Охота на лису.

Пробуждение стало уже привычно неприятным. Кто-то хлестал меня по щекам. Я замычал, не в силах сразу разлепить глаза. Меня подхватили поперек талии и куда-то понесли. Попытка двинуть руками ни к чему не привела, я понял, что они опять скованы. Меня опустили босыми ногами на что то холодное. Я смог выпрямиться и оглядеться. Оказалось, что стою в пустой холодной ванне, а передо мной Ричард с невозмутимым видом срывает ошметки моей одежды. Оставшись совсем голым, я скромненько прикрыл свои причиндалы руками, за что получил очередную усмешку охотника. После чего он достал душ и, включив сильный напор теплой воды, направил его на меня. Я начал отфыркиваться и крутиться, увиливая от слишком сильных струй. Ричард убрал душ в сторону и надавил мне на плечи. Я понял, что он от меня хочет и медленно сел. Мне на голову быстро вылили, по всей видимости, шампунь и начали массировать. Я почувствовал себя маленьким ребенком. Движения охотника были даже нежными, мне захотелось посмотреть на него в этот момент, но хлопья пены закрыли мне глаза. Затем я почувствовал, что он достал ещё что-то с полки и с хлюпаньем выдавил себе на руки. Мягкие ладони легли мне на плечи, продолжая массировать, опустились на грудь, мельком проходя по соскам. Я дернулся и встал. Почти кожей почувствовал его очередную усмешку. Руки переместились на талию, а оттуда на бедра. Я разлепил глаза и оттолкнул его. — Я и сам могу помыться, — обиженно зашипел я. — Конечно, только тебе свободу никто не давал, и я сам решу, что ты можешь, а что нет, — с этими словами он опять взял в руки душ и направил сильный поток мне в лицо. Я вновь зафыркал и пытался прикрыть лицо руками. Все царапины и раны, что получил в лесу, зажгло с новой силой. Но вскоре Ричард отключил воду и, обернув меня полотенцем, вновь подхватил на руки. Меня принесли на мое прежнее место, приковали цепями. Я обратил внимание, что здесь было все отмыто от крови, и даже постелили новый матрасик. Какое счастье, хозяин решил побаловать своего песика, может, почаще сбегать? Охотник отошел к своему столу, открыл ящик и что-то вытащил. Пряча это за спиной, он медленно начал подходить ко мне. Его взгляд мне ну совсем не нравился, я даже начал пятиться назад, пока не уперся в разнесчастный крюк. Подойдя вплотную, он схватил меня одной рукой за горло. — Что я говорил по поводу твоих клыков? Что бы я их больше не видел? А уж укусить девочку было совсем подло с твоей стороны. Хоть ты и помог ей, не дав умереть от потери крови, это не отменяет твоего наказания, — после чего он поднял вторую руку из-за спины. В ней я с ужасом увидел большие плоскогубцы, и они медленно приближались к моему рту. Задергавшись из последних сил, мне удалось немного оттолкнуть его от себя, после чего я, приподняв ногу, со всей дури стукнул пяткой по его пальцам. На нем были массивные ботинки, по-моему, моей пятке пришлось хуже, чем его пальцам. Охотник толкнул меня на пол, я шлепнулся пятой точкой и вскрикнул. Он тут же оказался на мне сверху, зажимая челюсть рукой. Навалившись всем телом, он ограничил возможность моих движений. А рука медленно сдавливала челюсть, заставляя ту открыться. Из последних сил я извернулся, и в порыве паники и злости вцепился в ту руку, что до этого держала меня. Клыки проткнули кожу, и на кончике языка я почувствовал потрясающий вкус крови. Даже потерялся в ощущениях, но сильный удар кулаком по лицу вернул меня на грешную землю. Мозги собрались в кучку, и пока я пытался разложить их обратно по полочкам, челюсть сжали с новой силой и дернули левый клык злосчастными плоскогубцами. Адская боль пронзила все тело, как электрошоком. Я заорал, совершенно не стесняясь никого и ничего. Но этот гад воспользовался моими вокальными способностями и дернул за второй клык. Я продолжил орать еще громче, хотя