A Merman's Tail

Героический поступок Кастиэля был плохо воспринят русалками. Узнав о том, что его сын дрался с тигровой акулой за жизнь человека, царь пришел в ярость. – Тебя могли убить, Кастиэль! – прорычал царь Чак. Он был хоть и маленьким русалом, но самым могущественным во всем океане. А еще он был очень добр; казалось бы, единственное, что испытывало его терпение, был младший сын. – Я спас человека, – ответил Кас. – Рискуя собственной жизнью. Ни один человек не стоит того, Кастиэль, – сказал царь Чак. – Он заслуживал жизни. Ничего плохого я не сделал, проявив сострадание к человеку, отец. – Я еще мог терпеть твой интерес к людям… пока он не ставил в опасность твою жизнь. С этих пор держись подальше от людей, ты понял? – спросил Чак. Кастиэль стиснул зубы, затем повернулся и уплыл прочь. * * * Между тем, мужчина, которого спас Кастиэль, был непростым человеком. Это был Дин, принц Винчестерский. И когда он вернулся во дворец, целый и невредимый, в подозрительно добром здравии, то не мог перестать говорить о человеке, спасшем его. – Говорю же тебе: он настоящий, – сказал Дин, лежа в кровати и начисто игнорируя стоящий перед ним поднос с едой. – Ладно, Дин… – Сэм, его младший брат, примирительно кивнул, – только съешь сначала свой завтрак, договорились? У тебя была тяжелая ночь. – Да неужели? Я выпал за борт, а вы даже не потрудились искать меня! – воскликнул Дин. – Какому-то незнакомцу пришлось спасать меня. – О да, и незнакомец тот обладал потрясающими голубыми глазами и самым пленительным голосом, который ты слышал? Дин, у тебя, скорее всего, были галлюцинации, – произнес Сэм. – И вообще-то мы искали тебя. Мы отправили лодки на твои поиски так быстро, как только смогли. Я так переживал, что всю ночь глаз не сомкнул. Эллен и Джо места себе не находили. Дин виновато посмотрел на Сэма. – Ладно, мне жаль, - произнес он. – Но он был настоящий, слышишь? У меня не было глюков, – настаивал он. – Как скажешь, – с улыбкой произнес Сэм, – а теперь ешь свой завтрак. – Я хочу найти его, Сэм, – серьезно сказал Дин. – Я обязан ему своей жизнью. – Не беспокойся, – заверил его Сэм, – любой, кто спасет принца, заслуживает награды. Мы оповестим королевство, чтобы начать поиски. Дин кивнул и наконец переключил свое внимание на поднос с едой. * * * Кастиэль вернулся в бухту, где оставил человека, и обнаружил его неспешно прогуливавшимся по пляжу со своей собакой. Кас последовал за ним, издали наблюдая, как мужчина бросает в воду камни и ходит взад-вперед. Кастиэль следил за ним уже несколько дней, и каждый день человек возвращался на этот берег в одно и то же время, гулял около часа, затем уходил. Однажды он пришел с человеком-гигантом, и Кас подплыл как можно ближе, чтобы подслушать их разговор. Именно тогда он узнал имя мужчины, которого спас: Дин. Другого человека, его брата, звали Сэм – они были принцами и жили в огромном замке на берегу. После того как они ушли с пляжа в тот день, Кастиэль подплыл к замку в надежде увидеть там Дина. Как только он достиг берега у замка, то услышал звуки музыки и смех. Он спрятался за камнями и издалека начал подглядывать за танцующими на песке людьми. Большой костер освещал их счастливые лица. Солнце медленно клонилось к закату. Они праздновали чудесное возвращение их принца. Дин был там, он сидел на песке со своей большой черной собакой, бутылкой в одной руке и палкой – в другой. Он бросал палку, и собака бежала за ней. Вокруг костра весело танцевали мужчины и женщины, они прыгали и двигались, а Кас смотрел на их ноги. Он задумался, каково это, иметь ноги? У всех людей ноги были, конечно, разные, но это не имело значения. У