No control

      Это был определённо один из самых отвратительных дней в её жизни. Ещё и эта дурацкая проверка объекта, которая завершилась внеплановой засадой с относительными повреждениями здоровья, как своего, так и других личностей. Минус костюм и плюс десяток синяков по всему телу. И конечно же две-три ссадины, куда уж без этого. Замечательно, просто великолепно. Нат чувствовала себя взбешённым быком, пока дёргано поднималась к своей комнате.       Умудрившись по дороге на базу переодеться в гражданское и даже кое-как привести себя в порядок, она мечтала об одном и единственном – лечь в кровать. Представляла, как придётся объяснять Стиву чуть ли не каждую царапину и мысленно злилась ещё сильнее. На него она, вообще, злилась больше всего. Сначала этот его утренний «марафон любви» после которого она, по обыкновению, забывала, как нормальный человек должен ходить, а потом неожиданное сообщение, где он в двух словах поставил её перед фактом, что домой не поедет и останется с ней на базе.       Обычно Роджерс не очень любил ночевать где-либо, кроме своей квартиры, но если туда отказывалась ехать Нат – отказывался и он. Один раз проговорился, что теперь она его дом и поэтому он не хочет отпускать её надолго, но тут же замолчал, натолкнувшись на серьёзный взгляд Вдовы. Всё же она ещё не привыкла к подобным нежностям и с этим нужно было обходиться осторожнее. Романофф с ним училась проявлять чувства, а он – вести себя чуть более раскрепощённо. Но всё же ей было бы в разы лучше, если бы Стив оказался дома, а не в одной комнате с ней. Слишком высоко напряжение в её теле, а это всегда увеличивало риск ссор, которые они в равной степени не любили.       Подходя к знакомой двери, Наташа остановилась и дозированно выпустила воздух из лёгких. Досчитала до десяти, успокаиваясь, и надавила на ручку, проходя внутрь. Комната встретила её непривычным полумраком. Она замерла, прислушиваясь. Всё тихо. Неужели Кэп решил выйти на пробежку? Насколько ей было известно, он весь день проторчал на базе и вряд ли лёг спать так рано, да и не уснул бы без неё. Но и наверняка предупредил бы коротким SMS о своём уходе. Какое-то нехорошее предчувствие закралось под рёбра, с рассыпающимся холодком сжимая лёгкие.       Шпионка ещё какое-то время стояла, пригнувшись в темноте, и ловила любые звуки. Ничего. Выпрямилась и с облегчением выдохнула – что же, тем лучше. Тогда она просто разденется прямо здесь и завалится в кровать, возможно даже без душа. Стянула тяжёлые берцы, что с грузным стуком ударились об пол, и – наспех, комкая и скручивая ткань – джинсы, бросая их клубком куда-то на пуфик, ступила на пол, непривычно проезжаясь подошвой носков по гладкому паркету. Выдохнула, цепляясь за стену. Содранную икру неприятно стянуло и оставалось надеяться, что она не начала снова кровоточить.       Наташа на ощупь прошла дальше, отчего-то не включая нигде свет. В то, что она одна, всё ещё верилось с трудом. Но никаких признаков присутствия кого-то, кроме неё, не было. Подумала, что надо бы как-то дозвониться до Стивена и узнать, где его носит. На улице уже сгущалась ночь и лёгкое волнение за мужчину давало о себе знать. Повернула в сторону спальни, касаясь подушечками пальцев дверного проёма, и замерла, широко распахивая глаза. Господи…       Господигосподигосподи.       Какого чёрта?!       