Мстители против!

Когда Питер собирал вещи, с его лица не сходила глупая улыбка. Еще бы, мистер Старк сказал, что раз он Мститель, то может жить с командой на базе, потому что Мститель — это не просто звание, это большой труд: тренировки, занятия по тактике и стратегии, множество прочитанных книг, командная работа. — Ты им обязательно понравишься, карапуз, — говорил мистер Старк. — Разве ты можешь кому-то не понравиться? Ты даже меня очаровал, а остальные члены команды намного дружелюбнее. Да и Питер чувствовал, что все будет отлично! Ему хотелось визжать от мысли, что скоро он всех увидит. Пожмет руку капитану Америка и Соколу. Будет жить в соседней комнате с Виженом. Попросит показать свои магические штучки Алую ведьму. Увидит саму Черную вдову! Интересно, в жизни она еще горячее, чем на записях? Та же история, что и с мистером Старком: он, конечно, был вау даже по телевизору, но в жизни оказался в сто, нет, в миллион раз круче! Определенно, день переезда на базу Мстителей будет самым лучшим днем в жизни Питера. Это же какие открываются горизонты! Он сможет научиться у всех Мстителей их самым лучшим приемам. Это будет просто супер! — Питер, может, тебе помочь? — тетя Мэй осмотрела устроенный им бардак и улыбнулась. — Нет, не нужно, — улыбнулся ей в ответ Питер. — Пора уже становиться самостоятельным. — Ну да, ты же теперь у нас Мститель, — в ее голосе чувствовалась как легкая ирония, так и гордость: она еще не привыкла, что ее племянник уже вырос. После того как Питер с Тони слетали на Титан, ее отношение к подвигам Питера в качестве Человека-паука поменялось: то ли помог разговор со Старком, то ли она действительно оценила вклад Питера в спасение мира, но, когда тот попросил у нее разрешения переехать на базу, не колебалась и минуты. Он даже не ожидал, что все будет так легко. — Но ты же знаешь, что ты в любой момент можешь вернуться, да? — сказала она в тысячный, кажется, раз. — Ты зря беспокоишься, — заверил ее Питер. — Со мной все будет хорошо. — Что-то мне тревожно. Они все взрослые люди, у вас с ними совершенно различаются интересы, как вы найдете общий язык? — покачала головой Мэй, машинально хватая статуэтку Железного человека со столика и начиная оборачивать ее в пупырчатую пленку. — С мистером Старком мы же как-то общий язык нашли, — возразил Питер, застегивая спортивную сумку со своими невеликими пожитками. Сумка с одеждой и коробка с памятными вещами — вот и все его имущество. Все остальное ждет его в собственной комнате на базе, где даже какая-нибудь люстра обладает искусственным интеллектом и стоит больше, чем вся комната Питера в Квинсе. — То Старк, — вздохнула Мэй. — Согласись, его сложно назвать взрослым человеком. Питер вспомнил гонки радиоуправляемых машинок по квартире, из-за которых пострадала тетина ваза, и фыркнул, сдерживая смех. — Если человек позволяет себе немного подурачиться, это не значит, что в других вопросах он не взрослый, — все же решил защитить наставника Питер. — Я просто волнуюсь, дорогой, — Мэй осторожно сложила фигурку в коробку и обняла Питера. — Я тебя очень-очень люблю, помни это. — И я тебя, — тот прижал Мэй к себе теснее, вдыхая запах туалетной воды, который у него давным давно ассоциировался с домом. — Ты не будешь успевать по мне соскучиться, я буду часто заходить в гости, обещаю! *** Питер выбрался из машины, закинул ремень сумки на плечо, широко улыбнулся Хэппи — тот на это закатил глаза, — забрал из багажника коробку и, не обращая внимания на ее вес, взбежал по ступенькам. Постоял у входа, любуясь поблескивающей металлом надписью “Мстители” и с трудом подавил в себе желание сделать селфи на ее фоне. — Не знаю, какого черта Старк решил, что из меня хорошая нянька, но пошли, мелкий, покажу тебе твою комнату, — буркнул Хэппи, как раз догнавший Питера к тому моменту. Они зашли вместе в холл, где угрожающего вида мужчина — широченные плечи, перекошенное лицо — выдал Питеру пропускную карточку. — Если вдруг потеряешь, тебя, конечно, пустят, но придется заполнять форму на восстановление, — пояснил Хэппи недовольно. — Так что не теряй. Пока они шли по коридору, их догнала незнакомая блондинка. Пока Питер отстал, открыв рот рассматривая огромный аквариум в холле жилого этажа, Хэппи с ней перебросился парой слов, которые Питеру не очень понравились. — Это что за мальчик? — шепотом уточнила у Хэппи девушка. — Протеже Старка. Носится с ним, как помешанный, говорит, талант, а по мне, пацан как пацан, разве что надоедливый, — пожал плечами тот, явно не подозревая, насколько тонкий у Питера слух. Потом тот подошел ближе, и они оба замолкли. Девушка их покинула, и дальнейший путь Питер с Хэппи преодолели в молчании. Комната на самом деле просто поражала воображение! Огромная, с окном на всю стену, гигантской плазмой, навороченным компьютером и приставкой, гардеробной, набитой новыми вещами, и