you flower, you feast

«День», в человеческом смысле этого слова, Бога Преисподней обычно цикличный, рутинный и неизменный. Чаще всего Луи сидит на своем троне из железных черепов, слушая, как его приспешники болтают о преступности и политике верхнего мира. Все это очень скучно и быстро надоедает. Именно поэтому, он прерывает их спрашивая: — Где Элеонор? — Ее последняя сделка только что закончилась, мой Господин, — отвечает меньший демон. — Она прибудет к двум. Элеонор, это его преданный друг. Она всегда прибывает вовремя. Не слишком рано и никогда не поздно. Другие, приходят и слоняются вокруг, тем самым раздражая Луи. Только она знает, насколько сильно ему важно его личное пространство. И он ценит это в ней. Хотя, если быть честным, то и на быстрые беседы у Элеонор еле хватает времени. Ведь быть студентом университета или, по крайней мере, притворяться одним из них, является очень суетливой работой. Все её свободное время она проводит в Оксфорде, Манчестере и Кембридже занимаясь «поисками», не все знают, что это всего лишь приманка для молодых, ничего не подозревающих людей, подписывающих коварные сделки. В два, Луи может практически услышать, как гравий хрустит под шинами ее Mini-Cooper*. Игра в человека также означает, что Элеонор использует человеческий вход в подземный мир: Очаровательный, в Викторианском стиле, находящийся на Примроуз-Хилл*, для любого смертного выглядит, как типичный дом, типичного миллиардера. Черный забор из кованого железа отделяет имущество от дороги. Белый фонтан находится в центре, а вокруг него черные, блестящие Bentley, Audi и Rolls Royce*. Да, Луи любит хорошие машины. Внутри, всё выглядит так же красиво, так же по-человечески. Большой холл из черного и белого мрамора, столовая, где Луи никогда не принимал гостей, большая кухня, где он никогда не готовил еду. Но то, что Луи считает своим настоящим домом, находится этажом ниже. Да, все так просто. Спуститесь по винтовой лестнице в конце зала, и вы окажетесь в подземном мире. Элеонор входит, как только Луи допивает свое первое пиво. — Эль, — приветствует ее Луи. — Давай же приступим к работе. Девушка кивает и достаёт свой iPhone. — Могу начать? Луи машет слуге, чтобы тот принес ему еще пива, он знает, оно ему понадобится. Сегодняшний отчёт, как и вчерашний, включает обширный список нарушений, совершенный его младшими братьями. Зевс, или Зейн, как его любят называться сейчас, воскресил павшего солдата в Сирии. Посейдон, который в наши дни приходится Лиамом, сделал то же самое для мальчика, который утонул в бассейне. И Аполлон, который Найл, сделал это для хирурга, попавшего в смертельную автокатастрофу. Воскрешение человека, это, конечно, не страшное дело по человеческим меркам. Но когда человек умирает, судьбу его души, решает Луи. Он выбирает, кто получит второй шанс, а не его братья. После многих тысячелетий, он убежден, что они существуют просто для того, чтобы сделать его жизнь более несчастной. Они знают, как работает система, но им, видимо, просто все равно. Для них в большинстве случаях, это просто игра, шутка и время от времени Луи прощает им эти шутки, потому что Бог знает, вечность может стать, действительно, скучной. Но Луи должен поставить братьев на место. Ведь если они не прекратят— Огонь, горящий в тронном зале, вспыхивает ярко и жарко, Луи непроизвольно смеётся над всей этой иронией. Элеонор же поднимает бровь. — Начинай, — нетерпеливо говорит Луи. Ее руки плотно скрещены на груди. — Когда ваши братья ведут себя бесконтрольно, их последователи берут с них пример, и делают то же самое. Они ослабляют вашу власть и контроль над преисподней, у них складывается впечатление, что Аид слаб, не сфокусирован и его защита ослаблена. Да уж. Если они не успокоятся, Луи придется вести войну с ними.Одна только мысль об этом истощает его. Войны между богами — это очень утомительные дела. Никто не проигрывает (если не считать демонов и ангелов, которые на самом деле умирают), никто и не выигрывает. Все кончается тем, что он и его братья становятся уставшими или голодными, поэтому последние уходят в Царство облаков Зейна, на праздник. Это, конечно же, не решение проблемы. Это просто пустая трата времени, в чем, возможно, и есть смысл. Даже размышлять о логистике войны скучно. Поэтому Луи лениво гладит голову своего адского пёсика, Цербера. Его веки тяжелеют и он даже хотел бы вздремнуть. Или потрахаться. Но он не хотел бы спать со своими обычными супругами. В последнее время, единственный, которого он жаждет, это человек. Гарри. — Луи. Он пристально смотрит на нее. Она не должна его так называть перед остальными. Окружающие забавятся, когда видят, как их Господин оспаривается. Либо они все плохо слышат, либо он стал мягче. Очевидно, его никто не слушает. — Ваше Высочество, — Элеонора скрипит, как будто произносит слово «мошонка». Губы Луи дергаются. — Это все немного притянуто, ты так не думаешь? — спрашивает он. Показывая щель между большим и указательным пальцами. — Ты хочешь, чтобы я начал войну из-за того, что несколько ангелов решили немного развлечься? Элеонор поджимает губы. — За последний месяц погибло пять демонов. Последний был как раз в Бирмингеме. Молодой человек, Луис, родился всего год назад. Высокомерный и глупый, да, но он не заслужил избиения, которое получил от группы из пяти ангелов решивших немного "развлечься". — Она использует воздушные кавычки. — Я все еще преувеличиваю? А когда один из твоих братьев решает, что имеет право делать твою работу. Его люди решат, что твои люди тоже ни на что не годятся, понимаешь?! Луи приподнимает подбородок, сузив глаза. Он молчит некоторое время, все другие демоны напряжены, потому что никто не имеет права говорить с Луи таким образом. Здесь и есть та разница между ней и ними. Никто из остальных не заставит его их слушать. Поэтому Луи откинулся на своем троне и обдумывает лучший ход действий. — Я слышал достаточно, — говорит он через минуту. — С ними поговорят. Элеонор отступает, ее недоверие ясно. — Что-нибудь еще? — Спрашивает Луи. — Ваш человек не вернулся в дайв-бар, — говорит она. Впервые за весь диалог она привлекла его пристальное внимание. И её ухмылка говорит, что она это знает. — С вашего позволения, я могу выследить его… — Нет. — Луи ставит свою бутылку пива рядом с собой. — На этом и закончим. Элеонор колеблется, но затем кланяется и уходит, гладя Цербера по дороге у двери. Одним движением руки Луи прогоняет других демонов. Они все кланяются и спешат выйти из тронного зала. Луи поворачивается на своем троне, бросая ноги на один подлокотник и упираясь спиной в другой, закрывает глаза… Думая, конечно же, о нем.