Хрустальное сердце

«Доверие - вот самая ценная и самая хрупкая вещь на свете. Без него ничего не получится.» (Марк Леви "Встретиться вновь")

***

— Ты слишком взволнована, Моргана. — Я буду учиться магии, находясь в замке человека, который её ненавидит. Естественно я волнуюсь! — Я не совсем понял, ты в ужасе или в восторге? — весело уточнил Мерлин. — И то, и другое, — задорно отозвалась Моргана и начала выполнять упражнение, что показал ей Мерлин. Простое колдовство - всего-лишь зажечь свечу. — Но почему мне нужно произносить заклинание, а ты просто смотришь и всё? — Я сильнее, — просто ответил маг. — Не отвлекайся.       Моргана продолжила сверлить свечу взглядом, твердя заклинание, но ничего не происходило. Мерлин расставлял что-то на журнальном столике, и ведьма то и дело отвлекалась на него, но всё же усилием воли заставляла себя вновь возвращаться к заданию. — Моргана, — позвал Мерлин после недолгого молчания, — не держи обиду и злобу на своего опекуна, я тебе уже рассказал причины его ненависти к магии. Он ослеплен болью от потери дорогого человека и боится потерять вновь, его можно понять. — Это не оправдывает всего того, что он натворил! — Но он в чем-то прав. За преступление должно быть наказание. И маги такие же люди и могут использовать магию во зло. Таких и я буду убивать… и убивал. Подонков хватает, поверь. — До сих пор переживаешь из-за Алвара? — Я его упустил. Он жив. И мне это не нравится. — Он… он говорил мне, что просто хочет жить… а потом приказал убить Мордреда. — Мордред мог рассказать ему, что был в замке и знает, как туда пробраться, а главное, как уйти оттуда незамеченным. Вряд ли Алвар всерьёз верил, что Мордреду удастся использовать кристалл Ниатиды, как он заверял ребенка. Ты же встретилась им случайно, но шансы достать кристалл тут же увеличились. Поэтому он втёрся к тебе в доверие и очаровал, пользуясь твоей добротой и наивностью. Не останови я тебя, ты могла пострадать и лишиться всего. Вряд ли король простил бы тебе предательство, несмотря на то что он любит тебя. — У Мордреда бы хватило сил использовать кристалл? — Нет. Одному ему бы это не удалось. Кристалл слишком «тяжёл» для него. Мага такой силы, что смог бы воспользоваться кристаллом Ниатиды, сложно найти. Продолжай заниматься. Давай. Выкинь все мысли из головы. Ты должна желать, чтобы свеча загорелась.       Моргана кивнула и вновь вернулась к заданию своего учителя. Вдохнув полной грудью, она прикрыла глаза и на выдохе произнесла слова. Радужка её глаз тут же засияла расплавленным золотом, и свеча загорелась ярким рыжим огоньком. — Молодец, ты быстро учишься, — похвалил её Мерлин. А Моргана с восторгом в глазах смотрела на свое первое осознанное колдовство. И для неё сейчас весь мир вдруг стал светлее и чудеснее. — Продолжай, — Мерлин указал на журнальный столик, на котором на одинаковом расстоянии выставил сотню свечей, по десять в ряд. — Зажжешь их все, потом потушишь с помощью магии, потом снова, и так всю неделю. Каждый день сто свечей. Зажгла и после потушила, — строго повторил Мерлин. Моргана скривилась и посмотрела на него жалобным взглядом. — И да, если почувствуешь слабость, не колдуй. Фрея вернется к вечеру или к завтрашнему утру и будет помогать тебе. У неё слабый дар, но и она пусть тренируется. Десять свечей. — подумав, решил. Моргана удивилась распределению нагрузки, но поняла: это из-за разницы сил их дара. — А сколько ты зажигал свечей? — М-м-м? Я учился не так, но этот способ самый удобный для контроля. Но могу зажечь тысячу за раз, — Глаза у Морганы округлились. — столько я сейчас не найду, чтобы показать. Но вот что ты должна будешь суметь сделать, в конце… в идеале.       Мерлин посмотрел на стройный ряд свечей на журнальном столике, и тут одна свеча зажглась, потом вторая, после третья. Потухли. Зажглись все десять разом в самом низу, и точно так же стал загораться подряд вверх каждый последующий ряд. После они вновь потухли. И Моргана, замерев, смотрела на удивительное представление.       Свечи зажигались одновременно, огоньки образовывали разные узоры, после фигуры постепенно тухли или увеличивались в размере, а в центре образовывались другие. А после и вовсе образовалась картинка лошади. Которая словно скачет на месте. И всё было достигнуто лишь зажиганием/затуханием нужных свечей в нужное время*.       Моргана была уверена, что, если добавить музыку, будет просто потрясающе. Она с восторгом посмотрела на чародея. — Тренируйся, — улыбаясь, произнёс Мерлин и ушёл забирать завтрак для Артура.