ванной, в которой при желании можно было бы плавать, как в бассейне. Питер, когда увидел все это великолепие, просто потерял дар речи. Он прошел по комнате, благоговейно дотрагиваясь то до столешницы выглядящего безумно дорогим стола, то до приставки последнего поколения, то до дизайнерского светильника, предназначение которого разгадал не сразу и, когда он зажегся от прикосновения, чуть было не отпрыгнул в испуге. В книжном шкафу обнаружилось множество книг по интересующим Питера темам: биохимия, инженерия, астрофизика. Но те, кто обставляли комнату, не забыли и про комиксы: Питер нашел несколько стопок своих любимых линеек. Жизнь налаживалась. Наверное, именно так чувствовала себя Золушка, когда из своей каморки переехала во дворец к принцу. Не то чтобы Питер считал их с Мэй квартиру совсем уж каморкой, они жили нормально, как все, особенно после того как переехали после получения Питером гранта сентябрьского фонда. Но подобного великолепия у них не было и никогда не будет. — Также в вашем распоряжении личная лаборатория, которая находится в научном блоке, мистер Паркер, — послышался равнодушно-вежливый голос Пятницы из динамика. — Мистер Старк обещал продемонстрировать ее вам самостоятельно после ужина. — Собственная мастерская?! — Питер не верил своему счастью. Ему просто не могло так повезти! С обыкновенными парнями из Квинса не случается ничего настолько крутого, закон жизни! А Питеру, вот, повезло. И он до сих пор не мог в это поверить. — Конечно, как у любого члена команды, у вас имеется собственная мастерская или лаборатория, в зависимости от направленности интересов. Также вы можете забронировать время для тренировок в общем тренажерном зале повышенной сложности, а также закрепить один из свободных тренажерных залов или комнат отдыха за собой на постоянной основе. — Вау, — только и смог сказать на это Питер. — Вам разрешены неограниченные передвижения по всей базе кроме помещений личного пользования, а также забронированных членами команды помещений, — продолжила инструктаж Пятница. — Доступ в заблокированные помещения предоставляется по выданному вам пропуску. Нужны ли еще пояснения, мистер Паркер? — Нет, вроде пока все понятно, — Питер повалился на свою новую, просто гигантскую, кровать и с широкой улыбкой уставился в потолок. — Когда, говоришь, будет ужин? *** На ужин Питер пришел заранее. В довольно большом помещении был только высокий — очень высокий, под два метра — блондин, который что-то помешивал в кастрюльке. К такому жизнь Питера не готовила. Он попросту не знал, кто это такой. — Здрасте, — сказал Питер, подходя ближе к плите. — Здравствуйте, мистер Паркер, — немного неестественным тоном, слишком ровным для обычного человека, ответил мужчина. — Судя по замешательству на вашем лице, я рискну сделать вывод, что вы не в курсе, кто я. Вижен, приятно познакомиться. Питер протянул руку, чтобы поздороваться, пытаясь сообразить, куда делась малиновая кожа и плащ, и почему андроид выглядит почти как человек. Вижен же руки не подал, вернувшись к своей кастрюльке и что-то неразборчиво бормоча себе под нос. — Всем привет! — преувеличенно бодрым тоном сказал Бартон и направился к холодильникам, скользнув по Питеру с Виженом взглядом. Больше он ничего не сказал, вынул лоток с лазаньей и поставил в микроволновку. — Здравствуйте, — ответил ему Питер, чувствующий себя немного не в своей тарелке. Он уже раскаивался, что пришел пораньше, надеясь застать команду не целиком, и познакомиться с каждым по отдельности. — И кто ты у нас? Чувак, стреляющий паутиной? — Бартон прислонился спиной к холодильнику и окинул Питера цепким взглядом. — Бог мой, Старк совсем сдурел, тебе хоть пятнадцать есть? — Семнадцать! — возмутился Питер в ответ. — О, дохренища, — с явным сарказмом протянул Бартон. Питер сказал себе, что тот просто завидует, что Питер был на Титане и помогал победить Таноса, а Соколиный глаз нет, и у Питера сейчас регалий побольше, чем у него, включая Пурпурное Сердце за спасение Земли. Просто. Завидует. Нельзя на него обижаться, есть такие люди, которым все не так, и все не то. — Сколько есть, — пытаясь скрыть свое расстройство, проговорил Питер, и тоже полез в холодильник — Бартон до последнего от того не отходил, с нечитаемым выражением наблюдая за лицом Питера. Обозревая ряды полуфабрикатов, тот старался не думать о том, что, по мнению остальной команды может оказаться тоже слишком молод. Думать о том, что и от остальных Мстителей он может получить такой же холодный прием, не хотелось. На плечо легла неожиданно тяжелая рука. — Не обижайся, пацан. Моему старшему ненамного меньше, чем тебе, и меня до невозможности пугает то, как молодеют супергерои. Сегодня ты, а завтра что, десятилетки впрыгнут в штанишки из спандекса и пойдут мочить пришельцев? Если Бартон таким образом просил прощения, то получалось у него откровенно плохо. Или