Этапы связи

            — Что-то ты не очень выглядишь, — сообщил Теодор Нотт после недолгого осмотра. Заглянувший в купе мальчик был необычайно доволен жизнью, а от того резко контрастировал с мрачными детьми, сидевшими внутри.              Закатив глаза, Сола ничего не ответила на столь нелестные слова.              Теодор был абсолютно прав — не выспавшаяся, с темными кругами под глазами и бледным лицом, она абсолютно точно выглядела «не очень» и это было ещё мягко сказано. Последние две ночи, что она провела в Норе, были самыми отвратительными за последние года. Даже те четыре дня в больничном крыле были не такими бесполезными и бессонными. Проклятый шрам, не дававший о себе знать аж несколько месяцев, невыносимо зудел, чесался и вообще жутко раздражал, а сны, что бесцеремонно вторгались в её разум даже наяву, казались настолько страшными, что Сола делала абсолютно всё, лишь бы не заснуть по-настоящему. Кто знает, на что способен её разум, столь тесно связанный с Волдемортом?              — Вот и иди отсюда, Нотт. Нечего смотреть на тех, кто не услаждает твой взор, — неожиданно выдал Гарри, отчего закашлялись абсолютно все.              — Почему не услаж… — начал было Теодор, но тут же осекся и покраснел. Бросив опасливый взгляд сначала на Солу, а потом и на Драко, тут же заелозившего от такого внимания, он буркнул что-то про школу и закрыл дверь, громко лязгнув ею об замок.              — И что это с ним? — не смогла сдержать зевок Сола, прикрывая рот. — Тоже не выспался, что ли?              — Как же, не выспался, — фыркнул Драко. Поднявшись, он перепроверил хорошо ли Нотт закрыл дверь и продолжил. — Ты на его лицо счастливое разве не видела? Да он так радовался в последний раз, когда его отец ему фестралов подарил.              — Может мы не будем обсуждать Нотта, а вернёмся к Волдеморту? — вспылив, не выдержал Гарри. — Гермиона, ну что там по тетради?              Нервная девочка лишь пожала плечами. Достав дневник из-под мантии, она продолжила постукивать палочкой по дневнику, чем и занималась весь прошедший час после отправления поезда. К чести Гермионы, на известие о том, что дневник лучше не отдавать она отреагировала на редкость спокойно. Слишком спокойно, по мнению Солы, но её мнения здесь теперь никто не спрашивал. Гермиона мало того, что взяла тетрадь в руки, так ещё и осмотрела её, открыла, пролистала… Ну а потом принялась колдовать, вооружившись недлинным списком заклинаний, что она приготовила заранее. Как там она сказала… «Зная тебя Гарри, и тебя, Сола, совершенно не удивительно, что вы всё-таки решили засунуть свои любопытные носы в эту тетрадь».              С трудом сдержав истеричный смешок, Сола продолжила следить за тем, как Гермиона бормочет разные формулы, да взмахивает палочкой, силясь обнаружить что-то, что позволит ей отдать дневник Дамблдору. Судя по растерянному лицу, ничего подозрительного в дневнике не было, а уж одно это было в сто раз подозрительнее, чем самые страшные заклинания.              — Ничего не понимаю, — наконец вздохнула Гермиона. Опустив палочку, она захлопнула тетрадь, положила её на коленки Рона и продолжила. — Это обычная тетрадь, простая и ничем не примечательная. Да, она заколдована, но чары, наложенные на неё, такие же обычные — простая защита от воды и истления, сейчас большая часть пергаментов с такими заклинаниями продают. — Она вновь озабоченно посмотрела сначала на Солу, а потом на Гарри.              — А я тебе по что битый час толкую, Гермиона, — влез Драко, успевший мимолётно переглянутся с Солой и даже триумфально улыбнуться. — Ничего страшного в ней нет.              — Мы бы не подвергались жизнь Гарри опасности, Гермиона, — устало вторила ему Сола. — Неужели ты думаешь, что я бы не проверила тетрадь на наличие опасных заклинаний?              — Всё равно, поверить не могу. Как же он мог допустить, чтобы такая вещь осталась без защиты?              — Какая вещь, Гермиона? — хмыкнула Сола и приняла дневник из рук Рона. Мальчик скорее кинул, чем передал дневник, но Сола предпочла проигнорировать это. Не время ворчать. — Это —обычная тетрадь шестнадцатилетнего школьника. В ней нет никаких тайн, что были у Волдеморта… Да хватит, Рон, табу давно не действует. — Сола специально упомянула незнакомое слово, надеясь, что Гермиона обратит на это внимание, но просчиталась — ей был гораздо интересен дневник, а не какое-там табу.              — Это очень странно, — покачала она головой. — Практически невозможно. Драко, если тетрадь так не важна, то почему ты-знаешь-кто передал её твоему отцу, а не оставил в своём доме?              Расслабившийся Драко явно не ждал такого вопроса. Кашлянув, он поправил сбившуюся в поясе мантию, уселся поудобнее и ненароком сжал руку Солы, да так сильно, что она с трудом удержалась от болезненного шипения. Аккуратно освободив покрасневшую ладонь, Сола смерила Драко мрачным взглядом и предположила:              — Может это было испытание? Своеобразная проверка верности? Волдеморт… Рон, знаешь, что мне интересно больше всего? — перебила она саму себя и посмотрела на нервно вздохнувшего друга. — Мне интересно, когда ты перестанешь дёргаться при упоминании его имени? У меня такое чувство, что я произношу нечто непотребное, а не просто именую человека.              — Так не именуй его, пожалуйста, — скривился он, смеривая заулыбавшегося Драко нехорошим взглядом. — А ты, Малфой, не смейся, что-то я не слышал, чтобы твой отец называл его по имени…              — Ему по статусу не положено, — взмахнул головой Драко и горделиво приосанился.              — Это какому статусу? — насмешливо хмыкнул Рон. — Статусу главного слизеринского змея? Или мистеру самые лучшие локоны какого-то там года?              Драко, к удивлению, Солы, лишь громко расхохотался. Вытерев слезы, что выступили на глазах, он хлопнул его по плечу и доверительно сообщил.              — К твоему сведению, Рон, у отца действительно есть подобная медаль. Она жутко раздражает маму и вообще является одной из самых главных причин всех семейных споров.              — Не может быть, — вытаращился Гарри, растерянно переводя взгляд с удивлённо хихикающего Рона на Драко и обратно. — Скажи, что ты шутишь.              — Зачем бы мне шутить?              — Может вернёмся к тетради? — строго сказала Гермиона, призывая всех к порядку. — Мы всё ещё не решили, что с ней делать.              — Да что там решать, — отмахнулся Гарри — Оставим её у себя и дело с концом.              Нахмурившись, Гермиона покачала головой, явно недовольная ответом друга.              — Всё-то у тебя просто. А что, если шрам у Солы заболел именно из-за тетради?              На Соле тут же скрестились четыре внимательных взгляда, от которых ей стало не по себе. С трудом удержавшись от желания потрогать воспалённый шрам, она как можно увереннее покачала головой и возразила Гермионе:              — Тетрадь не при чём. Он болел и до того, как она появилась.              — Что-то я не припомню, чтобы ты каталась по полу в гостиной, шипя словно змея, — подозрительно нахмурился Рон. — Ты вообще представляешь, как мы испугались?              — Мы это уже обсудили, Рон, — натянуто произнесла она, не желая говорить об этом больше, чем она уже рассказала. — Это произошло из-за связи между мной и Волдемортом. Видимо, его эмоции оказались настолько сильны, что передались мне…              — То есть за последние десять лет, это был первый всплеск эмоций, что он испытал? — не поверила Гермиона, пристально разглядывая излишне бледную кожу подруги, через которую столь явно просвечивали синеватые сеточки вен. Впалые щеки и искусанные губы особой красоты не прибавляли — Сола выглядела как самый настоящий мертвец.              — Это был первый всплеск эмоций, что я смогла настолько сильно прочувствовать, — не сумев скрыть досады пояснила Сола. Как было бы проще, если Гермиона было хоть чуточку глупее и невнимательнее… — Не знаю, с чем это связано, но точно не с дневником.              — Может, это произошло из-за вашей встрече в июне? — продолжила рассуждать Гермиона, накручивая на палец кудрявую прядь темных волос. — Эта… связь ведь могла окрепнуть после неё?              — А ведь точно, — закивал Драко с необычайным воодушевлением. — Если провести аналогию со связью у партнёров, то…              — Не надо проводить таких аналогий, — тут же возмутился Гарри, переглядываясь с закивавшим от солидарности Роном. Тот даже изобразил, что его тошнит. — Мы и так непонятно до чего договорились.              — Да ладно тебе, это всего лишь научное допущение, — сморщилась Гермиона, всем своим видом выражая недовольство его закостенелостью — Гарри не терпел упоминая о партнёрстве и всегда старался пресекать любые разговоры о нём. — Мы ведь не знаем природу подобной связи, вот и разрабатываем любые версии.              — Вот и разрабатывайте любые, кроме этой. Она же бредовая!              — Может быть вы перестанете болтать и послушаете меня?! — прервала их спор Сола и тут же закашлялась — сорванное горло невыносимо саднило, а зелье миссис Уизли закончилось ровно перед отъездом. В который раз пожалев, что она не попросила ещё один флакончик, Сола приняла бутылку с морсом, что передал ей Рон и сделала пару глотков. Отдышавшись, она благодарно кивнула другу и продолжила более тихим голосом. — Гермиона, шрам беспокоил меня всю мою жизнь. Конечно, он никогда не болел так сильно… Но всё равно не давал о себе забыть. Драко, я поняла, что именно ты пытался сказать. Это вполне вероятно. Встреча с Волдемортом, пусть и в затылке Квиррелла, послужила неким катализатором, что укрепил связь между его частицей внутри меня и им самим. Не кривись, Гарри, я говорю совершенно про другую связь, а не те узы, что есть между тобой и… И теми людьми, чьи слова запечатлены на твоей руке.              Покрасневший Гарри смущено взъерошил волосы и неожиданно заявил, что хочет прогуляться и купить парочку шоколадных лягушек. Стремительно выйдя из купе, он пошел вглубь вагона, проигнорировав крик Гермионы.              — А как же тетрадь? — обескуражено повторила она, смотря на оставшихся друзей.              — Да оставим её у Солы и дело с концом, — фыркнул Драко и, порывшись в кармане, достал пару монет. Пересчитав деньги, он вернул их в карман и последовал за Гарри.              — Эти мальчишки! — гневно фыркнула Гермиона, смерив спину Драко возмущенный взглядом. — Хорошо, хоть ты, Рон, относишься к этому гораздо серьезнее. — Приставший с сиденья Рон, тут же плюхнулся назад и глубокомысленно кивнул, чем вызвал приступ каркающего смеха у Солы.              