Я останусь Томом

Я сижу в темноте. И она не хуже в комнате, чем темнота снаружи. Иосиф Бродский Проведя всю ночь без сна, я успела уверить себя, что ни в какой трактир завтра не пойду. Но, когда настало утро, передумала. Поэтому уже в полдень я была у "Висельника". Устроилась под яблоней и, прислонившись спиной к корявому стволу, стала ждать Томаса Реддла. Расчет мой был простым - если этот мужчина действительно имеет отношение к моему Тому, я его узнаю. А не узнаю, так просто пойду домой. Вот и все. Солнце стояло высоко в зените, но под яблоней было относительно прохладно. Помаявшись немного, я уселась прямо на траву и раскрыла книгу стихотворений Альфреда Теннисона, захваченную из дома. Народ в "Висельник" не ломился, поэтому я могла себе позволить потерять бдительность. Если кто-то подойдет близко, я замечу. Том Реддл появился на пороге трактира в два часа пополудни. И я сразу его узнала. Поспешно вскочила на ногу и, заложив страницы книги указательным пальцем, негромко окликнула мужчину: - Мистер Реддл! Он вздрогнул и остановился. Уставился на меня широко раскрытыми темными глазами, которые так напоминали глаза моего Тома. И улыбка увяла у меня на губах. Мой Том никогда так на меня не смотрел. Во взгляде мистера Реддла читались страх, презрение и ненависть. Четко печатая шаг, он направился ко мне. Остановился в нескольких шагах и отрывисто бросил: - Это вы приходили вчера ко мне домой? Что вам нужно?! Я не ожидала столь открытого проявления враждебности. Ну, во всяком случае, до того, как я начну разговор о его личной жизни. Поэтому сделала шаг вперед. Мужчина тут же отступил. И неожиданно велел: - Покажите руки! - Простите, что?! - Ваши руки! Я хочу видеть их. Положите книгу! В этот момент у меня возникли серьезные подозрения в его адекватности. Реддл вел себя так, словно у меня в руках не сборник стихотворений, а по меньшей мере револьвер. Пожав плечами, я медленно опустила книгу на траву, а потом продемонстрировала ему пустые ладони. - Вот, пожалуйста. Может быть, теперь мы поздороваемся? - Теперь вы скажете, что вам нужно и уберетесь отсюда! - отрезал он. - Вас прислала Меропа? Я молчала, во все глаза глядя на него. Всю эту бессонную ночь я прокручивала в голове возможные сценарии нашей встречи. И ни один из них не был таким... Том Реддл возненавидел меня с первого взгляда. А еще, готова поклясться, он меня боялся. Несмотря на то, что был высоким, мускулистым и весил фунтов на семьдесят больше, чем я. Но раз уж я пришла сюда, нужно хотя бы попытаться завязать разговор. - Нет, не Меропа. Я вообще не была с ней знакома. Просто... Это долгая история, и я бы хотела с вами поговорить. Может быть, зайдем в трактир и выпьем по чашке чая? И тут он неожиданно рассмеялся. - Считаете меня идиотом? Пить чай с такими, как вы?.. Да я пришел сюда только для того, чтобы вы не притащились ко мне домой. Родители понятия не имеют о том, кем была Меропа. И не должны узнать! А я никогда больше не желаю слышать ее имени. Так что говорите, зачем пришли, и проваливайте! Я стояла, смотрела на него и чувствовала, как полыхают щеки. Мое терпение было на исходе. Не знаю, какие отношения связывали их с Меропой, но этот лощеный мужчина не имеет права мне хамить! Поэтому я решительно шагнула вперед и, глядя ему в лицо, произнесла: - Пить со мной чай вас никто не заставляет. Я просто хотела быть вежливой. Хотя вы, наверное, не понимаете, что это такое! Я не знаю, кем была Меропа, но я насквозь вижу вас. Вы самовлюбленный, чванливый, наглый тип, который считает себя лучше всех остальных. Вот только непонятно, на каком основании. Я надеялась, что