Дикий Дик Окделл или Фантастические идиоты и где они обитают.

      Отправленный одеваться в придворное платье Ричард оказался в полном замешательстве. Одно дело надеть домашнюю одежду, другое — правильно влезть во все слои этого придворного костюма. Почесав затылок, он уже собирался просить помощи, но Алва предусмотрительно прислал слугу. Дело сдвинулось с мертвой точки, и через некоторое время герцог Окделл был готов к выходу в свет физически, но не морально. Его терзали мысли о его теле, о том, как бы не спалиться на незнании мелочей… В общем, рефлексировал парень по полной. Взять себя в руки удалось, только спустившись вниз. Благо Рокэ тоже только вышел вниз, и Ричард не упустил момент. — Монсеньор, у меня к вам просьба. Не могли бы вы одолжить мне меч или палаш любого образца из вашей оружейной? К моему сожалению, шпагой я не владею, а носить при себе оружие, которое не можешь пустить в ход, крайне неразумно. Случаи ведь разные бывают. — А где же вы, юноша, успели освоить технику боя мечом? — Алва удивился, но дальше выяснять не стал. Позвав Хуана и велев проводить своего оруженосца в оружейную, отправился к конюшне. Во двор Ричард вышел опоясанный палашом и с фамильным кинжалом в ножнах. Алва дожидался его верхом на великолепном вороном жеребце, а залюбовавшемуся Ричарду подвели не менее прекрасную вороную кобылу. — Садитесь, юноша. Это Сона — полусестра моего Моро. И характером поспокойнее, и выглядит прилично, в отличие от вашего куцехвостого зверя. Окделл с благодарностью поднялся в седло, а Рокэ тем временем отметил про себя, что прежний Ричард бросился бы защищать своего коня. Двинувшись в сторону дворца, Ричард попытался начать мини-допрос. — Соберано, мне нужна ваша помошь. Я, к сожалению, не ориентируюсь в политической ситуации, посему прошу рассказать хотя бы кратко, кто есть кто при дворе и как себя с кем вести. — Отличный вопрос, Ричард, только времени отвечать на него даже кратко нет. — Рокэ временно оставил свой слегка насмешливый тон и продолжил, — ваше счастье, что вы опальный герцог, по меркам придворных, росли в глухомани, а следовательно, на это можно будет списать некоторые мелочи в поведении. Великолепных манер и изощрённых интриг от вас никто не ждёт. Перво-наперво запомните вот что: постарайтесь не отставать от меня там, где это возможно. При мне ни партия кансилльера, ни сторонники кардинала не смогут вас достать и поймать. Ежели попадетесь кому-то из них наедине… Создатель вам в помощь, юноша. Кардинал старый лис, но вряд ли вы его сейчас интересуете настолько, чтоб он общался с вами лично. Сперва он будет расспрашивать меня, так что время у нас есть. Штанцлер же гораздо для вас опаснее. Друг семьи, негласный руководитель Людей чести, то бишь старой знати. Если не удастся под благовидным предлогом избежать встречи — постарайтесь скорчить рожицу поглупее и со всем соглашаться, может, пронесёт. Остальных покажу вам во дворце, по возможности дам краткие комментарии. Те, кого не представлю, в большинстве не стоят внимания и не играют особой роли. — Насколько я понимаю, то, что вы взяли в оруженосцы опального герцога, многим не по нутру. Не попытаются ли некоторые укусить? — Вполне возможно, юноша. Ежели таковые найдутся — смело ставьте на место.       Войдя во дворец, Ричард понял, что ему в толпе не затеряться. Казалось, все взгляды были прикованы к ним с Рокэ. Удивлённые, любопытные, ехидные, неприязненные… Ричард запоминал взгляды и их обладателей, одновременно слушая характеристики, которые мимоходом давал им Алва. «Да-а-а, попал так попал в натуральный серпентарий. Боги, которые меня слышат, верните обратно меня, я ж тут с ума сойду. А по сравнению с этим клубком наша бухгалтерия — просто милейшие существа.» Но боги остались глухи к мысленной мольбе юного Повелителя скал. За весь путь по дворцу к ним рискнул пристать с разговором только один маркиз. — Ах да, вы наконец обзавелись оруженосцем. Все были просто поражены. — Я тоже был поражен. Единодушием Лучших Людей и уважением, кое оные испытывают к Его Высокопреосвященству. — И все же, — маркиз изнывал от любопытства. — Зачем вам понадобился оруженосец? Или все дело в его фамилии? — Маркиз, мне только что показалось, или вы имели в виду, что герцог Окделл недостоин быть оруженосцем Первого