Принцесса страсти, любви и фей.

      Линкор рассекал волны, подгоняемый довольно сильным ветром. Судно приближалось к одному из островов Нового Мира. С совершенно другой стороны плыл еще один линкор. Корабли повторяли друг друга точь-в-точь. Одинаковая модель, одни и те же цвета, огромное количество людей. Единственное чем они отличались были капитаны.       На палубе одного из кораблей стоял высокий блондин. Его лицо было раскрашено под шута, на голове красовалась темно-бордовая шапка-капюшон с сердцами на концах длинных завязок, была и светло-розовая рубашка в сердечко, ослепительно чистые белые джинсы, темные ботинки, а заканчивали образ молодого мужчины черные прямоугольные солнечно защитные очки и черная же шуба из перьев. На втором же корабле в каюте капитана на диване валялась розовая шуба из перьев, а ее обладатель спал накрывшись одеялом с головой. Из-под кромки выглядывали только светлые волосы.       Когда люди на палубе стали различать силуэты людей, встречающих их, то одеяло зашевелилось и маленькой бугорок стал двигаться по направлению к торчащим светлым волосам. Пару минут спустя из-под одеяла высунулась черная взъерошенная голова. По каюте разнесся длинный зевок, а маленькая ручка стала тереть глаза. Послышался еще один смачный зевок, но уже из-под одеяла и тут же это самое одеяло было откинуто в сторону. На подушке сидела Луффи в футболке явно не по размеру и сонно моргала глазами, а на краю кровати сидел Дофламинго и пытался снова не закрыть глаза.  — Ну и вот чего ты проснулась? — Блондин медленно встал и пошел в сторону шкафа.  — Шумно.       Джокер поднял бровь, а после прислушался. Где-то снаружи кричали и носились по палубе люди, а судя по двойным шагам в коридоре кто-то шел в их направлении. Зная, что без стука в его каюту никто не войдет Донкихот распахнул дверцы шкафа. В правой руке тут же оказался один из его костюмов. Идеально белый, без каких-либо рисунков, но с розовой рубашкой. Легкое шевеление пальцами и из нижней части шкафа на пол опустились белые начищенные туфли. В левой руке оказалось белое закрытое платьице с длинными рукавами, с подолом в складку, длиной до колена, а на груди алел ярко-красный пышный бант. С таким набором он подошел к сонной девочке и положил около нее платье, а сам ушел за ширму, которая появилась в его каюте с недавнего времени. Когда руки блондина начали застегивать пуговицы на рубашке, в дверь постучались.  — Молодой господин, — За дверью находилась Моне. — мы можем войти?  — Входите. — Пуговицы на рубашке кончились и настала очередь манжетов. — Помогите Луффи надеть её платье.       Это было именно платье Луффи. За тот почти месяц что они плыли к нужному острову, они успели посетить два других, на одном из которых бывший Небесный Дракон отправил Моне с Луффи в магазин-ателье. С ними увязалась Сахарок, поэтому кроме одежды, белья, обуви и нескольких украшений у его племянницы оказалась корона. Да не простая подделка, а из чистого золота и без единичного камня. Как в куче подделок с позолотой Сахарок различила настоящую было непонятно, но крайне выгодно. Сама же корона занимала почти всю голову трехлетней малышки, но когда она станет старше, то она будет как раз. При этой мысли на лицо уже одетого блондина вылезла ухмылка. Дофламинго выскользнул из-за ширмы и направился прямиком к сейфу, где лежала корона. Пара поворотов и корона покоится в ладони.  — По какому поводу шум на палубе? — Слышится щелчок и блондин поворачивается.  — Мы приближаемся к Дресс Роуз, Господин. — Не отвлекаясь от шнуровки на спине Луффи, ответила Моне. — Через двадцать минут будем в порту.       Бровь блондина раздраженно дернулась. Ещё вчера он отдал приказ Треболу, чтобы его разбудили как только остров появиться на горизонте. С этим надо было разобраться. Быстрыми шагами блондин оказался у дивана. Шуба была накинута на плечи и Донкихот направился в двери, около которой и остановился.  — Где Требол? — Задал он интересующий его вопрос.  — В последние несколько часов он находится в своей каюте. — Поправляя бант, сказала Сахарок. — Молодой господин, около часа назад был замечен линкор Коразона. Они войдут в порт позже нас.       На лбу Донкихота вздулась вена, а губы сложили в тонкую линию. Пальцы правой руки слегка двинулись и корона плавным движением полетела. Стоило двери хлопнуть, как корона оказалась на голове Монки. Корона сдвинулась чуть в сторону, а волосы на голове, немного отросшие за месяц плаванья, слегка взъерошились. Сахарок, уже закончившая с бантом, приподняла украшение и поправила черные прядки, после чего погрузила корону обратно, разместив так же под углом. Сейчас Сахарок с восхищением смотрела на стоящую перед ней Луффи. Девочка без своей яркой улыбки и веселья в глазах была типичной холодной аристократкой. Если она будет такой на публике, то легко сойдет за принцессу, тем более сидеть она будет на руках нынешнего короля. А учитывая, что на руках Господина она всегда вела себя спокойно, то у страны появилась Принцесса.  — Луффи, — Уже почти проснувшаяся девочка повернула голову к Моне. — Господин сказал одеть тебя, но ты ведь не успела умыться? — Луффи осторожно кивнула головой, боясь что упадет с ее головы. Стоять на одном месте дольше чем нужно она совершенно не хотела. — Тогда тебе придется потерпеть, пока я тебя приведу в порядок.       Зеленоволосая посадила девочку на кровать. Сахарок подала своей сестре белые носочки и белые башмачки. Моне быстро обула Луффи и та соскользнула на пол. Черноволосая потянула ручку к Сахарок, на что старшая усмехнулась и открыла перед девочками дверь. В тишине коридора отчетливо раздавался тихий стук подошвы башмачков Луффи о деревянные доски. Но те быстро затихли, когда Моне открыла перед девочками еще одну дверь, а после поставила Монки на табуретку перед собой так, чтобы малышка смотрела в зеркало перед раковиной. На шее девочки быстро оказалось полотенце, а Сахарок подала стакан с зеленоватой жидкостью. Маленькая брюнетка поднесла стакан к глазам и стала рассматривать.  — Луффи, — Моне смачивала маленькое белое полотенце теплой водой. — возьми немного жидкости в рот, но не глотай. — Зеленоволосая проконтролировала Луффи. — Так, отлично. А теперь перемещай воду из стороны в сторону. — Спустя пару неудачных попыток у Луффи получилось. — А теперь выплюни в раковину и начни заново.       Видя, что девочка следует указаниям и старается не замарать платье Моне подала влажное полотенце сестре, а сама стала намачивать два других. Быстро закончив с этим делом, зеленоволосая начала обтирать ладошки Луффи. Краем глаза девушка видела, как Сахарок забрала пустой стакан из руки Монки. С шеи девочки исчезло полотенце, а в руках Сахарок оказалось еще одно полотенце, которым она вытерла шею своей младшей подруги. Сахарок взяла влажные полотенца и скинула в таз, что стоял на полу. Когда голова с аквамариновыми волосами повернулась в сторону сестры и подруги, то Луффи уже стояла рядом с её сестрой, а в таз мимо её головы пролетело два полотенца.  — Так, Луффи, слушай внимательно. — Моне присела перед девочкой. — Сейчас мы подплываем к нашему острову. На острове с недавнего времени правит Господин Дофламинго и тебя там никто не знает. Веди себя по возможности спокойно и не вырывайся из рук Господина, хорошо?       Девочка серьезно кивнула. Она уже поняла, что если дядя несет её на руках вне корабля, то слезать с них не стоит. Луффи вцепилась в руку уже вставшей Моне и они вышли к коридор. Стоило им пройти несколько метров, как впереди распахнулась дверь и в коридор шагнул Донкихот. Дверь за ним быстро захлопнулась, а сам он впился взглядом в племянницу и двух членов своей Семьи. Моне отпустила руку малышки и та подбежала к блондину, даже на миллиметр не сдвинув корону на своей голове. Девчушку тут же взяли на руки. Монки удобно сидела на сгибе локтя и вжималась в мягкие розовые перья щекой. Маленькая брюнетка видела улыбки Моне и Сахарок, но не видела лица дяди, а потому быстро подняла свою голову. В ответ на это Донкихот чуть опустил свою голову и посмотрел в глаза племянницы.  — Дядя, — Зазвучал наконец голос Луффи. — а где твои очки?