***

      Залетев на кухню, Мерлин быстро собрал поднос с завтраком для себя и Артура и поспешил к нему, ловко уворачиваясь от снующих туда-сюда поварят. — Дира, ты не могла бы принести завтрак в покои леди Морганы, — попросил Мерлин, когда уже уходил со своим подносом. — С новой служанкой леди что-то случилось? — тут же рядом оказалась Гвен. Она казалась искренне взволнованной, но вот Мерлин увидел злорадство в глазах, и ему это не понравилось. — Да, ушла встретиться с семьей, Моргана дала ей выходной. — О-о-о, рада за неё. Я могу отнести, — обратилась она к Дире, но та скрестила руки на груди. — Гвен, ты извини, но Моргана разжаловала тебя и вряд ли будет рада видеть, так что отнесу сама. — Спасибо, Дира. Гвен, не обижайся, но так для всех будет лучше.       Та поджала губы, но кивнула и вернулась к работе. Многие слышали разговор и посмеивались над смуглянкой. Мерлин удивился такому отношению, но похоже остальные не очень-то жаловали Гвиневру. Раньше он считал, что ей завидуют, а теперь подозревал, что дело в другом. Если он правильно помнил, у Гвен не было подруг. А это наводило на определенные мысли.

***

      Мерлин зашёл с подносом в руках в покои принца. Сегодня он принёс на пробу хлопья, и ему было интересно, понравятся ли они Артуру. — Завтрак!       Начало обычного дня. Из теплой постели Артур в этот раз вылез по доброй воле. Пока он одевался (в этот раз самостоятельно), уши его предательски покрылись нежно-розовым румянцем, а сам он смущенно отворачивался, быстро натягивая на себя одежду. Мерлин наблюдал за ним искоса, его губы так и норовили растянуться в улыбке. Форсировать события он не собирался. Пусть всё идет, как идет, он подождет, когда Артур, наконец, признается вслух в своих чувствах четко и ясно, а не размыто, одними намёками. Пусть окончательно решит, нужно ли ему всё это? Мерлин привык ждать. Поэтому, если нужно, подождет сто лет и после омолодит их обоих, и они начнут новую жизнь. Может, перестав быть королем, Артур сможет принять Мерлина? Впрочем, рано загадывать, пока маг просто любовался своим принцем, и ему нравилось немного смущать того и дразнить. Немного, совсем чуть-чуть. — Что это? — Кукурузные хлопья, заливаешь молоком и ешь, пока они не раскисли. Давай, тебе понравится. — Это вы придумали с той поварихой? — Её зовут Дира, и да, мы долго доводили рецепт до ума. Попробуй.       Недоверчиво Артур проглотил одну ложку хлопьев с молоком и медленно разжевал. — Неплохо, очень даже неплохо. — Можно и не размачивая кушать, они практически не портятся, удобно брать в походы, рыцари, думаю, оценят разнообразие. — Их сложно делать? — Не сложнее всего остального, — пожал плечами маг, доедая свою порцию. — Ладно, какие планы у нас сегодня? — поинтересовался принц, а Мерлин даже жевать перестал. «Нас», Артур сказал «у нас». Широкая улыбка сама вылезла на лицо. — Сегодня весь день принимаем жалующихся и просящих. — Не понимаю, почему тебя это радует? Весь день в тронном зале слушать эти тихие просьбы, раз уж пришел, то говори громко, а они… — Боятся сказать что-то не так и тут же отправиться на плаху или в колодки. — Ну, мой отец не чудовище же! — Он казнит всех только за то, что те имеют дар магии, и тех, кто им помогает, зачастую даже не разбираясь кто прав, а кто виноват. После этого Утера сложно назвать добрым королем, — пожал плечами Мерлин. — Я знаю, что Магия не зло, — Артур поковырял ложкой в тарелке, — Отец…он…ты же сам знаешь причину его ненависти. Сам мне пояснил. — Да, но это не дает ему права казнить людей, виновных лишь в том, что проявили доброту к другим, — выразительно посмотрев на принца, произнёс Мерлин. Артур чуть сгорбился. — Прости, что испортил настроение. — Ты просто сказал всё как есть, — отмахнулся от извинений принц. — И я буду стараться образумить отца. — Он осознает, что ошибается, лишь когда его действия приведут к твоей гибели. Как было с троллем. — Мерлин, и зачем ты вспомнил о моей…мачехе? — Просто к слову пришлось, — оба с трудом сдерживали улыбки. — Просто интересно, как они ну… — Мерлин, раз интересно, то спроси у короля! А я не хочу знать подробности. Да и отец тоже вряд ли хочет вспоминать, он…       Артур не выдержал и заржал. Что ни говори, а мачеха-тролль - это было нечто! Хорошо, что все прислушались к доводам, что на месте короля мог быть каждый, и подыгрывали заколдованному Утеру, а не прибили беднягу из жалости.