маршала? — Ричард был слегка раздражен необходимостью вникать в политические расклады, а потому решил вступить в разговор. — Что вы… Я не… Не имел в виду… — По лицу маркиза явно читалось, что он в замешательстве. Парень, который должен быть затравленным, показал зубы. — В будущем выражайтесь яснее, маркиз. У нас в горах не привыкли пытаться читать мысли. Когда маркиз растворился в толпе, Алва прокомментировал: — Неплохо, юноша. Маркиз Фарнэби при всех своих немногочисленных достоинствах несколько утратил границы дозволенного. Таких сразу нужно бить промеж ушей. Идёмте дальше. Ричард безмолвной тенью последовал за ним. Гвардейцы, охранявшие вход в покои королевы, разумеется, пропустили их без всяких вопросов. Для дворца это, видимо, было нормальным, но Ричард про себя тихонько выругался. «Драть такую охрану во все места. Ладно Рокэ, кто посмеет разоружить Первого маршала, хотя по уму надо бы. А я? Если бы у меня были намерения, королеву я бы успел как минимум ранить. Да, ну и порядки...». Королева была прекрасна, но Ричард увидел легкую фальшь в её игре «лебедь умирающая обыкновенная, 1 штука». — Господа, мы всегда рады видеть Первого маршала Талига и его оруженосца. — Оруженосца? — Рокэ оглянулся и посмотрел на Дика. — Действительно, оруженосец. Я велел ему идти за мной и забыл сказать, чтоб он остался в приёмной. Ричард понимал, что Рокэ играет и, чтобы не портить игру, максимально влюблённым взглядом смотрел на королеву. — О, — быстро произнесла королева, — я рада этому юноше. Не сомневаюсь, Алва, вы не станете раскаиваться в своем решении. — Её Величество может не опасаться. Я, как известно, не раскаиваюсь никогда и ни в чём. Я надеюсь, этот камень послужит Вашему Величеству прямо сейчас. — В руках Ворона вспыхнула алая звезда. — Мы благодарим вас за столь щедрый дар. Кэналлоа богата драгоценными камнями. — А также вином, лошадьми, оружием и отважными сердцами. — Раздавшийся голос принадлежал Его Высокопреосвященству, кардиналу Сильвестру. Ричард с интересом посмотрел на второго человека в олларианской церкви, постаравшись выдать неприязненный взгляд. — Алва носят лишь сапфиры и бриллианты… Алые ройи ему не нужны. — Вошёл второй человек, о котором предупреждал его сегодня Рокэ — эр Август Штанцлер собственной старой и больной персоной. Последовавшую за его появлением пикировку Ричард выслушал с особым интересом: это представление давалось явно специально для него. Обратив внимание на королеву, Окделл заметил, что к тщательно сыгранным оттенкам переживаний добавился лёгкий страх. «Эх, не так прост наш гиацинт, далеко не прост. Ладно, держим глаза и уши открытыми. Может, ещё что увидим». Занавес опять зашевелился, и на пороге возник бледный, полный мужчина в белом бархате и черном шёлке. Катарина вновь вскочила и присела в низком реверансе, Рокэ и кансилльер преклонили колени, Дорак поклонился, не утратив, впрочем, своего величия. «А вот и король наш, Фердинанд Его Величество Оллар, вроде бы второй, нужно уточнить у Рокэ», — подумал Дикон, следуя примеру Рокэ и Штанцлера. Оллар окинул комнату сонными рыбьими глазами, задержав неожиданно заинтересованный взгляд на Ричарде. — Как-то непривычно видеть вас в сопровождении оруженосца, Рокэ. — Тем не менее, Ваше Величество, ближайшие три года при мне будет сей достойный во всех отношениях молодой человек. — Что ж, посмотрим, что из этого выйдет. Будем с интересом наблюдать за вами. Король с королевой покинули приёмную, остальные вышли следом за ними. Дальнейшее было весьма скучным с точки зрения Окделла. Сперва он стоял за плечом у Рокэ, потом его отослали в особняк на улице Мимоз, ибо на торжественный обед оруженосцев не приглашали. Умудрившись увернуться от встречных, Дикон отправился обратно в дом Алвы, дожидаться монсеньора и готовиться задавать множество вопросов. Вернувшись, он переоделся и попросил Пако научить его ухаживать за лошадью. Заняться пока всё равно было нечем, а Ричард помнил, что скоро грядёт Варастийская компания. Следовательно, нужно было и это уметь. Расседлав и покормив под чутким руководством Сону, он отправился на кухню. С Кончитой общий язык Ричард нашел быстро. Для нее он был «худеньким голодным мальчиком, которого требовалось срочно накормить». Вот под перекус и шадди он и дожидался своего монсеньора.