В подразделении зверей все спокойно

Если что Гарри и усвоил за те четыре месяца, что пробыл у Ньюта в учениках, так это то, что суть работы его наставника в министерстве — быть самим собой. В то время, как в других отделах рабочие будни в самом деле протекали так уныло и размеренно, как Гарри себе представлял, то Ньюту и Криденсу (а сейчас и Гарри) по сути платили за то, что они отвечали на вопросы коллег, устраивали повсюду хаос, проводили исследования и между делом ухаживали за волшебными существами. Например, сегодняшний хаос включал в себя сожжение свода инструкций для сотрудников, чтобы вывести пеплозмея. Пока ярко-синее пламя пожирало толстенную книгу, Ньют рассказывал Гарри и Криденсу об их будущем питомце. — ...годится любой волшебный огонь — как, например, этот — и если дать ему догореть и погаснуть самостоятельно, из пепла рождаются эти чудесные создания. Смысл существования пеплозмеев — отложить яйца, для чего они обычно выбирают темные, укромные уголки. Кладку можно найти по следу из пепла, что они оставляют за собой, — тут Ньют нахмурился, — как ни печально, но пеплозмеи редко живут дольше часа — отложив яйца, они рассыпаются в прах. Но яйца остаются, и они очень, очень горячие! Если позволить пеплозмею отложить яйцо, вокруг все тут же вспыхнет! Криденс с опаской покосился на пылающую книгу. — Я думал, что яйца пеплозмеев используют в зельеварении. Как это возможно, если они поджигают все, с чем соприкасаются? — Простейшее заклинание заморозки, которое желательно наложить до того, как начнется пожар. Если вложить в него достаточно сил, этого хватит, чтобы яйца застыли и перестали выделять тепло. — Так мы сейчас выводим пеплозмея, чтобы получить яйца? — спросил Гарри. Ньют пожал плечами: — Ну конечно! Вообще-то меня интересовал сам процесс, но получить яйца тоже будет неплохо. Гарри оглянулся на танцующие языки синего пламени. От книги уже осталась только горстка пепла, из которой вскоре родится волшебная змея. Получится ли с ней поговорить? Гарри был твердо намерен попробовать, но сейчас оставалось только ждать. Взгляд его остановился на фотографии в рамке, которая стояла на столе. Обстановка комнаты менялась в зависимости от того, чем они занимались в данный момент, но фотография оставалась на месте. С нее улыбалась светловолосая девчушка, время от времени разражаясь хихиканьем в лучших традициях волшебной колдографии. — Это моя сестра, — сказал Криденс, заметив, куда он смотрит. — Сводная, но мы все равно очень близки. Ее зовут Модести. Ньют улыбнулся. — Сейчас она в Хогвартсе, и медленно, но верно превращается в талантливую волшебницу. Криденс криво улыбнулся и наклонился к Гарри, переходя на театральный шепот: — Модести попала в Хаффлпафф, и Ньют очень ей гордится. Гарри усмехнулся: — А ты? На каком факультете ты учился? — хотя Криденс на вид был его ровесником, Гарри не помнил, чтобы видел его в школе. Может быть, он учился в другой стране... но тогда почему его сестра пошла в Хогвартс? Улыбка Криденса потускнела: — Ни на каком. Я не ходил в Хогвартс — да и в любую другую волшебную школу тоже. Меня усыновили и вырастили... кхм, маглы. — О, меня тоже... хотя в Хогвартс я все равно попал, — сказал Гарри. Криденс отвел взгляд. Очевидно, в этой истории крылось что-то еще, о чем Гарри не знал. Он повернулся к Ньюту, который посматривал на Криденса с неожиданным сочувствием. Гарри задумался. Должно быть, это как-то связано с семьей — Криденс не ходил в школу, Криденс не любил об этом говорить, Ньют ему сочувствовал, Криденс был обскуром, и в газеты не просочилась ни единая подробность о том, как это произошло. Вывод — приемная семья Криденса обращалась с ним очень плохо. — Я... я понимаю, — произнес Гарри так тихо, что сам еле себя расслышал, однако Криденс резко вскинул голову и изумленно на него уставился. Выражение его лица говорило больше, чем любые слова, и Гарри не посмел ничего добавить. Какое-то движение на грани видимости привлекло внимание Гарри. Повернув голову, он увидел, что Модести едва не выпрыгивает за пределы рамки и тычет куда-то пальцем. — Ох... только не это! — простонал Ньют, и тут Гарри понял, что случилось. Пеплозмей появился. А затем