одного мужчины был живот, как у рыбы фугу, и очень короткие толстые ноги. У другого парня ноги были тонкие, как палки, которые того и гляди могли переломиться в любой момент. А у брата Дин, Сэма, ноги были такие длинные, что те сваи, которые люди используют для строительства доков. Кас грустно посмотрел на свой необычный хвост. Если бы он только был человеком и имел ноги… никто бы не подумал, что он не такой как все. Никто бы не смеялся над ним или не прятался в страхе при виде его хвоста. Его бы приняли, он бы чувствовал себя своим. Кастиэль вновь посмотрел на танцующих людей. Сэм весело отплясывал вокруг костра, он остановился и попытался вытянуть Дина со своего места. Когда Дин поднялся, Кас впервые осознал, что у него была весьма забавная пара ног. Когда он стоял, они выглядели сильными и выгнутыми колесом, а при ходьбе подгибались, как щупальца у медузы, так что Кастиэль еле сдержал смех. Он перевел взгляд на лицо Дина, и у него перехватило дыхание. Это был действительно красивый мужчина. На загорелой коже виднелись веснушки, похожие на кусочки сияющего коралла, волосы его были цвета темного песка, а глаза горели яркой зеленью, цвета высоких деревьев, купающихся в солнечном свете на островах. Его улыбка напоминала солнечный свет, ослепительный и очень теплый. Кастиэль вдруг понял, что хочет дотронуться до лица Дина, провести пальцами по губам, чтобы почувствовать солнечное тепло лишь от одной его улыбки. – Я иду спать, – услышал он слова Дина, чье лицо раскраснелось от выпитого алкоголя. Вдруг, откуда не возьмись, рядом с Касом появилась черная лохматая голова. Кас вздрогнул, уставившись на животное перед ним. Казалось, прошла целая вечность, пока они играли в гляделки, прежде чем Кастиэль заговорил. – Привет, - произнес он. Существо ухмыльнулось и очень громко ответило: – ПРИВЕТ, ЧЕЛОВЕК-РЫБА!!! Кастиэль спрятался за камнем от этого животного. – Эй, детка! – услышал он крик Дина, и собака рванула обратно на берег. Когда Кас снова осмелился выглянуть, собака была уже возле Дина, который с любовью зарылся пальцами в ее мокрую шерсть. – Какого черта ты лаешь на волны? – спросил Дин. Собака опять гавкнула. – Я видела человека-рыбу! – услышал Кастиэль, как пролаяла собака, но Дин ее не понял (как он мог? Он ведь был человеком) и позвал псину за собой. Вытянув шею, Кастиэль смотрел, как они удаляются прочь. * * * Ночь становилась темнее, и Кастиэль быстро приплыл обратно во дворец. Последние несколько дней он тайком сбегал, только чтобы увидеть Дина на берегу. Если бы его отец узнал об этом, у него были бы неприятности. Однако неприятности сами нашли его в ту ночь. Из глубин океана поднялась фигура с огромными щупальцами и преградила ему путь домой. Это был морской демон Кроули. – Не мог не заметить твой интерес к человеческим существам, – сказал Кроули, изучая одну из присосок на своем шестом щупальце. – Я пришел предложить тебе сделку… Но Кастиэля было не так просто обдурить. – Я не заключаю сделки с демонами, – прямо заявил он. – О, уверен, что мое переложение покажется тебе очень заманчивым, – возразил Кроули. – Раз уж тебе так нравятся люди…. я подумал, как было бы мило с моей стороны дать тебе шанс стать одним из них. Кастиэль приподнял бровь – единственный признак удивления в ответ на слова Кроули. – Волшебства такого не существует. – Еще как существует, маленький русал, – проворковал Кроули, – за кого ты меня принимаешь? За мелкого второсортного морского демона? Я король всех демонов, Кастиэль. Я знаю заклятия, зелья и яды, какие твоему всемогущему отцу и не снились. Что-то скользкое обвилось вокруг хвоста Кастиэля, заставив его отпрянуть. Он