Прозрачные чернила

Такое маленькое и хрупкое тело. Бархатная кожа. Чёрные, как смоль, волосы. Мягкие, словно шёлк. Бледные, немного припухшие губы. Глаза, как и волосы, чёрные, поблескивающие при малейшем свете, чарующие с первого взгляда. Робость, проявляющаяся легким румянцем на щеках, придает ещё более невинный вид. Настоящее воплощение истинной девственно-чистой красоты. Эш прижимает к своей груди Эйджи и пытается дышать одновременно с ним. Каждый его вдох он ощущает как свой собственный. Слышит размеренные успокаивающие удары сердца. Чувствует его тепло — единственное, что ещё по-настоящему греет. Выдох, словно падение. И Эш обхватывает руками ещё крепче. А Эйджи думает, что ещё немного — и сильные, так страстно обнимающие его руки, сомкнутся, и он навсегда останется прикованным к Эшу. Навсегда останется в объятиях рук, таких заботливых, которым полностью готов отдаться. Навсегда останется прикованным к Эшу, который горячо дышит в спину, утыкаясь носом в плечо. «Вот, это всё-таки случилось», — проскальзывает в мыслях Эйджи. Эш медленно, еле касаясь, словно боясь причинить малейшее неудобство, поглаживает ладонь Эйджи. Тот, положив голову на грудь блондина, смотрит в окно. Ночь. Идёт снег. Уличный фонарь жёлтым светом освещает тихий, будто заброшенный двор. Изредка слышится приглушённый шум от проезжающих мимо машин. Развернувшись лицом к Эшу, Эйджи посмотрел ему в глаза. Жадно, словно пытаясь что-то найти, он долго всматривался в светлые, цвета чистого голубого неба глаза, пока другой не приблизился к нему вплотную. Эш положил холодную ладонь на теплую щёку Эйджи. Его взгляд был необычайно спокойным. Длинные светлые ресницы словно отяжелили веки, из-за чего его глаза были практически закрыты. Эйджи неловко улыбнулся. Эш сделал тоже самое в ответ. Наклонившись ещё ближе, Эш поцеловал Эйджи. Нежно, слегка покусывая губу. Тот положил руки другому на плечи, крепко сжимая их тонкими пальцами. Эш всё жаднее впивался в губы, поглаживая под своей же, свободной для Эйджи майкой, его гладкую кожу спины и торса. Эйджи громко выдохнул. — Затаим на миг дыхание, — шёпотом проговорил Эш. Эйджи потянул на себя блондина и тот оказался сверху, прижимаясь к нему всем телом. Эш, вновь приближаясь к губам Окумуры, остановился. Лицо резко приобрело усталый вид, а по глазам можно было увидеть глубокое сожаление и отчаяние. — Мой дефект — моё страдание.