Вольный Исследователь Зла

      По истечении шестого дня они подошли к восточным воротам Мории.       Эти Ворота, хотя и не были тайными, но всё же были прилично укреплены, и при всём желании врага открыть их — шансов на это у него не было бы, скорее всего, никаких.       Если бы не одно «НО».       Враг притаился внутри Морийского Царства.       Эзреаль, а следом и Гэндальф с эльфами вошли под своды каменных чертогов на закате. Солнце светило им в спину, и гномы ничего не сказали путешественникам, даже несмотря на встреченных теоретических врагов. Так и осталось неизвестным: то ли дело в вежливости, то ли в надежде на лучшие отношения и выгодные покупки: как известно, эльфы не гнушались гномьих трудов и частенько заказывали работу гномов в свои собственные чертоги.       Гэндальф ситуацию никак не прокомментировал, а Эзреаль просто не знал о сложившейся ситуации, поэтому никаких происшествий у Восточных Ворот не случилось.       Спускались они всё ниже, правда, можно ли сказать «ниже» про какую-то сотню метров, когда как Чертоги Мории тянутся на километры вдаль, вглубь и ввысь?       Элладан аккуратно заносил какие-то пометки в блокнотик (а блокноты, как известно, эльфийское изобретение).       Идти долго не пришлось. Вскоре к отряду пробился какой-то гном, и выдал свиток. Прочитав его, маг сказал:       — Буду весьма благодарен вам за помощь и содействие. Но пока что нам нужно только место, где переночевать, и очаг, где приготовить пищу.       — Как скажете… Запасы еды и воды можете пополнить на любом рынке… В вашей комнате будет некоторая сумма золотом: Король Гномов благодарен вам за посильное вмешательство и готов поддерживать вашу экспедицию…       — Мы очень благодарны вашему Королю и искренне шлём ему своё почтение, — вежливо ответил маг, из-за своей разумности и опыта взявший на себя ведение переговоров.       — Несомненно передам, — кивнул гном, и исчез так же быстро, как и появился.       — А ведь он не сказал, куда идти, — заметил Эзреаль.       — Не сказал, но начертил, — ответил Гэндальф и показал свиток с картой. — Само собой, здесь далеко не все чертоги, но пока что нам и этого хватит вполне.       И друзья продолжили путь, на этот раз ориентируясь по карте из свитка.       Как оказалось, комната — а точнее, 118-й чертог жилых помещений, — был хоть и свободен, но практически пуст. Тем лучше, но с отоплением стоило бы поработать. Узкие окна не давали света, а вот ветер дул приличный. И, надо сказать, стоило бы поостеречься этого ветра, так как простыть на таком сквозняке было довольно несложно.       Правда, никого из путников это совсем не волновало: Элладан и Элроир — закалённые воины, и им ветер не помеха. Гэндальф — того вообще ничем не проймёшь, даже магическая зараза на него не действует. А Эзреаль ночевал и на открытых снежных равнинах, и в раскалённых днём, но холодных ночами пустынях… то есть — был устойчив к любой погоде.       Так они и расположились у кроватей сбоку, справа относительно входа, и если верить чутью направления — у западной стены.       День шёл вовсю, но в чертоге было довольно тихо. Никто не отвлекал путешественников от размышлений. Гэндальф просто рассматривал карты (а ещё парочку он прикупил на рынке), Элладан проверял лук и затачивал кинжалы, Элроир любовался своим мечом (а любоваться было чем). Эзреаль же, как и полагается настоящему исследователю, отправился куда глаза глядят.       Далеко идти не пришлось. В одном из чертогов нашлась библиотека, и летописец, немного поворчав, допустил всё-таки парня к древним фолиантам. Сказав, правда, что ему плевать на то, кто он такой, и что книги лучше бы не портить. И топор на его поясе был весьма серьёзным аргументом (а чтоб вы знали: летописцы гномов должны защищать летописи, и в том числе — оружием, и этому их специально обучают).       Эзреаль долго искал книжки, и вскоре нашёл хоть что-то не на гномьем. Как оказалось, это был всего лишь сборник сказок. Но что его привлекло — это рогатый монстр, подозрительно кого-то напоминающий.       Он начал читать.       В далёкой стране жил-был король. Жадный, но смелый. И спрашивал люд: что ценнее: скромность или храбрость? Только вот король богател, и королевство тоже. А потом пришёл враг. Был он подобен другу, и даже помогал гномам, уча их камнеобработке и ковке. Но выковав идеальное оружие, он вторгся в чертоги короля гномов и пронзил его. Умирая, король спросил: «За что?.. Ужели моё богатство не даёт тебе покоя?..» Ответил убийца: «Не нужно мне богатство твоё, и храбрость твоя тебя не спасла. А погубила неразумность, ибо отпустил ты стражу отдохнуть, и думал, что в безопасности. Надеюсь, твой сын будет умнее.       