если он думал, что сравнение с десятилетками польстит Питеру, то он очень сильно ошибался. И вообще, костюм у него не из спандекса! — Зайлон, кевлар и нанотрубки с наноботами, — пробурчал Питер, вынимая из холодильника первую попавшуюся коробку. — Вовсе никакой не спандекс! — Как он тебя, Клинт, а? — весело сказали за спиной Питера и волосы на руках и затылке моментально стали дыбом. Мозг будто завопил “опасность!”, и Питер молниеносно обернулся, становясь в боевую позу. — Спокойнее, ребенок! — мисс Романофф, а это была именно она, подняла перед собой ладони, показывая, что она безоружна и нападать не собирается. Ну, насколько может быть безоружна Черная вдова... Питер обреченно застонал: сколько можно, он мистера Старка вечность от всех этих “карапузов” отучал, и снова-здорово! Заставив себя расслабиться (чутье все еще верещало), Питер поднял коробку с пола, не зная, что с ней делать. С одной стороны она уже на полу повалялась, с другой — ее содержимое внутри вовсе не пострадало. — Просто положи на тарелку, — посоветовала Наташа. Так он и сделал. Лазанья оказалась невероятно вкусной, хоть и немного суховатой. Питер задумался: Мстители — читай: Старк — могли себе позволить повара, но почему-то не сделали этого. Питались или полуфабрикатами, или пиццами на заказ, или блюдами собственного приготовления, или не на базе. Пока он разогревал лазанью, к ним присоединилась мисс Максимофф — Ванда, как она попросила себя называть, — и Роуди. Когда последний открыл дверь и зашел на кухню, Питер чуть было не бросился ему на шею: наконец-то, хоть кто-то адекватный! Потому что до этого Питер чувствовал себя лишним, когда ковырял свою лазанью рядом с обсуждающими непонятные или не касающиеся его вещи Вандой, Виженом, Романофф и Бартоном. С Роуди — единственным из команды, с кем ещё до Титана познакомили Питера — тот отлично, хоть и редко общался уже много месяцев. Питер мистера Старка не винил, что тот не знакомил его с другими членами команды: ему было тяжело, когда после возвращения соглашение пересмотрели в пользу интереса Мстителей и бывших Мстителей, и команда наконец-то воссоединилась. Процесс был тяжелым и долгим, и Питер не считал нужным лезть под руку. Уже то, что мистер Старк пустил его в свои личные мастерские в здании “Старк Индастриз” в своем особняке в Нью-Йорке, приводило его в бешеный восторг. Так знакомство с Мстителями все откладывалось и откладывалось, но он не возмущался, уверенный, что мистеру Старку лучше знать, тем более что никаких крупных нападений, где могла бы понадобится помощь Мстителей всем составом не было, а тренироваться можно было и с мистером Старком или тем же Роуди. — Как тебе у нас? — спросил тот, садясь рядом с чашкой кофе. — Я только пару часов как приехал, еще даже не все вещи разложил, — пожал плечами Питер. — Но мне очень понравилась комната, и Пятница сказала, что у меня будет своя мастерская. Представляешь? Благодаря своему супергеройскому слуху он услышал шепот “святая простота” с другого края кухни, где Бартон мыл тарелки. Неожиданно это расстроило Питера: неужели он не может даже мастерской порадоваться? — По-моему, здорово, — улыбнулся Роуди. — Уверен, Тони просто жаждет тебе ее показать. Ты бы видел, с каким энтузиазмом он тебе ее обставлял. Таким увлеченным я его давно не видел. — Да, раньше он тщательнее скрывал свои “увлечения”, — Романофф “невинно” хлопнула ресницами, стоило Питеру посмотреть на нее. По спине пробежал унявшийся было холодок. — Вы о чем? — он непонимающе сощурился, холодея. Она же не намекает, что они с мистером Старком?.. Судя по поджатым губам Роуди и укоризненно качающему головой Бартону, точно намекает. Питер почувствовал, как стало горячо ушам и щекам. Боже, он еще и краснеет, что она о нем подумает? Да, Питер частенько засматривался на парней, но как она вообще могла предположить, что мистер Старк к нему испытывает нечто большее, чем симпатию к талантливому парню? И как она вообще могла подумать, что Питер посмеет опошлить их дружбу? — Ни о чем, дорогуша, — смягчила тон Романофф, хотя ему вовсе не понравилось, как прозвучало это самое “дорогуша”. — Не обращай внимания. Питер бы обязательно обсудил подробнее подобную наглую ложь, но в искусстве спора он бы точно проиграл опытной шпионке, поэтому благоразумно промолчал, за что удостоился ироничного “нифигажсебетымолодец” (определение Нэда для случаев, когда Питер проявлял неестественное для людей терпение) взгляда от Ванды и сочувствующего похлопывания по плечу от Роуди. — Сдержанность и спокойствие — хорошие качества для супергероя, — усмехнулась Романофф, после чего невозмутимо вернулась к своей тарелке. Питер ошарашенно заморгал: что это было? Проверка? Провокация? Одобрение?! Последнее — точно вряд ли. Доедали они в тишине: все попытки разговора будто разбивались о напряжение, царящее в комнате. Поэтому Питер