Посмотри с другой стороны

      — Холодно-то как, Моргана задери!       — Захлопни пасть, Гойл, — прошипела я, спрыгивая со ступенек в протянутые Драко руки.       Морозный осенний воздух нагорья заставил поежиться. Ветер игриво забрался под мантию и морозным потоком, будто предвещающим не осень, а скорую зиму, пробежался по позвоночнику. Дабы не оказаться растоптанными толпой ошалевших от радости первокурсников, мы поспешили скорее отойти от Хогвартс-Экспресса.       «Слава высшим силам, что я вытащила этих идиотов из купе за минуту до того, как сработало оповещение», — крутилось в голове, пока я шагала вперед по платформе к началу поезда, потирая руки в попытках согреться.       Кто сказал, что школьные мантии теплые? Чушь!       И правда, стоило мне заколоть полотно на груди небольшой серебряной брошкой в форме паука и выйти из купе к уже переодетым мальчишкам, по вагонам разнесся громкий голос машиниста. «Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут. Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно». В этот же момент из всех купе начали высовываться любопытные, побледневшие, и в какой-то мере позеленевшие от волнения мордашки, в коридорчике быстро возникла жуткая толкучка — кто-то все-таки пытался взять с собой багаж, он сопротивлялся и прыгал обратно на полки, грозясь зашибить первокурсников, а я, выскакивая в тамбур и утягивая за собой Драко, в очередной раз пожалела о том, что мне нельзя было поехать туда вместе с Северусом. Традиции, мать их волшебницу!       Вот и сейчас, стремительно лавируя меж первокурсниками, я продвигалась к началу поезда и уже видела маячащую, словно скала на горизонте, фигуру лесника, от волнения постукивающего палочкой-зонтиком по каменной брусчатке.       — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! — грохотал над платформой его низкий голос. — Анастейша! Рад видеть!       Тяжелая рука ласково коснулась моего плеча, легонько потрепав. Хагрид игриво подмигнул, но тут же направил взгляд куда-то вглубь платформы и нахмурился.       — Первокурсники! Все сюда! Быстрее! И не толкаемся! — он оттеснил меня от основной массы, будто задвигая к себе за спину, и, проходя мимо Драко, сделал несколько шагов, продвигаясь в кишащую детьми гущу.       Обернувшись, я мельком успела углядеть рыжую макушку, скорее всего Рональда Уизли, который придерживал за руку кого-то, споткнувшегося на мостовой. В толпе так же мелькнуло лицо Забини и макушка-швабра Гермионы.       — И все-таки верно сказал отец, у этого сброда никаких манер, — пробурчало стоящее рядом со мной и насупившееся от недостатка внимания белобрысое чудовище. Краем глаза я увидела, как сошлись на переносице полупрозрачные брови.       — Малфой, родной, скажешь еще одно слово о моем друге в подобной форме, и я принципиально поступлю на Когтевран, — не осталась в долгу я, приподнимаясь на носочки, пытаясь выцепить взглядом из общей массы Нотта. Получалось плохо. Очередная кудрявая макушка оказывалась не с тем лицом.       — Кому ты там нужна, ты сама среди этих книжных червей через неделю взво... — очередное бурчание перебил Хагрид, борода которого слишком резко закрыла мне обзор на толпу.       — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной! — и вот зонтик уже зажат под подмышку, а в руке лесника оказывается фонарь, который тот поднимает высоко над головой и, чуть размахивая им, изредка оборачиваясь, он продолжает периодически повторять. — Здесь узко! Разбейтесь на пары! Живей-живей! Все за мной, первокурсники!       Я тут же нашла руку Драко, что-то продолжавшего недовольно шептать себе под нос, и двинулась прямо вровень за спиной лесника — как говорил Билл, лучше идти впереди: так риск и задохнуться, и споткнуться намного меньше. Чуть поскальзываясь, придерживаясь друг за дружку, мы шли след в след за Хагридом по дорожке, резко уходящей вниз. Иногда до нас доносились чьи-то еле слышные чертыхания, на каждое из которых наш проводник неизменно оборачивался и притормаживал. В плотной темноте, что нас окружала, это было не слишком приятно, хотя еле заметный свет от фонаря отбрасывал тени близстоящих кустов, помогая чуть ориентироваться в пространстве. На первый взгляд казалось, что мы пробираемся сквозь лесную чащу. Но видевшая с высоты полета на метле этот участок близ озера, я знала, что это лишь небольшой полесок, в котором даже никто не водится. Изредка на полянках пасутся фестралы, а так — тишина. На тех, кто этого не знал, видимо этот участок дороги произвел большое впечатление, особенно в купе с темнотой — все разговоры стихли, и первокурсники шли почти что в полной тишине, молчал даже Драко, опасливо оглядываясь на каждый треск, и только изредка откуда-то из толпы слышались громкие чихи и чертыхания «Невилл!».       — Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул внезапно Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда!       «Ну наконец-то», — из груди вырвался вымученный стон, и я ускорила шаг, догоняя лесника.        Пара шагов — и мы стояли на берегу большого черного озера. Откуда-то слева от Драко, сжавшего чуть сильнее мою руку, раздался восхищенный выдох «Моргана!», который он совсем недавно подцепил от отца и использовал по поводу и без. Но сейчас это слово-паразит было вполне уместным или могло проститься. Потому как на другой стороне озера, на вершине высокой, почти отвесной скалы, стоял, будто вырезанный из камня умелым мастером, гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд и луны, раскинувшейся на небосводе, будто в приветственном жесте пускающей перед новыми учащимися лунную дорожку.       «Анастейша, сполна насладись этим видом, так как увидишь его еще не скоро», — раздался в голове голос Билла, валяющегося по правую руку в Астрономической башне. — «Потому как вас ждет огромнейший облом — хренушки вас выпустят из Хогвартса ночью, а особенно с метлой», — вторил ему раскинувший руки в стороны по левую сторону Чарли.        И я наслаждалась. Знакомые башенки отливали, будто драконьи чешуйки, завораживал отблеск посеребрённой воды. Яркими оранжевыми окнами горел Большой зал, и, словно отражая звезды, где-то там должны мелькать огоньки Хогсмита.       «Надо было просить на день рождение маг-камеру», — запоздалой шизой мигнула мысль и с сожалением осела в груди. Глупое «мне ничего не надо» уже было сказано Северусу буквально два дня назад, перед отправлением опекуна в Хогвартс, перед тем как он, сдавая обиженную меня на руки Нарциссе, поинтересовался, что я хочу. В итоге — могу поставить на это все скопленные галеоны — будет очередное платье от Нарциссы. И кофе переворачивать не надо.       Восхищённые охи-вздохи прервал бас Хагрида.       — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал он, указывая на флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.       — Идем! Быстрее! — потянула я завороженного Малфоя сквозь толпу, как можно быстрее отдаляясь от лупоглазивших на замок Крэбба и Гойла. — Чем быстрее сядем в лодку, тем быстрее будем в замке! — откровенная ложь, все прибудут почти одинаково и войдут в Большой зал одновременно, просто мы чуть дольше простоим в компании Минервы Макгонагалл на несколько секунд дольше, чем те, кто будут замыкать шеренгу и увидят её последними. От моих слов Малфой встрепенулся и начал перебирать ногами энергичнее.       С кортика Драко прыгнул в лодку первый, и, придерживая одной рукой собственную мантию, подал другую мне. С благодарностью ее приняв, я опустилась на скамейку спиной к замку. С озера вид уже другой, уже не тот.       «А как только тронетесь, эти горящие огоньки начнут вызывать у тебя такие тошнотики, будто «берти боттс» со вкусом ушной серы горстью хватанул», — прокомментировал в моей голове Чарльз Уизли.       Драко тут же разместился напротив и даже не приподнялся, когда в лодку прыгнула Гермиона Грейнджер. сразу же разместившись с ним на одной лавочке. На кортике испуганно мялся Невилл, и Гермионе пришлось встать, подать ему руку, придерживая за локоть и снова сесть, в то время как Лонгботтом, неуклюже плюхнулся рядом со мной, чуть не пришибив при этом рукой.       — Эй! Аккуратнее! — отшатнулась я, придерживаясь ладонями за лавку. Невилл сразу притих и огромными глазами вылупился на меня, не моргая. — Аккуратнее, — чуть спокойнее произнесла я, выравниваясь, успокаивающе понижая голос. — Нужно быть чуть аккуратнее, Невилл.       Но, видимо я сделала только хуже, так как глаза еще больше (хотя куда уж больше) увеличились и испуганно моргнули два раза подряд.       — Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка, прерывая немую сцену. — Тогда вперед!       Лодки двинулись, заскользив по гладкому, как стекло, озеру. Иногда их ощутимо покачивало. «У меня есть подозрения, что это проделки русалок», — поделился предположением Чарли, развалившись рядом с Клыком в хижине Хагрида и перелистывая в тысячный раз, наверняка уже выученный наизусть, справочник Ньюта Саламандера.       Первокурсники притихли, молча смотрели вдаль, не сводя глаз с огромного замка. Он одинаково, но в тоже время по-разному отражался в серых глазах Драко и карих — Гермионы. Невилл сидел, ссутулившись, сжав пальцы на явно некогда выглаженных брюках. Скользнув по нему взглядом, можно было и без применения легилименции догадаться, что в его голове крутится на повторе «Нужно быть чуть аккуратнее, Невилл».       Чем ближе мы подплывали к утесу, тем ярче становились огни в глазах напротив. Желтели — в серых глазах и алели — в карих.       — Пригнитесь! — зычно воскликнул Хагрид, когда мы были совсем близко.       Все послушно наклонили головы, а я обняла руками колени, прикрывая глаза. День вымотал, поездка выматывает, вечер вымотает окончательно. Веки буквально слипались, уговаривая прижаться к гладкому шелку юбки еще плотнее и погрузиться в негу сна. Но осеннему ветру и Хагриду было не до моих желаний. Первый неприятно скользнул под голыми коленками, а второй вновь закричал:       — Прибыли!       Открыв глаза, но не поднимая голову с колен, я разглядывала витиеватую вязь плюща — лодки оказались в зарослях, которые скрывали собой огромную расщелину. Они быстро сменились — миновав заросли, взгляду предстал темный камень туннеля, который заканчивался прямо под замком. «А потом вы будете долго и муторно подниматься вверх и вверх по лестнице, где вас встретит недовольное, серьезное, неприветливое, старое…» — начал Чарли, — «…с интересом изучающее вас лицо профессора Макгонагалл», — подобрав нейтральное выражение, закончил за брата Уилл, отвешивая тому подзатыльник.       Ощутимым толчком лодки причалили к подземной пристани, заставляя до хруста выпрямить позвоночник и пару раз наклонить шею из стороны в сторону и потянуться.       С лодки быстро спрыгнула Грейнджер, пошатываясь и придерживаясь за камни пристани, выполз на сушу Невилл, Драко, оправив мантию, придержался за стоящий рядом единственный фонарь и протянул мне руку, приняв которую, я с благодарностью кивнула и ступила на сушу.       — Это тот самый Гарри Поттер?       Наконец заметив странного лохматого мальчика в очках, чуть нахмурив брови, спросил Драко, стоя ко мне вполоборота.       Я выпрямилась и, приглаживая волосы, проследила за его взглядом. Да, он показывал на Гарри Поттера, который помогал выползти из лодки Рональду Уизли, которого заметно мутило. Да, наверное, у Уизли через одного на ранних кусах слабый вестибулярный аппарат, так как подобную ситуацию мне описывали слизеринцы, измывающиеся над Персивальдом.       — Не знаю, — пожала я плечами. — Может быть это он.       — Не побежишь обниматься с Уизли? — провожая взглядом осевшего на пристань Рона, съехидничал Драко.       О да, он был наслышан о Билле и Чарли. Только под честным детским словом и моими угрозами перестать рассказывать о школе чародейства и волшебства он до сей поры не растрещал об этом отцу и жутко был доволен тем, что эти двое уже выпустились из Хогвартса.       Но я не была бы мной, если бы не имела козыря в рукаве.       — Побегу. Но чуть позже.       Отряхнувшись и еще раз взмахнув руками, разгоняя по телу кровь, я поежилась от холода подземной водяной ниши и пошла к лестнице, рядом с которой уже столпились первокурсники и опасливо поглядывали на проверяющего лодки Хагрида.       — Эй ты! — внезапно подняв голову от лодок, крикнул он, глядя в сторону Невилла. — Это твоя жаба?       — Ой, Тревор! — радостно взвизгнул тот, живенько подбегая к леснику и протягивая руки, и прижал к груди свою жабу.       — Еще бы поцеловал, — фыркнул Малфой, и я с согласием кивнула. Как бы все мои фантазии не хотели змею или какую-нибудь волшебную тварюгу в виде нюхлера, в качестве фамильяра, но здравый смысл, те рассуждения вместе с Драко на Косой Аллее и совет Северуса победили — сова была лучшим выбором из всех доступных. И тебе средство коммуникации, и погладить можно — мягонько и ухает в ответ. Так что, моя миниатюрная белолицая сплюшка меня полностью устраивала. Ее огромные оранжевые глаза были идеально круглыми, клювик был скрыт белоснежными перышками, а чуть голубоватые острые ушки были почти всегда плотно прижаты к голове. Моя персональная вислоухая почта носила гордое имя Валькирья. Драко еще не знал о кличке моей совы, и вообще еще не видел ее. Это в данный момент сильно облегчало мое существование, так как насмешек было не избежать. Его огромный филин, с острым хохолком, пронзающий всех надменным и свирепым взглядом, носил гордое имя бога времени Хроноса. Какую параллель он нашел с этим — не имею понятия, но то, что птица была взята из семейного питомника сомнений не было.       Хагрид встал около каменной лестницы и, обведя взглядом толпу, повел нас наверх, освещая дорогу огромным своим фонарем. Ступени были чуть скользкие от сырости и мха, что заставляло смотреть под ноги и совсем скоро вид каменной брусчатки сменился мокрой травой, которая неприятно намочила носки — мы вышли на лужайку у подножия замка, и вот, мы уже поднимаемся по другой лестнице — такой же каменной, только теперь по правую руку была холодная стена.       Этот путь был мне незнаком, или просто не опознавался в темноте. Возможно это была какая-то часть садовых угодий замка.       Пройдя через небольшую арку, мы оказались перед огромной дубовой дверью. И тут ко мне пришло узнавание — я видела эти двери на рассвете, когда впервые пришла сюда с Северусом.       — Все здесь? — поинтересовался Хагрид, оглядываясь и приподнимая фонарь. — Эй ты, не потерял еще жабу?       Откуда-то справа раздалось «Нет-нет», сопровождаемое кваканьем, и я будто наяву увидела, как мальчишка быстро качает головой из стороны в сторону, прижимая к себе животное обеими руками.       Убедившись, что всё в порядке, лесник поднял свой огромный кулак и трижды постучал в двери замка.       Почти в тот же миг они распахнулись.       «Будут нагонять пафоса и трепета. Кто-то говорит, что каждый курс встречают по-разному», — хихикнул Чарльз, валяясь все на той же астрономической башне, за что опять чуть не схлопотал от старшего брата.       На нас смотрела сквозь блики очков высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах, и сейчас мое чувство самосохранения, как будто впервые, сигнализировало не связываться никогда с этой ведьмой и держаться от нее как можно дальше.       — Профессор Макгонагалл, вот первокурсники, — отрапортовал ей хранитель ключей с легким поклоном.       — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница, и мой быстро вспоминающий линию поведения Макгонагалл мозг сразу заметил едва скользнувшую и тут же скрывшуюся за складкой меж бровей улыбку. — Я их забираю.       Она повернулась и неведомыми мне путями повела нас вперед, хотя, чувствовала я, что это была та самая лестница, по которой я ходила не один раз, просто была применены к ней какие-то маскирующие чары. Мы шли все дальше и дальше, проходя зал за залом. Справа даже мелькнул сотнями голосов Большой зал — должно быть, вся школа уже в сборе. Но декан Гриффиндора вела нас совсем не туда, по крайней мере, она уже пропустила один поворот. И вот, еще раз повернув налево, она завела нас в маленький пустой зальчик, заставив задохнуться от тесноты.       «Эта старая облезлая кошка…» — начал в моей голове Северус, когда мой нос уткнулся в чью-то сальную макушку. Первокурсники сгрудились, дыша друг другу в затылки и беспокойно оглядываясь, жались друг к дружке.       Хоть бы не стошнило.       — Добро пожаловать в Хогвартс, — кашлянув, наконец соизволила поприветствовать нас профессор Макгонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года и вашего прибытия, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты, — она бегло оглядела присутствующих и повысила голос. — Отбор! Это очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей, — взгляд ее чуть смягчился. — Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в гостиной, специально отведенной для вашего факультета.       В голове всплыли мягкие красные подушки и такая же красная скатерть в гостиной Гриффиндора. Теплый чай и имбирное печенье Молли, которое она присылала Биллу каждую неделю.       — В школе четыре факультета, — тем временем продолжала профессор трансфигурации. — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Каждый из них имеет свою историю, уходящую корнями к основателям, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы, ведьмы и колдуны. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться.       «Любимое дело Снейпа — снимать очки с Гриффиндора», — усмехнулся Билл, с которого лично Северус не снял ни одного. «Это его хобби», — поддакнул Чарли, с которого снималось по пятьдесят очков за раз, если он попадался.       — В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы, — провозгласила она. — А пока у вас есть немного времени, — снова нравоучительный тон. — Я советую вам собраться с мыслями.       Ее глаза чуть задержались на мантии Невилла, которая сбилась настолько сильно, что застежка оказалась под левым ухом, а потом на грязном носу Уизли. Увидев рыжую шевелюру, ее взгляд на мгновенье потеплел и затуманился воспоминаниями. Поттер дрожащей рукой попытался пригладить свои непослушные волосы, когда она перевела взгляд на него. В глазах мелькнула тревога, взгляд похолодел, и очки отразили огни факелов, опасно блеснув. После ее взгляд задержался на мне, и моё лицо отзеркалило ей нахальную приветственную улыбку, которую профессор не оценила, и едва приложив указательный палец к губам, требуя конфиденциальности, сделала вид, что поправляет идеальную прическу.       — Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — продолжила Макгонагалл и, развернувшись, шурша платьем, направилась к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо.       Послышались испуганные вздохи.       — А как будет проходить этот отбор? — в полутишине спросил Гарри у Рональда.       — Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, — ответил тот. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.       Мне захотелось рассмеяться, преклониться в очередной раз перед изобретательностью близнецов и всех еще сильнее напугать, сказав: «Да, вас сожрёт шляпа!»       Стоящий рядом Драко едва заметно ткнул мне пальцем под ребро и еле слышно прошептал:       — Ты ведь знаешь как все проходит, верно?       В ответ я могла только покачать головой и безбожно соврать.       — Конечно нет! Это ведь тайна!       Драко не был бы Малфоем, если бы не распознал мою ложь и обиженно не сжал губы в подобие трубочки, сложив руки на груди.       В зале постепенно начинался балаган — все были напуганы, кроме Грейнджер, которая стояла рядом с Поттером и рассказывала всем вокруг о том, какие заклинания она уже выучила, вслух гадая, какое из них ей понадобится на церемонии отбора.       «Используй Аваду и не прогадаешь», — хотела бы сказать я, но она ведь начнет копаться в книгах и, не найдя нужного заклинания, потом полезет к педагогам, и тогда вопросы уже возникнут ко мне.       Секунда — и тишину прорезали истошные визги. Подняв голову вверх, я увидела проплывших через стену Толстого Монаха — привидение, присматривающее за барсуками, и незнакомого мне джентльмена.       — Да это же новые ученики! — воскликнул Монах, замечая первокурсников. — Ждёте отбора, я полагаю? — его взгляд в толпе наткнулся на меня. — О! А… — я приложила палец к губам, состроив грозную гримасу. — Надеюсь, вы попадете в Пуффендуй! — понял мой намек призрак и продолжил в чем ни бывало. — Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился! — начал разглагольствовать он, но был безжалостно прерван.       — Идите отсюда, — вернулась Макгонагалл. Она строго посмотрела на привидений, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену, исчезая. — Церемония отбора сейчас начнется.       Потом она развернулась к нам:       — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала, — и идите за мной!       В ее руках был длинный свиток и голубо-зеленое перо.       Шеренга потихоньку выстраивалась: Драко пропихнул меня идти первой, встав за мной, за ним с опаской встал Поттер.       Через пару поворотов передо мной распахнулись узорчатые двери Большого зала.       