уполз. Гарри тут же вскочил на ноги. — Можем обыскать чемодан, она не могла уползти далеко! — Без толку, — убито произнес Ньют, — пеплозмеи оставляют след из... ну, из пепла. И почему мы постоянно оставляем его открытым? Полоска серого пепла вела со стола к лестнице, а оттуда наружу. Криденс громко выругался, и Гарри был близок к тому, чтобы сделать то же самое. — Помните, пеплозмеи обычно светло-серого окраса с красными глазами. Перепутать будет сложно — в конце концов, змеи в Министерстве встречаются редко, — частил Ньют, пока они шли по следу наружу, затем прочь из кабинета, в общие помещения Подразделения Зверей. Где, разумеется, царил своеобычный хаос, и след пеплозмея тут же затерялся. — Пеплозмей! — прошипел Гарри на тот невероятный случай, что змея его услышит. — Пеплозмей, иди ко мне! — Криденс и Ньют смотрели странно, и Гарри вспомнил, что так и не рассказал им об этом своем даре: — Объясню позже, сейчас это неважно. Пеплозмея в этой комнате нет... Ньют, что нам делать теперь? Гарри и Криденс повернулись к Ньюту, ожидая, что он скажет, хотя Гарри продолжал зорко поглядывать по сторонам, вопреки всему надеясь уловить где-нибудь проблеск серой чешуи. Судя по лицу Ньюта, следующие слова дались ему нелегко: — Я думаю... я думаю, что на этот раз нам стоит поступить ответственно. Нужно известить либо Персиваля, либо Риддла, либо, Мерлин сохрани, мадам Пиккери. Любого, кого мы найдем первым. Обычно я бы предпочел обойтись своими силами, но у нас меньше часа, чтобы справиться с пеплозмеем, а мне вовсе не хочется спалить Министерство дотла. Они торопливо протолкались к лифту и спустились в Атриум — так было быстрее, чем искать всех троих по отдельности. Девушка за стойкой справочной с недовольным видом подняла голову — невыносимо, удручающе медленно. — Чем я могу вам... — Доступны ли сейчас Персиваль Грейвз, Том Риддл или Серафина Пиккери? — прервал ее Ньют. Для ответа той потребовалось куда больше времени, чем нужно, и Гарри до боли сжал руки в кулаки, пытаясь скрыть свое нетерпение. — Мне жаль, но все названные лица сейчас находятся за пределами своих кабинетов. Если вы хотите оставить им сообщение... Криденс пошел прочь, не дожидаясь, пока та договорит. — Спасибо! — крикнул Гарри на прощание, и поспешил за Ньютом и Криденсом. — И куда теперь? — В Подразделение зверей. Похоже, мое звание в кои-то веки пригодится, — загадочно обронил Ньют. Гарри понадеялся, что скоро все выяснится — если Ньют чего и не умел, так это хранить тайны. — Кстати, если кто-то из вас вдруг забыл, замораживающее заклинание — это Глациус. Может пригодится. Ньют, казалось, вернул себе обычное самообладание, что Гарри не на шутку удивило. Заметив это, Ньют улыбнулся: — Моя философия — — ...волнения удваивают страдания, — закончил за него Криденс с проказливой усмешкой. Гарри порадовался, что тот, похоже, перенял часть спокойствия своего начальника. Когда они добрались до Подразделения зверей, там их уже ждали Тина и Куини, обе в полной готовности к чему угодно. Ньют положил руки им на плечи, молча благодаря, а затем огляделся и вытащил палочку. — Сонорус, — пробормотал он, а затем глубоко вздохнул. — Сотрудники Подразделения зверей! Если вы не занимаетесь чем-то чрезвычайно важным, ваш долг явиться на общий сбор и выслушать меня. — Да, теперь вас достаточно, спасибо. Буду краток: прямо сейчас по Министерству разгуливает одно существо. Хоть и не слишком опасное по классификации, оно все же может причинить огромные разрушения, если не найти его вовремя. Это пеплозмей, волшебная змея серого окраса. Если мы не найдем его в ближайшие... ага, пятьдесят минут, пеплозмей отложит яйца, которые вызовут серьезный пожар. Могут пострадать люди. Мне нужно, чтобы все вы разделились на восемь групп, каждая из которых обыщет один этаж Министерства. Наша цель — поймать пеплозмея и вернуть его сюда. Моя группа займется Отделом магического правопорядка. Что важно — змей оставляет за собой след из пепла, так что если вы заметите пепел на полу — это хороший знак. Кроме того, пеплозмеи предпочитают места потемнее, так что убедитесь, что вы проверили каждый закоулок. — Встретимся здесь же через час. В конце концов, если к тому