No control

      Наташа проснулась от тёплых влажных поцелуев в районе затылка, постепенно спускающихся ниже. Недовольно поморщилась и вжала голову в плечи, пытаясь предотвратить бессовестное пробуждение. Касания стали более настойчивыми и к ним присоединились мягкие поглаживания по коже плеча. Она сильнее закрылась, сквозь дрёму пробурчав что-то неразборчивое. С трудом удержалась, чтобы не укрыться одеялом по самую макушку, понимая, что этим выдаст себя окончательно и её персональный будильник перейдёт в тяжёлое наступление, решив, что она уже точно не спит. Когда звонкий чмок раздался под самым ухом, хотела уже возмутиться, но жаркий шёпот опередил, заставляя мурашки непроизвольно скатиться вниз по позвоночнику:       - Доброе утро…       - Оно было добрым, пока ты не начал меня будить, – проворчала Романофф, через плечо глядя на улыбающегося мужчину. – В субботу я сплю до воскресенья, и ты это прекрасно знаешь, Роджерс. Так какого чёрта…       Не успела договорить, позволив перевернуть себя на спину и лениво поцеловать. Всё ещё хмурилась с напускной злостью, но когда чужие пальцы сжались на груди – вздрогнула, распахивая в поцелуе глаза. Для не очень раннего, но всё ещё утра, подобная наглость была почти непозволительна. Стив опустился ниже, настойчиво целуя под подбородком и с наслаждением сминая грудь. Нат против воли открыла шею влажным касаниям, хрипло и быстро задышав.       Отношения с Роджерсом, если она правильно помнила (а помнила она правильно) начались чуть меньше года назад. Полноценные отношения в смысле, а не косые переглядывания и полуулыбки на заданиях, не якобы случайные касания и томные вздохи, когда посчастливилось ехать в лифте вместе. Всё началось с азартного «а давай попробуем?» и агент Романофф уже не помнила, от кого конкретно поступило это предложение. Хотелось бы верить, что от себя, но Кэп изо дня в день доказывал обратное.       От романтичных свиданий они как-то сразу перешли к более активным действиям, оправдывая это тем, что люди уже взрослые и прекрасно знают, как рано или поздно закончатся эти встречи. Наташа до последнего думала, что именно ей придётся рассказывать и показывать Стиву все прелести интимной близости, но… чёрта с два. Он удивил её буквально во второй раз (видимо, в первый для приличия побыл краснеющим девственником, и то Вдова не особо заметила румянец на его лице), когда предложил секс в душе. Самое забавное, что перерыв между этим «первым» и «вторым» был едва ли в сорок минут. Нат тогда удивлённо присвистнула и пошутила насчёт «входишь во вкус, Кэп». А потом ещё час с лишним не могла выйти из душевой кабинки по всем понятной причине.       Стив на удивление активно принялся постигать мир разврата, и когда его статус отношений с Вдовой более-менее сформировался в «мы с ней спим и даже больше. да, мы встречаемся!» – будто сорвался с цепи. Наташа сначала списывала это на банальное любопытство и неудовлетворённость за семьдесят с лишним лет, но потом игнорировать пристрастия полностью своего мужчины стало катастрофически невозможным.       Он мог без какого-либо зазрения совести зажать её в лифте, вдавливая кнопку «стоп» и тормозя кабину между самыми высокими этажами. Мог посреди задания невзначай поинтересоваться, какого цвета на ней бельё, всегда находя момент, когда их никто не будет слышать. Это пугало и возбуждало одновременно. Если Старк шутил что-то про стесняющегося при виде голой женской груди Кэпа и говорил, что в их отношениях зачинщик всех пошлостей именно она, то Вдова с трудом сдерживала истерический смех, вспоминая, как прошлым вечером этот «самый стеснительный человек во всём мире» не дал ей приготовить ужин, усадив прямо на край кухонной раковины. У Роджерса была какая-то нереальная одержимость ею, и шпионке даже казалось, что если она предложит ему секс на столе в главном зале совещаний американского посольства, то он без раздумий согласится.       