Геометрия Трех Углов

Ревенант теперь больше похож на старую металлическую рухлядь. Старичок и сам знает, как выглядит, но даже смотреть на него Киму противно. Тошно. Невыносимо. И горько. До исступленной, безнадежной тоски и ненависти. К себе. Мать ни словом, ни взглядом не дает понять, что она в курсе, но ее присутствие неведомым образом навевает чувство немой поддержки, и Ким почти тронут. Отец хлопает по плечу, беспокойно заглядывает в глаза, освобождает от некоторых трудных разговоров и тренировок, но и только. Его никто не посвятил. Рослый, коренастый мужчина средних лет, Фрост, никогда не понимал, как можно заводить отношения со своим же полом. Мать понимает. Ее советам Ким верит на все 100 возможных процентов. Советам дяди Даррела – на все оставшиеся 900 невозможных. Их с Кимом общение сводится к паре бокалов энергонапитка и занятиям фехтования по вечерам. Дестреза заменяет Киму перо при письме и партнера в танце. Грустном и мрачном танце жизни и смерти. Через какое-то время, в один из тех ужасных моментов, когда он погружается в свои невеселые мысли, сверля тяжелым взглядом стену, на стол перед ним шлепается маленький проектор. — Что это? — хмуро спрашивает Ким, не поворачивая головы. — Теорема, — отвечает Эмбер. — Где ты ее взяла и нахер притащила? — Я думаю, она ведет к варфрейму. Ревенант после твоего трюка вышел из строя. Тебе нужен еще один, по крайней мере пока Митрис не восстановит его. — К черту. — Ким! Два месяца прошло! Думаешь, я не скучаю?! Ты должен взять себя в руки и жить дальше! — А я и не скучаю! Я должен был его спасти! Я ДОЛЖЕН БЫЛ, понимаешь?! — вскакивает с места брюнет, но, закрывая лицо руками, вновь оседает на обтянутый псевдокожей диван, — но я не смог. Не пришел на помощь, когда был нужен. Я столько не успел ему сказать, Берт... Перед глазами вновь всплывают цветные картинки: кровь на пальцах Ревенанта и серо-золотистом комбинезоне Артура, его светло-голубые глаза, боль, ужас и мольба в них. И теплая улыбка на губах, которые все еще так неистово хочется целовать. "— Живи для них, Ким... Будь счастлив, потому что... я был..." — Подумай насчет Теоремы. Ты ведь хорош в математике и физике, — Берта разворачивается и выходит из отсека, кинув на Кима странный взгляд через плечо. Тот долго хмуро рассматривает проектор, но все же нехотя берет в руки.