Сын был умнее, и охранял себя тщательно. Вёл он успешные войны, и организовал хорошую королевскую власть. Но убили и его. И убил тот же воин, тем же мечом.       «Ты убил моего отца… А теперь и меня. Скажи же, за что?»       «За излишнюю предусмотрительность. Ты настолько боялся перемен, что не смог освоить ничего, кроме искусства управления. Но запомни: плох тот командир, кто не умеет воевать сам».       По иронии, на столике рядом лежал обычный меч, оказавшийся, увы, слишком тяжёлым для короля.       Эзреаль усмехнулся.       — Слабак, — пробормотал он. — Надо всегда быть готовым.       Его руку пронзила боль. Тот зашипел.       «Ты не был готов», — усмехнулся даркин.       — Тебя не спрашивают!       «Вот как? Соскучился по мне? Давай поговорим… О, я умею вести переговоры…»       — Ты только электричеством плеваться умеешь, — усмехнулся Эзреаль. — И думаешь, что так можешь сломить любого врага.       «Правда? Ну, как знаешь…»       Тут Эзреаль заметил, что его тело покрывается синими линиями, идущими от перчатки.       — Ты это… Чего задумал?..       «Увидишь…» — очень вкрадчивый шёпот.       Эзреаль попробовал сконцентрироваться и понять, что это такое… Но ничего не выходило. Словно это не кто-то пытался его захватить (а против магического вторжения он умел бороться), а это его собственная сущность.       «Посмотрим…»       Эзреаль отошёл в уголок библиотеки, чтобы не привлекать лишнего внимания. И на секунду глянул в зеркало.       Его глаза светились синим. Ярким синим цветом.       — Сам себя боюсь… — полусмехом-полупаникой ответил он.       «О… И совсем не зря…»       — Замолчи!       «Как скажете».       Вскоре синие лучи распространились по всего его телу. И тут он понял, что становится прозрачным. Что он уже едва себя видит, остаётся только синий силуэт.       — Т-ты чего это задумал?!       «Ты же сказал молчать?» — ответил наглый даркин.       — Отвечай, живо!       «Заставь».       И Эзреаль понял, что по факту не имеет никакой власти над этим загадочным артефактом. Дрянное чувство.       — Отвечай! Живо!       «Ну… Так и быть. Сейчас ты станешь бесплотным. Как и во время перемещения. Только ты таким станешь навсегда. И никто, никто тебя не увидит… И мы останемся в вечности, только ты и я…»       Эзреалю такое развитие событий не понравилось, и он бегом вылетел из библиотеки, направляясь к 118-му чертогу в надежде на Гэндальфа. «Только бы успеть, только бы успеть…» — лихорадочно билась мысль в голове.       «Куда ты так спешишь, дружище?» — измывался над ним даркин. А тело уже было едва различимо.       Вот и двери чертога. Ещё пара метров…       Внезапно мир стал серым. Всё вокруг изменилось, мировосприятие стало другим.       — Добро пожаловать, Эзреаль.       Рядом с исследователем стоял высокий подтянутый парень в такой же перчатке. Только он был синим, с красивым узором линий и весь сиял.       — Вот мы и встретились. Ну что, пройдёмся?       — Нафига?! Ты что вообще натворил?!       — Ты узнаешь это и многое другое… Но для этого тебе придётся пройти со мной.       — А если я не хочу.       — Тогда ты можешь попробовать вернуться в мир сам. А я понаблюдаю. Давай, пробуй!       На лице даркина заиграла улыбка. Он явно наслаждался беспомощностью парня.       — Какой ты всё-таки… гад!       — Какой есть! Ну-ка, вспомни свои мечты! Ты же этого хотел, верно?       — Нет!       Даркин достал книгу в потрёпанной обложке.       — Откуда?.. — это был дневник Эзреаля.       — Итак. Двадцать девятое марта. Сражение было сложным. Еле перебил их. Мне бы хорошее оружие… Рааст подошёл бы. Может, попросить у Каина на время?       Пронзительный взгляд на молчащего Эзреаля.       — Сон на Пятое апреля. Сегодня я был в лесу. Крушил всех направо и налево. Что интересно — помогал мне в этом Рааст, мы с ним неплохо сработались. Хочу даркина.       Эзреаль молчал.       — Третье июня…       — Я понял!!! — крикнул он, вспомнив, что именно писал третьего числа. — Я понял… Но…       — Ты не этого ожидал? Не этого хотел?       Снова молчание.       — Ты не знал, что это такое, верно? Ну, теперь знаешь. Ну так что, прогуляемся, раз уж такое дело?       — Пошли…       Даркин взял его под руку и повёл вглубь Мории. Предстоял долгий разговор.       «Он сломал меня».