Влюблена в свою преданность

Кастиэль был на шаг впереди нас. Он был силён, жесток и уверен, что у него есть преимущества, но у меня тоже были козыри в рукаве. До этого я хоть и отклонилась от той самой середины, которой придерживалась в делах Чистилища, в сторону команды «добра», помогая Дину и Сэму, но всё ещё колебалась. Искренне хотела помочь Кастиэлю уничтожить Рафаила, а Кроули достичь бесспорного главенства в Преисподней. Мне казалось, что это было правильно. Но их действия зашли слишком далеко, Кастиэль под влиянием демона пересёк все допустимые границы. Он сломал «стену» в голове Сэма, отделяющую его от всего того ужаса, что его душа пережила в клетке с Люцифером. В тот момент я осознала, что ошиблась. Чистилище хранило древнейшее зло помимо той энергии, на которую рассчитывали мои напарники с «темной стороны». Последствия могли быть необратимыми. У меня был секрет. Это была таблетка последнего шанса. Я хранила её, надеясь, что мне никогда не придётся прибегнуть к этой мере. После того, как Касиэль сломал в голове Сэма его «стену», отделяющую ад от разума, Дин проводил всё время неподалёку от брата. Бобби тоже крутился рядом, хотел вытащить наши задницы из приближающейся катастрофы. Я мерила шагами комнату на втором этаже, колеблясь до последнего. Боялась, как последняя трусиха на Земле. Потухшие глаза Дина всё решили за меня. Он был загнан в угол теми событиями, что свалились на нас. Я же в свою очередь предала его. Исправить это было невозможно, зато я могла помочь ему. Накинув на себя первое, что попалось под руку, я побежала в гараж. Там, в «Мустанге», покрытом слоем пыли, лежал заветный листок, с помощью которого мы могли предотвратить бурю. Бурю, что я помогла начать. Под заднем сиденьем справа в щели между полом и кожаной обивкой я нащупала тонкий потрепанный лист бумаги, свёрнутый в свиток. Резким движением пальцев я выудила его и направилась обратно в дом. Меня отделяли считанные метры от двери гаража, когда прямо передо мной возник Кастиэль. Я отпрянула назад, едва удержавшись на ногах. — Отдай мне это, — грубым голосом выдал Кас, глянув на меня исподлобья. — Выкуси, — оскалилась я. — Я два раза просить не буду. В ответ на это он получил отрицательный жест головой. Повисло молчание, ничего не происходило. Я не понимала, почему Кастиэль не действовал. В этом гараже я была лёгкой добычей для небесного воина. Но правда была на поверхности: в доме Бобби всё было увешано защитой от ангелов. Вероятно, Кас был лишь иллюзией. — Ты не остановишь меня, — усмехнулась я, — ни сейчас, ни когда я передам это братьям. Я схватила палку с пола, что валялась прямо у моих ног и, замахнувшись, бросила ее прямо в Кастиэля. Она пролетела сквозь его шею и узнаваемый всеми созданиями на планете галстук, а потом ударилась о железную дверь, издав при этом глухой звук. — Ты не умеешь блефовать, святоша, — победно улыбнулась я. — Если ты не отдашь мне листок, я не позволю Нику выйти из комы. Отступать было уже поздно. Я знала, на что шла, когда соглашалась помочь ему, когда соглашалась на кровавую сделку с Кроули, когда шла в этот гараж. Было страшно потерять того, кто заменил мне отца, но где-то в глубине души я таила надежду, что мы справимся. Я верила, что вытащу Ника. Я пробежала сквозь иллюзию Кастиэля и направилась в дом. Бобби встретил меня на пороге, с тревогой заглядывая в глаза. Его тёплые ладони обхватили мои плечи. — Детка, что стряслось? — Кастиэль явился мне, — переводя дыхание, объяснила я. — Чего он хотел? — послышался грубый голос Дина за спиной у Бобби. Я подняла взгляд и увидела его хмурое лицо. — Чтобы я отдала ему это, — я передала смятый листок Сингеру и прошла в дом. — Это заклинание. Я схватилась за голову, не представляя, как объяснить это всё прожжённым охоникам, которые уже уличили одного из сообщников Кроули во лжи. Бобби внимательно