постарался доесть побыстрее, помыл свою тарелку и, кивнув задумчивому Роуди, медленно дошел до двери. Когда та закрылась за ним, он рванул по коридору, надеясь оказаться как можно дальше от этих недружелюбных людей. Стоило признать, первое знакомство явно не задалось. Как же права была тетя, когда говорила про взрослых людей, с которыми будет сложно найти общий язык! Какой же он был дурак, что не слушал! Но ничего, у него еще есть шанс расположить к себе оставшихся: Сокола, капитана Америка, Муравья. Хотя последний, вроде бы, не живет на базе. Интересно, что здесь делает Бартон? У него же тоже семья. За этими размышлениями Питер не заметил — и проклятое чутье не предупредило! — как врезался во что-то. Во что-то огромное и твердое. То есть кого-то. То есть гребаного капитана Америка, только его сейчас Питеру и не хватало! Для удачного окончания вечера! Отступив на шаг назад, Питер несмело улыбнулся. Серьезно, целый кэп совсем рядом, только руку протяни! Разве Питер вообще когда-нибудь, пусть бы в самых смелых мечтах, мог представить, что окажется настолько близко от кумира детства? Конечно, от Железного человека Питер фанател намного больше, но, где-то в глубине души, он всегда хотел выглядеть как мистер Роджерс сейчас — воплощением мужественности и оплотом… Чего, кстати? Раньше Питер бы сказал справедливости или нравственности, но, вспоминая эротический календарь с Мстителями (из которого Питер сохранил себе вовсе не мисс Романофф, хотя она, как и остальные, была на нем просто невозможно горяча, и не мистера Старка, потому что нет, просто нет) и слухи о отношениях кэпа с своим старым другом… Просто оплота. Да. Правда, если быть честным, истоки желания быть похожим на Роджерса сильно поменялись с детства Питера. Теперь тому казалось, что именно такие мужчины — сильные, упрямые, уверенные, способные повести за собой, с мужественной челюстью и низким бархатным голосом — стопроцентно нравятся мистеру Старку. Конечно же, как люди! О чем вообще речь, у мистера Старка есть мисс Поттс, и они скоро-скоро поженятся. Могут же ему нравиться мужчины как люди? Питер, вон, определенно нравится. А он мужчина. Логично? Логично! — Здрасте, — пролепетал Питер, не зная, что еще можно сказать самому капитану Америка. — О, привет, простой парень из Квинса, — широко и доброжелательно улыбнулся тот. — Тони, а что он здесь делает, мы же вроде как договаривались, что Паркер поживет у опекунши хотя бы до восемнадцати? Незамеченный ранее мистер Старк вышел у него из-за спины и тоже улыбнулся Питеру, пусть всего лишь уголками губ, зато с добротой во взгляде. Даже теплее стало! И вовсе Питеру это не показалось! — И ты ее будешь откачивать, когда это чудо в следующий раз прошлепает к ванной через полквартиры в костюме, залитом кровью? — ехидно поинтересовался мистер Старк. Уставившись в пол, чтобы не смотреть никому в глаза, Питер постарался не выглядеть виноватым. На самом деле ему было стыдно за ту провокацию. То есть, случай, о котором шла речь, действительно произошел в реальности, но мистер Старк бы до сих пор об этом не знал, если бы Питер специально ему не рассказал, как и о других случаях, когда они с Мэй сталкивались на почве супергеройства. — Хочешь съехать? — только и спросил Старк, когда Питер уже отчаялся и начал придумывать другой способ намекнуть, что пора бы уже юному Мстителю жить на базе вместе со всеми, а не с тетей в Квинсе. И нет, дело было вовсе не в месте жительства — Питер любил свой район. И не в тщеславии — это чувство было ему чуждо. И даже не в желании увидеть своих кумиров детства. Это неплохо, но Питер жаждал переехать вовсе не поэтому. Ему снились кошмары. Любой другой человек бы не назвал его сны так. В них не происходило ничего ужасного. Мир в них жил своим путем. Мэй вставала каждое утро на работу. Мистер Старк женился и воспитывал чудесного малыша. Нэд все так же ходил в кино на новинки. Мишель все так же язвила и досаждала другим людям. Но в их жизни не было Питера. Он пропал бесследно. О нем даже никто не вспоминал. Только разве что Мэй иногда плакала в темноте своей спальни, а мистер Старк иногда находил в мастерской что-нибудь, напоминающее о Питере — неисправный шутер, лоскут красной ткани, вручную набросанный чертеж — и сидел несколько часов неподвижно. Питер просыпался после таких снов в слезах и с распухшими глазами. А если видел нечто особенно болезненное — и с криками. Мэй уже начала поговаривать о психоаналитике, поэтому Питеру жизненно необходимо было переехать. И это не считая того, насколько его страшила мысль, что в один ужасный день кто-то из незамеченных Человеком-пауком сообщников повязанных им злодеев выследит его квартиру и убьет тетю. И, чем активнее Питер геройствовал, тем больше становился этот страх. База в качестве нового места жительства подходила идеально: здесь можно было общаться с людьми, которые не в