времени мы не справимся, то будет легко сориентироваться по крикам «Пожар! Пожар!». Спасибо всем. За дело. Квиетус. Следующие несколько минут лифты были переполнены. Не сговариваясь, Тина, Куини, Ньют, Криденс и Гарри встали в стороне, дожидаясь, когда освободится хоть один. Раньше Гарри приходило в голову, что даже если они не успеют найти пеплозмея, опытные волшебники сумеют справиться с пожаром. Теперь же, послушав речь Ньюта, он уже не был так уверен — в конце концов, если змея заползет в совсем укромное место, о пожаре никто может даже не узнать, пока не станет слишком поздно. Подобные мысли, мягко говоря, тревожили. Поэтому Гарри был просто вне себя, когда в Отделе магического правопорядка обнаружилась целая толпа народу, сгрудившаяся вокруг созданного по случаю подиума. На подиуме, естественно, торчали Том, Грейвз и мадам Пиккери. Последняя, судя по всему, произносила какую-то речь, и среди толпы мелькали репортеры с камерами. Действовать без лишней огласки будет невозможно. — Это все усложняет, — тихо заметила Тина. — Можно, конечно, как-то привлечь внимание и попросить прервать встречу, чтобы все тут обыскать, но я сомневаюсь, что они этому обрадуются. Впрочем, обыскать помещение мог и один человек, так что если Гарри возьмет в своей комнате мантию-невидимку, он сумеет это сделать. — Отлично, Гарри! — громко прошептала Куини. — Иди, не волнуйся, я тебя прикрою. Гарри так и сделал. Каждая секунда, проведенная не в поисках, казалось потраченной зря, и он едва не подпрыгивал от нетерпения. Гарри торопливо вытащил мантию из сумки — та отозвалась тихим шипением, но он не обратил на это внимания. Сейчас не до того. Идти по Министерству в одиночестве казалось странным. Гарри ощущал большую свободу, но и одиночество тоже. Он и не подозревал, как привык видеть рядом вечно жизнерадостного Ньюта или неизменно спокойного Криденса. Или Тома... Чтобы вернуться в Отдел магического правопорядка, понадобилось всего несколько минут, но и те казались слишком большой роскошью. Гарри тут же закутался в мантию-невидимку и приступил к делу — все остальные уже ушли, чтобы тоже заняться поисками. Гарри показалось, что он заметил Гермиону — но нет, вряд ли, у нее обычно и так работы по горло. Стараясь быть как можно тише, он прошелся вдоль стен и осмотрел все углы. В толпе пеплозмей искать укрытие наверняка бы не стал... Гарри чувствовал себя бесполезным — словно того, что он делал, было недостаточно. Так он провозится еще долго, а время уходит. Гарри остановился и задумался. А что, если позвать пеплозмея так тихо, что никто из людей не поймет, что слышит, но для змеи этого окажется достаточно? — Пеплозмей, иди ко мне, — попробовал он и, хотя на зов так никто и не явился, Гарри понял, что так искать гораздо быстрее и удобнее. Гарри действовал осторожно, но тщательно — закутавшись в мантию, он подобрался вплотную к толпе и обходил ее кругом. — Пеплозмей, иди ко мне, — тихо шипел он снова и снова. Спустя какое-то время он почувствовал на себе чужой взгляд. Как?.. Само собой, это был Том Риддл. Он украдкой повернулся в сторону Гарри и необъяснимым образом смотрел ему прямо в глаза. Гарри сам не знал, благославлять или проклинать способность Тома к легилименции. Так быстро, как только посмел, Гарри прокрутил в голове воспоминания за последние минут двадцать, чтобы Том понял, что происходит. Когда он закончил, тот кивнул — едва заметно, чтобы не вызвать подозрений у окружающих. «Я не могу уйти сейчас, иначе Серафина меня убьет, но как только она закончит и распустит всех, я помогу. Не волнуйся». Шепот Тома раздавался прямо в голове. Гарри изо всех сил постарался не думать об открывающихся возможностях — и обо всем том, о чем уже давно фантазировал украдкой. Он бы умер от смущения, случись Тому подсмотреть эти мысли. Впрочем, сейчас важнее другое. От послания Тома Гарри стало чуть спокойнее — в конце концов, тот всегда держал происходящее под контролем — и он продолжил поиски. Однако, сколько Гарри ни шипел, пеплозмей все не показывался, и, закончив проверку комнаты, он снова пал духом. Итак, здесь пеплозмея не было. Он мог притаиться в одном из помещений по соседству, или вообще на любом из