Терпкий вкус

      — Эй, соня, пора вставать! — Оливия нежно подула на ушко Бет, с улыбкой рассматривая метку на шее девушки.       — Сколько уже времени? — омега сонно натянула одеяло на голову: ей совершенно не хотелось вставать. От множества оргазмов тело девушки налилось приятной тяжестью.       — Шесть вечера, миндаль мой. — Лив села на кровати, закурив.       — Ну почему всё хорошее так быстро заканчивается? — недовольно проворчала омега, потянувшись за телефоном. Ей давно пора быть дома, но уходить не хотелось. — Мамочки… — прошептала Бет и, уткнувшись лицом в подушку, протянула телефон Оливии.       — Бетти, мы звонили родителям Додси, ты ночевала не у неё. Ты знаешь, как мы с мамой тебя любим, доверяем тебе. Поэтому, надеемся, что ты приведёшь ту или того, у кого ночевала, к нам сегодня на ужин. — прочитала вслух альфа.       — Я влипла… — судя по тому, с какой силой Бетти уткнулась в подушку, она планировала провалиться сквозь кровать.       — Вставай давай, на ужин опаздывать не вежливо. — Лив нежно хлопнула девушку по попе и встала, затушив сигарету.       — Ты пойдёшь? — немного удивлённо спросила Бет, прекращая зарываться в подушку.       — Да, а что такого? Надеюсь, они не будут против, что я приду в костюме, а не в платье?       Омега улыбнулась, поджав ноги к груди, наблюдая, как соблазнительная нагота Лив пропадает под одеждой. Альфа замерла у зеркала, задумчиво проведя пальцами по шраму на щеке.       Бет соскользнула с кровати, прижавшись к спине девушки.       — Ты очень красивая, Оливия, дай я его ещё раз поцелую? — омега улыбнулась, позволяя Оливии развернуться и прижать её к себе.       — Ты похожа на нимфу из легенд. — Лив улыбнулась, обведя розовый сосочек, заставляя омегу слегка выгнуться.       — Что ты творишь… Ну вот, я опять начинаю хотеть твой язычок внутри! — соблазняюще прошептала Бет.       — Эй, маленькая нимфоманка, обещаю, что буду забирать тебя после школы, чтобы поразвратничать, но сейчас нам надо собираться, мой миндаль… — с сожалением ответила Оливия, поцеловав девушку. Бетти вздохнула, смущённо осознавая, что буквально за одну ночь она изменилась и вот уже во всю готова резвиться с альфой в кровати.       — Заплетёшь мне волосы? — омега стала искать скинутые наспех платье и нижнее бельё.       — Хорошо. — Оливия почти оделась, раздумывая брать с собой сигареты или нет.       — Я готова! — Бетти села на стул, болтая ногами.       — Учти, я умею заплетать только самую обыкновенную косу, никаких изысков. — Лив вздохнула, вспоминая как плести косы. Свои волосы она обкорнала много лет назад, и ходила с практически мужской стрижкой.       — Мне нравится, очень красиво! — как только темноволосая закончила, омега подскочила к зеркалу.       — Пойдём? — Оливия уже обувалась. Девушка старалась не думать о том, как отнесутся родители Бет к метке на шее дочери.       На улице большими хлопьями валил снег, холодный ветер пронизывал насквозь, поэтому омега практически прилипла к Лив, прячась за её широкой спиной.       Чем ближе они подходили к дому, тем сильнее Оливия нервничала. Дико хотелось курить, но она всё же оставила сигареты на комоде в прихожей.       — Надо было, наверное, что-нибудь купить, блин! — буркнула альфа, когда они поднялись на нужный этаж и замерли у двери.       — Да ладно… — немного нерешительно ответила Бетти, неловко топчась у двери. Решимость, с которой она хотела познакомить свою девушку с родителями, внезапно улетучилось. Омега чувствовала себя школьницей, которая серьёзно нашкодила.       Оливия выдохнула и позвонила в дверь.       Спустя пару минут дверь открыли. На пороге их встречали обе родительницы.       — Привет, мамули… — выдавила из себя Бет, невольно чувствуя напряжение во всём теле.       — Здравствуйте! — Оливия сглотнула, стараясь казаться непринуждённой.       — Проходите внутрь, нечего на пороге стоять, — вместо приветствия буркнула высокая статная альфа, походившая на скандинавскую воительницу.       Бет юркнула в квартиру, потянув за собой Лив.       — Меня зовут Энни, а это моя жена Рэн. — Немного картавя, представилась омега.       — Меня зовут Оливия, приятно познакомиться! — Девушке было неловко смотреть снизу вверх. Вот совсем не вовремя они решили представиться, когда альфа присела на корточки, чтобы развязать шнурки.       — Прошу к столу, ужин уже готов, все разговоры после еды. — Рэн, подталкивая протестующую дочь, скрылась на кухне.       — Извини за холодный приём, мы волновались, что Бетти не ночевала у подруги, хоть мы ей и доверяем, но Рэн такая импульсивная. — Энни сочувственно посмотрела на Оливию. — Пойдёмте за стол.       Девушке было неловко, уютная кухонька давила на неё, все эти домашние запахи заставляли Оливию почувствовать себя лишней среди этих людей.       — Ой, вы приготовили мои любимые тефтельки-ёжики! — вскрикнула Бетти громче, чем нужно, явно стараясь разрядить атмосферу. Но женщины молча уселись за стол, позволяя дочери сесть рядом с Оливией. Ужин прошёл в гробовом молчании, нарушаемом редкими попытками Бет начать беседу.       