Flufftober 2018

* — Позволь мне, – мягко говорит Алек, стоя в дверном проеме ванной. Магнус улыбается, поворачиваясь и без сомнений протягивая своему парню салфетку для снятия макияжа. Алек слегка взмахивает рукой, и мужчина запрыгивает на тумбу, оборачивая лодыжки вокруг ног Алека. Лайтвуд кладет одну руку ему на щеку, а с помощью другой приступает к делу, проводя салфеткой по лицу Магнуса. Магнус со вздохом опускает плечи, закрывая глаза, пока они выполняют свою обычную рутину. Это был долгий день полный сдерживаемых эмоций и натянутых разговоров, и он готов избавиться от стресса с помощью сна и начать завтра новую главу. — Ты в порядке? – неуверенно спрашивает Алек, проводя большим пальцем по коже Магнуса. Мужчина задумывается на мгновение. Есть еще множество вещей, о которых он не рассказал; так много страхов и неуверенности, в которые у него самого не было времени углубиться, не говоря уже о том, чтобы поделиться ими с Алеком. — Нет, – медленно отвечает он на выдохе. – Но я буду. К его лбу в поцелуе прижимаются губы, и Магнус улыбается, открывая глаза, когда Алек отступает назад. — Оставляю тушь тебе, – говорит Алек с застенчивой улыбкой. – Не хочу навредить твоим глазам. Магнус качает головой, посмеиваясь, и слезает с тумбы. Он берет салфетку и поворачивается к зеркалу. Его улыбка становится шире, когда он видит черные пятна вокруг глаз. Алек мешкает за его спиной, опираясь головой на стену и сцепив руки за спиной. Он выглядит абсолютно совершенным, и от этого сердце Магнуса уходит в пятки в самом лучшем смысле. — Расскажи мне о юном Алеке, – просит Магнус, потирая глаз. Он наблюдает за тем, как в отражении зеркала брови Алека от удивления вздымаются вверх, и слегка поворачивается в его сторону. – Ты сказал, что всегда мечтал встретить кого-то, вроде меня. Полагаю, я просто хочу узнать, каким ты представлял свое будущее. Алек в раздумьях опускает взгляд, и Магнус заканчивает снимать макияж, не спеша прерывать или подталкивать его к ответу. Закончив, он выкидывает салфетку в урну, затем опять поворачивается к охотнику, поднимая руки, чтобы начать расстегивать пуговицы своей рубашки. — Это странно, – Алек мягко отталкивает руки Магнуса, заменяя своими. Он медленно расстегивает рубашку мага, его пальцы уверенно двигаются, когда он начинает говорить. – Но у меня никогда не было какого-то определенного типа. Это были просто…чувства. Я закрывал глаза и представлял, что держу кого-то за руку или я бы проигрывал в голове разнообразные разговоры, убеждая себя в том, что кто-то действительно слушал то, о чем я говорил. Теперь, когда я рассказал об этом вслух, это звучит жалко. Он стягивает рубашку с плеч Магнуса, поглаживая ладонями его теплую кожу, и Магнус качает головой. — Это не жалко, – отвечает он, позволяя рубашке упасть на пол. – Сумеречные охотники не славятся своей заботой и внимательностью. Конечно, ты чувствовал, что тебе не хватает такого рода близости. Магнус тянет за край его футболки, и Алек поднимает руки, позволяя ее с себя снять. Они раздевают друг друга практически на автомате, еще одна рутина, появившаяся в какой-то момент с того времени, как они начали встречаться, и спустя мгновение они оказываются под шелковыми простынями. Магнус проводит пальцами по золотому шелку, и спустя секунду Алек находит его руку, переплетая их пальцы. — Я имел в виду то, что сказал, – тихо пробормотал Алек, смотря на Магнуса из-под ресниц. – Когда я встретил тебя, то был в ужасе, потому что знал, что ты на самом деле обращаешь внимание. Ты понял это так быстро, и я просто закрылся. Магнус хмурится, крепче сжимая его пальцы, придвигаясь ближе и переплетая их ноги. — Но это была мечта. Чтобы кто-то, наконец, меня заметил, – Алек двигается ближе, кладя голову на подушку Магнуса, а руку ему на шею. – Но ты лучше, чем мечты. Ты всегда меня видел. Ты все видел. Видишь мир таким, какой он есть, и все равно его любишь, независимо от того, сколько раз он давал тебе повод его возненавидеть. Ты не просто мечта. Я и не догадывался, что ты – все, что мне когда-либо было нужно, пока не встретил тебя. От этой мысли у Магнуса наворачиваются слезы, и он двигается вперед, сминая их губы в поцелуе с отчаянной надеждой, что сможет передать хотя бы половину того, что чувствует. — Ты прекрасен, – шепчет он, когда они отстраняются, его голос хриплый от испытываемых эмоций, пока его взгляд бегает по лицу Алека. – Внутри и снаружи. Это не только то, что я вижу. Это то, что я знаю. Глаза Алека слезятся, когда он их закрывает и зарывается лицом в изгиб шеи Магнуса, который лишь крепче его к себе прижимает, борясь с комком в горле. Они так и засыпают, и лишь одна мысль крутится в их головах. Их реальность намного лучше, чем любая мечта, которая у них когда-либо была.