Вся её комната отливала красным светом из-за прикреплённых к стене ночников. Собственно, они и были единственными источниками освещения, создавая до жути недвусмысленную атмосферу. Посреди комнаты стоял обыкновенный деревянный стул, а чуть дальше – заправленная кровать (Вдова точно помнила, что не прикасалась к ней с того момента, как вышла из душа), на которой блестящими бордовыми изгибами рассыпалось большое шёлковое покрывало. Но всё это меркло и бледнело по сравнению с тем, что именно увидела агент Романофф.       Постучав указательным пальцем по одному из ночников на стене, заставляя его загореться, к ней обернулся Роджерс, приветливо улыбаясь. На нём не было ничего, кроме чёрных джинсов на широком ремне и… ошейника. Чёрт возьми, да, на шее Капитана Америка красовался тёмный кожаный ошейник с металлическими круглыми клёпками! От сварного кольца на маленький карабин крепился самый настоящий поводок, чёрной змеёй спускаясь ниже и доходя до пупка широкой кожаной ручкой. Наташа накрыла рот ладонью, сдерживая рвущиеся наружу ругательства и молча наблюдала за этой до ужаса странной, но возбуждающей картиной. Боже, хоть бы это было от собаки! Или… нет, всё-таки лучше от собаки, потому что от представления, как Стив покупает подобное в секс-шопе, интересуется ассортиментом товара и – господи… – примеряет, становилось жарко, а вниз ухался тянущий комок.       Капитан тем временем подошёл к ней, продолжая растягивать губы в невинной улыбке. Поводок маняще покачивался из стороны в сторону при каждом шаге (и с каждой секундой развеивая сомнения, что был куплен где угодно, кроме магазина «для взрослых»), а Вдова всё отчётливее ощущала саднящее желание между ног. Когда мужчина отнял её руку от губ и церемонно поцеловал содранные костяшки, после слегка переплетая пальцы, она вздрогнула, всё ещё не веря в происходящее. В голове не осталось ни одной приличной мысли, но смириться с тем, что он задумал, оказалось в разы сложнее, чем предполагалось изначально. Стив опустил их переплетённые руки, и Нат почувствовала, как пальцами цепляется за петлю-ручку на поводке.       Он довёл её до стула, развернулся и покорно сел, смотря теперь на девушку снизу-вверх. Смотрел такими глазами, что у неё чуть было не подкосились ноги, но она вовремя сжала в ладони… поводок, приходя в себя. Шокировано разглядывала его лицо, что не выражало сейчас ничего, кроме слепой преданности лабрадора, и чувствовала, что сама заливается краской. Выдохнула – показалось, что первый раз за последние минуты – и осторожно позвала его, боясь сама не зная чего:       - Стив, что… Что всё это значит?       Мужчина не ответил, чуть нахмурившись. Не хотел разговаривать. Подался вперёд, уткнулся в мягкий живот и, потеревшись о кожу виском и носом, задрал тонкую ткань футболки, тут же с жаром целуя. Не отрываясь, поднял наверх глаза, и Нат затопило от одного вида этих трогательно длинных ресниц. Запустила свободную ладонь в его волосы, взъерошивая, и откинула голову, с хрипом выдыхая. Приняла правила игры, рвано просипев что-то среднее между скомканным «хорошо» и «будь по-твоему».       Но Роджерсу хватило для согласия и этого. Он в момент отстранился, цепко удерживая взгляд Нат. Смотрел долгую секунду, а потом вытянул вперёд руки со сведёнными вместе запястьями и опустил голову. Романофф даже покачнулась, когда поняла, что от неё требуется. Стив на полном серьёзе без слов просил связать себя… Чёрт, он точно сумасшедший! Она никогда не была против сексуальных практик, но сейчас вот так полностью добровольно отдающийся ей Кэп ставил в такой мощный тупик, что единственным выходом было растеряться. Наташа никогда бы не предложила такое сама, да что там – у неё и мыслей-то таких не было ни разу! А тут… Надавила ему на плечи, заставляя откинуться на спинку стула, и опустилась ниже, двумя руками касаясь пряжки ремня.       