изучил листок и, очевидно, ничего не понял. — Холи, что это? — спросил Бобби. — И почему Кастиэлю вдруг оно понадобилось? — добавил Дин. — Это заклинание для открытия ворот в Чистилище. — Откуда у тебя оно? — подняв на меня ошеломлённый взгляд, сказал Сингер. — Стащила у Кроули, — честно призналась я, не имея ни малейшего представления о том, как выкручиваться теперь. — Чего? — недоумевал Дин, быстрыми шагами подойдя ближе ко мне. — Он приходил недавно с тем же сценарием, что и Кас, — на ходу врала я, — говорил не лезть в их дела с Чистилищем. — Почему ты сразу не сказала? — начинал злиться Винчестер. — Ты спасал Лизу, а потом и Сэм… — Как ты умудрилась обхитрить Короля Ада, детка? — переспросил Бобби. В его голосе я слышала недоверие. Предательство Кастиэля было свежо в памяти, поэтому мне выкручиваться было гораздо сложнее. Я выдохнула и попыталась собраться с мыслями. — Он украл меня, — уверенно сказала я, — забрал куда-то и угрожал скормить адским псам, если я не соглашусь. — Но ты, как я вижу, выкарабкалась, — заметил Бобби. — Либо ты работаешь на Кроули, либо обвела его вокруг пальца. — Я заключила сделку. — Сдурела?! — крикнул Дин не своим голосом так, что я даже подскочила на месте, переводя на него испуганный взгляд. — Дин, собачья душа не подходит для сделок, — напомнила я. — Я обещала дисквалифицироваться из этой гонки за Чистилищем и даже отдала свой магический нож в обмен на спасение Ника. Сингер нахмурился. Наверное, он не верил сказанному. Я опустилась на диван и попыталась унять дрожь в коленях. Я завралась. Пальцами я нащупала треклятый нож за поясом и прикрыла глаза, переводя дыхание и молясь о том, что всё это представление не закончится провалом. — Ник до сих пор в коме, — напомнил Бобби. — По условиям сделки он вытащит Ника после того, как закончится эта канитель с Чистилищем. Я не лезу в их с Касом дела, не помогаю вам, а взамен получаю здоровье Ника. — Это объясняет твои нейтральную позицию в делах Чистилища, — рассуждал Бобби, — ты не помогала нам, но и не мешала, как не мешала и Кроули. — Верно, — кивнула я, — простите меня, но другого выбора у меня не было. — Детка, ты повторяешь судьбу Винчестеров… — сочувствующим голосом сказал Сингер. — Ты целовала его? — перебил его Дин. — Дин! — возмутился Бобби так, будто был на моём месте. Ох, Винчестер, знал бы ты, что я ещё делала с этим демоном. На этой мысли я почувствовала жар, кровь прилила к лицу. Благо, в комнате было темно из-за плотных штор на окнах. — Я попросила у него письменный договор и на всякий случай две копии, — закатив глаза, произнесла я. Повисла пауза. — Правда? — тихо переспросил Винчестер. — Конечно, нет, — закатив глаза снова, сказала я, — все сделки скрепляются поцелуем, кретин. — Издержки, — пожал плечами Бобби. — Этот поцелуй преподнёс мне на золотом блюдце возможность стащить заклинание, — рассказала я и эта часть истории была правдой. Я действительно умудрилась вытащить листок у Кроули из пиджака прямо на псарне, когда он прижал меня к стенке. Демон был слишком увлечён, а я была слишком уверена в себе. — Бобби, сможешь перевести заклинание? — спросил Дин. Сингер коротко кивнул и направился к своему столу, по пути цепляя с полки ветхую книгу. Дин потер ладонями лицо и перевёл какой-то потерянный взгляд на меня. Я качнула головой в сторону лестницы на второй этаж, тем самым предлагая ему подняться в комнату вместе со мной. В спальне было холодно из-за распахнутого настежь окна, но пахло свежестью. Я поёжилась, но далеко не от температуры в комнате — на душе было не спокойно. Дин подпёр плечом дверной косяк и скрестил руки на груди, а я опустилась на кровать. Брови его были сведены на лбу, взгляд был пустой. Он смотрел не на меня, он смотрел сквозь меня, потерявшись в собственных мыслях. — Дин, прости, — начала я, но Винчестер не дал шанса мне продолжить. — Я