это было уже невозможно. Густая кровь из моих десен полилась мне в горло, и я закашлялся, прекращая орать. Охотник посмотрел на свою прокушенную руку, его глаза горели злостью, затем откинул плоскогубцы и еще раз двинул мне по лицу, на этот раз хоть не кулаком. От пощечины я немного пришел в себя. Выгнув спину, немного сместил его с себя, и мне удалось вытащить прижатые руки. Ими я тут же зарядил ему в живот, он согнулся и упал с меня. Я пнул его ногой, целясь в колено, затем вскочил и навалился сверху, пытаясь задушить. Он перехватил мои руки, но ему не удавалось оторвать их от своего горла. Его глаза начали округляться от недостатка воздуха, дыхание с хрипом прорывалось изо рта, кровь с моих губ начала капать ему на лицо. И в этот момент что-то острое вонзилось мне в ногу, повыше колена. Я потерял концентрацию, и охотник смог скинуть меня с себя. Мы вновь поменялись местами, теперь он снова сверху. Вытащив нож из моей ноги, который он туда воткнул, Ричард оскалился в злобной усмешке. Я пытался дернуться, но бесполезно. Тогда он вонзил нож мне в живот, чуть ниже пупка, по самую рукоятку. — Хочу посмотреть, ты внутри устроен так же, как люди, или все же по-другому? Я выгнулся от боли дугой, в безмолвном крике хватая воздух. Но он придавил меня обратно, закинув мои сцепленные руки вверх, пристегнул их к крюку в стене. — Интересно, мой член достанет до ножа или нет. Как ты думаешь? Я никак не думал, я еще не понял, чего он добивается. Но в следующую секунду он расстегнул молнию и приспустил свои штаны. Я с удивлением обнаружил, как из них буквально вывалился возбужденный, набухший орган. Он возбудился? Когда только успел, в пылу схватки я мог и не заметить. В следующий момент он поднял меня под коленями, задрав ноги вверх и сплюнув на дырочку, большой горячей головкой надавил на проход. Меня-то раздевать не надо было, я и так голый. Перспектива, что этот огромный каменный член окажется во мне, изрядно напугала. Нет, конечно, за свою долгую по человеческим меркам жизнь я пробовал разный секс, и с мужчинами тоже, и сверху, и снизу. Но у меня уже сто лет не было никого, к тому же подготавливать меня явно не собирались. Я опять заорал, сколько же можно строить из себя молчаливого да гордого, и стал ерзать попой, чтобы ему было тяжелее попасть. — Иди ты к черту, маньяк психованный! — выплюнул я ему в лицо. В ответ меня придавили еще сильнее, и, со всей силы надавив, он вошел в меня, не останавливаясь, до самого конца. Я задышал часто-часто, почти не успевая втягивать воздух в легкие. Да он бы и не поместился во мне. Я изнутри был полностью заполнен. Нож давил на внутренние органы, причиняя боль, задница горела огнем, будто туда засунули тряпку с керосином и подожгли. Я не знал, от чего мне больнее. Казалось, сейчас лопну от давления внутри. — Лучше я пойду в твою попку. Он начал двигаться. Сначала короткими фрикциями, затем, увлекаясь все больше, он почти выходил из меня, оставляя внутри лишь головку, и вновь погружался по самые яйца. Я стиснул зубы и молчал. Пытался молчать, но каждый толчок выбивал из меня приглушенный стон. Руки охотника с такой силой сжимали мои ноги, что там точно останутся следы. Его член уже начал скользить, благодаря выделившейся смазке, да и моя дырочка растянулась, у меня пропало ощущение, что меня пытаются порвать напополам. Я смог немного расслабиться, посмотрел на охотника. Его серые глаза пристально вглядывались в мое лицо. По вискам стекали капельки пота. Я отвернулся и зажмурился. Он продолжил вбиваться в меня с все увеличивающейся скоростью. Я уже стонал в голос, жадно делая вдохи после каждого толчка. Правда, я сам уже не понимал, от чего мои полустоны — полувсхлипы — от боли или удовольствия? Нет конечно, до того чтобы кончить мне было далеко, все-таки задницу, похоже, порвали. Но