Flufftober 2018

* Мягкое прикосновение губ, прокладывающее путь от щеки Алека вниз к его челюсти, будит мужчину, и он вздыхает, на его лице расцветает улыбка. Он льнет к прикосновению, продвигая ногу вперед, оплетая ей ноги Магнуса под одеялом. Его парень мягко посмеивается, и он открывает глаза, моргая и прогоняя усталость, чтобы увидеть лицо Магнуса. Мужчина опирается на локоть, улыбаясь Лайтвуду, черты его лица мягкие и прекрасные в утреннем свете, проникающим через окно. Его кожа выглядит золотистой под лучами солнца, а глаза еще более великолепные – без гламура и яркие, как никогда. — Привет, – шепчет Алек, протягивая руку и кладя ладонь Магнусу на щеку. — Доброе утро, – отвечает маг, поворачивая голову и целуя его ладонь. – И с днем рождения. Алек закатывает глаза, но благодарно ему улыбается, прежде чем его взгляд падает на часы. — Ты не мог повременить с этим еще пару часиков? Магнус легонько толкает его в грудь и смеется. — Нет, потому что мой тебе подарок довольно срочного характера. — О? – взгляд Алека падет на голую грудь мужчины, и он протягивает руку, ведя по ней пальцем. — Не такого плана подарок, – невозмутимо отвечает Магнус, хотя не может совладать с улыбкой. – Мы займемся этим позже. Алек на это ухмыляется и наблюдает за тем, как маг переворачивается и берет что-то с пола рядом с кроватью. После этого он двигается крайне осторожно, и любопытство берет над Алеком верх. Он садится, взглядом блуждая по спине Магнуса, когда он держит предмет в руках. — Это, – мягко говорит Бейн, в его голосе отчетливо слышится уважение, – то, что я называю ramuan ajaib. Алек, широко распахнув глаза, смотрит на вихрь голубой жидкости, которую ему протягивает Магнус, и сжимает пальцами стеклянную бутылку. — Что это значит? — Волшебное зелье. Буквально. Если ты его выпьешь, то на сутки овладеешь магией, прямо как моя. Но она будет не такая же могущественная, потому что, ну, ты знаешь. Лайтвуд поднимает взгляд и смотрит на гордо улыбающегося мага, затем повторяет выражение его лица. — Потому что это невозможно. — Итак? – спрашивает Магнус, глядя на бутылку. — Не откажусь, – он аккуратно берет емкость из рук своего парня. Затем вытаскивает пробку и нюхает зелье, морща нос от отвращения, и Магнус фыркает. — Вкус намного лучше, чем запах. Обещаю, – уверяет он. – Ты должен выпить все, иначе не сработает. Алек выгибает бровь и подносит бутылку к губам. Он колеблется на мгновение, позволяя крошечной волне страха окутать себя, но глубоко вздохнув, он выпивает содержимое. Когда зелье попадет ему на язык – оно сладкое и, несмотря на то, что Алек не может точно выявить хоть один вкус, оно напоминает ему Магнуса. Прежде чем он успевает заметить – все уже выпито, и охотник протягивает бутылку Бейну, его взгляд рассеянный, когда кончики его пальцев начинают покалывать. — Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Магнус, но Алек пока не может ответить, ошеломляющий всплеск силы внутри него выбивает весь воздух из его легких. Он чувствует, словно в его груди разгорелось пламя – теплое и живое, устойчиво горящее, и он шокировано вдыхает, когда видит всполохи темно-зеленой магии, парящей вокруг его руки. — Вау, – выдыхает Лайтвуд, поднимая руку и сжимая пальцы. Магия следует за каждым его движением, словно это часть его. Он полагает, что так и есть. Алек помнит, как Магнус раньше это описывал. “— Это продолжение меня, – Магнус прищурился, пытаясь подобрать правильные слова. – Вроде того, как когда ты говоришь. Ты можешь в любой момент сдержать слова, и ты все равно их знаешь и сможешь использовать, когда понадобится. Но, когда ты зол, расстроен или тебе больно, гораздо тяжелее оставаться спокойным, чтобы не произнести чего-то лишнего.” Эти слова зажгли вспышку вдохновения в Алеке, и он прищуривается, фокусируя внимание на том, чего хочет. Через секунду в его руке появляется роза с золотистыми лепестками, и он поднимает взгляд, широко улыбаясь. Хотя от вида Магнуса весь остальной мир исчезает, и Алек откладывает цветок, снова поднимая ладонь к щеке мужчины. Магия касается кожи Магнуса, и он охает от этого чувства, льня к прикосновению, и Алек совершенно зачарован. Эта сила внутри него, похоже, все улучшает, делая каждый его нерв еще более чувствительным, усиливая каждую эмоцию, и вот так он понимает, как именно Магнус сделал это зелье. — Ты вложил в него частичку себя, не так ли? – шепчет он. Магнус улыбается ярче, чем Алек когда-либо видел, и кивает. — То, что ты сейчас чувствуешь – прилив сил и волнения, это то, как я чувствую себя каждый день. Я чувствую это каждый раз, когда смотрю на тебя, – его голос насквозь пронизан честностью, и Лайтвуд едва может дышать из-за кома в горле, появившегося от этого признания. Магнус Бейн любит каждой своей частичкой, независимо от того, ранена она или причиняет боль, и такого рода верность бесценна. — Я люблю тебя, – задыхаясь, говорит Алек, двигаясь ближе и обнимая лицо Магнуса. – Так сильно. Я не могу выразить это словами, я просто…я люблю тебя. Глаза Магнуса блестят от слез, когда он улыбается, большим пальцем поглаживая щеку Алека. — Я тоже люблю тебя, ангел. У обоих мужчин перехватывает дыхание, когда они целуются – сила, разделяемая на двоих, прожигает их насквозь, но Алеку плевать. Он бы с удовольствием горел всю оставшуюся вечность, если бы это означало, что он никогда не потеряет Магнуса.