Линии танца.

— Ребят, да вы прикалываетесь! Не буду я этого делать! — голос Ким Тэхена сразу стих.       На него устремились взгляды всего танцзала, а Юнги лишь прижал ладонью собственные губы, стараясь не засмеяться. Пунцовый Тэ осел на паркетный пол и начал делать поперечную растяжку, всеми силами стараясь показать, что ничего не случилось, что он не проспорил в очередной раз и что ему не придется теперь выполнять глупое задание от Чимина, Юнги и Хосока. Впрочем, последний еще не знал о том, что Ким в очередной раз облажался и спокойно занимался отработкой поставленных учителем танцев движений. — Тэтэ, ну не расстраивайся ты так, — приободряюще сказал Чимин, поправляя чешки, — ну поцелуешь ты того новенького, с кем не бывает?       Юнги поперхнулся от услышанного и вопросительно глянул на Чимина. — Да ну? И ты туда же? — сказал хён, на что Пак Чимин отмахнулся и энергично закивал головой. — Парни, — одернул их Тэхен, — Не нагнетайте. — Тебе самому не надоело проигрывать? — поинтересовался Юнги, притягивая к себе рюкзак и заглядывая в маленький ежедневник. — Так-с, когда это там у нас вновь смежный урок истории искусства... А, вот. Тебе повезло Тэхен, пара будет после обеда.       Тэхен недовольно поморщился и хотел было завалиться на спину в истерическом визге, но путь к полу преградили крепкие ноги Хосока, что встал за спиной. Хосок — один из немногих учеников, который поступил на хореографический факультет палец о палец не ударив. Говорят, его увидели на каком-то уличном денс батле и даже уговаривали поступить именно в этот институт, а он в свою очередь и не сопротивлялся. С тех самых пор Хосок беззаботно, поцелованный самим Богом в лоб и одаренный талантом, без каких-либо усилий справлялся со всем, что ему встречалось на пути. А может просто везло? — О, не говорите! Он проиграл да? Бедняжка, — накинув полотенце на плечо и утерев пот со лба, Хосок наклонился над Тэ и легко потрепал его за щечку, улыбаясь. — Не расстраивайся, хен купит тебе банановое молоко в кафетерии.       Одернув руку друга, Тэхен (или Ви, как его тоже частенько называли друзья, ведь Ви - производное от “виват” (победа), а Тэхен был еще тем победителем по жизни), взглянул на двух остальных иуд и показал язык. Ви вырос с Чимином в одном дворе, так что они с детства решили идти рука об руку и даже вопросов не возникло с выбором университета, однако Пак Чимин выбрал балет, а Ким современное направление. Что касается Мин Юнги, эта темная лошадка не сразу показала себя. Тэ и Чимин поначалу обходили этого мрачного паренька стороной, боясь, что один только его взгляд испепелит их, но как оказалось позже, Юнги оказался на этом факультете случайно. Он не добрал два балла на вступительных музыкального факультета и договорился о переводе в следующем году на свою специальность, а чтобы не терять год, поступил на хореографический. Балетмейстер сразу припахал его к аккомпанированию на занятиях, зато Юнги мог не скакать в лосинах и пуантах по залу, а просто практиковаться в исполнении классической фортепианной музыки. Но музыкальный талант на общем занятии по растяжке его не спасал, тут он и познакомился с Тэхеном, Чимином и Хосоком, коих по жребию определили в одну команду и теперь эта четверка больше никогда не расставалась. — Нам пора, — Чим постучал пальчиком по циферблату наручных часов, демонстрируя, что пора бы в раздевалку и мчать занимать самые лучшие места в кафетерии. Что может быть хуже потока озверевших от голода студентов в обеденный перерыв? Ничего. Так что все безоговорочно поспешили переодеваться.       Не прошло и нескольких минут после звонка, как зона кафетерия кишела людьми, плотными рядами выстроившимися возле буфета или кулеров с водой. — Опять спит, пф, — Тэхен внимательно уставился на свою цель. — Не можешь налюбоваться своей принцессой? — съязвил Юнги, указывая палочками для еды на новенького с факультета изобразительных искусств, который, как обычно, развалившись на одном из столиков, спал так крепко, что стоящий в столовой гул сплетен, смеха и возмущений не мог ему помешать. — Как там его зовут? — поинтересовался Хосок, потягивая из соломки апельсиновый сок. — Чо... — Чонгук, — прервал того Чимин и улыбнулся. — Слышал, что он очень талантлив, но вот этот его вечный сон. Он забавный, — рассмеялся Пак. — Почему всегда я? — тихо взвыл Тэ, бубня под нос, кривя лицо полное горечи и страданий — Я должен целовать его? Да почему он то? Давайте я Хосока поцелую? — Я не хочу, чтобы ты меня слюнявил — протянул Хоуп. — Он такой же странный, как и ты, — сказал Юнги и ткнул проигравшего пальцем в лоб. — На луне не... — Аа-а-а! Не продолжай, я тогда был очень пьян, — начал тут же оправдываться Ви и потер лоб ладонью. — Ладно, пошли на пару, до корпуса еще пилить минут десять.       Время пролетело стремительно, Тэхен только и думал, как так получилось, что пошло не так и зачем он вообще вступил в очередной спор. Прозвенел тот самый звонок, означавший, что время Тэ настало и поцелуй должен быть осуществлён прямо здесь и сейчас. Ребята расположились совсем недалеко от спящего новичка, Юнги уже достал телефон, чтобы заснять сей исторический момент и в любой момент терроризировать друга фото, Чимин скрестил пальцы на удачу, а Хосок просто слишком довольно улыбался. Тэхен, ощущая как спину сверлят три пары глаз и слыша сдавленные смешки, вздрогнул и сделал еще один шаг в сторону Чонгука, который вновь уснул, как только занятие закончилось. Парень, натянув капюшон на голову и подоткнув под нее рюкзак, уже минут пять тихо посапывал, изредка жмурясь от дневного света. Нервно сглатывая и облизывая губы, Ви все ближе и ближе подходил к парню, высматривая участки на лице, пригодные для поцелуя. Обнаружив беззащитную щеку и выбрав ее самым подходящим местом, Тэ встал вплотную перед партой, набрал воздуха и склонился, жмурясь и целуя Чонгука в щеку. Пара секунд казалась для него вечностью, он резко отпрянул, качнув парту.       Мирно спящий, до момента, как что-то влажное коснулось его щеки, Гук поморщил нос, хмурясь и щуря от света глаза, поднял голову с парты и посмотрел на фигуру, стоящую рядом. Тэхен думал уже дать деру, но слова новичка заставили его застыть на месте. — Я хочу написать твой портрет, — завороженно произнес Чонгук, сверля взглядом лицо краснеющего парня напротив.       Сейчас Ви испытывал одновременно стыд, недоумение и раздражение, но нервничая, облизав по привычке губы выпалил: — Че?