5 reasons

Девушка нехотя приоткрыла глаза, слегка щурясь от яркого солнечного света. Ничего себе! День уже в самом разгаре, сегодня она позволила себе поспать подольше. Но, черт возьми, как это приятно… Кара всем своим нутром захотела потянуться и вдруг… Черт. Черт-черт-черт. Ты будешь гореть в аду, Стайлс! Гаденыш. Мерзкий, хитрый, наглый… Ну держись. Береги свою сладкую задницу, Хазза, моя месть будет жестокой. Как только я доберусь до тебя… не жди пощады. Девушка бешено дернулась, не способная пошевелить ни рукой, ни ногой. Ее запястья и лодыжки были крепко связаны жесткой темно-синей изолентой, которая есть в любом доме. Рот также был заткнут ровной полоской той же липкой ленты. «Поганец!» – негодовала Уолтер. Нет, это мягко сказано. Кара свирепо шныряла зрачками по комнате, по всему, что ее окружало в поисках выхода. Внутри у нее все клокотало, стремилось вырваться наружу ядовитыми потоками ярости. Как? Как этот изнеженный нарцисс мог запудрить ей мозги? Это… это свыше человеческого понимания. Такого просто не могло случиться. Девушка бешено заметалась в попытках освободиться, однако только сотрясала воздух и в итоге с грохотом упала на пол. Приглушенно ухнув от боли, Кара оперлась спиной о кровать и, тяжело дыша, вперила взгляд в дверной проем, ожидая прихода Стайлса. Черт, как можно быть такой неосторожной? Уолтер искренне проклинала себя до глубины души. На одну секунду она потеряла контроль, на один вечер перестала оглядываться назад в ожидании ножа, воткнутого в спину… и все. Все. Моментально жертва и убийца поменялись местами. Волк стал овечкой. Беспомощной, связанной по рукам и ногам и ни на что не способной. А такая, черт ее дери, несчастная на вид овечка встала на место кровожадного маньяка, который теперь наверняка намерен поступить не самым выгодным образом по отношению к бывшему волку. Как могла она настолько потеряться, раствориться в Стайлсе, чтобы забыть дать ему дозу снотворного? Это кошмарная, непростительная, неисправимая ошибка! Кара, ты и сама видишь, в каком дерьме ты теперь. И из него нет выхода! Выход есть всегда. Неисправимых ситуаций не бывает. Уолтер, мы близки к шизофрении. Либо уже увязли в ней по голову. Так или иначе, нельзя не признать, что другая, внутренняя Кара, в которой еще остались скудные нотки оптимизма, в чем-то права. Нужно попытаться найти выход. Убежать. Одной или со Стайлсом. Убить. Его, себя или обоих. Но только не тюрьма. Больше я не дамся. Я достаточно настрадалась в трижды клятом Чатеме, грязном, фальшивом отвратительном пристанище наркодилеров и карманников, и теперь готова даже сложить голову, лишь бы не попасть в руки полиции. Но, разумеется, только после вас, мистер Хитрая задница. Преступница резко подняла голову на стук шагов. Не оставляя этого презрительного, но тем не менее подрагивающего взгляда, Стайлс осторожно обошел комнату торжественным, неспешным шагом и приблизился к Уолтер. Та бросала на него острые, агрессивные взгляды поверх изоленты, которая доходила ей практически до носа. - Полиция уже в пути, - четко произнес Гарри. Нужно было видеть сумасшедшие глаза беженки при этих словах. Она протестующе, панически замычала, забывая о всяком хладнокровии и теряя драгоценное самообладание, которое вырабатывала долгие годы в колонии. Кара замотала головой и истерически забилась на месте, стуча ступнями по паркету. Парень не без удовольствия наблюдал за этим и ни в коей мере не препятствовал. Наконец, девушка утихомирилась, практически выбившись из сил от собственной беспомощности. На бледном лбу выступили капли пота, грудь тяжело вздымалась под тонкой полупрозрачной рубашкой. Гарри не без усилий отвел оттуда взгляд и хмыкнул: - Хочешь что-то сказать? Уолтер яростно глянула на него и угрожающе насупила брови. Гарри