сквозь боль и жжение, я ощущал теплые волны, расходящиеся от паха по всему телу. Охотник с силой дернул меня на себя, вдавливая так, будто хотел слиться в одно существо. Его член вошел в меня полностью, наверное, скоро вылезет через горло. Я конвульсивно задергался, пытаясь избежать столь глубокого проникновения. Но тут я почувствовал, как он пульсирует внутри меня, разливая приятное тепло. Ричард отпустил мои ноги, уткнувшись лбом мне в плечо. Мы пролежали так минуту, ни мне, ни ему шевелиться не хотелось. Затем он медленно приподнялся, с пошлым хлюпаньем выходя из меня. Горячая сперма тут же потекла по ягодицам. Одним движением он отцепил мои руки от крюка. Сев на колени, он схватился за рукоятку ножа, все еще торчащего из моего живота. Я охнул и напрягся, пытаясь перехватить его руки своими. — Расслабься, если не будешь мешать, я сделаю это быстро, — Ричард посмотрел на меня вопросительно. Я убрал руки и отвернулся. Нож выскользнул из меня и кровь маленькой лужицей скопилась на моем животе. И тут охотник сделал неожиданное — он наклонился и как большой кот слизал кровь с живота, как из блюдечка молоко. На мой удивленный взгляд он лишь молча поднялся и, застегнув ширинку, медленным прогулочным шагом вышел из комнаты. А я остался лежать прикованным, на матрасе, весь в сперме и крови. Но размышлять о своей тяжёлой судьбе мне сейчас совсем не хотелось, поэтому я просто погрузился в липкий и тревожный сон. *** Когда я проснулся, комната была погружена в темноту. Рядом со мной стоял стакан с водой и неизменный кусок хлеба. Правда, на этот раз он был густо намазан маслом. Это что, награда за секс? Я медленно потянулся всем телом. Ничего не болело, лишь легкое покалывание затекших мышц. Вампирская регенерация хорошо работает. Поднявшись, я немного походил взад-вперед, подергал цепи. Ничего не изменилось. Я был прикован так же, смысла что-либо менять не было, ведь я смог их порвать только благодаря свежей крови. Думаю, теперь долго не почувствую ее вкус. Интересно, как там Глория? Ведь Ричард ничего с ней не сделает? Зачем он позволил ей жить с ним? Вопросы остались без ответов. Я съел свой завтрак (или ужин?) и сел на матрас. Живот и нога были покрыты засохшей кровью, а задница чем-то липким. Я вспомнил, что Ричард со мной сделал, и по телу пробежала электрическая волна. Зачем? Почему? Я схватился за голову. Все его поведение говорило о том, что он ненавидит вампиров всей душой. Это был очередной способ меня помучить? Наказание за побег? На мой взгляд, вырвать у меня клыки было высшим наказанием. Проведя языком по верхним зубам, я почувствовал непривычную пустоту. Нет, они конечно отрастут, но не скоро. А вот то, как он меня оттрахал… Я ведь так и не кончил. Тут же я почувствовал, как член заинтересовано дернулся. Медленно, закрыв глаза, я заскользил руками по животу, опуская их ниже. Яйца заныли. Обхватив на глазах наливающийся орган скованными руками, я начал совершать старые как мир движения. Приглушая стон, поймал горячее семя в ладонь, откидываясь назад и расслабляясь, позволяя сладкой истоме завладеть своим телом. Потрясающе, сижу на цепи в плену у сумасшедшего охотника и мастурбирую. А самое главное, вспоминая то, как он меня имел, жестоко и безудержно. Я сошел с ума. С этими мыслями я промаялся всю ночь, затем уснул. Когда проснулся, продолжил маяться. Про меня что, забыли? Никто не появляется уже давно. В полном одиночестве я провел еще целый день. Вечером дверь наконец-то скрипнула, и вошел сам ужасный и великий охотник на вампиров. Я напрягся. Мне, конечно, было скучно одному, но его общество меня пугало. Ричард, пристально смотря на меня, прошел к своему столу. Я, сидя на матрасе, подтянул ноги к животу, прикрывая хоть немного свою наготу. Сев в кресло, он как обычно начал копаться в своих бумагах. — Как твое