В подразделении зверей все спокойно

Прошло всего несколько дней, прежде чем Гарри что-то заметил, но для того, кто учится на аврора, и это было слишком долго. Медальон фонил магией. Гарри пытался выяснить, какими именно свойствами он обладает, но пока не преуспел. Единственное, что было ясно — медальон не открывался; впрочем, толку от этого знания было немного. Том даже не объяснил, что хочет сказать своим подарком, и с того дня они ни разу не выбирались вместе на обед (что было чистейшим совпадением — Том в последнее время был завален работой). Гарри привлек к мозговому штурму Криденса, а чуть позже и Джейкоба Ковальски, который забежал в гости к ним в отдел, но даже совместными усилиями они не нашли разгадки. Впрочем, Криденс все же немного помог: — Это медальон Слизерина, — заявил он сразу, едва его увидев. Это объясняло букву «S» на крышке, но никак не помогало понять, что это за артефакт и с какой целью Том подарил его Гарри. Появление Гермионы наконец отвлекло их от бесплодных раздумий (в наказание за тот случай с пеплозмеем Грейвз завалил Ньюта поручениями, тот сбивался с ног, и в отделе почти не появлялся. Гарри ужасно мучился чувством вины по этому поводу). Сначала раздался торопливый стук в крышку чемодана, а затем Гермиона буквально рухнула в комнату. Поднявшись на ноги, она обнаружила, что на нее устремлены сразу три пары глаз; покраснела, улыбнулась и помахала рукой. Гарри тут же подскочил, чтобы ее обнять. Затем он принялся знакомить подругу с остальными, где-то в процессе Гермиона и Джейкоб стали едва ли не лучшими друзьями и принялись болтать, так что прошло довольно много времени, прежде чем Гермиона спросила: — Гарри, а что это там на столе? И обсуждение возобновилось с новой силой. — Неужели на курсах авроров вам не рассказывали про что-то подобное? — спросила Гермиона уже в третий, наверное, раз. — Не думаю, что Риддл стал бы дарить Гарри что-то опасное, — задумчиво произнес Криденс. Он поднял медальон и, дождавшись кивка Гарри, надел его. Едва защелкнув замок, Криденс побелел как полотно: — Беру свои слова обратно, — выдавил он, непослушными пальцами пытаясь справиться с застежкой; Гермиона тут же поспешила на помощь. Гарри с опаской принял медальон обратно, но никаких неприятных ощущений не испытал. — Я ничего не чувствую. Что случилось? Криденс нахмурился. — Не могу толком объяснить... внезапно он стал ледяным и я почувствовал себя плохо. Откуда-то я знал, что надевать медальон не стоило — он словно оскорбился или что-то вроде того. Джейкоб потыкал в медальон пальцем. — Мистер Риддл явно дал тебе его не просто так, Гарри. Может быть, он заколдовал медальон так, что только ты можешь его носить. Гарри задумчиво кивнул — предположение имело смысл, но все равно не объясняло всех загадок. — Думаю, ты прав. Но мне кажется, что есть что-то еще, — он положил медальон на стол и принялся задумчиво накручивать на палец цепочку. Криденс кивнул: — Согласен. Может, мистер Грейвз поможет — он говорил, что зайдет проверит, как мы тут, пока Ньюта нет. Джейкоб и Гарри воодушевленно закивали, в то время как Гермиона вскочила со стула с паническим воплем: — Мистер Грейвз? Он же мой начальник! Если он увидит меня здесь... — ...то ничего не сделает, — невозмутимо закончил Криденс. Направив палочку вверх, он заклинанием откинул крышку чемодана, и в отверстии показался Грейвз. — Добрый день, — произнес он, спустившись по лестнице с гораздо большим достоинством, чем недавно Гермиона. — Как, вы еще не успели ничего поджечь? И не раздразнили никаких гигантских пауков? — Пятиногов, — педантично поправил Криденс. — Не беспокойтесь, мистер Грейвз, мы извлекли свой урок из того случая с пеплозмеем, — закивал Гарри и сделал паузу для пущего эффекта. — Отныне мы не будем относиться к происходящему так серьезно — оно того не стоит. — Постойте... нет, я вовсе не это... — Вы же хорошо знаете мистера Риддла, не так ли? — спросил Криденс, сохраняя поразительную выдержку для человека, который потратил несколько дней, обсуждая с Гарри, какую именно фразу лучше ввернуть, чтобы ошарашить Грейвза посильнее. Гарри прикрыл рукой рот, пытаясь скрыть улыбку. Грейвз с подозрением оглядел их обоих, но понял, что эта битва заранее проиграна. В конце концов он махнул рукой, присел на угол стола и кивнул. — Мы еще вернемся к этому разговору. Что же до твоего вопроса, то да. А что? Вы затеваете какой-то розыгрыш? Если да, то я в деле. — Запомним на будущее, — кивнул Криденс. — Но сейчас мы хотели узнать, способен ли он подарить одному из нас — в особенности Гарри — что-то опасное? Грейвз рассмеялся: — Гарри? Да назови мы муху Гарри Поттером и попроси Тома ее прихлопнуть, он бы и то колебался. Нет, определенно нет. Опасность и Том Риддл обычно практически синонимы, но с Гарри он бы так не поступил. Гарри потянул медальон со стола за цепочку и поднял повыше; тот раскачивался перед лицом Грейвза, словно маятник. — Тогда