Стивен выдохнул сквозь зубы, прижимая руки к груди, не разъединяя, и хотел уже было остановить шпионку, но она расстегнула его ремень, выдёргивая из шлёвок. Подцепила указательным пальцем ошейник и потянула на себя, заставляя вернуться в исходное положение. Он поддался, наблюдая из-под ресниц, как она задумчиво смотрела на его запястья и мяла в пальцах плотную чёрную кожу, со звяканьем ударяя блестящим язычком по рамке с неровным отражением Капитана в ней. В итоге завела его руки за спину, чуть ли не полуложась на горячее мужское тело, и принялась на ощупь перетягивать их. Вздрогнула, почувствовав горячий поцелуй под ключицей и опаляющий выдох куда-то в основание шеи.       Наконец, с этим было покончено. Теперь Капитан Америка сидел на дурацком деревянном стуле целиком и полностью связанный в руках. Покорно смотрел на девушку, стойко игнорируя наверняка доставляющий дискомфорт бугор в штанах. Нат снова взяла в руки поводок, пропуская его через пальцы и рассматривая. Нет, ну точно из секс-шопа. В искренности затеи не было никаких сомнений. Она сжала кожу обматывая несколько раз вокруг ладони. Посмотрела в казавшиеся сейчас тёмно-синими глаза напротив, ярко ощущая накатившую власть над этим человеком. Дозированно выпустила воздух, словно готовилась к прыжку с самолёта, и хрипло произнесла, не узнав в первый момент собственный голос:       - На колени…       Для эффективности несильно дёрнула поводок, оттягивая ошейник и звеня сварочным кольцом с миниатюрным карабином. Стив послушно ужом соскользнул вниз, падая к её ногам и смотря теперь совсем уж порочно. Провёл носом по ткани трусиков, шумно втягивая наверняка уже ощутимый запах. Внезапно Романофф стало стыдно за свой внешний вид: на мужчине были шикарные чёрные джинсы, делая его самым настоящим чёртовым соблазнителем (не хватало только кожаной плётки, но девушка запретила себе думать об этом и о том, что вещь, с наибольшей вероятностью, может оказаться где-нибудь в шкафу), а на ней какая-то отливающая розовым тонкая футболка и белые носочки… самое то для сложившейся ситуации. Успела порадоваться, что хотя бы бельё было на ней из какого-никакого, но всё-таки кружева, а то от хлопка с цветочками её бы точно накрыло волной стыдливого смущения.       Стивен тем временем откровенно ласкался к ней, мелко целовал под пупком, тёрся виском и дышал через приоткрытые губы, специально распаляя. Поцеловал в мокрое пятнышко на ткани, замерев, когда Вдова прогнулась назад, надрывно захрипев, и зубами подцепил широкую полоску, стягивая её с бедра и оголяя выпирающую косточку. Проделал то же самое с другой стороны, отчего-то не переставая смотреть прямо в зелёные глаза. Всё так же зубами потянул кружево вниз, мазнув по открывшимся влажным складкам. Нат громко простонала, помогая выпутаться из мешающейся ткани, и снова дёрнула поводок, побуждая прижаться ближе.       От последовавших в следующую секунду оглушающих жаром прикосновений языка она с силой зажмурилась, чувствуя разливающееся жидкое золото под веками. Запуталась свободной рукой в мягких прядях, кончиками пальцев нащупала кожу ошейника, царапнула по металлическим клёпкам, упиваясь этой ранимой податливостью со стороны мужчины. С трудом приоткрыла один глаз и прикусила внутреннюю сторону щеки, давя стон в мычании. Он всё это время смотрел на неё. Неотрывно разглядывал, ловя каждую эмоцию, цеплялся за раскрасневшиеся щёки и сведённые брови, не переставая вылизывать и касаться самых чувствительных точек.       