восьми этажей Министерства. Больше того, в поднявшейся суматохе пеплозмея могли спугнуть, и, возможно, он по-прежнему где-то ползал. На него в любой момент могли наткнуться и поймать. Но здесь пеплозмея не было. Бросив последний взгляд на Тома (и его спутников), Гарри вернулся в лифт, решив, что сначала найдет Ньюта и остальных. Хорошо бы вернуть мантию на место, и как знать — может быть, кто-то уже нашел пеплозмея и принес его обратно в Подразделение зверей. Когда Гарри вернулся на практически безлюдный этаж, то увидел Криденса, который с несчастным видом мялся у входа в кабинет Ньюта. При виде Гарри он заметно просветлел. — Гарри! Как хорошо, что ты здесь, — сказал Криденс, когда Гарри подошел. — Я не мог найти ни Ньюта, ни остальных. Там, где я искал, пеплозмея не было. Судя по всему, тебе повезло не больше моего. — Да, угадал, — ответил Гарри. — Я пришел только вернуть это в сумку, — он кивнул на мантию, зажатую в руке, и толкнул дверь в кабинет Ньюта. — Осталось всего несколько минут... скоро мы узнаем, где пеплозмей, — невесело произнес Криденс, следуя за Гарри в чемодан. Гарри кивнул, открыл дверь в свою комнату и зажег свет. И тут он заметил кончик серого хвоста, исчезающий под кроватью, и замер на месте. Пеплозмей все это время находился под его собственной кроватью. Змей оказался серебристо-серым — цвета пепла от сигарет, которые курил дядя Вернон с друзьями. Глаза его отсвечивали алым, а туловище казалось неестественно раздутым. — Криденс, — осторожно произнес Гарри. — Иди найди Ньюта. Сейчас же. Тот без лишних слов подчинился. Похоже, нынешнее обиталище змею устраивало, но чем раньше Ньют здесь окажется, тем раньше станет понятно, как дальше действовать. — Пеплозмей, — позвал Гарри, и впервые дождался ответа. — Говорящий, — отозвался тот, и в отзвуках его шипения Гарри послышалась угроза. — Оставь меня, если не хочешь сгореть заживо. Гарри отрицательно помотал головой. — Пеплозмей, — снова сказал он, — я не могу этого сделать. Следуй за мной. Змея неохотно выползла из-под кровати и заскользила к нему. Гарри попятился и так быстро, как только посмел, вышел из комнаты, а потом поднялся по лестнице, поминутно оглядываясь, чтобы проверить, что пеплозмей продолжает следовать за ним. Остановившись у самого выхода, Гарри снова обернулся — и так и подскочил. Змея отложила яйцо. — Пеплозмей! Прекрати! — грозно прошипел Гарри. Однако тот не ответил. Гарри зашарил по карманам в поисках палочки; пол под яйцом уже начал тлеть. Потянулся дымок. Направив палочку на пеплозмея, Гарри мысленно попросил прощения у Ньюта и прокричал: — Редукто! Пеплозмей взорвался облаком пепла и горячих искр, оставив после себя еще три яйца. Те покатились по полу, следом тянулись огненные дорожки. Как неудачно. Внутренний монолог Гарри превратился в череду проклятий. — Глациус! Глациус! Глациус! Глациус! — повторял он, замораживая яйца. Прыгнув сквозь поднимающееся пламя, Гарри подхватил яйца, закинул их в чемодан, опустил защелки и взялся за ручку. Прежде, чем он успел пробраться к двери, та распахнулась. В проеме возник Криденс, за которым спешили остальные сотрудники. — Возьми! — скомандовал Гарри, швырнул чемодан в протянутые руки Криденса и захлопнул дверь заклинанием. — Глациус! — снова выкрикнул он, замораживая дверь намертво, запирая пламя в кабинете. Вместе с собой. Гарри обернулся как раз вовремя, чтобы отпрыгнуть от языков пламени, которые уже лизали подметки его ботинок. — Агуаменти! Агуаменти! — закричал он. У его ног пламя опало, и Гарри направил поток дальше. Этого оказалось недостаточно. В голове мелькнуло эхо памяти, и Гарри поменял заклинание: — Аква Эрукто! — попробовал он. На этот раз из кончика палочки вырвался целый фонтан воды. Так дело пошло куда лучше. Гарри закашлялся, случайно вдохнув дым, который уже затянул потолок. Он порадовался, что кабинет был практически не обставлен — иначе его давно бы свалило ядовитыми парами от горящей мебели. В дверь снаружи колотили, но Гарри упорно не обращал на это внимания, пытаясь сосредоточиться. — Аква Эрукто! — снова прокричал он. Удары стали громче, сильнее, словно дверь пытались выбить. Огонь распространялся невероятно быстро. Слой