посмотрел на свой хвост и увидел двух угрей, плавающих вокруг него. Ничего удивительного, что Кроули привел своих слуг на разговор с ним. Даже один электрический разряд этих угрей мог парализовать русалку на несколько часов. – Я могу дать тебе шанс, Кастиэль, – Кроули сделал паузу и пристально посмотрел на Кастилэля своими ярко-красными глазами. – Я могу сделать тебя человеком. Не этого ли ты желаешь? Сжав кулаки, Кастиэль сглотнул. Он прокручивал в голове мысль, что Кроули мог не лгать, что, возможно, это был его шанс стать человеком, ступить на землю, искупаться в теплых лучах солнца… и улыбки Дина. – Подумай об этом, – сказал Кроули с хитрой улыбкой и развернулся, чтобы уплыть восвояси. – Мэг, Руби… уходим, – позвал он своих угрей за собой. Напоследок те еще раз проплыли вокруг хвоста Кастиэля, а затем последовали за Кроули, исчезнув в облаке черных чернил. * * * На следующий день Кастиэль вернулся в бухту, чтобы понаблюдать за Дином. На этот раз один из его морских друзей решил составить ему компанию. – Зачем же ты следишь за ним? – спросил Алфи, рыбка в красно-белую полоску. – Я никогда прежде не использовал на ком-то столько исцеляющего волшебства. Возможно, в конечном итоге, я причинил ему боль, – объяснил Кастиэль, высовывая голову из воды, чтобы еще раз глянуть на Дина. Он нырял в воду каждый раз, когда взгляд Дина устремлялся в его сторону. – Ты имеешь в виду след, который оставил на его плече? – спросил Алфи. – Да. Такого не случалось раньше, – сказал Кас и остановился, чтобы высунуть голову из воды. – Как думаешь, Алфи, что он делает? – спросил он. Алфи вздохнул, собираясь сказать что-то, когда крик мужчины заставил его вздрогнуть. Кас быстро нырнул под воду, что бы спрятаться, но даже под водой он мог ясно расслышать голос. – Эй! Если ты там, покажись! – закричал Дин. Алфи нервно посмотрел на Каса: – Он заметил тебя? Кас покачал головой: – Он никогда меня не видел. Я об этом позаботился. – Тогда почему? – спросил Алфи. Крики продолжились, и Алфи внимательно наблюдал за лицом Каса, когда тот прислушивался к мужскому голосу. – Скажи, что я не сошел с ума! Скажи, что ты настоящий! Что… что я не выдумал тебя! – кричал Дин, обращаясь к океану. – Ты действительно спас меня. Пожалуйста, покажись! Лицо Кастиэля переменилось, как только он осознал, что его сердце стало биться быстрее и громче. – Пойдем, – сказал он Алфи, прежде чем уплыть прочь. Кас хотел выйти из воды, хотел подойти к Дину и обнять его. Это его встревожило. Он влюбился в Дина. Это открытие сбило его с толку. Он еще никогда ни к кому не чувствовал подобным образом... радость от одного только взгляда на лицо Дина и звука его голоса. И он хотел испытать это чувство снова. Сжав кулаки, Кастиэль поплыл прочь. В его ушах звучал голос Кроули: «Я могу сделать тебя человеком. Не этого ли ты желаешь?» * * * – И куда это ты сбежал на сей раз, Кастиэль? – спросил его Бальтазар, краб, царский советник, как только он вернулся во дворец. – Никуда особенно, – ответил Кастиэль и отправился в свою комнату. Бальтазар бросил на Алфи испытующий взгляд. Алфи нервно рассмеялся и метнулся следом за Кастиэлем. * * * На другой день Бальтазар шпионил за ними до самого берега. Он увидел, как Кастиэль в опасной близости подплыл к пляжу… так близко, что собака начала лаять, а человек почти заметил его. Бальтазар запаниковал. Он кинулся во дворец, чтобы доложить царю. Царь Чак пришел в такую ярость, что самолично потащил Кастиэля обратно во дворец и приказал страже охранять его. Тем временем, Бальтазар, обосновавшись у окна Кастиэля, наблюдал за тем, как юный русал, лежа на своей кровати, игрался с последними