Кинк-фест 2018 (сборник драбблов)

Их первый поцелуй – смешной и неловкий до ужаса, и Ларри согласен – его откровенно застали врасплох: он даже и не думал ничего такого, когда Акменра подошёл, наклонился и поцеловал его в уголок рта. Ларри даже вздрогнул от неожиданности: - Ак, что ты делаешь?! - Угадай, - ответил несносный мальчишка. И поцеловал ещё раз: так же легко, едва касаясь. Ларри и предположить не мог, что его это взбесит. Он развернулся, взял треклятого правителя за затылок и выдохнул прямо в губы: - Вот я тебе сейчас угадаю. Ты имел в виду это? – и поцеловал в ответ, однозначно так, по-серьёзному. Без этих, понимаете ли, издевательств. Когда поцелуй закончился, Ак начал ржать. А когда проржался, сказал: - Ты почти угадал: но я имел в виду вот это! – потом накрыл своими губами губы Ларри, протолкнул язык в рот и начал показывать класс. Ларри тогда понял, что он со своими якобы серьёзными поцелуями даже близко не представлял, что это такое: какие-то несколько секунд эта мысль болталась у него в голове, а потом он подумал, что ему наплевать на свои умения, и он может прямо сейчас начинать учиться. Всем этим скольжениям, облизываниям, покусываниям и посасываниям, всему тому фейерверку ощущений, в которые, оказывается, можно превратить обычный банальный поцелуй! Потом они целовались где только придётся: в египетском зале и в хранилищах, в комнате охраны и в коридорах за колоннами. То быстро, рвано, на бегу, почти прикусывая губы, то неспешно, медленно, ласкаясь языками, чувствуя эти касания, от которых по всему телу проходила недвусмысленная дрожь. Акменра научил Ларри целоваться прямо во время секса – конечно, если подобрать подходящую позу. Оказывается, целоваться во время секса чертовски приятно, и можно делать это, долго не прерываясь, если наловчиться дышать через нос. Ларри, правда, потом сказал, что ему еще нравится целоваться после секса: когда Акменра откидывается на спину и рвано дышит, приоткрыв рот, и поцеловать его прямо в этот приоткрытый рот, сглатывая глубокие выдохи… это казалось таким крышесносным интимом, что у Ларри для описания не находилось слов. - А что ты удивляешься? – улыбался Акменра. – В наше время считалось, что при поцелуе двое обмениваются душами. Ларри тогда подумал, что отдал бы Аку часть своей души, особенно таким приятным способом. Чтобы они наконец смогли, скажем, будить друг друга поцелуем по утрам. Или притаскивать кофе в постель по очереди, и когда будет очередь Ака, Ларри будет ворчать: "Опять шесть ложек сахара на кружку, извращенец? Я не буду тебя целовать, я к тебе прилипну", и чтобы Ак в ответ хохотал: "Завтра в отместку можешь сделать кофе вообще без сахара!" Но – мечты мечтами, и поверья поверьями, а пока всё равно приходится по старинке: рассвет- саркофаг-крышка. Но и там Ларри обычно наклоняется и целует Ака на прощание. Потому что – как же иначе? На целый день расстаются всё-таки. Уже, можно сказать, традиция.