Альфа нащупала под столом ладонь Бетти и легонько сжала, так они просидели практически до конца ужина. Пусть еда была безумно вкусной, но в горло она не лезла.       — Бетти, свари, пожалуйста, кофе. А мы пока побеседуем в гостиной. — Рэн встала, сложив посуду в раковину.       — Мам, а можно Оливия мне поможет? — подала голос Бетти, испуганно переводя взгляд с Энни на Лив.       — Нет, родная, ты сама прекрасно справишься. — Отчеканила Рэн, выйдя из кухни. Оливии ничего не оставалось, как последовать за ней. Как только за ними захлопнулась дверь, Рэн пристально уставилась на Лив.       — Курите?       Девушка кинула. Рэн порылась в карманах джинсов и, под осуждающий взгляд Энни, протянула Оливии сигарету и закурила сама. Альфа с удовольствием затянулась, стараясь унять дрожь в пальцах.       — Мы заметили, что наша дочь стала чаще проводить времени вне дома и, конечно, подумали, что она с кем-то встречается… — начала Энн.       — Поверьте мне, но я отлично понимаю, что в шестнадцать-восемьнадцать лет подростки уже занимаются сексом и я сама рано лишилась невинности, — продолжила Рэн, нежно сжав ладонь покрасневшей омеги. — Поэтому я не могу осуждать дочь, если она уже занимается сексом. Но для нас важно, чтобы вы предохранялись.       — Мы предохраняемся. — Ложь тяжёлым камнем упала внутри Оливии. Её смущал этот разговор, но она была рада, что на неё не кричат и не пытаются запретить им общаться, хотя кто знаешь, что будет дальше.       Девушка прочитала облегчение в глазах двух женщин и что-то вроде «хорошо, что они истинные».       — Мы познакомились недавно, но мне нравится Бетти, действительно нравится. У меня были до этого отношения, но я… я впервые почувствовала что-то… невероятное… новое… не знаю, как это объяснить… именно с ней. Возможно я поторопилась с меткой… Но, — Оливия выдохнула, уставившись на свои колени. Сигарета догорела до фильтра, обжигая пальцы девушки. Она так много хотела рассказать о чувствах к Бетти, о своих мыслях, но больше не могла выдавить из себя и слова.       — Извини, а ты случайно не дочь Троя Андреас? Вы очень похожи внешне… — Энни решила взять разговор в свои руки. Женщина с тёплым сочувствием отнеслась к этой девчонке, которая так отчаянно пыталась казаться взрослой.       — Да, это мой папа, только он после развода отказался от фамилии Андреас… — Оливия затушила сигарету о заботливо протянутую пепельницу.       — Ох, мы пару лет назад ходили на его концерты, Бетти тогда была совсем ещё маленькая! Быть не может! — Энни вскочила с места, возбуждённо ходя по комнате. — Рэн, милая, помнишь, как мы целовались на его выступлении? Мне тогда казалось, что на всём свете мы были только вдвоём!       — А Лив может достать билеты на любой из его концертов, да и вообще, она вместе с папой играет, она скрипачка! — в комнату под шумок заглянула Бетти.       — Правда можешь достать билеты? — Энни восторженно, как маленький ребёнок, подскочила к креслу, в котором сидела Оливия.       — Да, конечно, я думаю, папа был бы очень рад познакомиться с вами лично. — Девушка неловко улыбнулась. Чувствуя, как настороженный взгляд Рэн теплеет.       — Как здорово! Рэн, представляешь?! — Энни обняла жену, счастливо улыбаясь.       — Вы заслужили расположение моей жены, но прежде чем заслужить моё, вы должны запомнить, что Бетти может встречаться с вами только без вреда для учёбы. Вы можете встречать её после школы, а вечером, чтобы она как штык была дома и желательно со сделанными уроками. Походы в кино, музеи и прочее обговариваются отдельно. — Рэн слегка улыбнулась.       — А ночёвки, мам? Ты чего не сказала о них? А выходные? — Бетти вызывающе плюхнулась на колени Оливии.       — Выходные ты проводишь в кругу семьи. Также мы будем рады видеть в нашем кругу и Оливию, которая может оставаться иногда на ночь у нас. — Рэн старалась сохранять серьёзный тон, но в глазах альфы горели хитрые огоньки. Женщина смерила Оливию взглядом, словно спрашивая, как она будет выкручиваться. Мол, я не против, чтобы моя дочь вела половую жизнь, но сначала найдите для этого время.       Оливия впервые за весь вечер широко улыбнулась, чувствуя закипающий в крови азарт. Уж она-то найдёт и время и место для этого. Бетти надулась, явно не понимая, почему её альфа улыбается.       — Кофе давно готов, — буркнула она, соскочив в колен, громко топая, направившись на кухню.       — Я помогу! — Оливия последовала за ней, на этот раз не получив отказа.       Выждав около пяти минут, Рэн и Энни тихо заглянули на кухню. Оливия и Бетти целовались, прижавшись к холодильнику. Женщины перемигнулись, вспоминая, как они пользовались каждым удобным случаем, чтобы поцеловаться и прижаться к друг другу. Энни потянула жену обратно в гостиную.       — Дадим им ещё 10 минут, сама терпеть не могла расставаться с тобой даже на ночь… — улыбнулась Рэн, поцеловав свою омегу.       — Я люблю тебя.