Перестав нервно хихикать, Сола порезала на месте, в который раз сдерживая зевок. Организм требовал сна, глаза слипались, а движения казались ей настолько ломаными, что хотелось завыть от собственной неуклюжести. Если в Норе она хоть как-то держалась, спасаясь литрами кофе, да играми в шахматы с Перси, но в поезде с его усыпляющим ритмом колес, она буквально чувствовала, как медленно отключается, а мысли заволакивает беспросветная тьма.              — … а ты как сделала, Сола? — будто сквозь толщу воды услышала она вопрос и перевела взгляд с окна, за которым виднелось нескончаемое поле, на Гермиону.              — Прости, что? — Сола с трудом вынырнула из своих мыслей, а потому не сразу сообразила переспросить и уточнить у неё про что она говорит.              — Я говорю, что ты выбрала — практическое задание или эссе?              — У Снейпа? — уточнила Сола и, не дожидаясь кивка, ответила. — Конечно и то, и то другое — он ведь предупредил, что эссе писать всё равно придется.              — Как это — придётся? — встрепенулся Рон. — Разве он не задал одно эссе по свойствам когтей зубра в трёх состояниях              — А как же доклад о способах их обработки? Я ведь ещё тогда предупредила выполнить и то, и это, — вздохнула Гермиона, укоризненно покачивая головой. Расстроенная неудачей с дневником, она была счастлива погрузится в родную пучину домашних заданий и прочих вещей, вызывавший у мальчишек лишь приступы зевоты. — Дай догадаюсь, вы как обычно меня не послушали.              — Мы и так накатали огромное эссе по этому зубру. Что ему ещё от нас нужно? — возопил Рон, хватаясь за голову. — Я не выдержу ещё одного тролля по зельям!              — Ты не возмущайся, а возьми да напиши сейчас, — подсказала Сола, растирая ноющий шрам. До прибытия в Хогвартс оставалось минимум пять часов. Ей было просто необходимо найти себе какое-нибудь занятие, так почему бы не помочь другу? Пустая болтовня поможет отвлечься от того, что творится в её голове.              — Как я тебе это напишу? — тоскливо осведомился Рон, даже не пытаясь достать письменные принадлежности. — Я же не ты.              — Обработка ингредиентов — один из важнейших этапов варки зелий, — начала Сола скрипящим голосом. — Именно на нём… Ты не на меня смотри, а записывай, — прикрикнула она, когда встретилась взглядом с его расширенными от удивления глазами. Рон тут же закивал и ринулся к чемодану.              — Вот интересно, что бы ты делал не будь здесь Солы? — вопросила Гермиона у потолка, на что Сола лишь махнула рукой, откидываясь на сиденье. Зажмурив слезящиеся глаза, она продолжила диктовать выдержки из собственной работы, стараясь игнорировать ворчание подруги. Проелозив пару минут, Гермиона не выдержала и полезла за своим свитком, сверяя текст с тем, что говорила Сола.              Драко и Гарри, вернувшиеся в купе спустя сорок минут, застали детей в весьма странном положении. Сола и Гермиона попеременно декларировали выдержки из работ, а Рон, разбрызгивая чернила и ставя множество клякс, судорожно записывал всё на помятый пергамент.              — Это что ещё за ерунда? — нахмурился брат, усаживаясь рядом с Роном. Заглянув через его плечо, он прищурился и громко прочёл. — Третий способ обработки, целесообразно начать с заморачивания. Только так можно добиться той особой структуры, что нужна при приготовлении эликсиров, влияющий на сон… Ты решил податься в зельевары, Рон? И что это за заморачивание такое?              — Гермиона и Сола говорят, что это задание было обязательным, — буркнул Рон, исправляя слово на замачивание.              Гарри озабоченно вздохнул, пытаясь вспомнить сделал ли он работу или нет.              — Ты её не выполнил, — не открывая глаз сообщила Сола, чем заслужила три внимательных взгляда. Гарри, привыкший к её выкрутасам, что она постоянно демонстрировала до Хогвартса, вздохнул ещё печальнее.              — Только не говори, что Сола была права — зацокал языком Драко. Гарри, расстроенно взирающий на уже исписанные Роном листы, лишь кивнул.              — Но Снейп же предложил на выбор… — замямлил он, чем вызвал громкий фырк у Гермионы. Недовольная невежеством мальчишек, она переглянулась с сонной Солой и назидательно произнесла:              — Ты же знаешь характер Снейпа, Гарри. Ему и повод не нужен, чтобы придраться к нам, а тут такой замечательный шанс…              — Как он может придраться, если он сам сказал — написать эссе и выполнить практическую работу после каникул, или просто написать два эссе?              — Поражаюсь твоей самоуверенности, Гарри, — хрипло засмеялась Сола и ещё тише продолжила. — Добровольно выбрать практикум… Минимум три часа со Снейпом в одной аудитории. Даже я бы предпочла что-нибудь другое.              — Например занятие с Локхартом, — согласно кивнула Гермиона, чем вызвала дружные стоны у детей. Даже Сола брезгливо скривилась, не делая думать об этом идиоте.              — Нет, нет и ещё раз нет, лучше три часа со Снейпом, — содрогнулся Рон, замахав руками.              — Он, по крайней мере, не пытается нас убить, — поддержал его Драко и прищурился, пытаясь продраться сквозь корявый почерк Рона.              — Да даже Квиррелл с Волдемортом в голове был идеалом по сравнению с Локхартом.              Гермиона, хмурившаяся всё сильнее и сильнее, возмущённо притопнула ногой, явно не согласная со словами мальчишек. Гневно сверкнув глазами, она заявила, что таланты Локхарта превосходят и Снейпа и, уж тем более, Квиррелла и вообще им нужно перестать завидовать столь интересному волшебнику.              — Это я-то завидую? — задохнулся от удивления Гарри. — Я?              — Ну, может и не ты, — тут же покраснела Гермиона, стараясь не встречаться взглядом с другом. Бедный Гарри, получавший от Локхарта больше внимания чем все остальные дети, а потому совершенно не переносивший профессора, смерил её мрачным взглядом, но милостиво промолчал, не став развивать тему.              Зато Сола промолчать не смогла. Сжав в ладони подол черной мантии, она сменила Гермиону холодным взглядом и проронила сквозь зубы.              — Да ладно тебе, Гарри, всем известно, что завидую я. У меня ведь так много поводов для зависти.              — Ну, титул мисс самая очаровательная улыбка я бы тебе точно не дал, — не удержался Гарри. Бесцеремонно ущипнув её за щеку, он растянул её губы в кошмарном подобии улыбки и повторил. — Нет, тебе он точно не достанется.              Оттолкнув его руки, приятно пахнувшие печеньем с корицей, что напекла ещё вчера миссис Уизли, Сола клокочуще выдохнула и отвернулась к окну. Желание треснуть брата по голове практически перевешивало голос разума, твердящий, что вредить своим близким — неправильно. Перестав вслушиваться в разговор, Сола лениво наблюдала за происходящим снаружи. Нескончаемые поля сменились беспросветными посадками с деревьями и кустами, рассаженными по непонятно какому принципу. Казалось, будто кто-то принес множество саженцев и раскидал их по земле, совершенно не думая о том, как это будет выглядеть через двадцать, а то и тридцать лет. Разглядывая редко посаженные деревья, Сола не сразу заметила черную тень, приближающуюся к поезду зигзагами, но, когда разглядела… Заморгав, она протёрла глаза, вглядываясь в белоснежный снег, но никакой тени уже не было.              — Будешь печенье, Сола? — предложил Рон, протягивая сласти. Она хотела было отказаться, но не весть с чего согласилась и приняла вкусно пахнущий пакет.              — Передай миссис Уизли, что эти печенья просто удивительны. — Гермиона увлеченно захрустела маленьким круглым блинчиком и даже зажмурилась от удовольствия.              Драко, приподняв бровь, словно заправский дегустатор откусил маленький кусочек из порции Гарри, немного пожевал и закинул в рот остатки выпечки.              — А она приемлемо готовит, — согласился он с Гермионой.              Рон, как ни странно, проигнорировал его снисходительный тон. Видимо из-за того, что Драко тут же потянулся за вторым, а потом и третьим, и даже четвертым кусочком. Проследив за тем, как все увлеченно уплетают печенье, Рон горделиво приосанился и похлопал Гермиону по плечу.              — Это ты ещё не видела, как она вяжет.              — Вязание? — с сомнением повторила Гермиона, явно не впечатлившись. Сола отлично её понимала — зачем тратить время на это, если можно заняться чем-нибудь интересным. Книжку там почитать, например.              — Магическое вязание! — приподняв палец вверх пояснил он. — Причём с использованием беспалочковой магии.              — Твоя мать владеет беcпалочковой магией? — Драко аж подавился от удивления. Сола, много раз видевшая как миссис Уизли левитирует предметы без палочки, невозмутимо похлопала его по спине одной из книг, что достала из своего чемодана Гермиона. Она бы и рукой это сделала, да достать не смогла — и так-то с трудом дотянулась через брата до вредного слизеринца. Сола до сих пор не простила ему то, что он с потрохами сдал и её, и Тома, растрепав Гарри абсолютно всё о дневнике. Хотя, надо признать, описание парочки дуэлей, которые видел Драко, вызвали у мальчишек гораздо больше интереса, чем все остальное. Только ворчание Гермионы остановило их от того, чтобы попросить Тома показать им особо эффектное действо.              — Кстати, Сола, — позвал её Драко, не подозревая о всех ругательствах, что свалились на его голову. — Тебя искала Панси.              — Зачем? — не смогла сдержать удивление Сола. Даже книгу отложила, вытаращив свои покрасневшие от недосыпа глаза.              — Вот уж не знаю, что ей нужно, но выглядела она весьма недовольной.              — Это наверняка швяшано со шмеей, — с трудом проговорил Рон, запихнувший в рот несколько печенек. Прихлебнув морса из бутылки, он вытер пот и повторил уже нормально. — Это наверняка связано со змеёй. Странно, что здесь до сих пор нет ни одного слизеринца — для вас поглядеть на змееуста также интересно, как нам увидеть владельца меча Гриффиндора.              — У Гриффиндора был меч? — тут же заинтересовался Гарри, чем вызвал громкий стон у Гермионы.              — Гарри, как ты можешь не знать таких элементарных вещей? Это написано в первой части «Истории Хогвартса»!              — Я не читал её, — сморщился Гарри, явно жалея о своем вопросе. Сола, абсолютно солидарная с Гермионой, но не желавшая выслушивать очередную лекцию, лишь закатила глаза и снова уткнулась взглядом в окно. Идти к Панси она не собиралась. Ей вдоволь хватило косых взглядов на вокзале. Хорошо ещё, что всё семейство Уизли как обычно опоздало и не пришлось ни с кем беседовать — какие уж тут реверансы с Ноттом старшим или семействами Малфоев и Эйвери, на поезд бы успеть заскочить. Припомнив, как перекосилось лицо миссис Малфой, едва она завидела её бледную и измученную недосыпом, Сола косо заулыбалась.              Пейзаж за окном в очередной раз сменился. Снега стало ещё больше чем раньше, а деревья в очередной раз пропали. На смену им пришла длинная ветвистая речушка, ведущая к большому замёрзшему озеру, другой берег которого едва заметно белел в дали. Осталось около полутора часов, с тоской подумала Сола, размышляя как дотянуть до приезда в школу. Про то, что делать в самой школе она даже думать не хотела. «Можно сварить зелье сна без сновидений», — тоскливо подумала Сола и, не удержавшись, широко зевнула.              — Сола, хватит, — взмолился Гарри, в точности повторяя зевок. — И так скучно, а тут ты ещё…              — Так ты не ворчит, возьми пример с Рона. Вот кто молодец, делом занят.              Смерив сестру и заулыбавшихся друзей мрачными взглядами, Гарри всё же присел на корточки, выдвигая чемодан. Доставка письменные принадлежности, он пересел от Солы и Драко к Рону и Гермионе, обмакнул перо в чернильницу, и принялся переписывать эссе.              — И как только тебе удаётся уговорить его? — вздохнула Гермиона, присаживаясь рядом с ней. — Если бы это сказала я, он ни за что не послушался.              — Нужно знать, когда говорить, — туманно объяснила Сола, не желая распространяться о механизме рассуждений брата. Всё было очень и очень просто — Гарри понял, что делать попросту нечего и решил заняться самым рациональным делом. Ну не переписывать же это ночью.              Как Сола ни старалась, задремать она всё же умудрилась. Разбудил её громкий гудок поезда, возвестивший о прибытии на станцию Хогсмида. Испуганно вздрогнув, она огляделась по сторонам, спросонья не понимая, что произошло, и почему залитая лунным светом поляна сменилась заметенным снегом перроном.              — Всё нормально? — сочувствующе спросила Гермиона, надевая теплую мантию с меховым подкладом.              — Нормально, — кивнула Сола, не с первого раза завязав серебристо-зеленый шарф. Руки предательски дрожали, а ледяные пальцы даже гнулись с трудом. Проигнорировав озабоченный взгляд брата, Сола вышла из купе вслед за Роном. Голодный и усталый, он явно торопился выйти из поезда и побыстрее приехать в Хогвартс — ужин только начался.              Выйдя на ледяную улицу, Сола едва не свалилась, поскользнувшись на тонкой корке прозрачного льда. С трудом удержавшись на ногах, она крепко схватилась за Рона. Невозмутимый мальчик стойко дотащил её до кареты и аккуратно усадил на продавленное сиденье.              — Сола… — тихо позвала её Гермиона, когда фестрал медленно пошёл вперёд. — Сола, может быть, мы покажем дневник кому-нибудь из преподавателей? Профессор Локхарт ведь отлично разбирается в артефактах, уж он-то точно сможет сказать есть ли в дневнике темная магия.              Сола, ожидавшая от Гермионы любых слов кроме этой чуши, недоуменно заморгала. Прогнав мимолётную мысль о том, что она бредит и это всё ей только снится, Сола попыталась переубедить подругу.              — Не думаю, что это хорошая идея, — осторожно начала она, пытаясь меньше раздражаться. — Лок… Профессор Локхарт слишком умён и наверняка догадается о том, кому принадлежит дневник, а нам это не нужно.              — Ты думаешь? — неожиданно наивно спросила Гермиона, чем заслужила от Солы взгляд, полный жалости.              Громкий фырк со стороны Драко прозвучал так неожиданно, что они тут же замолчали и посмотрели на него. К их удивлению, никакого интереса к разговору он не проявлял, увлеченно рассказывая и Гарри, и Рону о том, страшно в Азкабане.              — Ну конечно да, — в который раз покривила душой Сола, радуясь тому, что брат был занят и не слушал их. — Перестань беспокоится, дневник совершенно безопасен.              — Тогда почему ты не отдашь его Драко? Или Гарри? — не отставала от неё Гермиона и тут же охнула — карета подпрыгнула, попав колесом на очередной камень. Больно стукнувшись, мальчики дружно скривившись, растирая покрасневшие лбы.              Глубоко вздохнув, Сола смерила её тяжёлым взглядом и твердо ответила:              — Драко волен брать его, когда хочет.              — Можешь отдать его сейчас? — переспросила Гермиона, затаив дыхание. Сола как можно беззаботнее пожала плечами и дернула друга за рукав.              — Драко, тебе тетрадь сейчас нужна?              — Тетрадь? — с удивлением повторил Драко, приглаживая распушившийся воротник соболиной мантии. — Да нет, не нужна. Мы же решили вместе поболтать с ней завтра, после ужина?              — А тебе, Гарри? — ещё более напряжённо спросила она друга.              Гарри внимательно посмотрел на Солу и кивнул, фальшиво заулыбавшись.              — А ведь хорошая идея, Гермиона! — ненатурально обрадовался он. — Зачем откладывать это на завтра? Мы как раз можем взять его в спальню…              — И поболтать, — натянуто добавила Гермиона, отчего Сола заскрипела зубами от злости, но промолчала.              