I will never be a hero

Я буду ждать лишь твоей улыбки.

Погода была замечательной. Справа от меня шел Всемогущий. Это был уже не тот человек, которого я знал. Худой, осунувшийся человек, правда до сих пор высокий. При встрече мы только кивнули друг другу. Каждый шел в Тартар по своим причинам, да и я сам не очень хотел разговаривать. У меня было настроение не очень, несмотря на то, что день обещал быть хорошим. Когда мы подошли к зданию тюрьмы, охранник провел мини-инструктаж, в последний раз спросил у Всемогущего хочет ли он взять меня с собой, и только потом мы зашли внутрь. — Юный Тодороки, что именно ты хочешь узнать у Мидории? — Это не так важно, как может показаться. — ответил ему я. Просто я не очень хочу, чтобы он догадывался о моих чувствах. — Я тогда не могу тебя подпустить тебя к нему. — Хочу спросить о его самочувствии и как долго он собирается там сидеть. — Всемогущий кивнул и мы пошли. Мы спускались все ниже и ниже, пока не дошли до одного из нижних этажей, несколько комнат мимо и мы на месте. Этот же охранник открыл нам засов железной двери. Мы шли по длинному коридору. С каждой новой дверью, их защита становилась все более пугающей. Даже человек с причудой не сможет отсюда выбраться. Как же он хочет сбежать? Мы прошли последнюю дверь и попали в очень светлый зал, совершенно напротив, за толстенным стеклом сидел он. Он был высоко поднят от пола. Во все тело воткнуты трубки, тело приковано, сверху он был в какой-то ночнушке. Голова была высоко задрана, во рту странная тряпка, возможно еще и с успокоительным или подавляющем причуду средством. На глазах темная панель. Пальцы рук и ног стали очень худыми, кости на шее выпирали, он очень исхудал. Всемогущий подошел к еще одной бронированной двери, а потом вошел внутрь. Меня не пускали. Я наблюдал за Изуку. Сначала странная машина сняла с его рта недокляп. Он облизнул губы и улыбнулся. Трубки с его шеи тоже опустили. Он расслабил голову и посмотрел в стекло, хотя он не мог видеть. После, наверное, начался диалог. Я не понимал их. Он длился минут 7, после Всемогущий вышел. Он был задумчивым, но спокойным. — Юный Тодороки, он совсем не изменился. Это все тот же добрый Изуку. Попробуй его переубедить. — В чем его переубедить? -Он не должен страдать и выставлять себя козлом отпущения. Скажи ему, что есть люди которые могут и хотят ему помочь. — Я сделаю то, что посчитаю нужным. — холодно ответил я и зашел в комнату. Там был стул, стол с микрофоном напротив и большое стекло. — Здравствуй, Шото. Состояние у меня хорошее, с ума не сошел, правда у меня появился друг, но я надеюсь, что это временно. Я очень по вас скучаю. Тодороки, Катсуки, Урарака, Иида. Вы все такие хорошие. Когда я вернусь, мы все вместе будем, обещаю. — Почему ты хочешь стать козлом отпущения? — перебил его я. Изуку замолчал. — Я не козел, а ваш спаситель. по-другому и быть не может. Шигараки набирает силы. Мне осталось немного. Он скоро придет и я выйду в свет. — И что же ты собираешься делать? И что? Убьешь Шигараки? А дальше? Тебя обратно посадят в Тартар, за убийства, побег, за все. Я не хочу так. Разве не лучше тихонько отсидеть свой срок? — Шото, у меня пожизненный. Я не смогу тихонько отсидеть. я не глуп, я знаю, что есть риск. Но знаешь, все мы люди, мы умеем говорить и понимать… — Ты надеешься на слова? Ты идиот??!!? Для людей слова это ничто. Им нужны действия, поступки. — Но я же убью. — Вот именно, убьешь! Люди так пекутся за свою жалкую шкурку, что не понимают, что такое жертва, насилие. Они глупы. — Не смей… люди не глупы. Возможно, есть какая-то часть, но нет. Люди умны. Если я сделаю все так как надо. Если все сбудется. — ЧТО СБУДЕТСЯ????!! Изуку, я волнуюсь, я люблю тебя, ты должен жить, слышишь. Просто ради меня… и… Бакуго? — я готов был расплакаться. Все так ужасно. Он точно с катушек поехал. через стекло плохо доносились звуки, но эта сирена ревела даже в нашем помещении. я увидел, как начали рваться некоторые трубки на руках Изуку. Металл проминался под его ногами. он освободил свое тело. Он спрыгнул на пол и подбежал к зеркалу. — Я, слышишь, я никогда не дам страдать другим за свои грехи. Это был мой дурацкий выбор тогда. Я за него отдуваюсь. Я не принесу боли Катсуки и тебе. Я люблю вас.- на этом моменте в мою комнату вскочил охранник. Он схватил меня под руку и вывел из комнаты. Я смотрел на то, как Изуку поймали машины. Его худые руки сильно сжали. ноги тоже. Перед тем как в его рот засунули кляп, он улыбнулся. Легко и добродушно. в моей голове опять пролетели слова " Я люблю вас» Я люблю… Да, я тоже люблю твою улыбку, голос, взгляд, мысли. Я люблю тебя Изуку. Всемогущего в комнате не было. Меня вывели из Тартара и очень не дружелюбно выставили за дверь. " Я люблю вас"… единственная мысль. которая поглощала мой не самый большой мозг. Потом я встретил Катсуки, в школе. Он был свиреп, напоминал прежнего, но все-таки он стал размазней. Стал напоминать Деку когда-то. Мне пришлось утаить некоторые подробности, не мог же я ему все рассказать, но то что он хотел услышать я ему сказал. Мой долг был выполнен. Но для себя я решил, что помогу Изуку когда это понадобится. я отдам ему руку, ногу, сердце, всего себя если он захочет, или ему будет это нужно. Я так хочу быть с ним, всегда, правда есть тот, который сделал " Я люблю вас», а не «Люблю тебя». Мне пришлось смириться с этим. Это было ясно, когда я увидел голого Изуку. У Катсуки всегда было преимущество. Я был ужасным человеком, но Мидория копнул глубже, и теперь я счастлив. Я рад, что он появился в моей жизни, но и так просто отпускать я его тоже не хочу. Буду бороться, пока не получу отказ прямо в лицо. Да, так я и поступлю. Сейчас я просто буду ждать твоей улыбки, Изуку…