медленно, растягивая муку, отлепил липкую ленту ото рта беженки. Та болезненно простонала и сжала губы в нитку, прежде чем заговорить. - Стайлс, ты покойник. Мать его, ты уже мертв, это я тебе обещаю! – злобно выдохнула она, по-прежнему не оставляя попыток развязать руки, сомкнутые прямо перед ней. - Даже в таких ситуациях остаешься верна себе, Уолтер, - цокнул парень и поднялся на ноги. – Что ж, увы, это был всего лишь блеф, хотя, если проанализировать твою реакцию, то весьма и весьма удачный, - добавил Гарри, издевательски глянув на Кару. - Что ты хочешь сказать? – вкладывая как можно больше презрения в каждое слово, отчеканила девушка. - Полицию я вызвать не успел. Просто хотел посмотреть на твою реакцию, и ожидания меня не подвели: реакция действительно что надо. - Иди к черту, - глухо фыркнула беженка. - Но мне повезло хотя бы в том, что проснулся я раньше тебя. Пускай всего на пару минут, но они сделали свое дело. А теперь позволь мне уже по-настоящему попросить помощи у стражей порядка. С этими словами Стайлс потянулся за телефоном. Было очевидно, что он в полном смысле этого слова ощущает себя хозяином ситуации. Совершенно неожиданно для самого себя он стал полноценным «волком» и теперь не собирается упускать возможности этим воспользоваться. При последних словах Гарри, Уолтер снова интенсивно задергалась, пытаясь расцепить руки или подняться на ноги, и, как все предыдущие, эта попытка не увенчалась успехом. И тогда девушка с явным отчаянием шумно выдохнула и повесила голову. Однако при ближайшем рассмотрении, можно было заметить, что она исподтишка поглядывает на Стайлса. [Cinema Bizzare – My Obsession] - Ты прав. Я не была такой, - отрешенно, чрезвычайно четко посреди образовавшейся тишины прозвучал приглушенный голос. – Пока не узнала о тебе. Стайлс на секунду замер на месте, заставив большой палец замереть над клавишей «Вызов». - Знаешь, в интернате, где я провела большую часть своей жизни, это не составляло особого труда. В смысле быть хорошей. У тебя есть друзья, тебя любят, тебя ценят… более-менее. У нас было все, о чем можно только мечтать, не считая, конечно, родителей, Но я никогда и не печалилась из-за того, что у меня их нет. Не знаю, может, потому что с самого рождения не представляла себе, что вообще такое «родители». Меня буквально из роддома запихали в этот интернат, никто не знал, кем были мои мать и отец. А, может, и знали, просто рассказывать не хотели. Но, откровенно говоря, плевать. Если они меня бросили, если им нет дела до моей жизни, то почему мне должно быть дело до них? Кара весьма подавленно фыркнула и добавила: - Иными словами, любить мне было некого. После этих слова она сделала медленный вдох и прикрыла глаза. Парень продолжал стоять на одном месте, практически не моргая, с сомнением поглядывая на преступницу. - Но я и не ощущала особой потребности в этом. Серьезно. Во мне, видимо, просто отсутствовала какая-то жилка, отвечающая за чувствительность. Став немного постарше, годам примерно к 17, я начала думать, что мне уж не суждено когда-либо к кому-нибудь что-то испытать. Да, это сложно, но ты только вдумайся: никогда, ни с кем и никак. Становится жутко. Девушка хмыкнула и, сделав небольшое усилие, напрягла ноги и уселась на кровать. - И опять же, это жутко для тебя, Стайлс, не так ли? – Уолтер подняла взгляд к озадаченному парню, который и думать забыл про то, что некогда собирался позвонить в полицию. Однако в зеленых прищуренных глазах все еще читалось недоверие, смешанное с осторожностью. Так и не дождавшись ответа, и, видимо, не слишком на него рассчитывая, Кара продолжала: - Для тебя, для Алекс, для всех… кроме меня. Меня это не пугало совершенно. Одиночество? Не привыкать. Это стало уже стилем моей жизни. Я до глубины мозга и