Наташа не выдержала, отчётливо понимая, что таких поверхностных ласк ей будет мало, отвела колено в сторону и в следующий миг закинула ногу на плечо Стива, сильнее раскрываясь и заодно привлекая его донельзя ближе. Он с урчанием застонал, принимаясь лизать с новой силой. Проникал языком непозволительно глубоко, доводя до исступления так, словно точно знал как, что и в какой момент нужно делать. Ненадолго отстранялся, собирая текущую по внутренней стороне бёдер влагу и вновь возвращался к самому горячему, раздвигая налитые кровью складки и с упоением лаская. Романофф гнулась над ним, ища опору, и не находила ничего, кроме широких плеч. Опёрлась на них двумя руками, вгоняя ногти глубоко в кожу, чуть было не согнулась пополам и беспрерывно рвано стонала, плавясь от приближающейся разрядки.       Хватило пары резких движений внизу и зацепившегося взгляда за собственную ладонь на чужом плече, обмотанную чёрной кожей поводка, чтобы в глазах рассыпались искры, а в голове стало до белого шума пусто. Наташа тяжело дышала, чувствуя, как Роджерс не переставал ловить языком её влагу, окончательно пачкая рот, скулы и подбородок. Хрипела какой-то несуразный бред, неистово дёргая его за ошейник. Попыталась отстраниться, но едва ли смогла принять вертикальное положение. Волосы слиплись и лезли в нос, неприятно щекоча и мешая. Во всей этой пелене после творящегося безумства неожиданно натолкнулась на просящий взгляд.       Роджерс продолжал сидеть перед ней на коленях, смотрел на неё всё ещё теми глазами лабрадора, его лицо блестело от пота и её смазки, а внизу, между раздвинутых для лучшей опоры ног, едва не трещала ткань от напряжения. Нат с трудом спустила ногу с его плеча, нетвёрдо становясь на пол и тут же получая быстрый поцелуй в коленку. Задохнулась на секунду от такой мимолётной ласки, немного развернулась и сделала вслепую пару шагов назад. Мягкий матрас кровати удачно подбился на пути, обдавая холодом шёлка ссадину на икре, и шпионка, зашипев, упала на холодную постель поперёк, чуть было не выпуская поводок из ладони. Всё то время, пока она шла, длина ремешка позволяла Стивену оставаться на месте и лишь наблюдать. Он с оглушительной покорностью и щедростью не двигался, несмотря на то, что от определённо каменного стояка ему было больно. Ждал, когда карабин поводка потянет за собой кольцо ошейника, приглашая и позволяя.       Вдова приподняла голову, смотря на мужчину сквозь ресницы и спутанные рыжие пряди. Связанный по рукам Капитан Америка, сидящий на коленях посреди комнаты, покорно смотрящий на неё с недвусмысленно внушительной твёрдостью в штанах и тянущимся от ошейника поводком… Господи, да только от такого образа в мыслях можно было кончить, даже не касаясь себя! Девушка опустилась обратно, ощупью сильно натянув поводок. Слышала, как звякает кольцо на ошейнике, и шорох, с которым Роджерс подбирается к ней. Вздрогнула от поцелуя в бедренную косточку с последующим лёгким укусом и замотала головой, снова поднимаясь и в который раз бесстрашно смотря в тёмные глаза:       - Нет. Ближе…       В подтверждение приказу дёрнула зажатый в ладони ремешок и вытянула руку над головой, не оставляя возможности не подчиниться. Стив немного неуклюже, без помощи рук, залез на постель, упираясь коленом между разведённых ног, и навис над телом шпионки, тяжело дыша и что есть силы напрягая пресс. Делать это было катастрофически сложно, не имея опоры, а касаться её сейчас – самое большое желание, которое было в его голове, сразу после стягивания джинсов. Нат видела его состояние, потянулась другой рукой вниз, к его штанам, расстёгивая пуговку и дёргая неподдающуюся молнию. Ткань сама сползла ниже, но окончательно избавиться от неё не удалось. Капитан коснулся носом щеки Романофф и она остро почувствовала собственный запах. Не сдержалась и коротко поцеловала его в губы, собирая вкус, а потом хрипло прошептала, мешая это с его последующим стоном:       - Хочу тебя.       