***

      Приём просящих шел тихо. И сильно ничем не выделялся из обычной рутины. — Мерлин, что ты лыбишься? — прошептал Артур, видя, что на лице брюнета то и дело мелькает улыбка. — Вспоминаю свадьбу твоего отца в этом самом зале. — Проклятье, — зашипел Артур, — теперь и я вспомнил! А мне улыбаться, словно идиот, не положено, — и возмущенно, еле давя улыбку, прошипел, — Мерлин! — Что? Ты сам спросил.       С трудом Артуру удалось сохранить безразличное лицо, но вот взгляды, обещавшие жестокую расправу, на брюнета он кидал красноречивей некуда. — Я пастух с северных равнин, Ваше Величество, — склонился немного нервный крестьянин, постоянно теребя шапку в руках, — три ночи назад мы разбили лагерь у стен Идершолоса. Там ещё, это, цитадель пустующая. Но, видно, уже не совсем. Дым там видели, Ваша милость. Дурной это знак, говорю вам, ой дурной. — Вы входили внутрь? Видели кто это был? — не слишком заинтересовался Утер, уставший сидеть и слушать простых граждан. А аудиенция длилась уже четвертый час. И какие-то дурные знаки, что углядели пастухи в старых развалинах, интересовали его мало. — Нет, Ваше Величество, но все мы знаем легенду. Туда никто не заходил вот уже три сотни лет.       Мерлин вздрогнул. Он вспомнил этот момент из прошлого и тут же нахмурился. Моргауза мертва. В этом он был уверен.       «Но кто тогда разбудил Рыцарей Медиры?» — Хорошо, благодарю за донесение. Убедитесь, что его накормят, — отпустил он подданного, а сам подозвал Артура. — Возьми пару человек и завтра с утра поезжай, посмотри, что там. — Отец, это же всего лишь сказки. — Нам нужно успокоить людей, это уже пятый, вчера ещё четверо приходили, — устало пояснил король. — И если в этом замешана магия… — Хорошо… Я понял, отец.

