Охота на лису.

Утром меня разбудили пинком ноги в бок. — Просыпайся, соня. Пора размять косточки, хватит валяться без дела. Голос Ричарда был бодр и весел. Я приоткрыл один глаз и промычал что-то нечленораздельное. Охотник отошел к столу. Я развернулся на другой бок, спиной к нему, и укутался в плащ. — Если ты сейчас не встанешь, мы повторим вчерашнее, — это было произнесено мне на ушко томным голосом. Я подскочил тут же. Ричард засмеялся, затем отстегнул от меня все цепи. — Каким делом? — Ты уже забыл? Договор только вчера подписал. Одевайся, я принес тебе одежду. — Неужели, а я уж подумал, что так и буду голым ходить, — я принялся натягивать на себя черные джинсы и темно-синюю футболку. — Я был бы не против, тебе так больше идет. Но, к сожалению, нам надо выйти на улицу, а голым ты будешь привлекать слишком много внимания. Солнце только начало показываться из-за горизонта, было раннее утро. Я зажмурился, отвыкнув от дневного света в плену. Было так необычно оказаться на улице после вынужденного заточения. Оглянулся на дом, в котором был все это время. Это был огромный особняк, с парковыми дорожками, лужайками и клумбами вокруг. Невдалеке была сторожка или сарай. Все это окружалось высоким забором, а за ним вдалеке виднелся лес, в котором я уже побывал. Меня передернуло от воспоминаний. Интересно, где он держит этих тварей? Я заметил изучающий взгляд Ричарда на себе. Сделав серьезное лицо, сел в машину. Он сел со мной на заднее сиденье и дал знак водителю тронуться. Закрыв перегородку между нами, охотник достал конверт и отдал мне. Я вытащил из него фотографии, на которых были изображены трупы девушек и внимательно рассмотрел каждый снимок. — Что это? У них раскурочена грудная клетка. Что у них с внутренними органами? — я взглянул на Ричарда. — Ты прав, у обеих девушек было вынуто сердце. Поблизости этот орган нигде не был обнаружен, собаки теряют след. Почитай вот это. Я взял у него из рук бумаги и вернул фотографии. — Это протоколы наших следователей. Обе девушки были обескровлены досуха и у них вырвали сердце. Они разного возраста, ничего, связывающего их между собой обнаружено не было, кроме того, что обе жили в этом районе, но в разных его концах. — Здесь написано, что никаких следов нет. А собаки теряют след через пару метров от трупов. Как это возможно, ведь, я думаю, вы использовали модифицированных псов? — Конечно. Но даже они проходят пару метров по следу, а затем задирают морду вверх и смотрят в небо. У меня два предположения. Либо он уходит, цепляясь за стены зданий, так как на крышу он не поднимался, мы проверили все ближайшие дома. Либо улетает. — Улетает? Ричард, ты понимаешь, о чем говоришь? — Охотникам не так уж много известно о древних вампирах, но все они находятся под наблюдением. Я знаю, что трансформировать крылья и летать могут только вампиры старше семисот лет, накопившие достаточно силы. Мы приехали на первое место преступления. Выходи. Открыв дверь машины, я оказался у входа в парк. Казалось, будто и не покидал этого места никогда, просто просидел неделю в гараже, а теперь вновь пришел прогуляться по изученным вдоль и поперек дорожкам. Охотник пошел вперед, я последовал за ним. Мы зашли в самую глубину парка, где людей почти не было. За кустами обнаружилась небольшая полянка. — Здесь нашли первый труп. — Да, но здесь нет зданий, по которым преступник мог уйти. Хочешь сказать, что он передвигался по деревьям, как мартышка? — я невесело усмехнулся. — Все может быть. Собаки утыкаются носом в деревья и дальше брать след отказываются. — А может он использовал какое-нибудь вещество, отбивающее