not him

— Ну... все началось после смерти Джека... *** — Собирай шмотки, твои услуги больше не требуются, — согласитесь, эта фраза никогда не звучит приятно. Вот и Тимоти услышать эту новость даже первее, чем новость о том, что Джека убили на Пандоре Искатели Хранилища, было не особо приятно. У Лоуренса теперь не осталось ни одного человека, с кем он мог бы элементарно поговорить - Вильгельм, Джек и Ниша были мертвы, а Афина ушла сразу же, как выполнила контракт. Об Аурелии и говорить нечего, та ушла, как только закончилось все веселье. Да и общаться с ней было... тяжеловато. Казалось бы, именно об этом он и мечтал все время работы на Джека — о чертовом освобождении, но он остался совершенно один и денег за "неотработанный" контракт на 20 лет ему не дали. После всего, что он пережил, оставлять его лишь со своими накоплениями было просто бесчеловечно. Тимоти, может быть, и попытался бы отбить хоть какие-то деньги за эту работу, если бы не боялся того, что его самого тоже пришьют, раз уж он теперь не нужен. Единственные деньги, которые ему, все же, удалось получить — деньги, чтобы добраться до Пандоры. Пандора была ближе всех от станции, деньги на билеты домой ему давать отказались — слишком дорого. Именно поэтому Тимоти и летел на планету, где Красавчика Джека ненавидят все поголовно. Что может быть хуже самой жизни на Пандоре? Пожалуй, только жизнь с лицом Джека на Пандоре и поиски на ней работы. Так, бегая от одного к другому, Лоуренс брал на себя любые поручения, лишь бы ему только платили. О личной жизни и друзьях ему пришлось забыть, потому что особо ему никто и не доверял. А кто бы стал? В общем, вынужденно, но Тимоти стал немного черствее и более безразличным ко многим вещам. Убийства он пережил ещё во время работы на Джека, а после природы Элписа и тварей из лабораторий привыкнуть к местной среде обитания было несложно. Каждый новый день был похож на предыдущий, каждая работа напоминала другую, и вся эта рутина медленно съедала его изнутри в безнадёжных попытках скопить денег на возвращение домой. Откладывать получалось совсем немного. Приходилось постоянно тратиться на какое-никакое жилье, еду, боеприпасы, лекарства. Иногда казалось, что теперь он застрял здесь навсегда. Пока не стало происходить что-то странное. Знаете, живя на Пандоре, сложно не заметить, как что-то отправляют с Гелиоса. С момента смерти Джека такое происходило все реже. После - орбитальный обстрел. Уж с этого момента точно стоило навострить ушки! Тимоти пытался узнать у местных владельцев баров, что происходит, почему Пандору обстреливают с Гелиоса, в надежде урвать какую работенку, может быть, но все лишь разводили руками. Лоуренсу пришлось самому проводить расследование, и это казалось ему интереснее обычной и осточертевшей ему работы вроде принеси-убей. Пока он носился в поисках зацепок происходящего, по Пандоре пустили слух о новой банде Искателей, охотящихся за Хранилищем Путника. Тимоти почти чувствовал, что ему нужно узнать, кто они. Но, кажется, с расследованием он не успевал. Столкновение Гелиоса с планетой стало огромным потрясением не только для Пандоры, но и для Тимоти, который, наблюдая это, не мог поверить своим глазам. Гелиос и Гиперион всегда казались ему непобедимыми — он все ещё помнил, как станция была захвачена Зарпедон и солдатами Даль. И он все ещё помнил, как они сражались наравне с Джеком, чтобы отстоять эту станцию. И ведь, черт возьми, они ее отстояли! Лоуренс просто не понимал, как это случилось. В тот же день было открыто Хранилище Путника. Эти вещи не могли быть не связаны между собой, но найти людей, которые смогли бы что-нибудь объяснить, было очень сложно. В конце концов, Тимоти пришлось обосноваться в Острой Лощине, где сейчас работала Джейни Спрингс, и где он впервые за огромный промежуток времени смог с кем-то поговорить. Она была, кажется, единственной на всей Пандоре, кто видел Лоуренса без маски и спокойно реагировал на него. Именно от нее он узнал, что Афина