***

      Через час на главной площади Мерлин все тянул время, проверяя сумки и смотря на главные двери в замок. — Мерлин? Ты едешь или остаёшься? — Думаю остаться, сир. — Вот ещё, ты едешь, — возразил резко Артур, он как-то не ожидал, что парень действительно захочет остаться, особенно после того, как Артур разрешил взять ему меч. — Не волнуйся так, — смягчился, видя, что брюнет явно нервничает, — страшные сказки про эту цитадель - всего-лишь сказки. И как ты просил, помимо сквайров я взял сэра Ивейна и сэра Леона. Они были не против проветриться.       Мерлин поблагодарил Артура, радуясь, что тот всё же исполнил его просьбу и взял с собой опытных воинов, но не стал объяснять, что боится совсем другого. Чародей бросил последний взгляд на замок, надеясь увидеть Моргану и убедиться, что история не повторяется, но её не было. Она развлекалась зажиганием свечей.       С тяжелым сердцем Мерлин вскочил в седло и догнал Артура, поехав рядом. Поразительная наглость, если честно, слуги обычно скачут в самом конце. Но пять рыцарей, что отправились с ними, даже бровью не повели. Привыкли. — Сказка, — проворчал Мерлин, вспомнив пренебрежительный тон. — Артур, это давняя история, — поймав заинтересованный взгляд, он начал рассказ: — Триста лет назад одна ведьма по имени Медира околдовала семь рыцарей Камелота и превратила их в бессмертных воинов. Остановить рыцарей никто не мог. Всюду они сеяли страх, раздор и разрушения. И когда казалось, что Камелот падет, храбрый рыцарь, верный слуга короля смог убить ведьму, и только тогда рыцари Медиры остановились.       Они развернулись и, не обращая ни на кого внимания, ускакали на демонических черных лошадях в цитадель Идершолоса, где родилась ведьма и изменились они.       Зайдя в цитадель, они замерли, встав в круг в центре главного зала. Ожидая прихода другого, кому они смогут служить. И стоят они уже триста лет и три ночи в ожидании. Сердца их желают битвы, а мечи крови. И утонет Камелот в крови, если их призовут на службу, ибо рыцари Медиры не знают жалости и пощады.       Мерлин посмотрел на Артура и замер, тот с таким интересом слушал его, что он даже растерялся и оглянулся назад на рыцарей, так как позади тоже чувствовал взгляды. Все немного ошарашено смотрели на него. Артур мотнул головой, словно стряхивая наваждение. — И после этого ты говоришь, что это история? — фыркнул. — Мерлин, история - это скучная, нудная, пусть и полезная вещь. А твой рассказ ничем, кроме как «сказкой», не назвать. — А мне понравилось, — тихо прошептал один из сквайров, и Артур тут же повернулся, чтобы посмотреть на наглеца, но все рыцари сделали честные-честные глаза, так и говоря: «Это ветер. Мы вообще молчали, сир». Мерлин издал смешок. — Как скажете, сир, но если я буду прав, и сказочных рыцарей кто-то разбудил, и они такие, как в истории, то Вы громко назовете себя идиотом!       Артур фыркнул, считая всё это глупостью. Но кивнул.       Мерлин расплылся в улыбке. Хоть что-то хорошее будет сегодня. И всё же на душе у него было неспокойно. Что-то обязательно должно было случиться.