думал, что мы боремся вместе, Холи, — сказал он, — Бобби заключил сделку с Кроули, Кас заключил сделку с Кроули, а теперь и ты не удержалась. Я ещё в госпитале понимал, что ты не сдашься. Надеялся только, что у тебя хватит ума не идти на перекрёсток, но перекрёсток пришёл к тебе сам, — иронично заметил Дин, едва скрывая грустную улыбку. — У Ника мало шансов, Дин. И не начинай про «мёртвым место среди мёртвых», сам знаешь, что с нами это не работает, — уверенно произнесла я. Бобби позвал нас вниз. Он расшифровал написанное на свитке, мы были готовы к действию. Казалось, победа была очень близко. Единственное, что не давало мне покоя, это кома Ника. Если Винчестеры остановят Кроули и Каса, демон не выполнит условия нашей сделки, но я уже сделала выбор, поэтому отступать было поздно. Дин оставил Сэму инструкции на листке бумаги на случай, если он очнётся, а я пока собрала нам сумки. Когда Сингер вышел к машине, я схватила Винчестера за руку и попросила остаться. Мы отошли в тёмный коридор к лестнице. Я не выпускала из руки горячую ладонь Дина, собираясь с мыслями. — Дин, я пошла против Каса, — тихо начала я, словно боялась, что нас кто-то услышит, — он может навредить Нику. — Без душ Чистилища он ничего ему не сделает, поэтому нам надо добраться до Каса быстрее, чем он доберётся до Чистилища. Я кивнула, отводя взгляд от Дина. Пальцы моих рук разжались, и ладонь Винчестера выпала. Я боялась, что было впереди. Ложь, Кроули, сумасшедший Кастиэль, Ник в коме — всё это не давало мне даже предположить удачный исход. В том тёмном коридоре стояла я одна. Отгородилась от Дина в прямом и переносном смысле. Закрыла лицо руками и прислонилась к стене спиной, не найдя в себе сил стоять на ногах. — Эй, ты чего? — спохватился Винчестер, обхватывая мои плечи тёплыми ладонями. Я порывом прижалась к нему. Признаться, я стала забывать, каково это. Его запах вытеснил из памяти парфюм Кроули. Дин поцеловал меня. Я не помнила, когда в последний раз я чувствовала его так близко. Он надеялся, что мне полегчает от его поддержки, от его нежных прикосновений, от его заботливого поцелуя. На деле совесть начала грызть меня с двойным усердием. — Поехали спасать мир? — улыбнувшись, сказал Дин, проведя большим пальцем по моей щеке. — Если Кроули увидит меня там, будет только хуже, — сказала я. — Я уже нарушила правила, Дин. Я поеду к Нику, а ты делай то, что всегда делаешь: поезжай спасать мир. — Береги себя, — прошептал Дин после мягкого поцелуя в лоб. — Ты тоже, — уверено сказала я, — встретимся здесь, идёт? Он кивнул. И это было для меня некой гарантией, что всё будет хорошо. Он должен был вернуться, потому что дал слово. Я прыгнула в свой «Мустанг», где меня уже ждал Скуби. Он напрочь отказался оставаться у Бобби, поэтому мне пришлось взять его с собой. Идея с самого начала была ужасная, но на стороне собаки была моя волчья солидарность, как бы глупо это ни прозвучало. До госпиталя я долетела быстро, не жалея машину. Попалась, правда, дважды на превышении скорости. Приказав Скуби оставаться в машине, я бегом направилась к больнице. Меня остановили уже у стойки администрации. — Девушка? С вами все в порядке? — Я к Нику Эрнандесону, — произнесла я, восстанавливая дыхание. — Доктор Фрили хочет с вами встретиться. — Зачем? — нахмурилась я. — Я проведу вас, — вместо ответа сказала девушка и повела меня за собой. Мы миновали палату Ника и зашли в кабинет того самого доктора Фрили. Он встретил меня вымученной улыбкой на лице, протягивая руку к моему плечу. Я поддалась, и его ладонь коснулась меня. Если бы не угрозы Кастиэля, я бы не подумала ни о чем плохом: доктор был слишком спокоен. — Ник, ваш отец, борется за жизнь изо всех сил, — начал доктор, — но победить такие ранения не по силам даже самым волевым. — Он жив? — резко спросила я, отходя от доктора на пару шагов назад. — Да, но