сейчас в Убежище. Спрингс дала Тимоти место работы. После трагической гибели ее друга — Скутера, известного по всей Пандоре — она работала одна, и ей просто не могла помешать помощь. Так, они помогли друг другу. Примерно полгода спокойной жизни в Острой Лощине, и вот, новое потрясение. Возобновила свою жизнь известная раньше компания Атлас, во главе с каким-то... Ризом? Тогда Лоуренс ещё понятия не имел, почему это имя казалось ему отдаленно знакомым. Что-то он такое слышал на Гелиосе. Теперь предстояло новое расследование. *** — Слушай, этот мудила нас кинул, мало того, что нам досталось ещё на станции от Джека... — Погоди, Джек? Он ведь... мертв, так? — Тимоти сделал глоток какого-то отвратного пойла и снова поморщился, решив больше даже не пытаться. Собеседник его уже был немного навеселе. Его злость на этого Риза вкупе с его лёгким опьянением развязавывала ему язык лучше, чем всякие пытки на допросах. Разговор с Августом шел достаточно непринужденно. — О... ну, там был... бля, как это называется. Ну, он был типа... программы, что ли. Знаешь, захватил системы Гелиоса и все такое. В этот момент Лоуренс вспомнил о Накаяме. Видимо, проект с ИИ Джека ему, все же, удалось закончить. — А. Ну, считай, я тебя понял. Так что там с Джеком? — Он был в голове этого корпоративного ублюдка, — говоря это, Август стал тыкать себе в висок пальцем. Импланты?.. Кибернетика? Как иначе можно было поместить ИИ в голову? Ладно, допустим, это не так важно сейчас. — Мы собирались открыть Хранилище с помощью Гортис. А последняя деталь была там, — он неопределенно указал наверх, видимо намекая на Гелиос, — Поэтому мы туда и потащились. А потом это... этот придурок решил, что кинуть нас всех и править Гиперионом вместе с Джеком — это охуенная, мать его, идея. Конечно, Август этого не видел, но сейчас Тим удивлённо вскинул брови. Эти двое, Риз и Джек, явно друг друга стоят, судя по описанию. — И что потом? — А потом он понял, что долбоеб. *** История Августа смогла лишь подтвердить догадки о Ризе и его управленческих способностях. Позже, Риз и сам их подтвердил, выпустив в продажу несколько новых прототипов оружия от Атласа. Лоуренс, попрощавшись с Джейни и Афиной, от которой, к слову, успел узнать о какой-то войне, которая всем грозит, все же решил отправиться попытать счастье там. — ...И вот, я здесь. Вы, сэр, только что услышали практически полное изложение моей жизни за последние пять лет, — Тимоти усмехнулся и повел плечами. Взгляд, с которым на него глядел все это время Риз, даже немного пугал. — Вау, — президент поджал губы (Тимоти уже успел отметить, что он делает так довольно часто, это его привычка, поджимать губы при разговоре) и развел руками, — Могу только поблагодарить тебя за откровение. Ты свободен, можешь идти отдыхать, а завтра возвращаться к работе, Тимоти. — Спасибо, сэр, — он поднимается на ноги и подходит к выходу из кабинета, после останавливается, — Спокойной ночи. Ещё секунду Лоуренс стоит у открывшихся дверей, после натягивает назад очки и платок и направляется к жилому отсеку. Риз же едва заметил, что он сказал, собравшись ответить слишком поздно. Он слишком глубоко погрузился в свои мысли. Генеральный директор вздыхает и потирает переносицу, хмуря брови. Зачем было создавать свою копию? У него ведь были голограммы... Зачем ему понадобился реальный человек полная-его-копия? Чертов ворох старых воспоминаний, которые свалились сейчас на Риза, подобно кому пыли с чердачной двери. Прошел почти год с тех пор, как все импланты в его теле были заменены на новые, а один единственный из старых все ещё — все ещё, черт возьми! — лежал в ящике его стола. Риз опустил глаза на оформленный под темный металл округлый с одной стороны ящик, и осторожно потянулся рукой к аккуратному выступу. Вскоре в его ладонях уже был небольшой контейнер из стекла, внутри которого хранилась линза его импланта, зафиксированная на подставке. Президент снова вздыхает. — Почему ты продолжаешь меня преследовать, Джек?