***

      Располагалось монументальное строение в гуще леса, неподалеку от дельты двух рек. И, несмотря на живописность места, цитадель выглядела мрачновато. Город, что когда-то защищала она, давно уже разрушен. Люди не желали жить в проклятом месте и сбежали отсюда. Мерлин оценивающим взглядом осматривал окрестности и само каменное строение, единственное, что сохранилось здесь. Все остальное давно поросло травой и разрушилось под влиянием времени и природы.       Старинная цитадель стояла на возвышенности. Серые каменные стены, массивные кованые решетки на узких окнах пугали и манили. Цитадель-легенда, хранившая в стенах и подвалах много тайн. От огромных стен веяло холодом. Некие потусторонние силы до сих пор витали вокруг. И тихий шепот слышался на грани сознания. Или это только шелест жёлтой листвы, срывающейся с веток?       Рыцари спешились и зашли внутрь жуткого строения. Скрип поднимаемой массивной решетки, гулкое эхо шагов раздавалось даже слишком громко, из-за чего молодые люди останавливались и тщательно прислушивались. Но в ответ им раздавалась лишь тишина.       Разделившись на группы, они стали прочесывать цитадель.       Коридоры запутанные, длинные и пустынные вели их мимо бесчисленного множества комнат. Серость, темные краски приводили все чувства в напряжение. Кажется, здесь сами стены отдавали отголосками стонов. Где-то слышалось, как капля воды приземляется на пол и словно точит его своим холодным прозрачным плеском.       Преодолев первый пролёт лестницы, они оказались на лестничной площадке, на её стене висел большой портрет, потрепанный временем. На портрете была изображена молодая женщина приблизительно двадцати лет, на ней надето светло-зелёное платье, она сидела в кресле и улыбалась. — Это ведьма Медира? Ну, она красивая, — заметил Леон, разглядывая потрет. — А они большие, — высказался самый молодой среди них. — Куда ты смотришь? — весело спросил третий. — Э? Никуда! — Леон, Эли, Курин. Как у вас дела? Что-нибудь нашли? — поинтересовался Артур, мазнув взглядом по портрету. — Нет, сир. Здесь никого нет. — У нас тоже ничего. — Из-за поворота показались ещё двое рыцарей, Ивейн и Огун. — Нам попались только несколько мышей. Скучно.       У Артура и Мерлина тоже не было никакого прогресса. Да, как ни посмотри, здесь уже давно никто не появлялся, даже рядом с цитаделью, не говоря уже о посещении ее самой. Во всяком случае, даже полы в коридоре были покрыты плотным слоем пыли, а сохранившиеся железные элементы обстановки затянуты паутиной.       Они прошли дальше уже вместе. Вскоре упёрлись в тупик с большими створчатыми дверьми.       Тяжелые двери открылись с трудом, петли давно заржавели. — Такие звуки как раз для замка с приведениями, — мрачно буркнул Леон. — Призраков не существует, — бросил Артур. — Нет? — удивился Мерлин и начал лекцию. — Существуют живые духи, называющиеся расы, иллюзорные духи, называющиеся фантомами, злые духи, называющиеся спектрами, и приведения, что застряли между жизнью и смертью, потому как сожалели о чем-то, что не смогли сделать при жизни, настолько, что это заставило их остаться в мире живых. Это, между прочим, факт, и маги могут спокойно призвать мертвых, — он в упор посмотрел на Артура, и тот, вспомнив, что общался со своей матерью, кивнул, признавая правоту Мерлина. — Уауауаа, я-не-слу-ша-ю! — Чтобы не слушать, Эли, ещё один молодой рыцарь, руками закрыл уши. Как дитё малое. Все хмыкнули и быстро осмотрели большой зал. Осматривать было нечего. Просторная комната с высоким потолком и каменными круглыми колоннами по краям с нишами. Разбитая роскошная люстра с остатками свечей, в былые времена висевшая под потолком, сейчас расколотая просто валялась на полу. Комната была на удивление пустой, не считая канделябров и огромных клеток со скелетиками крупных животных, что, видимо, были тут собраны в качестве трофеев. Всё более-менее ценное давно растащили. Оставшееся было покрыто пылью и паутиной. Единственным, что выделялось и было более-менее чистым, был очаг для огня в центре комнаты. Его явно недавно зажигали. Но это всё. — Как я и думал, все эти легенды врали и тут никого нет, — довольно заключил Артур, но Мерлин, посмотрев назад, куда не смотрели рыцари, хмыкнул: — Думаю, они не согласны называться «никем», — весело произнёс он. Все тут же обернулись и замерли в страхе, увидев семь высоких воинов, одетых в черные кольчуги, с железными масками на лицах. — Лучше извиниться, вдруг они обиделись, — продолжал весело говорить Мерлин, смотря на Артура. Несмотря на то, что меч чародей достал, как только зашёл в цитадель, а другие рыцари только теперь, он даже не думал напрягаться и вставать в стойку.       