вы другой! Красивое лицо Реддла исказилось, а в следующую секунду он сжал мое плечо и процедил сквозь зубы: - Прекратите орать! И давайте отойдем от трактира, я слишком долго развлекал местную публику. - Я с вами никуда не пойду! - Тогда какого черта вы вообще приходили?! Я хотела было ответить, но случайно отвела взгляд от искаженного злобой лица Реддла и увидела в окошке любопытного трактирщика, который внимательно следил за каждым нашим движением. Пришлось замолчать. Плевать на репутацию этого напыщенного негодяя, но мне, возможно, тоже придется здесь жить. Этой ночью, лежа в постели без сна, я так и не смогла вспомнить, какие из пригородных зон Лондона подвергались бомбежкам в начале войны. Так что еще неизвестно, какой из домов я выберу своим постоянным пристанищем. - Ладно, давайте отойдем. Но не смейте меня трогать! Реддл мгновенно отдернул руку. Кажется, он сам удивился тому, что прикоснулся ко мне. Не сговариваясь, мы обошли трактир, углубились под сень деревьев, которые его окружали, и там остановились. Я медленно вдохнула, призвала себя быть терпеливой и снисходительной, а потом заговорила. - Давайте начнем сначала. Вас зовут Томас Реддл, и когда-то вы были женаты на Меропе Мракс. Меня зовут Алиса Вейерс, и я никогда не встречалась с вашей женой. Но я работаю в приюте, где она умерла. - Меропа мертва?! - Да, и уже давно. Ее не стало девять лет назад. Вы, я вижу, не слишком интересовались жизнью супруги. - Она не была моей женой! - Мне говорили обратное. Он хотел было заспорить, но лишь махнул рукой. Снова внимательно уставился мне в лицо. Но в этот раз во взгляде мужчины можно было заметить не только враждебность, но и интерес. - Вы бросили Меропу. Она нищенствовала, она болела. Да вы хоть знали, что она… - Мне плевать! – резко оборвал меня Реддл. – Я ненавидел ее. И ненавижу сейчас. Она худшее, что могло со мной случиться. - Вас никто не заставлял на ней жениться! – не выдержав, рявкнул я. По лицу Реддла пробежала судорога. Он сделал шаг ко мне и остановился, сунув руки в карманы. Видимо, пытался сдержаться и не сломать мне шею. - Значит, вы не из них. И ничего не знаете. В таком случае, что вам нужно от меня? Меропа мертва, и черт с ней. Зачем ворошить прошлое? - Потому что она была беременна! – выпалила я, продолжая злиться. И тут же пожалела о том, что сказала. Сейчас, после десятиминутного разговора с Реддлом, я отчетливо понимала, что Тому не нужен такой отец. Но стремление мужчины выставить несчастную мертвую девочку монстром, а себя – невинной жертвой безумно меня бесило. Реддл замер. Внимательно уставился на меня, а потом непреклонно произнес: - Вы лжете! Он мне ни капли не нравился. Он не вызывал у меня доверия. Но… но в эту минуту он был как две капли воды похож на Тома. Но Тома, которому кажется, что его хотят обидеть. - Нет, не лгу. Девять лет назад Меропа родила вашего сына. И скончалась. Она назвала мальчика в вашу честь. Хотите сказать, что не знали о ее беременности? Реддл молчал целую минуту. Потом медленно покачал головой. Теперь он как будто не замечал меня и разговаривал сам с собой. - Может, знал. Может, нет… Я плохо помню то время. Кажется, я пытался покончить с собой. Хотел повеситься. Два раза или три… А может… Нет, не помню. Тогда она мне все рассказала… Я смотрела на него во все глаза и думала, что он точно с приветом. И не стоило мне говорить ему о сыне. Но… сделанного не воротишь. - Мистер Реддл… Неожиданно Томас очнулся. Вскинул голову и посмотрел на меня прояснившимися глазами. - Хотите сказать, у меня есть сын? Вы за этим пришли? - Я… да. - Значит, зря. Мне… все равно, ясно?! Мне