Так совпали звезды

«Настоящих друзей связывает многие ситуации, над которыми можно посмеяться, неприятности, когда можно поплакаться в жилетку, долгожданное прощение давних грехов.» © Мэри Элис Янг, «Отчаянные домохозяйки».

Хани в сотый раз обвел камеру скучающим взглядом лиственно-зеленых глаз. Было тихо до звона в ушах, все что можно он уже переделал, все наскучило и оставалось только пялится в стену и думать о чем-то отстраненном. Но вот только в голову все равно лезли навязчивые мысли о возникших проблемах. Восемьдесят второй заворочался на мягком футоне, перевернулся на бок и глянул на пустующий соседний футон, который находился в другом конце помещения. Труа уже не было неделю и было очень скучно. Хотя, он не представлял, как бы жил в одной камере с ним. С ним, который кардинально изменился… Парень глубоко выдохнул и закрыл глаза, а на изнанке уставших век возник образ друга. Только вот образ был совсем другим, непривычным и возникало желание задать привычный вопрос о цвете белья собеседника. Точнее, собеседницы. Из размышлений вывел неприятный скрип замка и железной двери. Зеленоглазый нахмурился и распахнув глаза, приподнялся на локте. Дверь распахнулась и через чур грубый и нервный охранник пихнул девушку в очках и с волосами цвета свежей мяты внутрь, после громко захлопнув дверь. — Труа? Почему ты еще… в таком виде…? — Хани нахмурился и между тонких бровей на переносице образовалась небольшая морщинка. Прерывисто рыкнув, он встал с футона. — Я думал, медики Нанбы постараются и все исправят, — хоть вид у него и был хмурый, но молодой человек пытался говорить осторожно, так как понимал, что его сокамерник тоже сейчас в стрессовой ситуации, как и он сам. И даже если сейчас очень хотелось кричать и материться, американец старался быть спокойным. — Знаешь, я тоже так думал, — немного нервно ответил заключенный под номером три и устало запустил тонкие девичьи пальцы в свою мягкую копну волос. — Но увы и ах, они даже никаких препаратов нам не выдавали. Нас только обследовали и не более, — фыркнув, ответил француз и прикрыл алые глаза. — И? Они хоть что-нибудь сказали? Хоть какие-то прогнозы есть? И почему, раз заключенные еще не излечены, их отправили обратно по корпусам и камерам? — Ну, сказали, что больше никто не должен подхватить вирус, — Труа пожал хрупкими плечами, а Хани сглотнул. Он двигался так грациозно, что казалось, парень с самого рождения был утонченной девушкой. — Поэтому и отпустили. Не знаю, как они это вычислили, но это так, — он отмахнулся своей тонкой ладонью и пройдя к своему футону, завалился на него. Его новое женское лицо немного поморщилось, приобретая заостренные черты, что выглядело красиво и соблазняюще. Хани глухо хмыкнул в кулак. Труа, похоже, был горячей красоткой. — А какого цве… — зеленоглазый укусил себя за язык. Привычный вопрос о нижнем белье норовил на автомате слететь с губ при виде противоположного пола. Но Труа тоже парень, сейчас не тот случай. Но получив вопросительный взгляд на оборванную фразу, парень продолжил. — А какого ж хрена все тогда голосили, что у нас настоящие гении, а не доктора? Думаю, что с такой проблемой они должны были бы уже управится. Труа еще несколько секунд посмотрел на американца, потом устало вздохнул, снимая с себя очки и залезая под одеяло. Хотелось просто полежать, ни с кем не разговаривая и хоть на время дрема забыть о навалившихся проблемах.