нюх? — Эксперты взяли пробы земли и коры, ничего подозрительного обнаружено не было. Если это не какое-либо самоуничтожающееся вещество, о котором нам ничего не известно, то версия отпадает. Я прошелся по поляне, подошел к деревьям. Ничего уже здесь и не напоминало об убийстве. — Чувствуешь что-нибудь? — Что я должен чувствовать, ты что, экстрасенсов пересмотрел? Ричард пожал плечами, проигнорировав мою насмешку. — Не знаю, я слышал, что вампиры могут чувствовать друг друга. — Это касается только возлюбленных, когда они пьют кровь друг друга. Еще вампир может ощущать свою жертву, пока ее кровь не растворилась в его венах, если жертва еще жива после укуса. Все остальное выдумки ваших впечатлительных «экспертов», — я показал руками кавычки. Охотник двинулся обратно к машине. — Ты ведь не всегда убивал своих жертв. Взять ту же Глорию. Как ты ее ощущал? Просто ее местонахождение? Или что-то больше? — Я чувствовал отклики наиболее сильных эмоций, ее самочувствие, ее настроение. — А у тебя была возлюбленная? — Ричард смотрел вперед, прогулочным шагом идя по дорожке к машине. — К чему такие вопросы? — я попытался заглянуть ему в глаза. — Это просто человеческий интерес. К тому же, вдруг это как-то сможет помочь делу. — Как, интересно? Я вдруг почувствую убийцу? — Ты так и не ответил на вопрос. — Да, я был влюблен. И это прекрасно, чувствовать себя единым целым с другим существом, испытывать одни эмоции на двоих, пить его кровь и отдавать свою, — теперь я уткнулся взглядом вперед перед собой, а Ричард уставился на меня. — Ты давал свою кровь? То есть она тоже была вампиром? Или ты сделал ее такой? — Тебе не кажется, что слишком много вопросов? И с чего ты взял, что это «она»? - Так значит все-таки «он»? — охотник заулыбался. — А ты был сверху или снизу? Или вы менялись? Я ткнул Ричарда локтем в бок и побежал вперед. А он лишь хохотал мне вслед. На втором месте преступления, мы так же нашли ничего нового. Оно произошло на стыке между двух многоэтажек, в темной подворотне. Сюда даже среди дня не попадал ни один лучик света. — И как девочка здесь оказалась? Она шла этой дорогой домой, или убийца притащил ее сюда? — я задал вопрос Ричарду. — Скорее всего, она решила пройти этой дорогой к дому, поскольку жила чуть дальше за этими высотками. Я посмотрел вверх. Мне захотелось сделать что-то, чтобы разогнать эту серьезность своих серых будней. — Что ты там говорил про крыши? Надо их осмотреть, — после этого я подскочил вверх, отращивая когти на руках и устремился на крышу, цепляясь за выступы на стене дома. Крови, что я выпил вчера, вполне хватало на легкую трансформацию, и я чувствовал прилив сил, с легкостью прыгая по стене. Оказавшись на крыше, я всей грудью вдохнул свежий воздух и раскинул руки, подставляясь под легкий ветерок. Передо мной открылся великолепный вид на город и другие крыши. Хотя мне бы он понравился больше, будь сейчас ночь. Я простоял так минут десять. Интересно, Ричард сейчас в панике, собирает охотников, что бы штурмовать это здание, или лично поднимается сюда? Связанный договором, я не могу скрыться надолго или навредить ему. Но вполне могу уйти на пару часов и убить несколько человек. Если б хотел. Вскоре мне надоело здесь стоять, никто так и не пришел меня ловить. Я спустился вниз по стене. Охотник стоял, облокотившись на машину и скрестив руки на груди. — Набегался? — Да. — Нашел что-нибудь интересное? — Нет. — Тогда поехали домой, я проголодался. Я, недовольный, сел в машину. Он даже не собирался меня искать, будучи уверен, что я сам вернусь. Неужели я такой предсказуемый? Или у него какой-то туз припрятан