Президент школьного совета

— Ты что творишь?! Ты вообще головой ёбнулся?! — крикнула на меня Кейт и подбежала к плите. Почувствовав вину, ну и неловкость, я решил уйти к себе в комнату. Рухнув на кровать, я закутался в одеяло с головой и пролежал так очень долгое время. Я не любил, когда на меня кричат, даже если в содеянном нет моей вины. — Глеб, солнышко, всё хорошо? — в комнату зашла Кейт, но уже не злая. Она легла рядом со мной и гладила по макушке, которая выглядывала из-под одеяла. — Ты обиделся на меня? — Нет, Кейт, всё хорошо, — мне пришлось наврать, но эта особь чувствует всё. Всё, даже мою дрожь под одеялом. — Я тебя наверное напугала. Прости меня. Что ты вообще хотел сделать? — Я хотел тебе завтрак в постель сделать, но… Не получилось мне сделать тебе приятное… — мне просто казалось несправедливым то, что она всегда просыпается раньше меня лишь ради того, чтобы накормить. Но так как готовить я не умею, то Google мне в помощь. И всё получилось бы, если не бардак, который я натворил и сожженные оладьи. Мне показалось, что их готовить легче всего. — Мне приятно то, что ты хотел сделать мне приятно. Но теперь представь, что подумала я, когда открыла глаза, почувствовала запах гари и услышала твоё многозначительное «Блять!» на весь корпус? Я же переживаю. Вдруг ты там горишь в огне? Хотя, если я не пришла бы, то так и случилось бы, — я решил, что пора выходить из своего «укрытия» и обнять свою спасительницу. Которая, кстати, всё это время, пока я лежал, убирала тот срач. — Лучше буду на дом заказывать. А то можем и не проснуться больше. — Нет, солнце, раз уж ты решил, что будешь готовить, то ты будешь это делать. Так что вставай и будем учиться. И не смотри на меня так, это будет полезно и для меня, и для тебя. — Это ещё почему? — и вправду, почему? Она уже решила куда-то от меня сбежать? — А я тебе не говорила? Я через неделю еду на соревнования по фигурному катанию. Это где-то дня четыре меня не будет, — я просто в ахуе. Она меня оставляет одного на четыре мать его дня! Я же сдохну! — На четыре дня? А куда ты едешь? — В Барселону. — А, можно я с тобой поеду? Я хочу с тобой! — я лежал на животе, смотря на неё и махал руками как птичка. Не зря она вчера спрашивала сколько мне лет и где меня мама потеряла. Я ещё тот ребёнок. Которого, кстати, на четыре дня оставляют одного! — Давай я спрошу у тренера который меня повезёт и скажу. А теперь идём, мой юный поваренок, нас ждёт тяжёлая работа, — девушка встала с места и пошла по направлению к кухне. А у меня как такового выбора и нет. Пришлось идти с ней. Спустя пару минут, а точнее около часа прошло, но я смог! Я сделал оладьи. Меня гордость просто распирала, и не потому, что всё получилось идеально и сейчас мы сидим и пьём кофе с моим «творением», а потому, что я выжил. Но на меня не кричали и не били даже. Хотя, я думал, что Кейт меня на отбивные пустит, но она спокойно реагировала на мои ошибки. И теперь я знаю, что такое «Заслужить еду». Ну, и ещё похвалу, поцелуй и объятия моего наставника. — Слушай, я вот, что решил: я хочу походить недельку с вами, а не вечером учится. — Мне кажется, что ты просто должен полежать недельку дома и не приходить в школу, вообще. Я же понимаю, что ты просто не хочешь идти и просиживать время в кабинете президента школы. — От тебя хотя что-то можно скрыть? — да, она права. Меня просто достала эта «работа». — Неа. И если ты о своей истории браузера, то я тебя не осуждаю, — я подавился, понимая о чём она. Твою мать, как же стыдно! А она что? Сидит и улыбается, будто победила! Злюка. Жаль, что мне не к чему придраться. Но я найду, не может быть идеальных, верно? — Если ты хоть кому-то расскажешь… — Не злись, я же про журналы не рассказала. И про твою коллекцию резиновых динозавриков тоже не расскажу, — она меня добить решила? Я же, блять, красный от стыда сижу. — Прекрати, пожалуйста… — Хорошо. — Вот сидишь, строишь из себя идеальную, а сама наверное не лучше. — Хочешь узнать о моих странностях? И нет, то что делаешь ты — нормально, просто это ты сам себя засунул в рамки где это плохо. — Конечно же хочу. — Я даю имена своим растениям и разговариваю с ними. Могу часами смотреть на себя в зеркало и что-то рассказывать сама себе. Слушаю песни задом наперёд. Достаточно? — ладно, это правда странно. Лучше бы журналы с «Винкс» собирала. — Более чем. Сидели мы так до двух часов, пока мне не позвонил Морти и не сказал, чтобы мы шли на студию. Поэтому кое-как собравшись, мы поехали к ребятам. Заранее мне пришлось взять свой блокнот и найти страницу с текстом, который надо записать, ибо начнётся скандал о моей неторопливости. — Явились… — пробормотал Коля. —…не запылились, — продолжила Кейт и прошла внутрь, держа меня под руку. — Ой, какие люди. Заходи, — мне говорить про мою ревность? Это было сказано не мне, а ей! Хотя, я понимаю, что Славик мне далеко не конкурент. — Привет, Слав, — девушка отцепилась от меня и направилась обниматься с Мортом. — Так, Глеб, засунь своего собственника куда подальше. — Только попробуй с ней что-то сделать, я тебя живьём закопаю, — Славик лишь поднял руки в знак поражения и ушёл куда-то. Я достаю из рюкзака свой блокнот с текстом «Флекс» и иду к ноутбуку на столе. — Дань, где ты дел папку с битом? — Даня подходит, и мы вместе рыскаем в ноутбуке. — Вашей организованности можно памятник ставить, — сказала Кейт стоя позади нас. — Вот он, — показывает на файл с битом. Мне, короче, к окулисту надо. Он был у нас перед носом. Записали мы трек аж под вечер. Когда закончили, дали послушать Кейт и Лизе, девушке Дани, которая пришла где-то в середине записи. Они пританцовывали, а Даня их подбадривал криками, типа «Опа, оп-оп». Ну, а я, как самый умный, снимал всё это на телефон в историю. Когда я показал, что снял, то началась игра в «Догонялки». Я, кстати, проиграл.