найденным артефактами. – Твой отец – добрый правитель. Он не был бы так зол на тебя, если бы ты слушался его повелений, – сказал Бальтазар. – Мой отец не был бы так зол, будь я нормальным, – возразил Кас. – Я знаю своего отца, Бальтазар. Он думает, что во всех этих слухах есть доля правды: что однажды я стану причиной его погибели. – Это все ложь, – сказал Бальтазар, – твой отец любит тебя. У всего, что он делает, есть свое предназначение, Кастиэль. Он просто хочет, чтобы ты был счастлив. Кас нахмурился: – Тогда почему же я не счастлив? – Возможно, это вопрос, который ты должен задать себе, – произнес Бальтазар, затем, потрясая клешнями, спрыгнул с окошка и направился к двери. – На этом позволь откланяться… у меня сегодня свидание с прелестным синим крабом, – сказал он, хитро подмигнув, – пожелай мне удачи. – Удачи, – без энтузиазма откликнулся Кас. * * * Когда Бальтазар вернулся той ночью, Кастиэля уже не было. * * * Несмотря на свои сомнения, Кастиэль принял решение. Он выскользнул из дворца и отправился прямиком в пещеру Кроули, чтобы заключить с ним сделку. И вот, морской демон вручил ему пузырек с красной жидкостью. – Это сделает тебя человеком. С головы до ног. А это значит, ты не сможешь использовать свое волшебство, – объяснил Кроули, – но заклятье действует всего один месяц… только если ты не заставишь человека влюбиться в тебя. – Ты имеешь в виду, что он должен провозгласить свою любовь ко мне? – в замешательстве спросил Кастиэль. – В общем и целом, да, – ответил Кроули. – Простого «Я люблю тебя» будет достаточно, – объяснил он. – Если у тебя ничего не выйдет, ты превратишься обратно в русала, как только сядет солнце на исходе этого месяца. – Почему не поцелуй? – спросил Кастиэль. – О, не смеши меня, – сказал Кроули, закатив глаза. – Тебе что, двенадцать? В эти времена все целуются, это уже ни о чем не говорит. Вот сердечное признание в любви, напротив – большая редкость. Кастиэль посмотрел на пузырек. – Через месяц я просто превращусь обратно? – спросил он. – Я не вижу, как это может принести тебе выгоду. Кроули снова рассмеялся и устроился на своем троне, построенном из костей китов. – На свою беду ты всегда был слишком умен, рыбка моя. Ты не просто превратишься снова в русала. Ты превратишься и станешь моим. Кастиэль нахмурился: – Что?.. – Ты будешь принадлежать мне, точнее твоя душа. Всю оставшуюся жизнь ты проведешь в качестве моего питомца, – сказал Кроули. Угри, которых он звал Мэг и Руби, извивались перед ним, и он ласково потрепал одну из них по голове. Кас подозрительно уставился на угрей. – Не таким питомцем, нет, – произнес Кроули, – ты слишком особенный, чтобы превратить тебя в угря. Думаю, мне бы хотелось иметь собственную большую белую акулу… У Кастиэля от удивления округлились глаза. – Как только заклятье кончится, ты обратишь меня в акулу? – Ты и так уже наполовину акула, люди боятся тебя и высмеивают за непохожесть. По крайней мере, у них появятся основания для страха. Но, как я и говорил, это произойдет лишь в том случае, если ты потерпишь неудачу. Если ты думаешь, что ради человека, которого ты спас, стоит рискнуть… тогда вперед, – сказал Кроули, указав на пузырек. Кастиэль взял его и внимательно уставился на красную жидкость, переливавшуюся внутри. Если у него не получится завоевать любовь человека, станет ли превращение в акулу таким уж наказанием? К тому же, если он станет настоящей акулой, над ним перестанут смеяться. Больших белых боялись, но уважали. – Кастиэль, не надо! – услышал он крик Бальтазара. Оглянувшись, он увидел у входа в пещеру Бальтазара и Алфи. Кроули цокнул языком. – Терпеть не могу, когда ко мне заявляются