самочувствие? Я смотрю, у тебя все зажило? — он бросил на меня короткий взгляд. — Да, и даже задница, — сарказм в моем голосе был не прикрытый. — Это хорошо, — его тон был совершенно спокойным. — Что? — я поперхнулся своим же вопросом. — Что ты задумал? — Ничего. А что, Вампирчик испугался? Тебе что-то не понравилось? — Ты грязный извращенец и гребаный мудак. Я убью тебя! — я вскочил на ноги и дернулся вперед. Цепь натянулась, не пуская меня. — Ты будешь умирать мучительно смертью! Я буду кромсать тебя по кусочку. Ричард поднялся из-за стола и подошел ко мне. Одной рукой он схватил меня за шею и придвинулся вплотную к лицу. — И как же меня убьет беззубый голый вампир, прикованный цепями? Может тебе выдернуть оставшиеся зубы? Или оттрахать так, чтобы ты еще неделю не мог ноги вместе свести? Я зашипел, правда, без клыков получилось смешно. Я понял это и смутился. Охотник рассмеялся и отпустил меня. — Это все временно. Когда-нибудь все изменится, и тогда ты пожалеешь, что не убил меня сразу. — Как ты убил ту женщину, пару месяцев назад? Ты сорвал ее кожу, пока она была еще жива. Скажи, что ты чувствовал при этом? — Что? Какую женщину? — Не прикидывайся тупым. Я охотился за тобой два года. С той резни в Токио. Я видел, как ты добивал раненых, выпивая их кровь. — Я помню тебя. Мы тогда схлестнулись в бою, но нас расшвыряло взрывом. Мне пришлось покинуть Японию из-за охоты, что ты на меня устроил. Но я все еще не понимаю, о какой женщине ты говоришь? — я был удивлен, что он хочет этим сказать? — Два месяца назад, в том парке, мы нашли истерзанную женщину. Ее мучили несколько часов, прежде чем убить. А в прошлом месяце, на соседней улице убили молодую девчонку, ровесницу Глории, испив до дна. Я знал, что ты живешь где-то в этом районе. Других вампиров поблизости замечено не было. — И ты решил, что это был я? Ричард молчал, продолжая сверлить меня бездонными глазами цвета пасмурного неба. Я вздохнул. — Тогда почему же я, по-твоему, не убил Глорию? — Это я хотел спросить у тебя. Я раздраженно повел плечами и уселся на матрас. — Может ты понял, что я поблизости и решил не рисковать, найдя себе постоянную кормушку, что бы какое-то время не выходить на охоту? — охотник облокотился на стол, сложив руки на груди. — Это полный бред. Я не сторонник жестоких убийств. Следя за мной два года, ты мог бы уже понять это. К тому же, я предпочитаю мальчиков. — Так значит, для тебя это был не первый раз? Судя по тому, какой ты был узкий, я подумал, что ты девственник. Или ты предпочитаешь быть сверху? — брови Ричарда вздернулись вверх, а на лице заиграла проказливая ухмылка. — Ты! Да ты! Я тебя убью! — Других угроз не знаешь? Я возмущенно засопел и отвернулся к стене. — Ладно, Теренс, не злись. Я хочу разобраться в этой ситуации и понять, что происходит. Я удивленно оглянулся. Он первый раз назвал меня по имени, настоящему, а не теми, которые я менял вместе с местом жительства, это звучало странно из его уст. — Я не обязан тебе помогать. Можешь и дальше считать, что это был я. Ты сам поймешь, что это не так, как только убийства возобновятся. — Мне бы хотелось понять это раньше. Давай попробуем договориться. Что я могу тебе предложить взамен на помощь? Я развернулся к нему с радостным сиянием на физиономии. — За исключением, конечно, свободы. Все в пределах разумного. Иначе я могу прибегнуть к другому методу. Я буду и дальше тебя мучить, и поверь мне, ты сам все расскажешь с удовольствием. Радость схлынула с моего лица. — Для начала принеси мне нормальной еды. Хочу мяса, можно с кровью. И гарнирчик. — У тебя небольшие запросы. — Я не ел со вчерашнего дня. К тому же, я сказал — для начала. Ричард вновь усмехнулся и вышел из комнаты. Я развалился на своем ложе. Похоже, жизнь потихонечку налаживается. Может, мне даже удастся отсюда выбраться?