в рукаве? Может, он поставил на меня маячок? Подобными мыслями я промучился всю дорогу. В особняке мы первым делом зашли на кухню. — Мари, приготовь нам что-нибудь на скорую руку, мы ведь так и не позавтракали. — Охотник прошел к кофеварке и начал готовить кофе. Мари как-то странно посмотрела на меня, затем улыбнулась и поинтересовалась у охотника: — Господин Ричард, раз у нас гость, может, стоит накрыть в столовой и приготовить что-нибудь существенное? — Нет, не стоит, Мари. Это друг мисс Глории, его зовут Теренс, он здесь по делам. Кстати, где эта молодая леди? — Она еще не выходила из своей комнаты. — Вот соня, — Ричард взял две чашки кофе и поставил на стол. Я так и стоял, застыв на входе. Он, заметив это, махнул мне рукой, приглашая сесть за стол. Мы молча пили кофе, пока на кухню не ворвался маленький ураган и чуть не снес меня вместе со стулом, на котором я сидел. — Терри! Я так рада тебя видеть! С тобой все в порядке?! — Глория уселась мне на колени и обнимала со всей силы, а может, пыталась задушить, я не понял. — Глори, я тоже рад тебя видеть, только прекрати меня душить. — Мари, приготовь и на меня тоже, — Глори устроилась у меня на коленях, развернувшись вполоборота. — Как твое самочувствие? Прости, я тогда несколько не сдержал себя, — я виновато опустил взгляд. — Все хорошо, Терри, не переживай. Я тоже еще раз хотела попросить у тебя прощения, что заманила тебя в ловушку. Но я не желала тебе зла. Я не думала, что Ричард так поступит с тобой. Да, Ричи, тебе ведь стыдно? Ты не хочешь ни у кого попросить прощения? — Я уже извинялся перед тобой и объяснял, что это было необходимо. И не смей называть меня Ричи. Я лорд Ричард Эйсман, и я гораздо старше, чем ты думаешь. — Старше? Тебе не дашь больше тридцати. А прощения надо просить не только у меня. — У меня вампирские гены, они замедляют старение и продлевают срок жизни. — А ведешь себя, как мальчишка. Ты не хочешь извиниться перед Терри? — Я не собираюсь извиняться перед вампиром. Он чуть не убил тебя и все еще опасен. Я фыркнул. Очень мне нужны его извинения. Мари поставила перед нами тарелки с воздушным омлетом и зажаренными колбасками. — Глори, сядь уже на стул, давайте поедим спокойно. — Не ревнуй, Ричи. Я просто соскучилась по Терри, — несмотря на свои слова, Глори все же пересела на стул. И кто к кому должен ревновать? Я не понял. Мы принялись за завтрак. — Как продвигается расследование? Я удивленно поднял брови. — Ричард мне все рассказал, и даже то, что ты нужен ему, что бы раскрыть эти преступления. — Ах, вот как. Пока мы ничего нового не узнали. Я ел завтрак и понимал, что мне давно не было так хорошо и спокойно. Несмотря на всю непредсказуемость охотника, сидеть вот так вот с ним и с Глорией за одним столом, чувствовать себя равным, не скрывая своей сущности, было чертовски приятно. — Ладно, нам с Терри надо возвращаться к делам, а тебя ждет учеба. К тебе сегодня придет репетитор? — Ричард отодвинул пустую тарелку. — Да, с минуты на минуту, — девочка вздохнула горестно. — Не называй меня Терри, с каких это пор? — я был возмущен такой фамильярностью. — Как хочу, так и называю, я думаю, мы достаточно близки для таких отношений. Я покраснел и посмотрел на Глорию. Не хватало еще, что бы она что-то заподозрила. Какой нахал, в открытую намекает на то, что насиловал меня? Но Глори ничего не сказала. Сказав спасибо Мари, чмокнула сначала меня, затем лорда в щечку и ушла в свою комнату. Весь оставшийся день мы провели в кабинете, обсуждая убийства, копаясь в материалах дела. Я рассматривал фотографии, что-то не давало мне покоя. В тысячный раз