***

      Дофламинго шел по улице города в сторону своего дворца. Позади него шли его офицеры, а все мелкие сошки остались в порту разгружать корабль. Его самого и его людей встретили радостными и счастливыми криками. Он шел слегка улыбаясь, хоть и внутри он усмехался над всеми этими глупцами. Но иногда он улыбался искренне и не потому что ему нравилось все это внимание, он ведь терпеть не мог этих тупых простолюдинов, а потому что иногда его за шубу дергала Луффи и спрашивала о вещах, что раньше никогда не видела. Когда это произошло раз так десятый, то Донкихоту надоело каждый раз наклоняться. Блондин просто пересадил девчушку с своего предплечья на плечо. Теперь брюнетка лишь слегка наклонялась к его уху и тихо шептала вопросы, а он отвечал тихо.  — Дядя, — Пират почувствовал как Монки слегка наклонилась к нему. — кто этот высокий дядя?       Джокер кинул взгляд на племянницу, он тут же подметил, что малышка смотрит назад. Блондин медленно повернулся назад и не сдержал ухмылку. Прямо к нему, рассекая людей как линкор волны, шел его младший брат. С его глупой шапкой и еще более глупым макияжем. Внезапно он остановился, а рот его непроизвольно раскрылся. Дофламинго тоже остановился, полностью развернувшись, и поднял вопросительно поднял одну бровь.  — Дядя? — Луффи снова наклонила голову к его уху, обдавая раковину теплым воздухом.  — Донкихот Росинант, Коразон, действительно твой дядя и мой младший брат. — Тихо сказал он.       Малышка на секунду застыла, а после кивнула. А в это время Дофламинго успешно подавлял свой смех, потому что он и забыл о том, что Росинант знать не знает о том, что он забрал племянницу. Его брат как никто другой знал, что он никогда не поднимал ребенка на руки, даже если это был кто-то из его команды или простолюдины просили подержать их ребенка. И не потому что не любил детей, а потому что брезговал. А теперь на его плече сидит ребенок с короной на голове, что-то шепчет ему на ухо и дергает его за волосы, когда народ вокруг начинает кричать слишком сильно и чуть ли не оглушает самого Джокера, что уж говорить о ребенке. Поэтому не став дожидаться пока младший придет в себя, он резко развернулся, придерживая Луффи нитями, и пошел дальше.