сегодня в полдень его состояние резко ухудшилось, — опустив взгляд, объяснил доктор Фрили. — У него уже было две остановки сердца, а воспаление лёгких усугубляет картину и не даёт нам вытащить его из этого состояния. Я схватилась за голову. Кастиэль действительно не блефовал. Он обещал не позволить Нику победить болезнь, если я пойду дальше, и сделал это. Доктор рассказал мне все подробности и отпустил к Нику. Я сидела у его кровати и плакала. Жалела Ника, жалела себя. Я была сама виновата в том, что он находился на волоске от смерти. Решила, что мне хватит сил справиться с этим, как хватало сил вести эту грязную двойную игру. Правда была в том, что череда неудач ослепила меня и вела к проигрышу к финальной игре. — Кастиэль, если в тебе всё ещё есть хоть капля человечности, если ты всё ещё веришь, что мы большая семья… — шептала я, прижимаясь лбом к руке Ника, — немного причудливая семья, где кровными родственниками являются только Винчестеры, но ведь семья, помоги ему. Я прошу тебя, отмени то, что сделал. Я ошиблась, Кас, но молю тебя, дай ему шанс! Я молю тебя, Кастиэль, слышишь?! Но чуда не произошло. Вместо этого Нику стало только хуже. Аппараты громко запищали, а на экране, показывающем сердцебиение Ника, бежала ровная линия. Я вскочила с места и начала кричать о помощи в коридоре больницы. Врачи собрались вокруг Ника в попытке вернуть его к жизни. Им удалось запустить его сердце. — Остановись, сукин ты сын! — шипела я, стирая слёзы с лица. — Я найду тебя, пернатый ублюдок и вырву твои крылья! К полуночи Ник умер. Его сердце снова остановилось, но на этот раз навсегда. С момента его смерти я плохо понимала, что происходило. Перед глазами всё размывалось. Я могла лишь схватить Ника за руку на прощание и коснуться губами ещё тёплого лба. Меня забрали в кабинет его лечащего врача. Доктор Фрили просил меня пить воду и глубже дышать, но получалось лишь заикаться от слез и пальцами сжимать пластиковый стаканчик. Диалога у нас не вышло. — Мисс Конорс, я доктор Лоулер, — сказал кто-то приятным женским голосом, зайдя в кабинет. Доктора Фрили уже не было и, признаться, я понятия не имела, в какой момент он ушёл. — Я психолог этой больницы. Я подняла взгляд на эту женщину. Она тепло улыбалась и смотрела на меня небесно-голубыми глазами. Доктор Лоулер прошла вглубь кабинета и села напротив меня в кресло. Я попыталась стереть слёзы и посмотреть на неё ясным взглядом. — Я знаю о вашей утрате, мисс Конорс, — начала она. — Я могу называть вас по имени? — спросила она, бросив мимолётный взгляд на бумажки, что держала в руках. Я кивнула. — Холи, я хочу помочь. — Это моя вина, — только и сказала я, шмыгнув носом. — Почему вы так думаете? — Я обещала помочь ему. Я должна была помочь ему, а не подвергнуть опасности, — я закрыла лицо ладонями, — а теперь он мёртв. — Что случилось? — Вы не поверите мне, — усмехнулась я, но знала, что если начну говорить, то уже не остановлюсь. — Попробуйте, — улыбнулась мне доктор, расслаблено откинувшись на спинку кресла. — Вы верите в ангелов? А в демонов? — спросила я, но доктор Лоулер лишь внимательно слушала меня, не отвечая на вопросы. — Я хотела обхитрить их всех, понимаете? Обыграть Небеса и Ад. И я проиграла. Доктор Лоулер мне понравилась. У неё был красивый британский акцент и выразительные глаза. Мы беседовали около сорока минут. Этого было достаточно, чтобы снова начать дышать, чтобы перестать заикаться и нормально видеть мир. К этому времени я осмелилась позвонить Дину. Я не смогла сказать, что случилось. Не нашла в себе сил произнести это вслух. Я попросила его приехать в больницу. Дин всё понял. Понял, когда вышел из какой-то ржавой машины на мокрый асфальт парковки перед больницей и увидел меня, сидящей на капоте «Мустанга». У меня не было сил стоять на ногах. Скуби лежал у меня на руках и скулил под мои всхлипы. Винчестер