Стив зарычал и с силой рванул руки. Ремень не поддался, жалобно заскрипев. Мужчина распрямился, возвышаясь теперь над девушкой, словно гора, и повторил рывок. На всю комнату раздался треск, а после с глухим лязгом на пол отправились импровизированные путы. Он то ли разорвал многострадальный ремень окончательно, то ли просто Наташа его слабо затянула и он лишь частично лопнул. Как бы то ни было, освобождённые руки тут же стиснули её тело, жадно проходясь, сжимая и царапая короткими ногтями. Вдова успела заметить тихое шипение от боли и наливающиеся красным раздражённые запястья Капитана прежде, чем их ладони столкнулись у кромки джинсов, в четыре руки стягивая ненужную тряпку. Кое-как спихивая её вместе с бельём чёрным смятым ворохом на пол, Стив внезапно вскинул голову, упираясь взглядом в лицо Наташи. Ждал, чёрт возьми, позволения.       Нат скомкано закивала, обхватывая его торс ногами и привлекая ближе. Рукой с поводком схватила за ошейник, заставляя наклониться, и с жаром поцеловала, чувствуя первый и сразу же глубокий толчок. Несдержанно вскрикнула ему в рот, закусывая губу. Выпутала пальцы из надоевшего ремешка и обеими руками вцепилась в его затылок, притягивая. Роджерс начал двигаться быстро и глубоко, понимая, что надолго никого не хватит. Яростно вколачивался в тело под собой, ловя нескромно громкие стоны Вдовы и практически не пытаясь заглушить их поцелуями. Сжимал ладонями грудь, рёбра, талию – всё, до чего мог дотянуться. Хрипел ей на ухо из-за в момент начавшего сдавливать горло ошейника.       Почти не слышал ничего из-за громких влажных звуков столкновения, проникал языком глубоко в рот шпионки, сплетаясь с её совсем уж грязно. Зажимал между пальцами соски сквозь футболку, которую они так и не удосужились снять. Ловил мечущиеся эмоции на лице Наташи и сам сходил с ума. Уткнулся ей в лоб своим и заметил внизу какой-то чужой проблеск около их тел. Постарался сфокусировать взгляд и понял, что это были её носочки. Её белые, милые и сейчас до ужаса возбуждающе-пошлые носочки, неровно сползшие по ногам вниз и из последних сил держащиеся на щиколотках. Стив снова зарычал, с силой кусая припухшую от поцелуев нижнюю губу Романофф, и сбивчиво горячо произнёс:       - Ох, блять… Таша…       Она вскинулась наверх, гортанно простонав от зацепившей слух фразы. Чёрт, вот это было уже слишком… Одно сочетание этого глухого мычания, этого непривычно «порочного» для Кэпа слова («блять». просто невинное и тихое «блять» из его уст…) и этого «Таша» заставили её несколько раз податься бёдрами вперёд, двигаясь навстречу, и кончить второй раз, выпуская на волю все эмоции и все чувства в одном продолжительном крике, уткнувшись ртом в его дрожащее горло. Она сжалась так сильно, что мужчине хватило пары глубоких движений до упора, чтобы самому выплеснуться внутрь, одной рукой наматывая и оттягивая её волосы, а другой безбожно комкая под ними покрывало ещё больше. Он был уверен, что на какие-то долгие минуты точно потерял связь с этим миром, оставшись лишь в темноте ощущений, запахов и её коротких слов благодарности в раскрасневшееся ухо.       