not him

Гулкий стук каблуков отражался от стен, когда Тимоти поздно вечером спешил в кабинет своего нового начальника, видеть которого приходилось довольно редко, но к которому, впрочем, было достаточно легко привыкнуть. Пустые коридоры ещё небольшого, двухэтажного здания с жилым отсеком и несколькими цехами и офисами, обычно наполненные сотрудниками, ныне отличались тишиной и спокойствием. В новый Атлас, стремительно отстраивающийся заново, устроиться было легко - новый генеральный директор корпорации, Риз, был рад любым рабочим рукам, поэтому принимал практически всех, кто только желал здесь работать. Сюда без проблем попадали молодые инженеры, лишившиеся работы ученые, в прошлом рабочие других компаний (хотя к этим гендир и присматривался повнимательнее, чем к остальным) и прочие нуждающиеся. Довольно просто взяли сюда и готового работать наемником Тимоти. Но сейчас не об этом. Риз зачем-то вызвал его поговорить лично. Конечно, у Лоуренса было много причин почему именно, среди них может быть что угодно, начиная от очков и маски, которые он снимал только оставаясь наедине, и заканчивая поддельными документами, с которыми он пришел устраиваться. Ведь, сейчас на Тимоти не было никакой информации, и даже его мать не знала до недавних пор, жив он или нет. Контракт, заключенный когда-то с Гиперионом, вынуждал его исчезнуть из жизни, будто его никогда и не существовало. Так что, Лоуренс был... почти готов к предстоящей встрече. Он хотел было уже стучать в двери, но они открылись автоматически, разъехавшись в стороны. Напоминало ему о старых-добрых. — Извините, сэр, вы меня вызвали? — без запинки произносит такую родную фразу, от которой он уже так отвык, сталкиваясь взглядом, скрытым под очками, с испытывающими глазами своего начальника. Лоуренсу нравился Риз и его подход к работе и к своим сотрудникам, он был в меру серьезен и достаточно спокоен, что сильно отличало его от прошлого начальника наемника — Красавчика Джека, ныне ненавистного всеми на этой планете и наверняка многими на других. Сейчас же, не знай Тимоти Джека лично, он бы, наверное, немного испугался того, что видел. — Да, проходи, не стесняйся, занимай вот это прелестное место напротив меня, — холодно прозвучал голос президента, чуть вскинувшего брови в этот момент. Риз глубоко вздохнул и приподнял плечи и голову, рассматривая сидящего перед ним в неизменном своем облачении работника, затем хищно улыбнулся и прищурился, уставившись взглядом прямо в очки Тимоти, будто стараясь рассмотреть, что было скрыто тонировкой. — Извини, конечно, но ты спишь в этом же? Такая скрытность — признаки нездоровой паранойи. — Нет, сэр. Паранойей не страдаю, — Лоуренсу всегда приходилось немного искажать свой голос. Конечно, это сложно назвать "своим" голосом, но за все это время он успел смириться. Смириться и почти забыть, как звучит настоящий его голос. Все же, пульс немного участился от невольного волнения, и Тимоти пропускает шумный вдох. Он сидел, чуть сгорбившись, но в целом его положение показывало уверенность. Уж что-что, а это он играть научился, и теперь даже без участия лица мог это показать. — Да? Что ж, это чудно. Хотя, да, как бы ты так безупречно выполнял всю эту работу с бандитами, будь ты параноиком, — Риз взмахивает рукой и отвлекается взглядом куда-то на документы, открытые на рабочем столе его компьютера. Сейчас наемник жалел, что в этой комнате ЭХО-глаз был у начальника, а не у него. — Итак, Тимоти Лоуренс. Тебе наверняка очень интересно, почему я тебя сюда позвал. Интересно ведь? По Ризу было заметно, что по крайней мере ему было интересно. — Да, сэр. — Отлично, — он постукивает пальцами по столу и продолжает угрожающе улыбаться. В следующий миг лицо его принимает серьезное выражение, — Для начала, хочу тебя спросить. Вообще, тебя сегодня ждет мно-ого вопросов, так что будь готов, Тимми. Так вот, ты сам себе придумал такое глупое имя? Потому что, если нет, то тебе следует объяснить, почему же это имя не числится ни в каких официальных источниках. Именно этого вопроса боялся больше всего Тимоти, и именно к этому вопросу он был более всего подготовлен. Он скажет почти всю правду. — Эм... Я могу сказать только, что работал на одну компанию на секретной должности довольно долгое время, и не должен был быть известен хоть как-то, — Лоуренс понадеялся, что это звучало убедительно. — Я понимаю ваше недоверие, но... это действительно настоящая информация обо мне. — Мне недостаточно