Никто, конечно, извиняться не стал. Черные рыцари напали стремительно. Через пару минут, когда должны были быть первые мертвые враги, выяснилось, что меч им нипочём. — Они бессмертны! — закричал Эли. — Конечно, — весело произнёс Мерлин, отражая удар, что предназначался молодому рыцарю, и быстро запихивая врага в одну из клеток, вставляя длинный канделябр между прутьями. Рыцари Медиры может были сильны и бессмертны, но явно не блистали умом. Укрепив клетку магией (а то ещё сломается), он то же самое стал проделывать с остальными.       Закончив с последним, он устало смахнул пот и заметил удивленных рыцарей Камелота. — Что? Рыцари Медиры бессмертны! Вы что, до изнеможения хотели с ними сражаться? — А клетки выдержат? — с опаской спросил Эли, а Кирон и Огун подошли к одной и резко отпрянули, ведь чёрный рыцарь резко подался вперед, пытаясь схватить любопытных за шеи. Клетка опасно покачнулась, но была слишком тяжела, чтобы сдвинуться с места. — Нет, конечно, радуйся, что до сих пор не развалились. Рыцари Медиры обладают нечеловеческой силой. — О-о-о, — молодые рыцари с любопытством смотрели на пленников, пока можно было делать это безопасно. — Что Вы, сир, там говорили, что Мерлин боится, и мы едем для его спокойствия? — спокойно так поинтересовался сэр Леон у Артура, который с трудом подобрал челюсть с земли. — Он сам сказал вас взять, — оправдывался принц. — Ну, не будь нас, сквайры могли и погибнуть, — задумчиво протянул Ивейн, так как сам дважды отразил смерть от остальных. — И как их убить? — заинтересованно начали спрашивать Мерлина юные рыцари, не обращая внимания на старших товарищей. — Всё просто, — подняв один палец вверх, Мерлин состроил важное выражение лица, но улыбка и веселость так и проскальзывали в голосе. — Первое, рыцарей кто-то пробудил. Нужно найти и убить его! Как и в истории, — с нажимом произнёс Мерлин, смотря на Артура, — они остановятся, но, как мы знаем, не исчезнут. — Мы не знаем ни кто он, ни где сейчас находится. И что делать, прикажешь? — поинтересовался его Высочество. — Верно. Но это один способ. Второй проще. Убить черных рыцарей можно их же оружием, — поднимая с земли черный меч, сделал пару ловких движений, крутя меч в руках, и продолжил, — Эти мечи не обычные, их создали во времена древней религии, они закалены в пламени дракона и омыты слезами морской девы. — Из клетки, что стояла позади него, вышел черный рыцарь, всё же догадавшись, как открыть ее. Другие, увидев, попытались сказать об этом парню, но тот продолжил говорить, — Они, — маг перехватил меч, направив остриё назад, и резко ударил. Враг превратился в пепел. — Тут же исчезнут, стоит только нанести смертельный удар, — довольно закончил Мерлин.       А Артур не знал, что хочет больше: обнять или ударить Мерлина. Видя, как враг-чудовище подбирается со спины к его Мерлину, Артур понимал лишь, что не успеет. Что слишком далеко. Что сейчас на его глазах Мерлин умрёт, несмотря на то что он оказывается и мечом владеет, и смекалка у него есть, и голова работает! Когда Мерлин, даже не оборачиваясь, ударил мечом врага, а тот осыпался пеплом, Артуру хотелось только осесть на землю от облегчения, ноги его с трудом держали. Мерлин, словно ничего не произошло, кинул в руки Леона черный меч. — Давайте быстрее, и пойдем отсюда, — он передернул плечами и немного по-детски капризно произнёс, — мне тут не нравится.       Рыцари, подхватив оружие врага, быстро расправились со страшной легендой.       Пока рыцари были заняты, Артур подошел к Мерлину и, прислонившись лбом к его лбу, замер. — Артур, — немного смутился Мерлин и даже постарался отойти от принца. — Замри и заткнись, Мерлин, — буркнул блондин, выравнивая дыхание. — Ты знал, что тот вышел из клетки? — Она была хуже всех закрыта, я не глухой, да и на ваших лицах всё было написано. — Я за тебя перепугался, придурок. — Вот, теперь ты понимаешь каково мне! — немного обвиняюще произнёс Мерлин. — А мне ты даже меч раньше не разрешал таскать! — Прости, — шепотом произнёс Артур, заглядывая в синие глаза. Мерлин смягчил лицо и улыбнулся, чуть отстранился, чтобы смотреть прямо, а не исподлобья, и прикоснулся к скуле Артура тыльной стороной руки. Тот замер, боясь даже дышать, или просто забыл, что надо. Сейчас всё, о чём он думал, это Мерлин, что его сердце бьется, что глаза сияют синевой моря, что губы немного приоткрыты и так и просят поцеловать их.       *Бам-дзынь*       Звук заставил вздрогнуть обоих. Они совсем забыли про остальных. Артур возмущенно повернулся на шум, где стояли рыцари, явно пытаясь поймать один из канделябров, но не успели. — Мы закончили, сир, — прокашлялся сэр Леон, в голосе были извиняющиеся нотки. — Возвращаемся в Замок! — отдал распоряжение принц, рыцари поспешили смыться. Мерлин прыснул, сдерживая смех.       