Кое-как придя в себя, Роджерс скатился с девушки, выходя, и лёг рядом, всё ещё пытаясь восстановить рваное дыхание. С грохочущим в ушах пульсом на ощупь нашёл её руку и сдавленно улыбнулся, когда Нат с готовностью переплела их пальцы, сжимая. Сколько они ещё так пролежали, никто не знал, но Стив не удержался и, изловчившись, перевернулся на бок, утыкаясь в рыжую макушку. Вдова прижалась теснее, чувствуя, как по бёдрам и ногам нещадно течёт. Шумно выдохнула, прикрывая глаза, и попыталась свыкнуться с пережитым. Вдруг куда-то в волосы раздался хриплый шёпот и в первую секунду она счастливо улыбнулась, а во вторую – в ужасе распахнула глаза от осознания:       - Хочу тебя на заднем сиденье, по-собачьи.       Господи, и вот это – символ Штатов?! Образ чести и благородства, который предлагает ей секс в машине, спустя едва ли полчаса после предыдущего сумасшествия?! Нат отстранилась, приподнимаясь на локтях и посмотрела в глаза Роджерса, пытаясь найти там хоть какой-то намёк на шутку. Но нет, он был абсолютно серьёзен, со своими этими мечущимися в зрачках чёртиками и текущими ручейками пота по вискам. Разглядывал её в ответ непристойно-открыто, изучая каждый изгиб и каждую мелкую морщинку. Наташа смотрела на него ещё секунду, а потом упала обратно на постель, вырываясь из переплетения рук. Закрыла ладонями лицо, прячась, и страдальчески простонала:       - Боже мой, что я с тобой сделала?!       Стивен только тихо рассмеялся, пробежав пальцами по её животу, и накрыл грудь, сжимая, отчего шпионка вздрогнула. Бестолочь. Абсолютно неконтролируемая, лишённая всякого стыда и до одури щедрая бестолочь! И это ещё Вдова думала, что она в их отношениях законодатель разврата? Ха. Три раза «ха». Расскажи кому-нибудь об этом, так он покрутит пальцем у виска, потому что как вот этот вот светловолосый символ чистоты и невинности мог выкинуть нечто подобное? Оказалось, мог. И девушка поёжилась от мысли, что он мог ещё и не так. Кэп тем временем сдержанно поцеловал её в висок, ухватив губами рыжую завитушку, и дёрнул, привлекая внимание. Всё ещё прячась за ладонями, она спросила, чувствуя, что постепенно отходит от произошедшего:       - Где ты взял всё это безобразие? Прошу, только не говори, что посещал интим-магазин.       - Мне показалось, тебе всё понравилось, – самодовольно буркнул он, после продолжая заговорщицким тоном. – В зоотоварах такое не продают, поэтому мне пришлось искать кое-какие связи. Кстати, у них богатый ассортимент, там столько всего интересного…       - Я прошу тебя, хватит! – вспыхнула Нат, слыша его задорный хохот и чувствуя, как подрагивает от этого постель. – Сумасшедший! Надеюсь, ты не купил плётку?       - На неё не хватило денег. Посмотри на меня.       - Нет.       Вдова услышала возню рядом с собой, но открыть глаза или подглядеть сквозь пальцы побоялась. Почувствовала вокруг шеи нечто подозрительное и всё же отняла ладони, смотря на Стивена, сосредоточенно застёгивающего на ней ошейник. По его горлу, точно кольцом, расползалась широкая красная полоска, натёртая чёрной кожей с заклёпками. Романофф на долю секунды стало стыдно, что она так сильно дёргала этот пресловутый ремешок, поэтому она лишь смущённо опустила глаза, закусывая губу. Капитан тем временем закончил возиться с ошейником и игриво покрутил в пальцах поводок, после откидывая его в сторону, позволяя тёмной змейкой вытянуться на бордовом шёлке. Коснулся подбородка шпионки, заставляя поднять на себя взгляд, и ответил на её первый вопрос, неотрывно смотря в удовлетворённые глаза:       - Поверь, ты сделала меня только лучше, Таша.       И даже если она и хотела как-то возмутиться или ответить что-то против, то просто не успела, поскольку Роджерс прижался к её губам требовательным, лишающим всяких сомнений, поцелуем.