обиде на тебя за то, что ты пропустил важную встречу или опоздал на соревнование. Сбежал с уроков. Не можешь объяснить, где был. С людьми, которые все понимают и которым можно рассказать, как же круто ты срубил грабителя на углу тридцать девятой и сорок третьей. Место, куда можно завалиться раненым, и тебе помогут. Место, где можно тренироваться. Место, где все, что твоей душе угодно, в буквальном смысле под рукой. Место, где, как обещал мистер Старк, нет камер в комнатах, а Пятница не имеет права разглашать конфиденциальную информацию. Питер залился краской, вспоминая, какая похабная была усмешка у Старка, когда он все это у того выпытывал. Конечно, хорошо, что его предположение вообще не совпадало с реальной причиной расспросов — кошмарами, — но уже сам факт такого предположения смущал. — Я все равно собирался предложить тебе переехать, но учить тебя намекам еще и учить, — мистер Старк тогда расстрепал Питеру волосы, как какому-то малышу, и похлопал по плечу, так и оставив на нем ладонь. — Так что можешь собирать вещички. И сейчас оказывается, что нет, не собирался, просто повелся на манипуляцию Питера, прекрасно понимая, что тот это сделал специально. Судя по микровыражению огорчения, которое он успел рассмотреть на лице Старка до того, как тот справился с собой, он не планировал ставить Питера в известность об этом факте. — Всего разочек и было, — с легким возмущением пробормотал Питер насчет того случая с окровавленным костюмом, отвлекая внимание Роджерса на себя. — И это была не моя кровь, куда прикажете в ней идти? И вообще, я рассчитывал, что это будет конфиденциальная информация! — Ершистый, мне нравится, — заключил Роджерс, внимательно осматривая Питера с взъерошенной головы до носков потрепанных кроссовок. — И на Титане справился отлично. Но это не значит, что тебе уже пора лезть в каждую дырку. Ходил бы в свой колледж, жил обычной жизнью, девочку бы какую присмотрел, а то эта супергеройская жизнь — одни расстройства… — Школу, — поправил Питер. — Не колледж. Роджерс укоризненно покачал головой: — Послушай, Квинс — отличное место… Питер насмешливо фыркнул вместе со Старком: да конечно, просто замечательное место! Правда, стреляют иногда, несколько банд сбывают наркотики и оружие, а в остальном — тишь да гладь! Главное, ночью одному не ходить. — Ладно, — видимо, Роджерс понял, что его нотации мало действуют на Питера и решил не перегибать палку. — Ты хороший парень, с удовольствием потренируюсь с тобой как-нибудь, или заходи в наше с Баки крыло в гости, если захочешь. И подумай над моими словами на досуге, хорошо? Роджерс, так и не дождавшись ответа, ушел дальше по коридору, а мистер Старк остался стоять с возмущенным Питером. Он имеет право находится здесь, как никто другой! Кто был рядом, когда мистера Старка бросили все? Кто помогал ему поставить на ноги Роуди? Кто полетел за Старком в космос? Кто? Не кэп же! И сейчас он умудряется говорить “мы же договаривались”! Будто он тот, кого Старк должен слушать. Или хотя бы тот, кого ему стоит слушать. Да вся база построена им и за его деньги, тут каждый уголок, каждая мелочь, вплоть до пробирок в научном крыле спроектированы руками и мозгами мистера Старка, и только ему решать, кто может жить на ЕГО базе, а кто нет! — Эй, паучок, давай-ка разожмем кулачки и выдохнем, — донеслось до Питера. — Знаю-знаю, Стив с первого взгляда бесит, но потом ты увидишь, что он не так и плох. Ну же, паучок, дыши. Усилием воли Питер расслабился, чтобы порадовать мистера Старка, но внутри все еще клокотало недовольство. — Прости, что бросил тебя, но возник непредвиденный форс-мажор. Зато я попросил присмотреть за тобой самых надежных: Хэппи и Роуди. Все прошло хорошо? Это что, мистер Старк хотел самостоятельно забрать Питера из квартиры тети? Ничерта себе! Да Питер прямо счастливчик! Стоп-стоп-стоп, что это за “непредвиденный форс-мажор” в компании с кэпом? — И еще парой десятков придурков и судьей, — проговорил Старк и стало понятно, что последнее предложение Питер точно произнес вслух. — Но, как и обещал, я вернулся к вечеру, чтоб показать тебе твою мастерскую. А по дороге зайдем к Брюсу, тебе у него точно понравится, круче его лабораторий на базе нет. — Э-э, может, повременим с осмотром мастерской до завтра? — осторожно предложил Питер. Если на него свалятся сегодня еще одно-два несчастья, он просто сдохнет! Нет, сейчас он не хочет никуда идти, хочет заползти под плед и рубить монстров до глубокой ночи. — Почему это? — удивленно вскинул брови мистер Старк, и Питер залюбовался: какой же он все же красивый. И выражение страха и обреченности почти пропало из глаз. Именно по нему Питер и понял, когда вернулся, что, хоть для всего мира прошло мгновение, Тони прожил какое-то время без него, без Питера. Это загнанное выражение тот в последний раз видел перед битвой в Германии, и надеялся не увидеть