пересмотрел заключения судмедэкспертов, результаты вскрытия. Ничего. Неужели это был обычный кровожадный вампир, сошедший с ума на почве голода? Это все равно не объясняет отсутствия сердец у обеих жертв. К тому же голодный вампир убивал бы чаще, чем раз в месяц. Что-то кроется за этими убийствами. Поняв что, мы сможем выйти на убийцу. — Уже поздно. Я думаю, пора ложиться спать. Завтра продолжим, — охотник поднялся и подошел ко мне. Я потянулся всем телом, мышцы затекли от долгого сидения в одной позе. Тут же поймал какой-то странный взгляд Ричарда. Отвернувшись, я с грустью посмотрел на свой уже такой родной матрасик. - Нет. Глория взяла с меня слово, что я буду хорошо с тобой обращаться. Так что с сегодняшнего дня у тебя будет своя комната. — Ну спасибо. Я уж подумал, что ты выделишь мне коврик возле своей кровати. — Ты мне все время подаешь хорошие идеи. Интересно, Глори посчитает это достаточно хорошим обращением с тобой? — Ричард опять усмехался. — Нахождение с тобой в одном доме уже является жестоким обращением со мной. Я подам жалобу в общество по защите вампиров, — я поднялся и вместе мы вышли в коридор, направившись в ту часть особняка, где были спальни. — Тогда сначала, тебе придется его создать, — Ричард открыл дверь одной из комнат. — Теперь ты будешь спать здесь. У тебя есть пятнадцать минут, что бы принять душ. — А что будет через пятнадцать минут? — не понял я, но лорд только хитро улыбнулся и закрыл за собой дверь. С удовольствием последовав его совету, я стоял под горячими струями душа. Здесь же оказался и гель с запахом морского бриза и шампунь. Таким пользовался и сам Ричард, я улавливал эти запахи от его тела и волос. Закрыв глаза, я нюхал тюбик от геля. Да что со мной такое? Идиот! Стою и нюхаю крышечку, совсем с ума сошел, еще и вспоминая этого придурка. Закончив мыться, я завернулся в большое полотенце, что оказалось здесь и вышел. Видимо, прошло уже больше пятнадцати минут, поскольку Ричард сидел на моей кровати со скучающим видом. Правда, его взгляд сразу же оживился, когда он увидел меня мокрого и в одном полотенце. - Ну наконец-то! Я подумал, что ты там утонул. — Вот радости бы было, не так ли, охотник? — Нет, не было, — Ричард замолчал, а я удивленно уставился на него. — Это была бы слишком легкая смерть для тебя. Я получу больше удовольствия, если убью тебя своими руками и медленно. Я сглотнул. — А теперь ложись на кровать. — Зачем? — я стал пятиться обратно к ванной. — Ложись, я сказал, — голос Ричарда был тверже стали. — Ты ведь обещал Глории хорошо ко мне относиться, разве нет? — Я и беспокоюсь о тебе. Уже поздно, ты ведь собираешься спать? — Да, — мне ничего не оставалось, кроме как подойти к кровати и лечь. Охотник склонился надо мной, провел рукой по сгибу локтя, взял мою ладонь и поднял руку вверх. Он смотрел мне прямо в глаза, там плясали чертенята. Он наклонился так низко, что я уже почти рассмотрел даже кисточки у них на хвостах и рожки в курчавых волосах. Затем что-то щелкнуло. Я поднял голову вверх. Моя рука была пристегнута цепью к кованой спинке кровати. Ну конечно! Не может же быть все так просто. Он мне все равно не доверяет. — Ты ведь не думал, что я оставлю тебя просто так? — Ричард еще раз заглянул мне в глаза, на губах была хитрая ухмылочка. В какой-то момент мне показалось, что он наклоняется все ближе и ближе ко мне. Но он резко встал и, больше не говоря ни слова, вышел из комнаты. Скинув полотенце, я свободной рукой натянул на себя одеяло. Но сон долго не шел ко мне, в голове устроили собрание тысячи мыслей. Когда я в очередной раз открыл глаза, оказалось, что уже утро.