Чары рассеялись

Эльвэ держал своего сына на руках и сердце его переполнялось счастьем. Он не мог поверить, что держит на руках своего долгожданного и драгоценного сына. - Он прекрасен, - шепотом произнес он, смотря на мальчика, целуя его в лобик, любуясь его маленькими тонкими пальчиками. Глориссэ улыбалась, смотря на счастливое лицо мужа. Малыш закряхтел, замахал ручонками, а затем открыл глазки, слепо глядя на своего отца серыми глазками. Эльвэ вновь широко улыбнулся и поцеловал сына в лобик, а затем сел рядом с Глориссэ, отдавая ей ребенка. - Ты подарила мне радость и счастье. Я бесконечно люблю тебя, - сказал Эльвэ и поцеловал ее в губы. Глориссэ улыбнулась и положила голову ему на плечо, держа малыша на руках. - Как мы назовем его? – спросила Глориссэ своего супруга. - Пока я не знаю. Я дам ему имя позже. - Хорошо. Пусть пока побудет Эльвион. Отнеси его в колыбель. Эльвэ отнес ребенка в колыбель и вернулся к супруге, сел рядом с ней, приобняв за плечо. Зашедшие в комнату Ольвэ и Ингвион подошли к кровати. Ингвион поцеловал дочь в лоб и отошел к колыбели любоваться внуком. - Ну что, наконец-то, еще один повод для праздника! – сказал Ольвэ. - Тебя послушать – у тебя и вовсе не было поводов для праздника. - Были. Но с тобой все же интереснее. - Ну, малыш должен хотя бы немного подрасти. - Это тоже правда. Но я хотел тебя кое о чем спросить. Твой народ величает своим королем только тебя. Конечно, когда тебя не было, они спокойно жили и среди нолдор, и среди моего народа, однако, теперь, когда ты здесь, народ ждет, когда ты примешь бразды правления на себя и найдешь здесь подходящие земли, чтобы жить обособленно. Эльвэ нахмурился и задумался. - Вообще-то, мне здесь и так нравится. - Мне тоже нравится, что ты рядом со мной. В конце концов, я вообще не надеялся увидеть тебя вновь, особенно после того, что услышал о тебе и той майэ… Глориссэ как-то вздрогнула и посмотрела на Ольвэ. - Ой, простите… - Ничего страшного. Я понимаю. Я и сам долгое время не мог выйти оттуда. Но Финвэ практически вытолкнул меня. В последнее время именно он и его потомки возились со мной. Они и уговорили меня выйти. Неплохие, кстати, ребята. Не понимаю, почему я не пускал их к себе. - Ты многого не знаешь, братец, - скривившись, ответил ему Ольвэ, - Послушай, твой народ ждет твоего решения. Тебе придется его принять рано или поздно. Подумай над этим. - Хорошо, - сказал эльф немного удрученно, - Я подумаю над этим. Но не сейчас. Сейчас Эльвион слишком мал. Мне хочется побыть с семьей. Сейчас ему не хотелось думать о новом королевстве, о хлопотах и беспокойстве. Хотелось лежать рядом с утомленной супругой, обнимать ее, такую хрупкую и тонкую, держать ее за руку. И хотелось держать на руках сына, вдыхать его запах и смотреть на крошечные кулачки и тоненькие пальцы. Через какое-то время Ольвэ и Ингвион оставили их, а Эльвэ остался в комнате, задумчиво смотря куда-то в угол. - Любимый, - сказала Глориссэ, нежно сжимая руку супруга. Эльвэ вздрогнул и посмотрел на нее. - Ты столько времени заботился о них. Они любят тебя. Поэтому хотят видеть королем только тебя. Разве ты не чувствуешь признательность им за это? - Да, я чувствую. Но не готов пока вновь брать это бремя на себя. - Я рядом с тобой, любимый. Не переживай ни о чем. - Хорошо. Но нам нужны другие земли. Даже не знаю, где мои эльфы теперь хотят жить. Но я успел привыкнуть к морю. - Это неважно, где мы будем жить. Главное – вместе.