никогда больше, но Танос внес коррективы в этот его план. — Что-то сегодня день не задался. Боюсь, что и все остальное будет… не очень, — признался Питер, пытаясь представить, как можно испортить осмотр мастерской на пару с мистером Старком. Ничего не придумывалось, но опыт подсказывал, что при желании испортить можно что угодно. И Питер сегодня усиленно это делал. — Команда брыкалась? — с доброй иронией уточнил мистер Старк. — Еще как! — криво усмехнулся Питер. — Знакомство не задалось, надеюсь, дальше будет луч… Он не договорил, прервавшись из-за того, что Старк обнял его и прижал к себе. — Прости, что меня не было рядом. А они еще локти кусать будут, что не подружились с тобой, — сказал тот Питеру в волосы и погладил его по спине. То есть неуклюже и почти незаметно провел ладонью, а не погладил. Но Питеру этого хватило, чтобы восстановить душевный резерв: ничего, он еще поборется, чего он опускает руки. Кто же дает выводы из нескольких реплик и проведенного вместе получаса времени. Чего он вообще разнюнился, не хватало только высморкаться Старку в его мегадорогую жилетку. — Где, вы говорите, лаборатория доктора Беннера, жажду туда попасть! — Питер в последний раз прижал к себе мистера Старк и отпустил его, делая вид, что не замечает его неловкости. — Хочешь познакомиться с Халком? — предположил Старк ехидно. — Так он последнее время не высовывается. — Зачем мне Халк? — повел плечом Питер. — А вот доктора Беннера расспросить, как он предположил настолько низкую пропускную способность транслинейных лучей при дифракции… — Это и я бы с удовольствием послушал, — Старк жестом показал, в какую сторону коридора идти. — Ты тоже считаешь, что это самое слабое место его теории о временном сдвиге? — А то, — предвкушающе улыбнулся Питер, двигаясь в сторону лабораторий. День становился лучше прямо на глазах. *** В лаборатории было… очень суетливо, хоть и слаженно. Доктор Беннер явно был занят, и Питер хотел уже было уйти и даже очень осторожно дернул мистера Старка за рукав, показывая взглядом на дверь. Но, очевидно, этот вечер просто не мог закончится хорошо: мистер Старк, игнорируя все сигналы, подаваемые Питером, уверенно повел его за собой вглубь лаборатории. — Тони, как хорошо, что ты зашел, — обрадовался Беннер и тут же развернул перед ними штук пять голографических экранов, на которых данные менялись с совершенно головокружительной скоростью. — Не могу найти ошибку. Первые три образца взорвались, хотя я уверен, расчет безукоризнен. Питер это и так понял, по изгаженным с виду чем-то очень странным, большим, метра два высотой, экспериментальным капсулам, которые на данный момент были в стадии очистки. — Ты же не на животных испытания проводишь? — нахмурился Тони, увеличивая одну из формул и закрепляя ее на одном из экранов. — Нет, конечно! — возмутился Беннер. — Органо-коллоидные модели, мы свое дело знаем. Все поправки в эксперимент в связи с этим внесены. — А мне кажется, что не все, — фыркнул Тони и заставил Питера подойти ближе, ухватив за локоть. — Паучок, подтверди. — Э-э-э, — замялся Питер, бешено соображая, что сказать. Он и не думал, что знакомство с доктором Беннером обернется экзаменом по биохимии. — А это кто вообще? — поинтересовался тот, будто только что его заметил. — Ты сказал “паучок”, это тот самый парнишка, из-за которого вы со Стивом недавно спорили? На экскурсию привел? — Типа того, — усмехнулся Старк. — Тут что-то не так с расчетом пропускаемости клеточных мембран, — все же родил ответ на вопрос Питер, пока они переговаривались. — Я тоже так сразу подумал, — согласился Беннер, — мы уже все пересчитали и не нашли ошибки. Но ты молодец, в верную сторону думаешь. — Спасибо, — искренне поблагодарил Питер: не каждый день слышишь похвалу от человека, на чей портрет любовался на стенке класса годами. — Очень рад с вами познакомиться. — Угу, и я, — пробормотал Беннер, видимо, словив какую-то мысль: экранов стало все больше и он манипулировал данными на них, совершенно не отвлекаясь на реальность. — Хочешь остаться на новый этап эксперимента Брюса? — предложил Старк, кажется, совершенно не расстроенный, что не удалось нормально поговорить с другом. — Эта хрень очень весело взрывается. — Давайте как-нибудь в другой раз, — Питеру хотелось покинуть лабораторию поскорее. О чем он только думал, надеясь, что с Беннером удастся поговорить хоть пару минут? Конечно же, тот занятой человек, наверствывающий пропущенное в мировой науке за время вынужденного отсутствия. — А почему вы уверены, что она обязательно взорвется? — осторожно спросил он, когда они уже вышли из лаборатории. — Потому что ты прав насчет клеточных мембран. Не знаю, откуда растут руки у тех, кто это считал, но Пятница говорит, что там очевидная ошибка в одной из формул. — И почему вы об этом не сказали доктору Беннеру? — удивленно вскинул брови Питер. Не из-за него