крепко сжал меня в объятиях. Я снова начала задыхаться от слёз, будто не было никакого разговора с психологом пару часов назад. Дин гладил меня по волосам, щекой прижимаясь к моей голове. Я сильнее прижалась к нему, зажмурившись. Его сильные руки укрыли меня от всех невзгод и бед. Мы забрали Ника из больницы и подписали все необходимые бумаги. Его надо было похоронить как настоящего охотника. Дин сделал всё за меня, хотя я правда хотела ему помочь. Когда всё было сделано, он передал мне зажигалку. Я окинула взглядом тело Ника последний раз, прежде чем поджечь его. Слёзы с новой силой хлынули из глаз. Сначала Дин дал мне время. Он стоял неподалёку от меня и молча смотрел на огонь. Когда я обняла себя руками из-за неприятного холодящего душу чувства одиночества, Винчестер прижал меня к себе. Я наблюдала за языками пламени из-под руки Дина и шмыгала носом, осознавая, что это конец. Ника больше не было. — Вы остановили их? Это всё было не зря? — спросила я, разорвав затянувшуюся на несколько часов тишину. Я не узнала свой голос. Хриплый, севший от нескончаемых слёз. Вместо ответа Дин отрицательно покачал головой, посмотрев на меня взглядом, полым боли и сожаления. — Тогда пусть этот сукин сын помолится Богу, — сжав ладони в кулаки, прошипела я, — потому что я найду и убью его. — Кас провозгласил себя новым богом, — рассказал Дин. — Что? — смысл сказанного едва ли доходил до меня. — Сэм воткнул ему в спину ангельский клинок, но Кас даже не моргнул. Сказал, его не берёт ангельское оружие, — объяснил Винчестер. — Сэм? С ним всё в порядке? — Дин кивнул, но так вымученно, что было несложно догадаться: дела были не в порядке. Сэм оказался один-на-один с Сатаной, Ник ушёл, а Кастиэль провозгласил себя богом. — Что с Кроули? — нахмурилась я. — Супер-Король Ада? Бог Ада? Куда выше? — Кас обманул его и забрал все души себе. Вот так просто. Ангел обыграл демона. Ангел обыграл всех нас.

***

Дин сидел напротив Бобби в гостиной, собираясь с мыслями перед поездкой в назначенное для открытия Чистилища место. Холи уже умчалась в больницу к Нику. Что-то тревожило Дина, но он никак не мог разобраться в причине беспокойства, зато Бобби, кажется, знал и, словно прочитав мысли Винчестера, заговорил: — Тебе не кажется, что Холи что-то утаивает от нас? — Я не знаю, Бобби… — честно признался Дин. — Не знаю, кому верить. Кас был нашей семьёй, но оказался в сговоре с Кроули, а Холи… Он не осмелился продолжать. То, что она на блюдце подала это заклинание, настораживало его. Бобби сразу предположил, что она работает с Кроули и Касом, не поверив её словам. Винчестер потёр ладонями лицо и тяжело вздохнул, вспоминая слова Сингера. — Она не сказала, что Кроули приходил к ней, не говорила, что заключила сделку с этим сукиным сыном, — тихо произнёс Дин. — Почему она не сказала? — Холи с самого начала не скрывала того, что поддерживает Каса с его идеей свергнуть Рафаила. Возможно, он смог убедить её помочь ему, — хриплым голосом говорил Бобби, пытаясь поймать взгляд Винчестера. — Сэм тоже чуял неладное, но никто не смел произнести это вслух, мальчик мой. — Нет, Бобби, это Холи. Это наша Холи, которая отдала жизнь ради спасения мира и нас с Сэмом, когда подорвала себя с адскими псами, — покачал головой Дин, наконец, поднимая решительный взгляд на Сингера. — Это Холи, что сбежала из Рая ради пьяницы-охотника. — Дин, та девчонка, о которой ты говоришь, умерла от рака больше года назад. А Холи теперь сама стала частью сверхъестественного мира и пробовала человеческую кровь. Сложно было оспорить сказанное. Дин видел, как Холи изменилась. Не брезговала сексом с незнакомцами, материлась, убивала, не моргнув и глазом, и точно не испытывала трудностей с истреблением вампиров. Винчестер лишь верил в то, что её преданность ему не умерла вместе с той девчонкой, что так и не смогла побороть лейкемию.