что это такое? Грейвз вытаращился, даже рот приоткрыв от изумления. Все невольно подались вперед, ожидая откровения, но вместо этого Грейвз широко улыбнулся: — Ты в самом деле не знаешь, что это? — Нет! — ответил Гарри, пытаясь убрать из голоса раздражение. — Я ломаю голову над этим уже несколько дней! На этот раз в смехе Грейвза была не насмешка, а искренняя радость. Гарри, со своей стороны, ничего смешного в происходящем не находил. — Ох уж этот Том, — Грейвз вздохнул. — Обычно он среди нас троих самый рассудительный и циничный, но, видимо, только не в житейских вопросах. Гарри с Гермионой обменялись раздраженными взглядами; девушка уже едва не подпрыгивала на стуле, дожидаясь, когда Грейвз наконец расколется. — Знаешь, Криденс, я едва не преподнес тебе что-то подобное, но в конце концов передумал. Тот, кто не вырос в обществе волшебников — больше того, чистокровных волшебников — просто не понял бы смысла подобного подарка... как сейчас не понимаете вы все, — Грейвз осторожно взял в руки медальон, рассматривая его. — Да, превосходная работа. Том потратил массу сил — никогда бы не подумал, что он так романтичен... ладно, сейчас все объясню. Среди чистокровных волшебников существует традиция преподносить объекту своей привязанности какой-то важный для них предмет, зачарованный особым образом. Это знак... так чистокровные просят позволения начать ухаживание. Джейкоб рассмеялся: — Ухаживание? Мы что, в средневековье попали? — Гермиона тоже насмешливо фыркнула, в то время как Гарри взял пример с Криденса и остался невозмутим. Грейвз тем временем продолжал: — Сам по себе медальон очень ценен — насколько я знаю, он передавался в семье Тома из поколения в поколения. Впрочем, Том известен тем, что ничего не делает наполовину, и этот случай не исключение. Медальон зачарован так, что носить его может только тот, кому его подарили. Кроме того, он сразу даст Тому знать, принимаешь ли ты его ухаживания... когда он тебе его дал? — В тот день с пожаром, — ответил Гарри. Грейвз кивнул, снова развеселившись. — Это все объясняет. Ты не можешь принять предложение, если не знаешь, что тебе вообще что-то предлагают. Но если Том подарил тебе медальон, то явно был уверен, что ты все поймешь, так что такой вариант ему и в голову не придет! Теперь, когда ты знаешь, что происходит, магия сработает... конечно, если ты действительно хочешь принять его ухаживания. Теперь все смотрели на Гарри, и нельзя сказать, что ему это понравилось. — О, только не тупи как тогда с Джинни, Гарри, — усмехнулась Гермиона, пытаясь разрядить обстановку. Грейвз отдал ему медальон обратно. Хотел ли он встречаться с Томом? Конечно! Но ухаживания? Похоже, придется обсудить с Томом, что вообще входило в это понятие и сколько еще чистокровных ритуалов будет присутствовать в их отношениях — чем меньше, тем лучше, конечно, но... Медальон тихо загудел, застав врасплох всех, кроме Грейвза, который улыбнулся. — Хороший выбор. Я рад за тебя. Конечно, если ты его обидишь, то берегись, я... — Криденс пихнул Грейвза в бок, и тот немедленно сменил тактику: — Кхм. Что ж, пока Ньюта здесь нет, вам все равно особо нечем заняться, поэтому я даю вам всем выходной. Но только сегодня! Грейвз незаметно покосился на Криденса; тот одобрительно склонил голову. Не теряя ни минуты, Гарри выбрался из чемодана, поманив за собой Гермиону; та с готовностью подчинилась. Впрочем, стоило им добраться до Отдела магического правопорядка и обнаружить там Тома, как она тут же испарилась. Том как раз открывал дверь в своей кабинет, но замер и повернулся к Гарри, стоило тому появиться. Издалека выражение его лица различить было сложно, и Гарри начал проталкиваться к нему поближе. Стоило ему подойти, как взгляд Тома немедленно прикипел к медальону на его шее. «Я ждал тебя», — прошептал голос Тома у Гарри в голове. «У меня к тебе масса вопросов!» — энергично подумал Гарри и, судя по тому, как Том нахмурился, он все прекрасно услышал. «Чистокровные традиции, Том? Ты серьезно?» «Ты сказал, что знаком с традициями волшебного мира». — Я только сказал, что учился в Хогвартсе, и тогда думал, что ты хочешь меня унизить! — заявил Гарри, наконец подойдя так близко, что при желании мог коснуться Тома — но остался просто стоять. Впрочем, Том сделал это за него — открыв дверь в кабинет, он втащил туда Гарри следом за собой. — Если позволишь, я покажу, что хочу с тобой сделать на самом деле, — с усмешкой прижимая Гарри к двери. Тот рассмеялся. Внезапно он понял, как много всего переменилось с тех пор, как он попал в министерство. Теперь жизнь была непредсказуема, но определенно хороша. Он находился на пути в светлое, счастливое будущее, которое разделит с Томом... — Мне нравится ход твоих мыслей, Гарри, но, может, пора перейти к делу? — Окей, — отозвался Гарри и притянул Тома к себе за галстук, чтобы увлечь в поцелуй — первый из многих. В конце концов, выходной у него или нет?