Кэрил: сборник мини

Всего несколько месяцев — и в тюрьме воцарилось спокойствие. Все были при деле, все имели занятия. Дети, готовка, охота, вылазки за продуктами и вещами, посевы и прочая ерунда. Дэрил только едва заметно ухмыльнулся, зайдя в одно из помещений и посмотрев на собравшихся в кружок друзей. Детские сказки и досужая болтовня — вот чем все занимались по вечерам. Хотя, стоило признать, это было даже… уютным. Собираясь уже выйти из комнаты, он вдруг бросил взгляд на рисунок одной из новеньких, немолодых уже женщин. Молли сидела за столом и, бросая взгляды на старательно что-то читающую детворе Кэрол, торопливо касалась листа бумаги карандашом. Такие простые и быстрые движения. И ее лицо вдруг проявлялось на бумаге, словно фотография. Но это было даже лучше чем фотография. Здесь была душа. Эта небольшая картинка как-то передавала и улыбку Кэрол, и грусть в ее глазах, и нежность, и силу, и тонкую шею, и беспорядочно растрепанные самыми маленькими детьми волосы. Дэрилу показалось, что он даже дышать перестал, наблюдая за созданием ее портрета. Но Молли вдруг резко развернулась, поднимая глаза на него, тут же отступившего. Тихо улыбнувшись, женщина посмотрела вслед тут же вышедшему из помещения Дэрилу и вернулась к Кэрол, чей взгляд на секунду застыл на двери. Нужно было закончить начатое. Вернувшись в камеру через несколько часов, Дэрил недоверчиво приблизился к койке, поднимая с подушки лист бумаги. Ее портрет. Наверное, первым порывом было выбросить это. Порвать? Вернуть этой самонадеянной художнице, которая непонятно что успела там себе придумать? Но это лицо так и притягивало к себе его взгляд. В новом мире больше не осталось ничего другого. Никакой памяти. Вместо всех фотографий — единственный портрет. Такой простой, такой правдоподобный. Обычный набросок — вся ее жизнь. Или его? Никто ведь не узнает, что он оставил рисунок себе? Спрятал? И смотрит на него каждый раз перед сном. При свете свечи. Несмело проводя пальцем по ее щеке, обводя контур губ, касаясь волос, словно приглаживая их и приводя в порядок. Робкие прикосновения и, кажется, что ее глаза оживают. Кажется, что губы вздрагивают в улыбке. Что она только его. Лишь бы не перепутать однажды рисунок с оригиналом. Весна не радовала хорошей погодой. Очередной дождь и снова гроза. Сильней предыдущих, не дающая спокойно уснуть. Впрочем, это лишняя возможность просидеть еще полчаса с ее портретом в руках. И стараясь не слышать чьих-то всхлипываний в блоке. Ну кому там еще не спится? Нахмурившись, Дэрил торопливо спрятал заботливо сложенный рисунок во внутренний карман жилета и вышел из камеры, только здесь отчетливо слыша, откуда раздается плач. Понимая, кто это плачет. Может быть, это влияние портрета, от созерцания которого он снова не мог оторваться весь вечер, а может быть, просто желание узнать, что случилось. Ведь могло же что-то случиться? А вдруг? Замявшись на пороге камеры, Дэрил все же вошел, присаживаясь рядом со скрутившейся на койке Кэрол. Уткнувшись в подушку лицом, вцепившись побелевшими пальцами в собственные плечи, она просто плакала: негромко, горько и отчаянно. Кажется, даже не заметила, что кто-то вошел. А если и заметила, то не подала вида, только вдруг притихнув и затаив дыхание. Он протянул руку, чтобы прикоснуться к спине Кэрол, но тут же отдернул едва не коснувшиеся ее пальцы. — Ты чего? Боишься грозы? — предположил он, не узнавая свой охрипший вдруг голос. Вздрогнув, Кэрол торопливо приподнялась на постели, утирая слезы рукавом кофты и отводя припухшие от слез глаза. Шмыгнув носом, она уткнулась лицом в колени, мотнув отрицательно головой. — Нет. Я всегда любила грозу. А София почему-то боялась, — наконец, едва слышно проговорила она, так и не посмотрев на Дэрила. — При первом же раскате грома старалась спрятаться как можно дальше. Почему-то это «дальше» было обязательно под кроватью. Обычного одеяла ей было мало. Как будто бы гроза могла ей навредить… Кэрол снова тихо всхлипнула, а Дэрил, не найдя слов, неуверенно положил руку ей на плечо, склоняясь в неловком объятии. Что еще он мог сделать, чтобы успокоить ее? Утешить в подобном — невозможно. Как и просто молча уйти. Кэрол, ощутив его ладонь на своем плече, торопливо подалась навстречу, утыкаясь лицом куда-то ему за ухо, прикасаясь влажными ладонями к шее. Еще несколько судорожных вздохов, и она успокоилась, свернувшись клубочком у Дэрила под боком, щекоча своим дыханием его кожу и едва заметно перебирая пальцами волосы на затылке. Не давая просто встать и уйти. Ведь как — сейчас — можно уйти? Очередной слишком громкий раскат грома заставил Кэрол вздрогнуть. А Дэрила — склониться над ней еще сильней, подчиняясь такому сильному и непривычному желанию защитить. Уберечь от всего. Вот только предательский лист бумаги, так торопливо сунутый в карман, вдруг выскользнул на койку, тут же оказываясь в ее неожиданно быстрых пальцах. Дэрил торопливо отодвинулся, протягивая руку, но не успел. Округлившиеся глаза и приоткрытые в удивлении губы говорили о том, что она успела увидеть рисунок. Рассмотреть. И всё понять. Что теперь? Как жаль, что нельзя просто провалиться сквозь землю. Вернуть время вспять. Забрать этот чертов лист бумаги обратно, сделав вид, что ничего и не было. А может быть, самое время — уйти? Но Кэрол, не сводящая с Дэрила какого-то странного вопросительного взгляда, вдруг схватила его за руку, заставляя задержаться. Словно нехотя покоситься в ее сторону. Она поспешно забралась пальцами под свою подушку и вытащила оттуда точно такой же листок бумаги, слишком медленно разворачивая его и устраивая рядом с собственным портретом. Настороженный взгляд, крепко стиснутые губы, челка, падающая на глаза. Какого черта? Как? Когда? Но все эти вопросы быстро стираются, сменяясь вдруг пониманием… Он и она. Два рисунка, лежащих рядом. Вместе. Как так и нужно. Кэрол робко подняла взгляд на Дэрила и едва заметно улыбнулась. Ответ на все его вопросы — в ее глазах. Новый раскат грома — сильней или слабей предыдущих — остается незамеченным. Ведь они смотрят только друг на друга. Они слышат лишь дыхание друг друга. Чувствуют только руки друг друга. Пока лишь кончиками пальцев. Несмело, тихо, едва заметно. Два взгляда, утонувших друг в друге. Слабый свет свечи и шум дождя за стенами тюрьмы. Ничего больше. Все остальное будет потом. Впервые и еще много раз. А пока — только Кэрол и Дэрил, не отводящие друг от друга взглядов. И два простых портрета, на которых они — так получилось — тоже смотрят друг на друга. Их маленькая тайна, разгаданная художницей. Они.