. Впервые за двое суток он решил поспать. Хотя бы полчаса.       Илья был очень взволнован. Он молча оделся и покинул комнату, забив на вопросы Старого. Теперь Прусикин начал понимать, что происходит что-то неладное, и это «что-то» из-за него. Прусикин знал, что Юре плохо, но ни разу за эти недели не решился написать хотя бы маленькое, банальное сообщение. Теперь Илья понимал, что он влюблен. Влюблен как мальчишка. Юрец для него стал таким родным. Но вместо уютных «посиделок» с Юрой, он выбрал Старого и шлюх. Осознавая свою ошибку он вызвал такси, попросил водителя ехать быстрее.       Теперь Илья поднимался по лестнице, к квартире Юры, а которой уже однажды смог побывать. Он зашёл в квартиру без труда. Музыченко не закрыл входную дверь на замок. Сам Музыченко мирно спал, и Илья не захотел его будить. Вместо этого он прилёг на диван рядом и сам отрубился.       Проснулись они почти одновременно. Поздоровавшись с Юрцом, Прусикин смог оценить его состояние. Пустые глаза, огромные синяки под ними, бледная кожа, уставший и болезненный вид. Девять порезов на руке. -Юр? Откуда ещё один порез? Я видел новый порез и у Старого. Вы куда-то ходили вместе? Ты же знал, что у тебя уже восемь порезов, так зачем ты рисковал? — Илья сразу засыпал друга сотней вопросов. — Это не важно. Я лишь хочу умереть. — Юра взял себя в руки, набрав побольше воздуха в грудь — Я давно понял, что люблю тебя. Поэтому если я умру, то только от твоего поцелуя. — Юр… Я люблю тебя… Не говори, что хочешь себя убить! — на глаза Ильи наворачивались слезы. — Так почему ты тогда нашел себе новую бабу?! — Юра искренне не понимал ничего — Что ты несёшь?! Какая баба? Да у меня давно уже девушек не было. Кто тебе вообще такое сказал?! — Илья удивленно уставился на Музыченко. — Мне Старый сказал. А потом заставил целоваться… — Юра отвернулся, продолжая свою мысль — Я не хочу больше мучаться. Если ты правда любишь, то поможешь мне. Просто поцелуй меня. Музыченко решительно встал, резко схватив Прусикина рукой за лицо. В глазах обоих читалась мольба. Юра приблизился своими губами к его губам, нежно целуя парня.       Почувствовав боль на запястье, Юра понял, как неприятно рана прорезает всю руку. Приготовившись к своей смерти, Музыченко зажмурился. Но вместо этого ничего не произошло. Он чувствовал тепло на своих губах и руках. Приоткрыв глаза он осмотрелся. Все тот же Илья, все та же комната. Уставившись на свое запястье, Юра удивлялся все больше. Порезов больше не было. Как и на руке Ильи. — Чч. что? Это правда? Я думал, что умру, а ты оказался моим соулом? — Музыченко ещё раз поцеловал Прусикина. Снова ничего. Неужели все было так просто.       Илья бросился в объятья к Юре, не веря в происходящее. Да, Андрей оказался редкостным пиздоболом, а все страдания оказались напрасными. Зато теперь они могут спокойно любить друг друга, не боясь, что умрут. Не боясь косых взглядов. Это не только их выбор, но и их судьба.