Прислушивающийся к разговору Рон глухо застонал и замахал руками:              — Зачем, Гермиона? Зачем портить и без того печальный день окончания каникул разговорами с ты знаешь кем?              — Вот и договорились! — излишне воодушевился Гарри, не слушая ещё более тоскливый стон друга. — Сола, дашь нам его на пару дней?              — Ну разумеется, — процедила она, нащупывая дневник в сумке. — Только я не понимаю, как вам удастся не лечь спать после отбоя — Перси обещал бдить ещё сильнее, чем раньше.              — Да придумаем что-нибудь, — беззаботно махнул рукой брат. — Нам это не в новинку.              Уставившись на раскрытые ладони брата, Сола с трудом вложила в них тетрадь, стараясь не смотреть на Гермиону, от лица которой её неожиданно затошнило. Ещё сложнее было вытерпеть дружеское прикосновение к своему предплечью. Лишь собравшись с мыслями, она посмотрела на неё, отметив с каким облегчением она улыбнулась. Она и Гарри, конечно.              — Хорошо, что ты отдала его, — понизив голос сообщила Гермиона. — А то я подумала, что тетрадь как-то привязалась к тебе и запрещает себя отдать. И Гарри, если что-нибудь пойдет не так, я клянусь тебе — дневник будет у Дамблдора уже через пять минут. Тебе ясно?              Гарри внимательно посмотрел на неё и кивнул.              — Меня никто не проклинал, — попыталась убедить их Сола. — Сколько раз мне нужно повторить это, чтобы мне поверили? — как она ни старалась, вопрос прозвучал откровенно зло.              — Теперь-то я вижу, — светло улыбнулась Гермиона, крепко сжимая её руку. — Извини меня, Сола, я верю тебе…              — Неужели? — голос Солы буквально сочился ядом. — Помню я вашу веру в меня. «Снейп хочет украсть камень» — передразнила она брата, припомнив его прошлогодние слова.              — Сейчас совсем другая ситуация, — попыталась оправдаться Гермиона, но тут же замолчала, встретившись с ней глазами.              Оставшуюся дорогу они провели в молчании. Сола неотрывно смотрела в окно, размышляя над случившимся. Дневник у неё забрали, кошмары сняться всякий раз, стоит ей только закрыть глаза, а большая часть слизеринцев на вокзале смотрела на неё так, будто хотели то ли задушить, то ли оглушить овациями. Семестр начинался просто отлично.              Фестрал наконец-то добрался до внутреннего двора школы и остановился, бездумно роя копытом снег. Вывалившись из повозки, Сола поправила теплую мантию, что еле-еле доставала ей до икр и направилась в замок. Стоять на морозе, обсуждая очередную чушь, что придет в голову друзьям, она не собиралась — слишком велика вероятность сорваться и вдрызг разругаться со всеми. Драко попытался окликнуть её, но был остановлен сдавленным шипением Гермионы.              Аккуратно поднявшись по каменным ступеням, Сола вошла в широко распахнутые ворота замка. Такого наплыва учеников как первого сентября, конечно, не было, многие студенты вернулись в школу ещё пару дней назад, а кто-то вовсе провёл в замке все каникулы.              — Сола, привет! — замахала одна из первокурсниц с её факультета. — Ну и погодка на улице.              — Добрый вечер, Элизабет, — выдавила из себя Сола и натянуто улыбнулась.              Элизабет Уотсон тут же покраснела и расплылась в такой счастливой улыбке, что Сола оглянулась по сторонам — не стоит ли кто-нибудь за ней. Конечно, никого сзади не было, лишь голая стена, да тусклый факел с трепещущим из-за сквозняка пламенем.              — Ты ведь только приехала? Хорошо, что добралась нормально — я слышала, что карета, в которой ехала Панси Паркинсон едва не перевернулась. Вот ужас-то! Меня родители через каминную сеть отправили — не доверяют они этим повозкам. Интересно, как они сами едут, — протараторила девочка, замолкая только того, чтобы сделать очередной глубокий вздох.              — Даже не представляю, — сухо ответила Сола, смахивая с мантии подтаявшие снежинки. — Извини, Элизабет, но мне нужно переодеться.              — О, конечно, встретимся на ужине, я как раз туда иду, — закивала Элизабет, ничуть не смутившись её тона. — Пойду займу тебе место, — прокричала она её спине — Сола попросту ушла, не дослушав её слова до конца.              Торопливо спустившись в подземелье, Сола свернула в один из темных коридоров, практически не освещенных факелами. Большинство студентов по таким местам не ходили, а значит и шансов встретить очередную болтливую Элизабет были невелики. Ускорив шаг, Сола вытащила из кармана палочку, зажгла небольшой шарик света и принялась отсчитывать повороты и развилки. Дойдя до нужного коридора, Сола свернула налево и практически упёрлась носом в дверь лаборатории. Переодеться и искупаться было бы, конечно, хорошо, но заготовку для зелья нужно было поставить уже сейчас. Каких-то десять часов, и оно будет готово, а значит она наконец-то сможет выспаться.              Подергав плотно закрытую дверь, Сола задумчиво нахмурилась. Дверь не поддавалась. Никак. Ни отпирающее заклинание, ни заклинание, снимающие другие заклинания не помогло. Видимо, Снейп исполнил своё обещание и заблокировал доступ в лабораторию. Глухо застонав, Сола сползла по двери на пол, обхватила себя за коленки. Хотелось заплакать, но плакать Сола практически разучилась.              