Голова

— Морти, поди-ка сюда! В интонации деда с самого утра уже не слышалось ничего хорошего, и ему совсем не хотелось идти в гараж, но что поделать — пришлось. — Помнишь, я просил тебя накормить длуппарских мальков? — Помню, — машинально ответил Морти и, через одну невыносимо долгую секунду осознав свою ошибку, в испуге ахнул, закрыв лицо ладонью. Он совсем забыл про этих чертовых мальков, потому что вчера вернулся из приключения затемно и думал только о том, чтобы лечь спать! — Ну так вот, уже не надо, — Рик резко поставил на верстак стеклянную банку, в которой плавали кверху брюшками крохотные прозрачно-голубые комочки, и часть воды выплеснулась через край. — Потому что они, как хрупкие создания, уже успели передохнуть от голода! А они мне были так нужны для экспериментов… — Прости, — мальчик опустил голову, мечтая провалиться сквозь землю. — Я-я з-забыл… — Как можно быть таким безответственным, Морти? — раздраженно вздохнув, ученый посмотрел на часы. — У меня сейчас нет времени тобой заниматься, но когда я вернусь вечером, ты будешь строго наказан. А до тех пор — подумай, будь добр, о своем поведении…       Само собой, такие известия просто не могли не испортить настроение на весь оставшийся день. Морти преследовало глупое желание убежать и спрятаться, но он знал прекрасно, что никто и ничто сегодня не спасет его задницу от расправы, а потому заранее готовился к худшему. — Ну ты и растяпа, — только подливая масло в огонь, заявила голова. — В смысле, неужели ты не можешь постараться чуть побольше, чтобы мне не приходилось слушать твои визги, когда этот мудак тебя наказывает?.. Легко сказать! Пытаясь отвлечься от мыслей о том, что будет вечером, Морти занялся уборкой. Когда он залез под верстак, чтобы протереть пол, то с удивлением заметил что-то, забившееся в щель между рабочим местом и стеной, и хоть и не без труда, но смог извлечь это наружу. — Опа, очки виртуальной реальности! — у Рика загорелись глаза, когда он увидел этот прибор. — Надень их на меня, пацан, хоть посмотрю, как там живут Рики с руками и ногами… Морти надел их на голову, завязав на ремешки сзади, и следом пошли новые указания: — Переключи. Переключи… Переключи! Фу, полный отстой… Еще переключи! Он нажимал на кнопку, пока старик не нашел наконец жизнь той версии себя, которая его заинтересовала. — А тут вроде ничего, — на губах Рика появилась улыбка. — Тут катаются на коньках… нет, тут учат Морти кататься на коньках! Б-боже, он как корова на льду… — Дай посмотреть, — парню тоже стало любопытно, и он снял с ученого очки. На маленьком экранчике он увидел другого Морти, который с крайне испуганным и напряженным лицом пытался устоять на разъезжающихся ногах, в то время как его руки сильно, но бережно держал Рик, глазами которого и была показана вся эта реальность. Наконец, получилось.       Другой Морти ликующе улыбнулся, уверенно встав на лезвиях коньков, Рик потрепал его по голове, но вся эта картина перестала иметь всякое значение, когда его взгляд случайно упал в левый нижний угол экрана. — Это мой Рик! — от изумления он чуть не выронил очки. — В смысле? — В с-смысле, тут… тут номер измерения моего Р-рика! Этого… этого не может быть, правда?.. Ноги внезапно ослабели, и Морти рухнул бы на пол, если бы не успел ухватиться за стул и сесть. — Ох, — голова удрученно помоталась из стороны в сторону. — Как я понимаю, тебе, Морти, досталась роль нелюбимой жены… — К-кого-кого? — То бишь, человека, который пиздрячит по дому, готовит, убирает и получает в ответ одни шишки, пока этот… этот Рик развлекается с другим Морти на стороне… Он ведет двойную жизнь, шкет. Возможно, использует клонов, роботов и временные парадоксы, чтобы быть с вами обоими, но тот Морти для него — явный фаворит, а ты… а ты так, просто, на случай если зачешутся кулаки. Вот и все… Вот и все?! Увиденное просто не укладывалось в голове. Значит, он сейчас катается там с другим Морти, держится с ним за ручки и гладит по головке, а потом, вернувшись вечером, будет его, точно такого же Морти, пороть как последнюю сволочь — разве это честно?! — Н-не переживай так, Мо-морти, — голове явно не нравилось его молчание. — Мы, Рики, в принципе многое от вас скрываем, кто ж знает, где у вас, пиздюков, перемкнет… Т-ты думаешь, зачем мы всегда ходим со стирателями памяти? — "Мозговыносяшки"? — невесело усмехнулся юноша при упоминании о том приборе со вспышкой. — Если он однажды что-то мне стер, хотел бы я это увидеть… Он никак не ожидал, что Рик, странно покосившись на него, вдруг скажет абсолютно серьезным тоном: — Это можно.

***

      Тайная комната чем-то напоминала кабинет стоматолога — белые стены и длинное кресло посередине. А еще на стеллажах стояли разноцветные стеклянные колбы — красные, желтые, розовые… — Это что, все мои воспоминания? — удивился Морти, поставив сосуд с головой на свободную полку. — Как их много! А-а что с ними делать? — Если хочешь посмотреть, то ложись на кресло, надевай на себя вон тот шлем и засовывай воспоминание прямо в дырку… Схватив несколько случайных колбочек, он так и сделал. По всему телу прошел разряд тока, глаза закатились, и мальчик увидел, увидел…       Неудивительно, что Рик это стер. Бибо ведь был другом, вывел их к воде, а старый мудак выпустил ему кишки! После этой "мозговыносяшки" стало очень гадко. Он уже был не уверен, что хочет смотреть дальше. На одних колбах не было никаких отметок вообще, на других — прикленные бумажки с каким-то написанным на них бредом, в основном связанным с половыми органами и отходами жизнедеятельности, и, тяжело вздохнув, он отодвинул все, что набрал, в сторону. Спрыгнул с кресла, окинул рассеянно ровные ряды воспоминаний, и его взгляд вдруг зацепился за одно. Оно имело красный цвет, ярлычок на нем, в отличие от остальных, был приклен аккуратно, а не криво-косо, и большие крупные буквы на бумаге гласили: "Пацан и отрубленная башка".