***

Чуть припухлые губы Нико изогнулись в легкой улыбке, когда он наконец оказался в родной тринадцатой камере. Все было по-старому, в груди появилось теплое и трепетное чувство, как будто он вернулся в родной дом после нескольких лет скитания, хоть его не было неделю. И даже если медицинское обследование не увенчалось успехом, и он все еще девушка, что огорчало, зеленоволосый все равно внешне оставался таким же жизнерадостным. Улыбка стала шире, когда взор упал на Рока и Уно. За это время он уже успел очень сильно соскучиться по ребятам, которые не менее были рады возвращению друзей, хоть и не в прежней мужской форме. — Джу-у-у-уго-о-о-о, — юный американец протянул имя друга своим мягким и звонким голоском, оплетая шею сокамерника тонкими привычно забинтованными женскими руками и прижимаясь грудью к его спине. — Ты опять мрачнее грозовой тучи, — девичье миловидное лицо Нико приобрело чуть недовольный вид, но было видно, что он по-прежнему весел. — М? Я не мрачный, просто задумался, — японец пожал плечами и подняв глаза на собеседника, поудобнее устроился на полу. Конечно, он врал. Он все еще расстроен из-за того, что он до сих пор девушка. — Зато ты как всегда очень веселый, — Джуго беззлобно ухмыльнулся. — Это же Нико. Его ничто не может расстроить, — Рок подпер щеку кулаком и подмигнул двадцать пятому, а тот еще лучезарнее улыбнулся, а на смуглых девичьих щеках появился румянец. — Он, как всегда, полон позитива и тепла, как солнце! — Уно не смог сдержать улыбки. Этим вечером царила невероятно приятная и уютная атмосфера, находиться в этом месте и с этими людьми было комфортно. Что-то было такое, что даже проблема смены пола друзей ушла на второй план. Все просто расслаблялись от нервотрепки и отдыхали. Взгляд голубых глаз британца пал на Джуго. Хоть на его милом лице сейчас и была слабая улыбка, парень чувствовал, что брюнет напряжен и до сих пор полностью от всего не может отойти и принять случившееся. Стоит потом поговорить на эту тему с ним, помочь, подбодрить и надеяться на то, что лучшие умы Нанбы скоро приготовят лекарство. Да и сам Уно очень хотел, чтобы это все поскорее закончилось. Потому что он понимал, что ему довольно сложно находиться с двумя молоденькими и симпатичными девушками в одном помещении. Сказывалось то, что у одиннадцатого уже продолжительное время не было девушки во всех смыслах. И хоть мозгами он понимал, что засматриваться на филейную часть Нико — плохо, а посещающие его не очень чистые мысли с участием девушки-Джуго — вообще катастрофа, чисто биологические потребности проявляли себя. Да, он вполне отлично с ними справлялся и ум брал верх над инстинктами, но все равно было не по себе. Примерно через четверть часа уставший, как собака, Хаджиме дал отбой, и заключенные улеглись спать по своим местам. Джуго завернулся в одеяло, как в кокон, перевернулся на бок и поджал колени. Сегодня низ живота сильно болел и ему это совсем не нравилось. Новое женское тело его чуть ли не пугало, он тяжело привыкал к ранее неизвестным особенностям организма. Но парень надеялся на лучшее, скидывая на то, что, может быть, он что-то не то съел. «Ладно. Нужно спать.» — с этими мыслями пятнадцатый сомкнул веки с густыми черными ресницами, пытаясь игнорировать тянущую боль внизу живота. Уно, который все еще не ложился и расплетал свою тугую косу, не смог удержаться и улыбнулся. Все же, он слишком соскучился по друзьям, хоть молодой человек и проникал к ним в изолятор еще раза три. И было просто приятно смотреть на возвратившихся сокамерников, на то, как ребята разговаривают, шутят. Взяв в руки расческу, заключенный стал приводить чуть спутавшиеся за день длинные локоны светлых волос в приемлемое состояние. Невольно проскочила мысль, что сейчас, в полутьме, спокойное лицо Джуго выглядит очень красиво, хоть такого он раньше и не замечал. Но одернув себя, парень уже было хотел отвернуться к стенке и просто уснуть, как вдруг замер. Джуго заворочался и поморщил нос, сжав губы в тонкую линию. Подросток распахнул глаза и заворочался сильнее. — Джуго? Все нормально? — хоть одиннадцатый и сказал это шепотом, ему показалось, что это вышло громко и звук его голоса, отразившись от стен камеры, пронесся чуть ли не по всему корпусу. — Д… Да… Нормально… — нахмурив темные брови и приподнявшись, ответил заключенный. Он откинул в сторону одеяло. Секунда и из тонкого горла девушки вырвался оглушительный и звонкий крик. Переполох заставил всех вскочить и устремиться на помощь к пятнадцатому. Лампа в камере включилась вновь, озаряя все произошедшее. Перепуганные ребята собрались вокруг Джуго, который вновь закутался чуть ли не с головой в одеяло, а когда Рок попытался это самое одеяло убрать, то японец заверещал, как резанный. — Джуго, черт тебя дери, ты с ума сошел?! — Уно, не выдержав, нахмурился и уже сам попытался отобрать многострадальное одеяло и взглянуть, что произошло. — Нет! Позови доктора! Мне, мать вашу, нужен доктор! — гетерохромные глаза встретились с голубыми, и британец четко увидел в разноцветных радужках страх и непонимание всего происходящего. Он, по правде, чокнулся из-за того, что он женщина или реально что-то случилось? Но вот только факт того, что девушка кричала что-то про кровь и ее пылающие щеки подтолкнули Уно на конфузные мысли. — Джуго, что случилось? — голос Нико дрогнул, он заметно нервничал и беспокоился за друга. Его тонкая ладонь легла на хрупкое плечо пятнадцатого, а тот в свою очередь дернулся. — Кровь… — Что? Где кровь? — Рок озадаченно нахмурился. Даже аппетит, который возник перед сном, совсем пропал. — Ты порезался? — Да нет же! Там… Там кровь… — после этой фразы повисла гробовая тишина, а щеки Уно тоже запылали, ведь ситуация была реально неловкая и его догадки подтвердились. И раз у него пошла кровь, бедному Джуго предстоит познать всю прелесть этих дней. Так же это подтверждает, что он теперь истинно биологически здоровая девушка, как бы японец этого не отрицал.