Прикусив до крови губу, Сола неотрывно смотрела в одну точку, не понимая, что же будет делать. Как назло, вспоминались те зелья, что дал ей Снейп. Как она могла так бездумно вылить их в раковину?              — Поттер, ну конечно же ты здесь, — громко вздохнули прямо у её головы.              Устало дотянувшись до палочки, Сола подняла её с пола, буркнула «Nox» и встала на ноги. Разумеется, Снейп не был бы Снейпом, если бы не поставил сигнальные чары.              — Добрый вечер, профессор, — во второй раз поздоровалась Сола. — Ну и погодка же сегодня, — она не смогла сдержать истеричный смешок. Ситуация была настолько дурацкой, насколько вообще могла быть.              Нет ни дневника, ни лаборатории, ни зелий.              У неё не осталось ничего.              Был только Снейп, разглядывающий её со всей серьёзностью на хмуром лице. Снейп, что всегда появлялся, когда был ей так нужен. Мальчики рассказали, что перепуганная миссис Уизли бросилась к камину, пытаясь дозваться до Дамблдора, а нашла лишь слизеринского декана, спешно бросившего все дела, чтобы помочь Соле. Может ли быть так, что он вновь поможет ей?       — Метель, — односложно ответил Снейп, прищуривая глаза. Видимо, хотел убедиться в том, что это кошмарно выглядящее создание и есть Сола. — Поттер, почему ты сидишь здесь, а не ужинаешь в Большом зале, как твои дружки и Драко?              — Я не голодна, — глухо сообщила Сола. Значит они сразу пошли на ужин, даже не занеся дневник в спальню. Что за безответственность? Конечно, она сама везде брала его с собой, но никогда не вела себя так нагло. А карете Гарри просто засунул его под мышку. Потрясающая беспечность.              — … разлад в пятёрке, Поттер? — с трудом услышала она вопрос. Неопределенно пожав плечами, Сола глубоко вздохнула, стиснула палочку и уставилась на Снейпа грустными глазами. Раз уж ей нужны зелья, а Снейп так вовремя оказался под рукой, то почему бы не попросить их у него самого? Враньём больше, враньём меньше — какая ей теперь разница?              — Профессор Снейп, — хриплым голосом позвала она декана. — То, что я видела… Это ведь произошло по-настоящему, да? Те люди… Они мертвы?              Снейп ответил не сразу. Поправив черную мантию, он оттеснил её в сторону и коснулся ручки. Предательница-дверь тут же распахнулась, обдав их волной сдавленного воздуха с оттенками засушенных трав. Подтолкнув Солу, он вошёл следом за ней, на ходу зажигая факелы.              Прищурившись от непривычно яркого света, она прошла вперёд, едва не врезавшись в длинные скамейки, небрежно сваленные прямо около входа. Зашипев от боли, Сола завертела головой, обречённо понимая — Снейп не просто исполнил свою угрозу: он испортил всю лабораторию, превратив её в обычную кладовку с кучей хлама. Чулан, где обычно хранились ингредиенты оказался набит огромным количеством табуреток, аккуратно стоящие котлы и горелки сменились перевязанными коробками, а полки с инструментами покрылись тонким слоем пыли.              Опустившись на соседнюю скамейку, Сола вновь глубоко вздохнула, радуясь, что её скорбь на её лице как никогда подходит к этой ситуации. По крайней мере, Снейп не почувствует фальши.              — Ты же знаешь ответ, Поттер. Зачем спрашиваешь у меня? — вопросом на вопрос ответил Снейп, так и не дождавшись от неё других слов.              «Как же надоело врать», — тоскливо подумала она, отводя глаза в сторону. Если бы он знал…              — Значит мертвы, — собралась с мыслями Сола. Не время страдать от мук совести, нужно убедить его в том, что зелья ей просто необходимы. Они ведь и вправду ей нужны, а уж из-за чего вопрос в другом. — Они снятся мне, профессор. Едва я закрываю глаза, я вижу их переломанные, залитые кровью тела, до мяса сломанные ногти… Они расцарапали плоть чуть ли не до костей, пытаясь расчесать те укусы… Я… Я просто не могу… Я так устала от этой тьмы… — Сола не сумела сдержать громкого всхлипа. Спрятав лицо за руками, она пыталась дышать медленно и размеренно, не давая себе впасть в истерику.              Снейп, явно не ожидавший услышать столь мрачные подробности, застыл, не зная, что сказать. Аккуратно отняв её руки от лица, он неловко заправил выбившуюся прядь рыжих волос за ухо и вновь обнял Солу. Прикрыв глаза, Сола медленно расслабилась в его руках, наслаждаясь мимолётным спокойствием. Тьма, что не давала спать ночью и являлась днём, наконец-то отступила, не желая слышать громкий стук чужого сердца.              Она ведь и не соврала.              Почти.              Ей и вправду снились эти мертвые люди, но никакой особой жалости она к ним не испытывала. Те маглы специально пришли в лес. Они хотели найти то, что живёт в нём. Кто виноват в том, что их желание исполнилось?              Солу пугало другое — вездесущая, всё пожирающая тьма, внутри которой были лишь страх и тоска. Безграничный страх смерти, полного забвения и расщепления и тоска о тех временах, что уже никогда не наступят, о той палочке, что так давно не касались руки, о ветре, что больше не треплет волосы при полете…              — Почему сразу не написала мне? — дрогнувшим голосом спросил Снейп к её макушке. — Почему не рассказала Уизли?              — Что бы я им сказала? — глухо фыркнула Сола, огромным трудом выныривая из тех мыслей. — Мистер и миссис Уизли, меня преследуют кошмары о том, как отвратительно умирали те люди, что я убила…              — Их убила не ты, — мгновенно возразил Снейп. — Ты не убийца, Сола. Выкинь эту чушь из головы.              — Как будто есть разница, — она попыталась было махнуть рукой, но тут же прильнула назад, к его груди — тьма, будто огромная змея с эбонитовый чешуей, приподнялась вверх, готовясь обвить её сотней колец.              — Это — большая разница, Сола, — Снейп успокаивающе погладил её по голове. — Ты не он, запомни это. Даже та связь, что есть между вами не… Не позволит ему повлиять на тебя, — неуклюже закончил он.              «Но он уже влияет!» — хотела крикнуть Сола, но смогла.              Произнести это вслух было слишком… глупо, наверное?              Снейп мог испугаться, а она совсем отвыкла слышать слово «ненормальная». Как можно рассказать о том, что эта тьма раньше была с ней? Рассказать про те бессонные ночи, когда она закрывала глаза и видела бесконечные леса и поля? Сколько же времени прошло, прежде чем она научилась отгораживаться от этого?              Глубоко вздохнув, она попыталась расслабиться и ни о чём не думать. Бесполезно жалеть и себя, и его. Нужно всего лишь очистить сознание. Недаром предисловие той книги об окклюменции начиналось именно с этих слов.              Сола не знала, как долго просидела на этой скамье, уткнувшись носом в сюртук Снейпа. Не понимала она и то, почему он сидел рядом с ней, непрерывно гладя её по волосам. Лишь когда тускло горящий факел задрожал и стал гаснуть, Снейп пошевелился, нащупывая палочку.              Сола тут же отодвинулась в сторону, растирая затекшую шею. Следовало побыстрее попросить зелья и дойти до спальни, где Панси и остальные девочки наверняка устроит очередной допрос. Безразлично подумав о том, как её встретят в гостиной, она вновь собрала волосы в короткий хвостик и как могла пригладила челку, порадовавшись, что успела уговорить миссис Уизли вновь отрезать её. Нечего привлекать внимание к своему лбу, ей и без того хватает косых взглядов.              — Профессор, — позвала она Снейпа. — Я понимаю, что просить вас об этом будет излишне нагло с моей стороны… Вы ведь и так очень сильно мне помогли… Но мне не к кому обратиться — вы единственный, кто понимает меня.              — Говори прямо, Поттер, — с нарочитой грубостью отозвался он, отводя взгляд в сторону.              — Вы можете дать мне несколько зелий сна без сновидений? — прямо спросила она. Ходить вокруг да около больше не имело смысла — Снейп не любил излишней лести.              — У меня есть только три флакона, — скорее себе, чем ей сообщил Снейп. — Через три дня подойдёшь ко мне, я дам оставшиеся девять штук. Надеюсь, не надо объяснить, почему именно девять?              — Нет, сэр, не нужно, — Сола устало покачала головой. Зелье сна без сновидений, как и многие другие зелья, воздействующие на разум, вызывали привыкание, а у нее и без этой отвратительной зависимости было слишком много проблем.              — Тогда идём. — Снейп поднялся со скамейки и криво улыбнулся, смотря как она укутывается в мантию.              Добравшись до его кабинета, Сола прождала пару минут и наконец-то получила вожделенные флаконы, светившиеся тусклым фиолетовым цветом — первый признак того, что зелье было сварено уже давно.              — Спасибо, профессор Снейп, — искренне произнесла Сола, прижимая к груди флаконы. — Спасибо, вам, большое.              Снейп кивнул, неотрывно глядя в её зелёные глаза с таким видом, будто хотел что-то сказать. Неуклюже переступив с ноги на ногу, Сола потёрла холодную шею. Зима была в самом разгаре и промёрзшие подземелья были не лучшим местом для долгих разговоров. Неожиданно Снейп обернулся, вглядываясь в темноту комнат. Сола заглянула через во внутрь, но не успела ничего увидеть.              — Иди в гостиную, Поттер, — буркнул Снейп и так громко хлопнул дверью, что у неё зазвенело в ушах. Столь резкая смена настроения удивила бы любого, но не Солу — уж кто-кто, а она привыкла к такому. Да в этом весь Снейп он мог ругаться, а через мгновение взять и обнять её. Пожав плечами, Сола, было, развернулась, но тут же вновь постучала по темному дереву. Дверь вновь распахнулась, явив мрачного Снейпа.              — Профессор, я не…              — Пароль — «Хранитель бездны», Поттер, — перебил её декан и снова закрыл дверь, едва не прищемив ей пальцы.              — Ещё раз спасибо, — сообщила Сола серебряной замочной скважине и медленно поковыляла в гостиную, держа перед собой светящуюся заклинанием палочку. На тени, то и дело шныряющие у неё под ногами, она даже не смотрела — притихшая тьма не делилась своими жертвами с другими. Свернув в один из коридоров, Сола убрала палочку в карман, дошла до ни чем не примечательной стены и, набрав воздух, проговорила:              — Хранитель бездны.              Стена медленно выдвинулась вперёд, а потом отъехала в сторону, открывая вход в гостиную. Сола посмотрела хмурого Эйвери, поманившего её к себе, потёрла ноющий лоб и сделала шаг вперёд. Следовало разобраться с этим как можно скорее.