без приглашения, – произнес он, щелкнув пальцами. В ту же секунду на краба и маленькую рыбку набросились угри. – Если я выпью, обещай мне, что не навредишь им, – потребовал Кастиэль. – Конечно. Все равно это ниже моего достоинства, причинять вред таким незначительным существами, – ответил Кроули. Кас глубоко вздохнул и откупорил крышку. – О, я забыл кое-что еще, – произнес Кроули. Кас остановился и испытующе посмотрел на него. – Зелье обладает неким побочным эффектом. – Побочным эффектом? – Да… ты выпьешь зелье, но взамен должен оставить в пузырьке что-то особенное, что есть в тебе. – И что же это может быть? – спросил Кастиэль, хотя уже начал догадываться, о чем пойдет речь. – Твой голос, – сообщил Кроули, радуясь удивлению на лице Каса, – это небольшая плата за пару хорошеньких ножек, уверяю тебя. – Мой голос, – повторил Кастиэль. Он никогда не видел ничего хорошего в своем голосе. Для его отца это, наверное, была единственная вещь, за которую он им гордился. – Мне нет прока от моего голоса, – сказал он и, в конце концов, прижал пузырек к губам. Алфи и Бальтазар с ужасом смотрели, как Кастиэль пьет красную жидкость. Они попытались закричать, но угри зажали им рты. Тем временем, пока Кастиэль проглатывал жидкость, красные глаза Кроули зажглись интересом. Вместе с тем, как исчезало из пузырька зелье, он постепенно наполнялся голубым светом. Свет становился все ярче и ослепительнее, пока не поглотил всю пещеру своим сиянием. Потом он пропал. Несколько мгновений ничего не происходило, и Кастиэль озадаченно смотрел на пузырек. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не смог, тогда он испуганно посмотрел на Кроули. Демон лишь жестоко ухмыльнулся в ответ. Затем он почувствовал это: боль, настолько сильную, будто сотни угрей ударили его током одновременно. Последнее, что он увидел, прежде чем все потемнело перед глазами, были встревоженные лица Алфи и Бальтазара. * * * – Прошло уже больше недели, Дин, – сказал Сэм, когда они прогуливались по пляжу. – Никто не видел таинственного мужчину с голубыми глазами, о котором ты постоянно твердишь. – Я не собираюсь сдаваться, Сэмми, – ответил Дин, глядя, как Импала резво бежит впереди него по берегу. – Тот мужчина спас мою жизнь, я хочу достойно отблагодарить его. – Тебе никогда не приходило в голову, что это могли быть просто галлюцинации, – спросил Сэм. Дин бросил на него испепеляющий взгляд, и Сэм покачал головой: – Ладно, ладно… Не буду больше это говорить. Просто каждый раз, когда ты описываешь его, получается, что он выглядит совершенно в твоем вкусе. – Я не выдумал его, понятно? – пробурчал Дин. – Хотел бы я, чтобы это было не так… Тогда бы я просто выбросил его из головы. – Что ты скажешь ему, если найдешь? Спросишь, откуда взялся этот отпечаток ладони на твоем плече? – спросил Сэм. Дин посмотрел на свою руку и нахмурился. – У меня есть предчувствие, что он не просто человек, Сэмми, – задумчиво произнес Дин. – Последний раз говорю, Дин, русалок не... Громкий лай Импалы привлек их внимание, двое мужчин направились дальше по пляжу, и тут они увидели его: обнаженного мужчину, выброшенного на берег. – Срань господня, – выругался Дин и кинулся к нему. Сэм помог ему вытащить мужчину, который был без сознания, из воды и перевернуть его. Дин судорожно выдохнул: – Это он! Сэм проверил пульс мужчины – тот был жив. – В каком смысле «он»? – спросил Сэм. – Тот, кто спас меня. * * * – Они забрали его! – в панике вскричал Алфи. – Бальтазар, люди забрали его! Что нам делать? Бальтазар смотрел, как двое мужчин уносят Кастиэля прочь. – Единственное, что мы можем сделать – убедиться, что человек полюбит Кастиэля.