Однако, когда они прибыли к замку, у ворот их никто не встретил. Стражники неподвижно лежали на земле. Артур тут же подбежал к одному, чтобы проверить пульс. Другие рыцари достали мечи и в тишине крадучись передвигались. На улицах также лежали тела. Проверив пульс, они непонимающе переглянулись. — Они все спят. — Нужно найти короля! Будьте осторожны и постарайтесь не шуметь, — быстро отдал указания Артур и повернулся к Мерлину. — Я проверю леди Моргану. — Хорошо, — кивнул тот, — будь осторожен.       Принц побежал вперед с рыцарями, а Мерлин пошёл в покои ведьмы. Лицо его потемнело от злости.       «Ты умрешь, Моргана Пендрагон».       Мерлин быстро преодолел расстояние и очутился в покоях любимой дочери Камелота. Комната была пуста, но, пройдя мимо окон с тяжелыми занавесками, в последнюю секунду он перехватил руку с ножом. На Мерлина уставились испуганные зелёные глаза. — Мерлин, — в ужасе произнесла она, — Прости, я не знала, что это ты!       Мерлин церемонится не стал и, схватив девушку за шею, припечатал к стене. Глаза его опасно покраснели, мерцая кроваво-красным светом. — Я предупреждал тебя, Моргана, если пойдешь против Артура и Камелота, я убью тебя, — замогильным голосом произнёс чародей, сдавив тонкую шейку сильнее. — Нет, стой, это не я! — Врёшь! — Мерлин, клянусь, я не знаю, что происходит, — задыхаясь, хриплым голосом продолжила, — Я тренировалась со свечами, как ты и сказал, потом пошла на обед, а они вдруг стали засыпать! Я не знаю, что случилось. — Моргана в ужасе смотрела на парня.       Мерлин ослабил хватку, но руку не убрал. Он задумался, осматривая девушку. Она выглядела измотанной. — Ты хочешь спать? — Да, я сильно устала, как ты и предупреждал, но хотела дальше продолжать, у меня почти получилось зажечь десять разом. А после услышала колокол и пришлось идти на обед. Я правда ни при чем! Они сами уснули, — Моргана уже плакала.       Мерлин смягчился и убрал руку от шеи, даже провёл рукой по тёмно-каштановым волосам, успокаивая. — Тшш, прости, — глаза вновь стали синими. — Ты очень желала не заснуть, да и, наверняка, когда услышала колокол, хотела, чтобы сейчас была ночь и тебе никто бы не мешал продолжить магичить? — Да, — всхлипнула начинающая ведьма. — Думаю, твоё желание, чтобы была ночь, усыпило остальных. Ты довольно сильная ведьма, но необученная, и ты долго сдерживала в себе магию, поэтому так и получилось. — Так это я всех усыпила, — удивилась леди, даже слёзы высохли. — Да. Сомневаюсь, что тебе удастся повторить такое, но, да, ты сильная ведьма, — продолжая немного поглаживать по голове, говорил Мерлин, сидя рядом. — Прости, что напугал. Но кто-то разбудил Рыцарей Медиры, что должны уничтожить Камелот, а тут все спят, даже напрягаться не нужно, чтобы убить всех, и твоя магия. Я… — Ты решил, что я сговорилась с кем-нибудь? Мерлин? Ты же меня знаешь! — Именно потому что знаю, я тебя сразу и обвинил. Чтобы ты поняла, объясню. Мне, когда я только пришел сюда, рассказали предание, древнее , как сам мир. В нём говорится обо мне, Артуре, тебе, Мордреде и ещё много о ком. В этом предании четко известно, что ты и Мордред станете погибелью Артура. Что вы враги, которых лучше уничтожить сразу, пока вы не набрали сил. — Он прикрыл глаза и тяжело вздохнул. — Я не смог. Не смог убить тебя или Мордреда, вы ещё невиновны, вы ничего не сделали. Вы - не зло, — он прямо посмотрел на неё. — Вы хотите добра. Всем. У меня были возможности избавиться от вас, просто не помогая вам. Мои руки были бы чисты. Но вы мне дороги, вы друзья, а Мордред, наверное, как младший брат, — устало потер шею, — Я не смог бы молча смотреть, как вы умираете, и всегда вам помогал и отводил беду, пусть вы и не знали об этом. Но сегодня. Сегодня я испугался, что допустил ошибку, дав второй шанс, Моргана, прошу пойми меня и не держи зла. — Если убить Артура моя судьба? Почему же ты… Мерлин, это ведь глупо! Артур может пострадать, а ты спасаешь и щадишь его убийц? — Ни ты, ни Мордред пока не пытались его убить. Судьбу можно изменить, она меняется каждую секунду здесь, в настоящем. И только тебе решать, каким будет будущее.       Моргана задумалась, а после гордо подняла голову. — Я клянусь своей жизнью, что никогда не наврежу Артуру Пендрагону и его королевству, буду верной сторонницей и соратницей, если и свяжусь с врагом, лишь по незнанию или чтобы заманить в ловушку, — её глаза засияли золотым светом. Клятва была принята. Плечи Мерлина расслабились, и он рассмеялся. — Я смеюсь не над тобой, — поспешил заверить её Великий Волшебник и по доброму улыбнулся. — Ты удивительная, Моргана, спасибо за клятву.       Та тоже приподняла уголки губ. — А теперь пойдем, найдем Артура и узнаем, как дела.