Она долго прощупывала почву, пытаясь найти хоть одну вещь, которой можно было бы смутить Капитана. Пыталась выбить его из колеи совместным просмотром старых фильмов с рейтингом для совершеннолетних, но тогда всё закончилось жарким сексом прямо на диване перед телевизором, не дожидаясь титров. Жарким в прямом смысле – кондиционеры отрубило и с людей текло в три ручья, но останавливаться никто ожидаемо не хотел. Одним утром целенаправленно ходила по квартире в одной его футболке, не надев даже нижнего белья. Стив, увидев это, довольно улыбнулся и попросил ходить так всегда. Романофф тогда проклинала себя всеми словами, которые только приходили на ум, потому что теперь отвертеться от ненасытного Кэпа стало в разы труднее. Не то чтобы она хоть раз отказывалась, прикрываясь головной болью, но в тот момент её это почему-то страшно разозлило.       Нат немного, совсем капельку (огромную такую капельку), задевал тот факт, что невинный Стивен оказался далеко не невинным. Ворох шуток, которые она готовила с момента их первого настоящего поцелуя теперь смело можно было выкинуть, всякие уловки по соблазнению тоже, потому что когда на них реагируют с охотной готовностью, не смущаясь и не краснея, то пропадает всё настроение. Смотря каждый раз в его светлые глаза, на дне зрачков которых бесились черти, агент Романофф понимала, что этим балом правит далеко не она. Оставалось только поменяться ролями и самой поддаваться провокациям мужчины.       Роджерс тем временем дошёл уже до груди, затянутой в тонкую шёлковую ткань ночной рубашки. Провёл носом по ложбинке, несильно укусил и ощутимо поцеловал в то место, где мягкая грудь переходила в твёрдые рёбра. Перебрался ближе, нависая над податливым после сна телом. Задрал ткань, до безобразия оголяя живот и заострившиеся соски, тут же опускаясь к открывшимся изгибам. Наташа шумно выдохнула через рот, цепляясь пальцами за светлые волосы и сжимая. Услышала приглушённое шипение и потянула снова, заставляя Стива поднять голову и оторваться от пересчитывания поцелуями её рёбер. Он послушно посмотрел на неё и в расширенных зрачках были те самые бесы, которые сулили одновременно и очень много хорошего, и примерно столько же плохого.       - Стив, сейчас только утро. Ты же не мог так соскучиться по мне за ночь, – хрипло ото сна и постепенно накатывающего возбуждения прошептала Вдова, за волосы потянув мужчину на себя. – Нельзя же быть таким ненасытным, ну право слово…       - Можно, если это ты, – серьёзно ответил он, бессовестно проводя языком по выпирающей ключице.       Коротко, но многообещающе поцеловал шпионку в приоткрытые губы и вернулся к прерванному, спускаясь непозволительно вниз. Когда она хотела снова возмутиться, Роджерс одним движением руки накрыл себя и заодно её по грудь одеялом, полностью исчезая в тёплом мраке. Нат поняла, что теперь это точно не кончится добром, предполагала, что именно он задумал и несдержанно коротко простонала, когда горячий язык коснулся шрама внизу живота. Секунду-другую поводил по краю, едва касаясь зарубцевавшейся кожи, а потом принялся жадно вылизывать, точно пытаясь стереть рваную метку. Мужские руки сжимали талию, чуть-чуть не доходя до того, чтобы сомкнуться, и постепенно спускались к ягодицам. Даже из-под одеяла Нат слышала эти причмокивающие звуки, от которых становилось до непривычности неловко.       В очередной раз попыталась остановить Стива, когда поняла, что тот, не церемонясь, стягивает с неё трусики. Она до сих пор чувствовала себя не в своей тарелке, когда он делал нечто подобное просто потому, что хотел этого. Хотел доставить ей удовольствие, сам рассыпаясь при этом на невиданную щедрость. Из всех окружающих его женщин Капитан Америка выбрал именно её – шпионку с тёмным прошлым, с реками крови за спиной и, если быть честным, с ужаснейшим характером, который мог вытерпеть далеко не каждый. Нат до сих пор преследовал страх, что отчасти это именно она его «испортила» и поэтому сейчас он не видит рядом никого лучше, чем Чёрная Вдова. Иногда ей хотелось эгоистично сбежать, полагая, что так будет лучше, но одновременно с этим желанием накатывало и осознание, что из-за привязанности к этому мужчине она никуда не денется. Лучшая шпионка привязалась к простому парню из Бруклина – это же рехнуться можно!       