действительности на словах, Тимоти. Я должен знать, кому я плачу деньги, — о, он понимал, к чему это клонят, — Ты знаешь, у нас нет даже ни одного уборщика с поддельными документами. А уж тем более, ни один уборщик не прячет свое лицо под маской. Риз поднимается на ноги, бесшумно, быстро и вместе с тем плавно. Элегантности и холодности этого человека можно было только поражаться. Он был грациозен, напоминал гордую хищную птицу — сцепленные за спиной руки, словно крылья, янтарный строгий взгляд и сведенные брови. Лоуренс почти не заметил, как он оказался за его спиной, но весьма ясно ощутил на своих плечах давление. Президент теперь говорил тихо и буквально над самым его ухом: — Я должен знать все. Все чертовы секреты, которые скрывают эти тряпки, — от этого проникновенного голоса у наемника по коже пробежали мурашки. Казалось бы, ему нечего бояться, кроме увольнения, он не знал ровно ничего, что можно было бы кому-то выдать для предательства корпорации, но само происходящее влияло на него, — Слушай, котенок, — на секунду Тимоти поморщился, больно эта манера говорить напомнила ему Джека, — Я принял тебя с твоими условиями, но чем дальше мы работаем вместе, тем больше я должен знать о тебе. Поэтому вот моё условие: ты либо выкладываешь все, либо ты уволен. Третьего не дано. Ещё секунду президент молчит, после выпрямляется и возвращается на свое место, продолжая сверлить Тимоти взглядом. — И-и-и... твой ответ? Снова искать работу на треклятой Пандоре за копейки Лоуренсу совсем не хотелось. Даже прибиваться к Искателям — самоубийственная идея, с таким-то лицом. Тимоти опускает голову и шумно вздыхает. Черт с ним, будь что будет. Русые волосы за это время стали длиннее, чем у оригинала, хотя с затылка двойник все ещё периодически их сбривал — так было удобнее. Остальные волосы он собирал в короткий хвост. Лицо не изменилось ничуть. Одно только, теперь Лоуренс мог лишить себя удовольствия носить эту уродскую бородку. Сказать, что он ненавидит зеркала и то, что в них видит - не сказать ничего. Он долго играл роль самоуверенного и безбашенного ловеласа с чрезмерной любовью к своей внешности и самому себе, но, даже если пару раз это и играло ему на руку, то сейчас он уже изрядно устал, и зная все то, что совершил Джек, во что он был ввязан и что делал за него - он просто не мог выносить того, как он выглядит, и гораздо проще ему было совершенно на себя не смотреть, чем видеть ненавистное ему лицо. Тимоти нехотя стягивает платок на шею и поднимает жёлтые пилотные очки, через которые обычно не пробивалась пыль пандорских пустынь. Почти рефлекторно он вновь прикрывает лицо рукой и опирается локтем на стол. Риз впервые чувствовал такие нетерпение и интригу, черт возьми, он не имел понятия, кто этот человек! А теперь, спустя полтора месяца работы на него, он, наконец, снимает свою маскировку. Тем не менее, он не выдавал своего волнения и не торопил его — видимо, это было важно для Лоуренса, раз он так тщательно скрывался все это время. Однако, когда он продолжает прикрывать свое лицо, терпение Риза лопается. Президент Атласа придвигается ближе и, поджав губы, дергает его подбородок вверх, ясно давая понять, что ему нужно видеть лицо сотрудника. Однако, то, что он видит, заставляет его застыть в недоумении. Ещё секунду Ризу удается сдержать свое строгое лицо управляющего, но вот он невольно сильнее хмурит брови и смаргивает. Это не может быть он. Между наемником и директором повисает тишина. Такая, что движение пальцев по щеке кажется таким громким, что Тимоти вздрагивает. Он привык к тому, что узнав о его внешности, кто-нибудь обязательно либо плюнет, либо даст по морде, но этот тяжёлый вздох и полный тоски взгляд — совершенно ново для двойника. — Джек?.. — на мгновение Риз перестал контролировать свой разум, ведь, даже будь он Джеком, ты лично был знаком только с его ИИ, а ИИ — не настоящий Джек. Грубо и как-то напуганно его руку одергивают от лица. — Я не Джек, — Лоуренс бросает это даже как-то озлобленно, что было не особо типичным для него поведением, выпрямляя спину и отдаляясь от стола, он продолжает смотреть на директора, теперь вновь нахмурившегося и откинувшегося в своем кресле. Риз молча закидывает ногу на ногу и подпирает рукой голову. Его взгляд был задумчив и направлен куда-то далеко, но все ещё сконцентрирован на чем-то. Вернувшись мыслями в свой кабинет, Риз взмахивает ладонью и опускает руку на подлокотник. — Я жду твоих объяснений.