Почти ничего не изменилось: он был освещен тысячами свечей, вереницей плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие курсы. Взглядом отыскала Персика и близнецов. Первый — где-то в середине отсвечивает шапкой, новой мантией и значком старосты, другие — ближе к концу стола, как и полагается второкурсникам. Они тоже, увидев меня, помахали руками, приподнимаясь над основной массой. Различила чуть дальше Джемму Фарли с высоким пучком — староста Слизерина. Столы, по традиции, были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала, ни на йоту не изменив своего расположения — профессорский стол. Нашла Северуса. Бледный, замученный настолько, что утопиться, он сидел с прямой спиной и гневно сверкал глазами в сторону сидящего рядом Дамблдора. Последний лыбился как ни в себя сквозь полумесяцы очков.       Макгонагалл подвела нас к профессорам и, жестом развернув шеренгу, велела повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Я успела пересечься взглядом с Северусом и пожать плечами.       Теперь я понимала его недовольный взгляд — свет отражался сюда слишком сильно, настолько, что ослеплял. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие жемчужным серебром расплывчатые силуэты привидений. Каждый не покидал пределов стола своего факультета. Издевательски расшаркиваясь друг перед другом, встали Барон и Ник, Монах воспарил над барсуками, а Серая Дама, как обычно, не решилась почтить нас своим присутствием. Многие первокурсники, неприлично задрав голову, вылупились на черное, усыпанное звездами небо.       Да, ребята, потолок прекрасен, бесспорно.       Профессор Макгонагалл левитировала перед нами табурет и положила на сиденье Шляпу. Она выглядела ужасно — была вся в заплатках, потертая на вид и ужасно грязная, будто только что ее изваляли в грязи и высушили, пожалев Агуаменти. Клянусь, если бы лично не видела, как она выглядит после церемонии — отполированная до блеска, блестящая цветными заплатками — подумала бы, что ее хранят в компосте у Хагрида. Последний, кстати, тихонько стоял вдоль стеночки за столом Пуффендуйцев.       — Я в жизни на себя это не одену, — прошипел Драко, с ужасом смотря на Шляпу, которая запела.

«…Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите…»

      — Тихо, — прошипела в ответ, легонько наступая ему на ногу, пытаясь абстрагироваться от этих песнопений.       Наконец Шляпа смолкла, что-то недовольно пробурчал Рональд, а на середину зала вышла профессор Макгонагалл. От волнения в груди похолодело, а ладони взмокли. Силясь прогнать дрожь, я пару раз сжала и разжала кулаки.       Свиток был развернут. Церемония началась.       — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — строго произнесла она, взмахивая рукой. — Начнем. Аббот, Ханна!       Перед глазами внезапно заплясало перо и полупрозрачная вязь прописью.       Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. Мгновение…       — ПУФФЕНДУЙ! — заорала Шляпа.       Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, прошла к столу и уселась на свободное место. Ее встретили объятья, на голову был одет уродливый высокий колпак.       — Боунс, Сьюзен!       — ПУФФЕНДУЙ! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к своему столу, сев рядом с Ханной.       — Бут, Терри!       — КОГТЕВРАН! — теперь зааплодировали за вторым столом слева, несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним мальчишке, колпак был торжественно надет.       — Браун, Лаванда!       — ГРИФФИНДОР! — и львиный стол взрывается аплодисментами, все подскакивают и треплют девчонку за косы.       — Гермиона Грейнджер!        Услышав свое имя, девочка с прической-шваброй чуть ли не бегом рванулась к табурету, и мне захотелось пошутить о том, что они идеально подходят друг другу, но мельтешение перед глазами не позволило мне даже усмешки.       — ГРИФФИНДОР! — через мгновенье выкрикнула Шляпа.       — Слава Моргане, — облегченно выдохнул Драко. Где-то рядом с Поттером застонал Рон.       Вот проходит к столу Гриффиндора Лонгботтом, забыв снять шляпу после оглашения приговора. Зал взрывается хохотом, а грудь всё сильнее стягивают тиски.       — Драко Малфой! — восклицает Макгонагалл, и мир сужается до одной точки.       Снова перед глазами пляшет перо, будто умоляя схватить. Ногти до боли впиваются в ладони, и кажется, на пол падает капелька крови.