Наташа не сдержала громкого стона, когда почувствовала влажное прикосновение чужих губ к лобку. Пальцы Стива теперь стискивали её бёдра, заставляя развести ноги шире и удобнее раскрывая. В темноте он на ощупь провёл языком по уже истекающему влагой лону, вскользь целуя, а шпионка уловила приглушённый одеялом довольный смешок. Вот ведь засранец. Приник губами к горячим складкам, нетерпеливо вылизывая. От хлюпающих звуков, прошивающих ощущений и нескромно огромных очертаний, скрытых одеялом, Нат повело просто нещадно: сама пробираясь руками в густую темноту, она сжала волосы на макушке мужчины, которые успела отпустить, и захлестнулась жаром от представления, как бы выглядела эта ситуация, не скрывай одеяло самое пикантное.       Стив тем временем вытворял что-то до ужаса невероятное: безошибочно находил самые чувствительные точки, нажимал, обводил, посасывал и местами кусал, заставляя шпионку извиваться на ставшей в один миг нестерпимо горячей постели. Кажется, принципиально не касался пальцами, доводя до сумасшествия исключительно языком. Вывел замысловатые узоры на нежной коже, уткнувшись носом в тонкую полоску жёстких коротких волосков, прислушался к звукам снаружи и, различив недовольное хныканье, с новой силой принялся проходиться широкими касаниями между ног Вдовы.       Нат крупно дрожала, выгибаясь на постели, откидывала голову и кусала губы, пытаясь хоть как-то заглушить безбожно рвущиеся наружу стоны. Отпустила голову мужчины, сжимая теперь по бокам от себя простынь, стискивая ткань до побелевших костяшек. Внезапно вспомнила, что они сейчас далеко не дома, а на базе, в её комнате, и сюда в любой момент может зайти кто угодно. Не то чтобы они должны были кому-то понадобиться в субботнее утро, но закон подлости никто не отменял. От мысли, что их могут увидеть, кровь в венах начала гореть сильнее. Не так экстремально, как в кладовке, но тоже весьма рискованно. Романофф дёрнулась так сильно, что задела затылком стену, прокатив по комнате глухой звук. Выпустила воздух со свистом сквозь сцепленные зубы и свела брови в позу «домика», краем сознания радуясь, что даже Кэп её такой не видит.       А потом выгнулась едва ли не до хруста позвонков, не найдя в себе больше сил сдерживаться, и сорвалась. Оргазм накатил тремя мощными волнами, заставляя лихорадочно содрогаться. Стив не переставал касаться и вылизывать, пока её тело более-менее не успокоилось. Какое-то время лежал ещё между её ног, отбивая только ему известный ритм по выступающим бедренным косточкам. Прислушивался к дыханию девушки и водил носом по плоскому животу, что невольно вздрагивал от щекочущих касаний. Наташа в который раз запустила руку под одеяло, сразу чувствуя неимоверный контраст тепла своего тела и прохлады воздуха, дрожащими пальцами коснулась лба мужчины и скользнула вверх, путаясь во взъерошенных прядях. Услышала довольное урчание (почувствовала вибрацию животом, если точнее) и вымученно улыбнулась.       Стивен неожиданно зашевелился, выныривая из вороха отдающей жаром ткани, и зажмурился в первый момент от яркого солнечного света, что предательски ударил прямо в лицо. Подполз чуть выше по телу шпионки, лукаво улыбаясь и демонстративно проводя языком по верхней губе. От одного вида его непомерно больших зрачков и блестящего из-за её смазки рта и подбородка, Романофф чуть было не кончила второй раз. Прикрыла глаза, чтобы не видеть это, разметала рыжие пряди по подушкам и дозированно выдохнула, цепляясь за широкие плечи. Хотела сказать скомканное, но самое искреннее «спасибо», как раздался слишком чужой и громкий для такого безумного утра стук в дверь:       - Нат, вы уже проснулись?!       - Чёрт, это Клинт… – выругалась Вдова, с паникой смотря на оглушительно спокойного Роджерса.       Попыталась было спихнуть его с себя, но он сделал то, за что его, по большому счёту, следовало как минимум покалечить. Одним рывком подался ближе, прижимаясь к полным искусанным губам пылким поцелуем. Агент Романофф тотчас протестующе замычала, ударяя ладонью по его плечам и груди, но замерла, когда чужой язык скользнул дальше, требовательно проводя по нёбу и сплетаясь с её собственным. Ощущала вкус своей влаги, сцеловывала его сама, какого-то чёрта поддаваясь и позволяя. Почувствовала, как Капитан победно улыбнулся, отстраняясь и невольно наблюдая, как от их губ тянется тонкая прозрачная ниточка, разрываясь и оставаясь мокрой дорожкой на подбородках. И именно в этот момент дверь в комнату открылась, а на пороге показался Бартон.       - Я не смотрю! Честно, не смотрю! Не волнуйтесь, ребятки, – мялся в дверях он, впрямь закрывая глаза ладонью и с трудом сдерживая смех.       - Всё нормально. Что случилось, Клинт? – как можно небрежнее спросила Вдова, вновь безуспешно попытавшись сдвинуть с себя суперсолдата.       - Точно? Можно смотреть? Вы одеты? – прыснул Соколиный Глаз, глядя сквозь пальцы, а шпионка почувствовала, как ткань сорочки не без помощи кое-кого скользит вниз, действительно прикрывая обнажённую кожу. – Я, в общем, чего зашёл-то… Тебе все каналы забомбили, а у тебя коммуникатор не работает похоже, поэтому послали меня. Просили напомнить, что тебе сегодня на проверку объекта в западную часть Статен-Айленда. Большего не знаю, сказали – ты в курсе.       - Да… – протянула Нат, подавив возмущённый всхлип, когда ладонь Стива сжалась на бедре. Коммуникатор у неё не работал, как же. Просто в этот момент кое-кто другой работал и не до напоминаний о заданиях было. – Да, спасибо. Что-то ещё?       - Нет, только это, – мотнул головой Клинт, спрятав руки за спиной и покусывая щёку с внутренней стороны, очевидно, чтобы не смеяться в голос. – Тогда я пойду, а ты… не опаздывай. Кстати, доброе утро, Кэп.       - И тебе. Я прослежу, чтобы она появилась вовремя! – с готовностью ответил Стив закрывающейся двери, продолжая бессовестно лапать тело шпионки.       Бартон его то ли не услышал, то ли себе под нос угукнул что-то ехидное, но в коридоре послышались лишь удаляющиеся шаги. Наташа отсчитала пару десятков секунд, неотрывно смотря на дверь, а потом повернула голову в сторону Роджерса. Мгновение буравила его злым взглядом, затем взорвалась, толкая его в грудь и сталкивая на законную половину кровати:       - Ты совсем сдурел что ли, мать твою?! Страх вконец потерял?! Боже, сумасшедший, чем ты думал вообще… Стив!       Он лишь покорно лежал на спине, опираясь на локти, слушал весь этот яростный всплеск с довольной улыбкой и незаметно стягивал одеяло всё ниже, оголяя литые мышцы, прекрасно зная, что Вдову от такого поведёт. И правда: спустя каких-то двадцать секунд малоэффективных возмущений, она резко замолчала, упираясь взглядом в крепкий живот. Смотрела неотрывно, не осознавая, что её зелёная радужка в этот момент потемнела до пьяного неприличия. Облизала губы, явно представляя что-то не самое пристойное, и вздрогнула – вкус поцелуя перед тем, как зашёл Клинт, никуда не делся. Возбуждение снова ударило в голову, сбивая дыхание и заставляя инстинктивно сжать бёдра, облегчая дискомфорт. Стивен усмехнулся и подался в её сторону, вновь запечатывая поцелуй.       - Ты ненормальный, Роджерс… – выдохнула Романофф, отстраняясь.       - И чья это вина? – с вызовом прошептал ей в губы мужчина, едва удержав себя от того, чтобы не куснуть обиженно за нос.       Не давая ответить, поднялся с постели, потягиваясь. Обернулся через плечо, замечая, как Вдова отвернулась, матерясь сквозь зубы, при виде его абсолютно голого тела, и прыснул. Демонстративно размял мышцы, почесал под грудью и неспешно направился в сторону ванной комнаты. Остановился у самого порога, выглядывая обратно в спальню, и поймал её всё ещё мутный взгляд. Удерживал его несколько долгих секунд, а потом, театрально нахмурившись, произнёс тем капитанским тоном, не терпящим возражений:       - То ли ещё будет. Жду тебя в душе через две минуты. И чтобы без опозданий, агент Романофф.       Только шпионка хотела что-то ему крикнуть вслед или кинуть в лицо подушку, как он скрылся, неплотно прикрывая за собой дверь. Нат вымученно откинулась назад, развалившись на кровати в позе морской звезды. После таких утренних и совсем не ленивых ласк тело подчинялось неохотно, почти не слушалось. Чёртов Стивен Роджерс со своей одержимостью к экспериментам в неподходящее время. Сбрасывая одеяло на пол, она нехотя поднялась с постели и одёрнула сорочку. Мельком поискала взглядом свои трусики, но безуспешно. На секунду зацепилась мыслями за это его «то ли ещё будет» и промелькнувшего в глубине зрачков чёртика. Тряхнула головой, решая спросить об этом потом, и направилась следом за мужчиной в ванную, догадываясь, что простым душем и мытьём головы дело далеко не закончится.