***

Началась погоня за Кастиэлем. Он уничтожил Рафаила, спас землю от Апокалипсиса, но сам стал угрозой. Он был силён как бог, но глуп как ребенок. Кроули пропал с поля боя. Очевидно, это было самым грамотным решением, ведь демон в последний момент прибег к помощи заклятого врага Кастиэля — Рафаила. Винчестеры же, в свою очередь, не сдавались, несмотря на состояние Сэма: без «стены», отделяющей его от Люцифера, ему было тяжело. Он уверял, что всё было в порядке, но я видела в его глазах языки адского пламени, пожирающие в нём всё то, что было принято считать здравым рассудком. «Импала», как оказалось, пострадала не меньше мальчиков после встречи с демонами Кроули, поэтому Дин принялся её чинить, пока Бобби пытался выяснить хоть что-то о новом боге. Винчестер иногда вытаскивал меня на улицу, когда возвращался из гаража, но большинство своего времени я проводила одна в запертой комнате. В один из дней, когда машина уже была заботливо восстановлена Дином, я наткнулась на дело, листая новостную сводку в интернете. Никто, конечно, не думал сейчас ни о какой нечести помимо Кастиэля, но Сэм привел аргумент, с которым никто не смог поспорить: информации о новом боге у нас не было, мы топтались на одном месте, не представляя, как действовать. Решено было ехать на охоту и делать то, что всегда получалось у нас (или хотя бы у Винчестеров) хорошо — спасать людей. Тучи так густо скопились в небе, что в середине дня было темно словно ночью. Сильный ветер задувал под свободную куртку и вызывал дрожь по всему телу. Мои волосы разлетались и безжалостно били меня по лицу, я щурилась и едва ли видела Дина, идущего с сумками впереди меня к дверям нашего номера. Мы приехали в небольшой городок Монро на юге штата Висконсин, где загадочно гибли люди вот уже несколько недель. Сэм отчего-то решил, что орудует ведьма, а Дин скривился и напомнил нам о том, как он ненавидит этих существ. Я же о деле совсем не думала — смерть Ника потушила свет в моём сознании. Единственная мысль, въевшаяся в голову, была о нашей сделке с Кроули. Он обещал спасти Ника, если я буду молчать, если сделаю всё, как он просил. Я нарушила условия той сделки, но в душе теплилась надежда, что он даст мне шанс заключить новую. Мальчики не знали, что я припасла всё необходимое для вызова демона, что прошлой ночью молилась ему, словно богу. И Дин не знал, что красноглазый торговец с большой дороги — единственный, кого я хотела видеть. Моё предательство ушло куда-то на задний план, ведь я сделала бы это снова и снова ради спасения Ника, даже если обманывала себя. В мотеле мы остановились в одном трёхместном номере. Предполагалось, что каждый будет спать на отдельной кровати. Ни Дин, ни я не были против, казалось, даже удовлетворены таким раскладом. Он беспокоился за Сэма, а я не могла отвлечься от смерти Ника, но ни один из нас не переживал о том, что происходило между нами. Всё стало иначе. От Дина разило сомнениями. Если бы не мои силы, я бы не заметила этой перемены в нём, поскольку события быстро сменяли друг друга, мне было просто не до этого. Но его энергия, аура, которую мне позволял видеть мой волчий взор, кричала мне о том, что ничего уже не будет как прежде. Моя ложь на самом деле была очевидной, особенно после предательства Кастиэля. И Винчестеры догадывались, но боялись признаться себе в этом. Вечером Дин ушёл в бар. Перед уходом он позвал меня с собой, но мы оба знали, что сделал он это скорее из вежливости. Я отказалась. Намного лучшей перспективой было присмотреть за Сэмом. Винчестер-старший скрылся за дверью. — Ты уже полмесяца почти не разговариваешь, Холи, — тихо сказал Сэм. — Это выше моих сил, правда, — ответила я, чувствуя, как дрожит голос. — Холи, ты всегда можешь поговорить с нами. Я и Дин — мы всегда будем рядом, — накрыв мою руку своей широкой ладонью, произнёс Винчестер. Я кивнула, уткнувшись носом в плечо Сэму, а потом обняла парня, когда почувствовала его ладони у себя на спине, прижимающие ближе. Но он тоже не верил меня. Сомнения Сэма пропитали мою кожу, как только я прикоснулась к нему. Ночью вернулся Дин. Моя кровать была у окна, поэтому я заметила его силуэт, когда он только шёл по парковке. Походка его была немного неуклюжей, а когда он наконец добрался до комнаты, я почувствовала резкий запах крепкого алкоголя. Следующий запах, который буквально вытащил из пучины мыслей о Нике, был запах женщины. Терпкий, едкий, до тошноты сладкий запах другой женщины. Я закрыла лицо руками, не веря собственному носу. На кой чёрт судьба наградила меня волчьим чутьём? — Холи, чего не спишь? — спросил Дин, опустившись на край соседней кровати. Он был жутко пьян, потому едва не промахнулся. — Я надеюсь, оно того стоило, Дин, — кинула я, встав с кровати. За считанные секунды оделась и выскочила на улицу подальше от этого гадкого липкого запаха. Я бегом добралась до «Импалы». Там, в бардачке, лежали мои сигареты. Я снова пристрастилась к ним после последних событий. Закурив сигарету, я уткнулась лицом в холодный металл крыши машины. Едкий запах табака отвлёк от запаха той, что была сегодня с Дином. Моя вспыхнувшая ревность была лицемерием. Я спала с Королём Ада — заклятым врагом Дина и Сэма. То предательство, что я ощутила ударом ножа между ребёр, было тем самым бумерангом, что обычно всегда возвращается. Дину было бы так же больно, а может сильнее, если бы он знал всю правду. Но он не знал. Чёрт его знает, сколько женщин было у Дина. Лишь об одной я знала точно. Мысль о том, как он имеет её, засела на подкорке. Кем мы стали? От тех охотников, что готовы были заниматься сексом всегда и везде днями напролёт, колесить через всю Америку вдвоём, осушая бары и истребляя вампиров, дурачиться как дети и смеяться с шуток про вторники, не осталось ничего. Мы потеряли друг друга. Не на охоте и даже не из-за лейкемии, а вот так пошло и низко. Через грязное окно мотеля Дин видел её, курящую сигарету у его чёрной, натертой до блеска «Импалы». В металле крыши машины словно в зеркале отражалось её заплаканное лицо и исполосованные слезами щёки. Эта рыжая барменша… чтоб её! Дин даже имени её не запомнил. Но она не была ошибкой, скорее логичным исходом этой канители. Винчестер просто напился до беспамятства, а эта барменша оказалась в нужном месте в нужное время. Он мог остановить её, оказать, но не стал. Холи закрылась. Дин даже не понял, когда и как потерял её. Она не целовала так, как раньше, не смеялась звонким голосом с его самых глупых шуток, которые кроме неё никто не понимал, не смотрела с той любовью, как раньше. Даже когда она умерла и попала в Рай, Холи была ближе, чем в последнее время. В какой-то момент она стала чужой, влюблённой в свою преданность кому-то другому. Дин не осознавал этого, но сердце не обманешь. Он потерял её. Винчестер отрезвел: бешеное сердце разогрело кровь, расщепило алкоголь, вернулась ясность ума. В груди жгло так, что хотелось кричать от боли. Дин не спускал с неё глаз через мутное стекло. Холи пыталась вызвать Кроули. Прямо посередине парковки разложила всё необходимое и совершила ритуал. Но никто не явился. Она закрыла лицо руками и скатилась вниз вдоль двери машины. Её грудная клетка сотрясалась от всхлипов, казалось, плач был слышен даже в комнате. Холи обняла свои колени, сидя на холодном асфальте и не двигалась ещё долго. Дин и сам задыхался от накативших эмоций, от обречённости их положения. Он любил Холи, как не любил ни одну женщину в мире, но уважение и доверие, сложившееся между ними треснуло и развалилось, как карточный домик.