***

      Луффи была на Дресс Роуз уже три месяца и все это время она сбегала из своей комнаты и от нянечек, чтобы лечь спать с Дофламинго. К удивлению Луффи, Донкихот был против и отсылал её обратно, сам при это провожая, ведь Монки нашла его, а вот где ее комната она не запомнила за столь долгое время. Конечно, отказ Луффи не остановил, а наоборот заставил приходить каждый день и не по одному разу. В итоге на третью неделю, когда Дофламинго уже выходил из своей комнаты вместе с Луффи, то малышка просто расплакалась. С того самого дня она ночевала с блондином, а утром её забирала какая-нибудь из нянечек, уводя в покои, где и приводила девочку в порядок.       Сегодня Луффи забрали намного раньше и в шесть рук стали заниматься маленькой брюнеткой. Её быстро вымыли до скрипа в огромной ванной больше похожей на бассейн, а после поставили на специальную подставку. Одна из нянечек быстро стала сушить заметно отросшие волосы полотенцем, вторая стала вытирать влагу с кожи ребенка, а третья быстрым шагом вошла в комнату с платьем в руках. Платье было белым с воротничком и манжетами из чёрного кружева, белую же ткань платья украшало множество сердечек разного размера и оттенков красного, спереди посередине были драгоценные камни в форме сердца и ромба, а сзади в форме клевера и сердец, только перевернутых снизу вверх. Под платьем на вешалке были темные и плотные колготки, а рядом с подставкой стояли черные башмачки. Девочку быстро одели и в руках одной их горничной оказалась шкатулка и корона. Луффи, конечно, нравилась её корона, но за три месяца она устала её носить, поэтому тыкнула в шкатулку. Шкатулка тут же оказалась в руках другой горничной, которая и открыла её, являя на свет цветы сделанные из цветного металла и несколько капелек сделанных из золота. Через пятнадцать минут Монки Д. была полностью готова и ждала, пока не придет её сопровождение.       Когда девочка уже начала скучать, дверь распахнулась и в ней оказалась Моне. Девушка была в великолепном платье черного цвета с золотыми вставками и в глазах Луффи замелькали искорки, на что Моне улыбнулась и протянула руку девочке. Та с радостью схватилась за неё и чуть удивленно вскрикнула. Рука была очень холодной, но быстро стала теплой, а зеленоволосая виновато улыбнулась. Через пару минут неспешной ходьбы они остановились у дверей, где стояла пара стражей, один из которых взял в руку маленькую улитку и что-то сказал. В тот же момент дверь отварилась и прозвучал громкий голос.  — Принцесса Семьи Донкихот и её сопровождающая Офицер Семьи — Моне!       Сотни глаз впились в маленькую брюнетку, что сильнее сжала руку Моне. Ладонь старшей стала слегка прохладной и Моне потянула девочку за собой в самый центр огромного зала. Там в окружении толпы стояли Джокер и Коразон. Оба в костюмах, старший в черном с золотом, младший в белом. Луффи завороженно смотрит на обоих Донкихотов, но дольше все-таки смотрит на Коразона. Волосы Росинанта причесанный и уложены в прическу, в одной руке сигарета, а в другой маленькая коробочка. Сейчас серьезный, слегка печальный, но улыбающийся он нравился Луффи намного больше, чем при первой встрече. Луффи настолько засмотрелась на своих дядюшек, что упустила момент когда её посадили за стол между двумя братьями вместе с ещё одним ребенком, у которого была забавная шапка и белые пятна на коже.  — Ты уверен? — Дофламинго смотрел на брата в упор.  — «Да.» — Показал младший блокнот и тут же поджег сигарету, затянулся. — «Морской Дозор ждать не будет.» — На это старший хмыкнул.  — Тогда отправляйся. — Младший уже собирался отодвинуть стул и встать. — Нам нужен этот фрукт, Коразон. — Дофламинго метнул взгляд на мальчишку рядом с Луффи, которая внимательно слушала разговор. — Мальчишка поплывет с тобой.       Младший блондин лишь кивнул, встал, чуть не упав лицом в тарелку на столе. Наклонился к Луффи, слегка приобнял её и положил коробочку, что все это время была в его руке, Монки на колени.  — Открой когда будешь одна. — Сказали ей тихо в ухо.       Луффи кивнула и сжала коробочку. Росинант тут же выпрямился, схватил за шкирку мальчишку в шапке, который в это время ел. Блондин направился в выходу, а стоило двери закрыться за Коразоном Дофламинго услышал звон стекла. Его брат не меняется.

***

      Ровно через четыре месяца на Дресс Роуз состоялись похороны Первого Коразона Семьи Донкихот — Росинанта Донкихота. В этот день Луффи сидела в своей комнате с нянечками и подвеска на её шее была такой холодной, что пришлось положить украшение обратно в коробочку. А тем же вечером дядя сам пришел в её комнату, спать и не видеть кошмаров.