Геометрия Трех Углов

У Даррела дежавю. Определенно. Прекрасный смертоносный мираж перед неизбежной и будоражущей кончиной, уловки коварного адреналина в его жилах, но никак не правда. Эти пистолеты он видел только раз в жизни, но забыть их не в состоянии даже спустя несколько циклов. Изящная серебристая гравировка извивающимся терновником бежит вдоль резких очертаний стволов, скрываясь под пыльными бинтами на рукоятках, и Даррел готов визжать от восторга. И он наверняка завизжал бы, если бы Регуляторы, как и тогда, не были направлены аккурат ему в затылок. Миса не знает, что такое промах, в этом Даррел не сомневается. » — Что это ты тут устроил?! — искренне возмущена она, а Даррел чувствует себя пойманным. Не то, чтобы малявка могла доставить ему неприятности, однако что делать с застигнувшей его врасплох Тенно — та самая зеленая милюзга, что тусит с Китаном и Мексом, — он категорически не имеет понятия. Остается только его давняя и очень склочная подруга — импровизация. — Эй, детка, убери пушки, — мягко начинает он, но с его низким брутальным голосом это звучит как минимум странно, — ведь у дяди Экскалибура тоже есть Туз в рукаве. Он почти слишком пафостно вытягивает из ножен старушку-скану, на что стрелок — Даррел уверен, это было именно так — недоверчиво хмурится: — Я тебе не верю. — А зря. Этот меч очень силен. И ты не представляешь, что тебя ждет, если… И, конечно, в САМЫЙ удачный из возможных моментов, свет начинает предательски и зловеще мигать, в голове настает маленький армагеддон, а с каждого угла тихие голоса начинают нашептывать что-то на древних утерянных языках. И Даррел как-то слишком резко понимает, что он влип. Даже не так. Он ПОПАЛ. ПОПАЛ на еще один визит в медпункт орбитера, где Ордис снова будет ворчать себе под нос, жалуясь Винсенту — трехмесячному кубрау Даррела — на их общего хозяина. Миса каким-то магическим образом успевает смыться, оставляя милую душевную беседу со Сталкером на Даррела. Тот, в свою очередь, кроет обладательницу тех прекрасных крошек, Ордиса и самого черно-красного петуха трехэтажным матом, одновременно с этим пытаясь уклониться от летящих в него кунаев и не сбить дыхание. В итоге Даррелу приходится самому отскребывать себя от стены, потому что «ЧЕРТ, КТО ДАЛ ЭТОМУ ПАРНЮ МЕТАТЕЛЬНЫЕ ГРАНА—…» — Это твоя карма, — невозмутимо заявляет Миса, стоя над его медленно восстанавливающейся тушкой. — И чем же я заслужил эту карму? — кидает на нее обиженно-подозрительные взгляды Даррел. — Отступничество — неуважение к собственным истокам, вот и все. — Слушай, не заводи шараманку опя–… — Нет, это все, что я хотела сказать. Бывай, — и с этими словами, она просто разворачивается и уходит. У Даррела нет слов. У ущемленного достоинства — кончаются, когда толпа подоспевших Гринир стелется к ее ногам после трели выстрелов.» — Что на этот раз? — холодным тоном вопрошает Миса, даже не приветствуя его. — Всего лишь утилизирую ненужный био мусор, — скалится в ответ Даррел, наслышанный о возросшей агрессии маленькой любительницы тира, — а ты разве не рада меня видеть? Мы же вроде как старые друзья. Как поживает мамочка Лотос? Мгновение уходит на то, чтобы Миса взвела курок и сделала выстрел. Мгновение уходит на то, чтобы Даррел призвал Величественный Клинок и рассек летящий в него свинец пополам. — Она бросила вас, не правда ли? Умчалась к своему любовничку, оставив вас, бедных деток, на попечение судьбы. Искры летят при каждом мимолетном столкновении пуль и клинка. Стили боя стрелка и мечника едва ли проходят по касательной. Миса отправляет в полет ливни пуль, не давая Экскалибуру возможности перейти в наступление, энергия обоих на исходе. И вот, оказавшись лицом к лицу, запыхавшиеся, но все еще не готовые отсупить, они вдруг становятся спина к спине, рефлекторно отражая вражеские атаки с обеих сторон, синхронно и четко. Не блещущие умом отродья Гринир, Гули, рассчитывая окружить Тенно, пока те заняты междоусобнами разборками, сомкнули свои ряды, отрезая воинам пути к отступлению. Однако они жестоко просчитались. — Что за невезенье: нам постоянно мешают! Неужели мы не можем остаться наедине? — Какое живое существо хотело бы остаться с ТОБОЙ наедине?.. — Ты жива, и ты не так уж сильно против, а? Или хочешь остаться с этими выродками один на… Сколько их тут, штук двадцать? — Мне просто не везет. Пули Регуляторов и лезвие Величественного Клинка рассекают воздух с бешеной скоростью, разрывая уродливые туши гринир на мелкие ошметки. — Еще хоть раз я буду работать с тобой в команде… — Будешь, у нас неплохо получается.