не нужен ребенок Меропы. Готов поспорить, он такой же, как она. - Он похож на вас. Реддл снова засмеялся. Помотал головой и посмотрел на меня, как на идиотку. - Я не о внешности говорю. Но, если вы не видели, вам не понять. Вы… - Конечно, мне не понять! – перебила я, снова делая шаг к нему. – Мне не понять, как вы можете спать спокойно, зная, что бросили беспомощную беременную женщину, которая любила вас. Как вы можете жаловаться на нее, живя в шикарном особняке и тратя деньги родителей, зная, что она умерла в нищете. А ваш сын вырос в приюте! Он хотел было открыть рот, но я не позволила. - И, знаете что, мистер Реддл? Это вы не нужны Тому. Вы не заслуживаете такого сына! Он замечательный мальчик, а вы – трус и слабак. И мы с Томом прекрасно обойдемся без вас! С этими словами я решительно развернулась на каблуках и пошла прочь. Внутри все клокотало от ярости. Я знала, что он может не обрадоваться известию о сыне. Знала, что может отказаться от знакомства. Но подобная реакция сильно меня удивила. Мне больше ни минуты не хотелось разговаривать с Томом Реддлом. Никогда и ни за что. Реддл, конечно, меня не преследовал. Поэтому я без проблем добралась до своего нового дома и, не раздеваясь, рухнула в кровать. Я проспала до самого вечера, а затем встала, привела в порядок мысли и свои вещи. Напомнила себе, что все мужчины – инопланетяне, которых невозможно понять. И решила больше не вспоминать о сегодняшнем разговоре. Лучше поем, наконец. Утром меня так мутило от волнения, что об этом и думать не хотелось. Возможно, мое желание познакомить Тома с мистером Реддлом было продиктовано тем, что в свое время я не успела наладить отношения с собственным отцом. Мы не общались много лет. До тех пор, пока он не оказался при смерти. И я очень жалела о том, что судьба нас развела. Но это моя история, и к Тому она никакого отношения не имеет. Ему будет гораздо лучше со мной, чем с этим избалованным и неуравновешенным маменькиным сынком. Поэтому я даже не стану рассказывать Тому о сегодняшней встрече. Во всяком случае, не сейчас. Я… просто куплю билет на поезд и поеду его навестить. После всего, что произошло сегодня, я просто обязана его увидеть. И я… Я замерла, не донеся до рта чашку с чаем. Рука задрожала. Потому что я вдруг поняла, о чем говорил Реддл. Тогда, в пылу ссоры, я не придала значения его словам. Но теперь, анализируя наш разговор… Теперь я практически уверена, что Меропа Мракс обладала таким же Даром, которым владеет Том. Вот почему бывший муж говорит о ней со страхом и ненавистью. Вот почему он не хочет даже взглянуть на сына. И вот почему он испугался меня, когда решил, что я подруга Меропы. Это открытие было таким поразительным, что мне даже пришлось встать из-за стола и пройтись по кухне. Движение всегда помогает мне привести в порядок мысли. Том владеет какими-то волшебными силами. Я сама это видела. Его мать была такой же. И… неужели есть и другие? Реддл сказал мне «Значит, вы не из них»… Кого он имел в виду? И сколько этих «их»? И где мне найти их, если возникнет такая необходимость? А она может возникнуть – хотя бы потому, что я собираюсь взять Тома под свою опеку. Вопросов было много, ответов – ни единого. Поэтому я решила сделать меньшее, что сейчас могу. Поговорить с Томом. Рассказать ему о том, что случилось со мной, и попытаться расспросить о его собственном Даре. Он должен понять, что мне можно доверять. Что я никогда его не обижу. Не оттолкну. И не испугаюсь. Я поеду к нему и, если все сложится благополучно, мы поговорим. А если не сложится сейчас, я выберу другой подходящий момент. Думаю, их у нас будет немало….