же, правда? Не мог же мистер Старк обидеться, что Беннер не уделил Питеру достаточно внимания? — В следующий раз не будет навешивать ярлыки, — пояснил Старк, и в его голосе Питер с удивлением услышал нотки недовольства. — Иногда достаточно остановиться и переключиться на что-то другое, или же взглянуть на работу незамыленным взглядом, типа как у тебя. Я скажу ему завтра, пусть помучается немного. А, может, и сам ошибку найдет. — Если уж даже я ее заметил буквально за полторы минуты, то обязательно найдет, — с уверенностью заявил Питер. — Я в него верю! Старк остановился на ходу, из-за чего Питер чуть было не влетел в него — шли они быстро, — затормозив в последний момент. — Чтоб я от тебя никогда не слышал “даже я”. Поверь, если бы не Пятница, — Старк постучал ногтем по стильной оправе своих очков, — я бы в жизни не понял, в чем дело. А тебе оказалось достаточно только взглянуть. Ты уникум, Паркер, и не позволяй себе думать, что это не так! Питеру стало не по себе: мистер Старк редко позволял себе настолько неприкрыто его хвалить. То есть это было вообще первый раз в жизни. Раньше тот иногда говорил Питеру что-то хорошее о нем, но засыпал это редкое упоминание слоем шуточек и сарказма, так что и не поймешь, всерьез он говорит или прикалывается. — Вы так думаете? — все еще не веря в услышанное переспросил Питер. — Правда? — Это не значит, что ты должен бросить заниматься своим развитием, — строго ответил Старк. — Но я действительно так считаю. Когда-нибудь ты станешь очень влиятельным человеком и твое имя будет стоять рядом с моим, того же Беннера, и других известных людей. Если, конечно, не перестанешь работать над собой или не сопьешься от тяжести супергеройской доли. — Ну вы как всегда, — рассмеялся Питер. — Горазды же вы мечтать! — Между мечтами и прогнозами кардинальная разница, карапуз, — покачал головой Старк, и рассмеялся, когда Питер надулся, услышав ненавистного “карапуза”. — Помню я, что ты у нас взрослый, прости, привычка. Они остановились у двери с прозрачной табличкой “П. Паркер” золотистыми буквами, и у Питера заколотилось сердце от предвкушения: вот она, его мастерская! С его — Питера — именной табличкой! Только его! Как же волнительно! Боже-боже-боже! Как бы не упасть в обморок от восторга! — Ну что, открывай, — засветился улыбкой мистер Старк, разом помолодев лет на десять из-за блестящих от нетерпения глаз: видно было, что ему не терпится показать Питеру все, что за этой дверью. — А почему не сами? — Питер начал искать по карманам свою пропускную карточку. — Это помещение открыто только тебе и роботам-уборщикам, — пояснил Старк с хитрым прищуром. — В экстренных случаях, конечно, Пятница впустит спасательную бригаду, а в остальном хоть на голове здесь ходи — никто не имеет прав доступа, кроме тебя. Питер, уже занесший было карточку над сканером, остановился. — А можно мне сразу внести корректировки в списки доступа? — Конечно, ты можешь сделать это в любой момент, — ответил Старк с нотками предвкушения. — Только Пятницу попроси. — Пятница, внеси, пожалуйста, мистера Старка в список доступа, — попросил Питер, ощущая себя, как минимум, царем Земли: он! дает доступ! в собственную мастерскую! самому Тони Старку! — Сделано, мистер Паркер, — отозвалась Пятница своим вежливо-отстраненным голосом. Питер провел-таки карточкой над сканером, и дверь открылась. — А зачем вообще карточки, если всем тут все равно заведует Пятница? — поинтересовался он, прежде чем зайти внутрь. — В случае, если все будет плохо, и спутники Пятницы отрубятся или с ними не будет связи, нужно, чтобы сотрудники и команда могли выбраться из базы самостоятельно, — пояснил Старк, делая приглашающий жест: мол, сколько можно стоять на пороге. — Ха-ха, очень смешно, — фыркнул Питер. — А если на самом деле? — А на самом деле ты первый, кого заинтересовал этот вопрос, — Старк почесал подбородок. — Думаю, людям просто нравится иметь физическое подтверждение своих прав. Хэппи так от всех этих пропусков, бейджей и прочей ерунды просто в восторге. Да и тебе твой пропуск греет душу, согласись. Питер вспомнил, как, только-только оставшись в одиночестве, минут пять глазел на свой золотой пропуск с эмблемой Мстителей и, наверняка, глупо улыбался. — Ну да, — смущенно пролепетал он, все же заходя внутрь, чтобы скрыть неловкость. И встал столбом в шаге от двери. В мультике про Золушку фея взмахивала волшебной палочкой — и все вокруг пронизывал звездный ветер, оставляя после себя сказочно-прекрасные вещи. Питер чувствовал себя прямо так же, как и бедная Золушка в этот момент. Пожалуй, он не был психологически готов к “хрустальным туфелькам” и “карете”, поэтому только и мог, что стоять, хватать воздух ртом — его стало катастрофически не хватать в легких — и бороться с желанием бросится на шею мистеру Старку. — За той дверью — лаборатория. Надеюсь, ты не будешь путать ее с