льда на двери уже начал таять. Голова у Гарри кружилась от того, что он постоянно вертелся на месте в попытках сбить пламя хотя бы вокруг себя. Пока он справлялся, но окружающий жар делал свое дело — думать становилось тяжело, а одежда насквозь промокла от пота. Гарри было дурно. Жаль, что рядом нет Тома, с ним всегда так надежно... нет, все остальные в безопасности, и это уже хорошо. На этот раз он не успел — ногу обожгло болью. Гарри отпрянул и споткнулся, угодив рукой прямо в кучу пылающей золы — теперь болела еще и она. — Аква Эрукто... Дверь разлетелась на куски. — Метеомаксима! — прогремел знакомый голос. Что это за заклинание?.. Невыносимый жар вокруг исчез; стало холодно и... мокро? Гарри поднял голову. С потолка лил дождь. Его вздернули на ноги. Перед глазами все плыло, хотя очки вроде бы не пострадали. Гарри понадобилась пара минут, чтобы сообразить, что он выключился из происходящего, и тогда он понял, что кто-то с ним говорит: — ...ты что-то говорил? Сейчас я наложу на твою руку обезболивающее, не волнуйся, — мгновение спустя рука Гарри потеряла чувствительность, и боль в ней утихла. — Аргх... — только и сумел выдавить Гарри; в горле жутко саднило. Его обнимали чьи-то осторожные руки, и, подняв голову, он увидел знакомое лицо. Том. — Перси и бригада уборщиков скоро будут здесь. Я заберу тебя к медикам, прежде чем набегут Скамандер и все остальные. — Зачем? — Насколько я понял, ты передал Криденсу чемодан, и тот ушел в полную форму обскура. Все растерялись, толку ни от кого было не добиться — похоже, придется организовать принудительные курсы по многозадачности в чрезвычайных ситуациях. Гарри охватило чувство вины. Хотелось проверить, в порядке ли Криденс и извиниться, но из рук Тома было не вырваться, и не успел Гарри опомниться, как они уже оказались за пределами Отдела регулирования магических популяций. — Как... ты... многозадачность? — прохрипел Гарри, с помощью Тома неуверенно поднимаясь на ноги. — Побереги связки, я могу читать твои мысли напрямую. И в моем случае о многозадачности речи не было — я сразу пошел за тобой. Но неужели взбесившийся обскур не представлял большей опасности, чем пожар? Том, который подталкивал Гарри к лифту, на миг сжал пальцы. — Это был не просто пожар, если ты вдруг забыл — хотя мне казалось, что ты был непосредственным участником событий всего пять минут назад. Это был пожар в закрытой комнате с тобой внутри. Я не собирался рисковать. Оказалось, что вход в медчасть находился в Атриуме. Гарри даже не знал, что в Министерстве вообще существует такой отдел. Он привык считать, что здесь все организовано из рук вон плохо, но был рад ошибиться, поскольку горлу лучше не становилось, да и без лишних шрамов он бы с радостью обошелся. — Целитель осмотрит вас через минуту, — сообщила медсестра, когда они вошли. Случись подобное в мире маглов, вокруг него бы так и плясали, но в волшебном мире все было иначе. — Все потому, что твои травмы можно в два счета вылечить зельями. Все будет хорошо, — Том улыбнулся, и Гарри сразу стало легче, хоть он и заметил, что Том при виде реакции медсестры испытал не меньшее облегчение. Том на какое-то время замер, словно споря с самим собой, и затем решительно сунул руку в карман. — Сейчас это кажется пустяком, но я хотел подарить тебе его после того, как закончится пресс-конференция Серафины. Я... можешь не носить, конечно, но... вот, держи. Том извлек на свет золотой медальон с буквой «S», выложенной зелеными камнями. Он покачал медальоном, чтобы Гарри смог его рассмотреть, а затем расстегнул замок. — Позволишь? — спросил он. Гарри кивнул, с восхищением уставившись на медальон. Удивительно, зачем самому Тому Риддлу дарить ему подобное. Снова он поймал себя на том, что отгоняет подальше слишком вольные мысли, словно Том может их подслушать. Вместо того, чтобы зайти сзади, чтобы застегнуть замок, Том притянул Гарри ближе и чуть сдвинул воротник его мантии. Когда тот закончил, Гарри, вместо того чтобы отодвинуться, положил голову Тому на плечо. Холод толстой цепочки нес странное утешение. — Спасибо, — произнес Гарри — хрипло, но это все из-за дыма. Когда целитель вызвал Гарри на осмотр, Том пошел вместе с ним.