души прониклась этой «теорией». Верила. Действительно верила. До одного момента… Уолтер не спеша облизала высушенные после сна губы и, прищурившись, глянула на Стайлса. Парень опустил руку с телефоном и внимательно изучал серые глаза, пытаясь прикинуть, сколько из того, что говорит Кара правда. - Догадываешься, до какого момента, Гарольд? – насмешливо произнесла преступница, медленно пошевелив пальцами на руках. Парень на мгновение задумался, потом тряхнул головой и, стараясь отвести взгляд, еле слышно, однако четко, ответил: - Нет. - Ооо… не скромничай. Я думаю, предположения все-таки есть. Просто наш скромный Гарри стесняется их озвучить. Но ничего, так и быть, я сделаю это за тебя. Ситуация начала меняться в обратном направлении. Все постепенно возвращалось на круги своя. Новоиспеченная овечка, которая не совсем уютно чувствовала себя в новом амплуа со связанными изолентой конечностями, постепенно стала возвращаться к роли маньяка-манипулятора. По крайней мере, так могло показаться тому, кто наблюдал бы за этим со стороны, потому что с каждым словом, фразой Кара чувствовала себя все свободнее, несмотря на ограниченность в движении. Девушка постепенно расправляла плечи, ее голос приобретал уверенный, твердый тон, глаза спокойно и томно взирали на Стайлса. А тот в свою очередь, сам того не подозревая, возвращался к позиции беспомощного копытного существа. - Это случилось на последнем году моего пребывания в интернате. Признаюсь, это поразило меня саму, что уж говорить про окружающих. Не знаю, по мне, очень глупо называть это «влюбленностью». Даже сама «любовь» - слово крайне неподходящее. Что-то неописуемое, дикое, фееричное и… настоящее. В этом у меня сомнений не было. Поначалу нравилось. Сам вспомни, что ты ощущал, когда у тебя появились первые чувства к кому-то… Здорово, да? Однако потом я начала понимать, что все не так легко и просто. Чувство… необходимости, скорее суровой потребности овладевало мной нещадно. Потребности… в тебе. Уолтер умолкла, выдерживая грамотную, но такую жуткую паузу. Зеленые глаза вспыхнули от осознания, кадык на шее Гарри зябко дрогнул. - Как и миллионы, я увидела тебя по телевизору. Но только со мной произошло все то, - Кара задумалась, потом хохотнула: - … что произошло со мной. Если бы могла, девушка развела бы руками, однако, ограниченная в движении, она лишь пожала плечами и подняла глаза, не снимая с губ ухмылки. Потом стиснула ладони и, приложив немалые усилия, поднялась на ноги. - Ты должен был быть моим, пойми. И только моим. Именно эта мысль и толкнула меня на убийство. Паранойя, одержимость, навязчивая идея, - можешь называть, как хочешь. Ты, - вот диагноз, который так и не смогли установить ни полиция, ни врачи, ни судебная экспертиза. Изумрудные глаза распахнулись еще шире, Стайлс не находил в себе сил, чтобы справиться с удивлением. Его нижняя губа слегка подрагивала, ноздри по обыкновению широко раздувались от волнения. - Только мой… - тихо прошептала девушка. Медленным движением связанными ладонями Кара обхватила Гарри за подбородок. Парень нервно выдохнул. Та немного неуверенно улыбнулась, словно школьница перед первым поцелуем. Да, именно эта мысль пришла в голову обоим. Но ни капли не смутила. Уолтер мягко коснулась послушных губ Стайлса, одной ладонью ласково поддерживая его подбородок. Другая рука прицеливалась. Одно, резкое, молниеносное движение ловких пальцев по беззащитной сонной артерии – и Стайлс, обмякнув всем телом, свалился к ногам Кары. Девушка довольно оглядела распластавшегося на полу парня и хмыкнула. С острого лица пропал всякий след хорошо отыгранной неуверенности. - Идиот, - закатила глаза Кара и мелкими частыми прыжками отправилась на кухню за ножом, чтобы, наконец, избавиться от сковывающих объятий изоленты.