мастерской, — так и не дождавшись от Питера хоть какой-нибудь реакции, проговорил Старк. — Обычные взрывы — в мастерской, химические — в лаборатории. Договорились? — Л-лаборатория? — беспомощно прошелестел Питер, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Да уж, только разреветься не хватало еще, тогда мистер Старк точно вернется к “малышу”. — А чего дивана нет? — задал Питер глупый вопрос, будто бы в шутку, чтобы как-то отвлечься. — У вас есть диван! Я что, не заслужил спать в мастерской? — Эй, спать надо в кровати! — развеселился Старк. — Но ты ко мне несправедлив, диван есть, какая же мастерская без него. Питер удивленно заморгал: это что, невидимый диван? А потом поднял взгляд к потолку, заметив там что-то краем глаза, — и нашел его! — Воу-воу-воу, диван на потолке! — восхитился Питер. Это было… трогательно. Для него никто еще такого не делал. — Ну, что стоишь? — Старк подтолкнул его в спину. — Иди все поближе посмотри. Зря он это сказал. Потому что минимум следующие полчаса Питер носился по мастерской и лаборатории, трогал, крутил, вертел, бегал — в буквальном смысле — по потолку от счастья, восторженно пищал — ух ты, перегонный куб, нифига ж себе, стенд для испытаний паутины! — и это все безумно забавляло мистера Старка, усевшегося во вращающееся кресло и посмеивающегося над его беготней. А когда Питер выдохся и присел на диван, Старк активизировал броню на ногах и спокойно взошел по стене, после чего невозмутимо уселся рядом. — Локальное изменение гравитации, — бросил он ошарашенному Питеру, будто это что-то совершенно обычное. — Продал эту технологию вместе с технологией поверхностного примагничивания, — он кивнул на лежащий в углу дивана свернутый плед, который, каким-то совершенно волшебным образом, не падал, — так что ты мне, паучок, принес парочку миллионов долларов. Питеру было безумно интересно узнать подробнее, но не сейчас: сейчас же он и без того был наполнен впечатлениями, как воздушный шарик — гелием, того и гляди — взлетит. Он смотрел на сидящего рядом мистера Старка — небрежно взъерошенные волосы, чуть прищуренные глаза за цветными стеклами очков, морщинки-смешинки, чуть капризная линия рта, виднеющиеся в вороте дизайнерской футболки ключицы — и думал, какой тот красивый, крутой и охуенный. И тратит время на Питера, обычного парнишку, которому повезло быть укушенным сбежавшим из лабораторий пауком-мутантом. С таким же успехом сейчас здесь мог бы сидеть тот же Нэд, или любой из их одноклассников. Но повезло конкретно Питеру, и это просто какое-то волшебство. Он, мистер Старк, база Мстителей, собственная лаборатория-мастерская. И черт с ним, что те не очень хорошо его восприняли, когда есть мистер Старк, какими бы ни были причины, по которым он уделяет Питеру столько внимания. Наверное, из жалости. Что-то типа “мы ответственны за тех, кого приручили”. — Ебаные боги, не смотри на меня так, — закатил глаза к потолку, то есть к полу, мистер Старк. — Ладно, можешь обнять, вижу же, что тебе хочется. Воспользовавшись разрешением, Питер, как мог бережно, прижался к нему, чувствуя, как опадают свисающие до этого вниз волосы. Где-то на задворках сознания засвербела мысль о том, на сколько человек хватает этой самой “локальной гравитации”, но тут же пропала, растворившись в нежности, охватившей обнимающего Старка Питера. Глаза щипало, и тот уткнулся в воротник пиджака, чтобы Старк не видел, как он расплачется. Воротник пахнул хозяином, и от этого стало еще хуже. Все события прошедшего дня и месяцев перед этим нахлынули на Питера и тот, не в силах справится с собой, дал слезам течь, совершенно по-детски всхлипнув. Гребаное тело, с которым вот никак не совладать. Хорошо что хоть мистер Старк не стал ничего говорить, только тихонько вздохнул и опустил ладонь на спину Питеру. Тот подтянул на диван ноги и скрутился под боком у Старка, украдкой вытерев глаза. — Странное дело, мебель на потолке все равно заставляет голову кружиться, хоть гравитация и воспринимается нормально, — с интересом заключил тот. — Кажется, что падаешь, хотя совсем точно не падаешь. У тебя тоже каждый раз такое ощущение? — У меня нет, — лениво поднял голову Питер. — Спустимся вниз? — предложил он с сожалением, слишком уж ему не хотелось нарушать их уютное уединение. — Не надо, пока терпимо, — Старк вытянул ноги и ощутимо напрягся, инстинктивно ожидая, что теперь, когда не примагничивается подошвами к потолку, его искусственной гравитации может и не хватить. — Я вас, если что, поймаю, — пообещал Питер и поморщился: настолько жалко звучал его голос. — Надеюсь, что гравитатор меня не подведет, — усмехнулся Старк. — Рассказать тебе о нем подробнее? — Конечно, — Питер обрадовался как тому, что узнает сейчас, как такое можно осуществить на практике и привязать к конкретному телу, так и тому, что это позволит им посидеть вместе подольше. — Значит, смотри…