***

      Артура они нашли в одном из коридоров, тот, взяв под мышки и временами останавливаясь, тащил спящего короля и явно немного устал. — Мерлин! Помоги мне! — Артур отпустил отца, пытаясь отдышаться. — Нужно его спрятать, пока не поймём, что происходит! — Можем ещё его переодеть, чтобы не узнали, — внёс предложение. — Отличная мысль! — тут же обрадовался и похвалил Артур. — В платье. — Мерлин, он король! — В красивое и дорогое платье, — исправился Мерлин. — МЕРЛИН!!! — закричал взбешенный принц. — Артур, успокойся, всё хорошо, — постаралась успокоить брата Моргана. — Ничего хорошего! — кричал Артур. — Кто-то напал на нас, и может совсем скоро к стенам подойдет армия! А мы беззащитны! — он был в панике и не знал, что делать. Он лихорадочно взмахивал руками и всё время порывался куда-то идти. Мерлин понял, что нужно прекратить дурачиться и успокоить своего принца, или тот от беспокойства сойдет с ума. — Мы убили рыцарей Медиры, думаю, планы сорвались, подождем, и все проснутся, — внёс предложение. — Или можно дать понюхать им нашатырь, возможно он поможет. — Можно попробовать, — тут же воспрянул духом Артур. — Хорошая идея. — кивнул. — К Гаюсу, — отдал распоряжение.

***

      Нашатырь помог. Разбудили короля, нескольких рыцарей и, конечно, Гаюса. Люди проснулись довольно быстро. И Мерлин вздохнул спокойнее. Сейчас разбуженные рыцари должны были пройтись по улицам и разбудить жителей. Конечно поясняя, что случилось. — Так, значит, вам удалось остановить нападение? — потирая шишку, которую набил, когда падал, уточнил детали Утер Пендрагон, сидя на своем троне. Моргана сидела на своем стуле рядом с троном. Гаюс осматривал шишку короля. Пять рыцарей, что были вместе с принцем в цитадели, и Мерлин стояли по бокам. Артур стоял прямо перед троном и рассказывал, как всё было. — Да, отец. Мы расправились с угрозой рыцарей Медиры, и у неизвестных врагов план захвата провалился. Вскоре все люди проснутся. — Жаль, что не показался враг. Он может вновь ударить. — покачал головой, но довольный посмотрел на воинов, — Хорошо справились, молодцы. — И ещё кое-что, — Артур бросил взгляд на Мерлина и, вздохнув, громко произнёс, — Я - ИДИОТ, раз считал Рыцарей Медиры сказкой. Признаю.       Утер удивлённо приподнял бровь, не понимая самокритичность сына.       Но вот шестеро (не считая самого принца) поняли причину.       Мерлин настолько светился радостью, весельем и счастьем, что мог с легкостью подрабатывать солнцем на полставки. Улыбка и вовсе не помещалась на лице.       Пятеро рыцарей прятали улыбки. Оставаться спокойными, когда рядом стоит счастливый Мерлин, они не могли. Артур тоже дёрнул уголками губ, наблюдая краем глаза за Мерлином. Радовать парня ему нравилось, и в душе тут же расцветал теплый цветок, что согревал изнутри.       Утер ещё раз немного удивлённо посмотрел на компанию, но, видимо, догадался, в чем дело, и не стал ничего говорить. — Свободны.       В Камелоте закончился ещё один день, наполненный сражениями и магией. И Артур получил свой поцелуй на ночь в благодарность, что сдержал слово в шутовском пари. И что, что в лоб? Главное же начало, а там и на кровати принца станет меньше места, так как засыпать он будет не один.