Режим выживания Брока Рамлоу

Зимним солдатом Брок не интересовался. Поначалу он вообще о нем не задумывался, ну ходят байки о супер бойце – мало ли. И когда его напрягли сопроводить Агента, он ничего особого не ждал, прикрытие – дело привычное. А потом эта жуткая волосатая морда в наморднике так отстрелялась, что у Брока глаза на лоб полезли. Тогда появилась зависть. Потом вторая миссия в качестве поддержки с Агентом – этот киборг разнес своей железной рукой бетонную стену в один удар и уничтожил два взвода противника в одно рыло. Уничтожил без колебаний, после него и контроль не нужно было проводить – стрелять в размозженные головы Брок смысла не видел, как и в разорванные напополам тела, или в художественно размазанные по стенам внутренности. Тогда появилась опаска. И Брок очень захотел больше не сталкиваться с Агентом ни на миссиях, ни вне миссий, но его непосредственный руководитель Александр Пирс решил вдруг поглубже окунуть в дерьмо когда-то вольного наемника Рамлоу, повысив его допуск до тайн, а значит, увеличив и шанс летального исхода. Его назначили новым куратором Зимнего солдата, для начала наглядно продемонстрировав, ЧТО такое Агент и КАК достигается контроль за супер оружием. Рамлоу с удовольствием бы отказался и от новой должности и от полученных знаний. Потому что при виде обнулений и их результатов его восприятие Зимнего обросло еще одной эмоцией – жалостливой брезгливостью. Видеть это трясущееся вялое тело после разморозки, с закатившимися мутными глазами его не вставляло, как и смотреть на пытки, как и мыть этого огромного жуткого монстра собственноручно, следить за питанием, за тренировками, за одеждой, за… всем блядь! Овощ до миссий и бешеный танк на миссиях Брока бесил уже одним тем, что ему пришлось стать нянькой для то и дело слетающего с катушек супер солдата с разрушенной психикой. И он совсем не обрадовался тому, что за компанию всему тех- и медперсоналу, и ему самому стало регулярно прилетать от сбоящего оружия Гидры. Ему еще повезло, что удавалось избежать серьезных последствий, спасала отработанная годами реакция, природная выносливость и чуйка на подляны, поскольку вопреки уверениям яйцеголовых, послушанием вне миссий Зимний совсем не страдал. Вот и старался Брок, чтобы общение с Агентом для него обходилось лишь синяками и мелкими травмами, все лучше участи техников и медиков, что мёрли пачками, едва у Зимнего солдата в голове происходило замыкание. Поэтому Брок вынужденно улучшал бойцовские навыки, привычно обрабатывая мазью свои многочисленные ушибы, и, зло матерясь, нянчился с Агентом. Зимний же продолжал методично выкашивать ученый состав Гидры, что начальство привычно воспринимало как неизбежное зло. Но поскольку обнуления во время операций Пирс не приветствовал, то очень быстро сложил два и два, заметив положительное влияние Рамлоу на капризное оружие. В итоге Брока в принудительно-добровольном порядке обязали поселиться на базе в режиме двадцать четыре на семь, без выходных и отгулов. Восторженные ахи-вдохи за своей спиной Рамлоу воспринимал как издевки. Да уж, он невъебенно крут, что уже почти второй год, к всеобщему удивлению, не только жив, но и практически цел, потому что вот же сюрприз, хендлеры Зимнего менялись едва ли не чаще медперсонала и хватало их максимум на полгода. А тут он, такой красава и даже в медблок если и посещает, то на своих двоих, ага гениальный дрессировщик, мля, укротитель, как же! Скорее уж боксерская груша с ножками и с бешеным инстинктом выживания. Что бы там Пирс ни вещал, а кураторам вне миссий Зимний солдат то ли из вредности, то ли из еще каких соображений принципиально не подчинялся, просто в данном случае, ему суке, кажется, просто понравилось иметь постоянного мальчика для битья. Этакий интерес кошки к шустрой мышке – что вроде и слабее, а добить никак не получается. Брок бесился, чувствуя себя игрушкой Зимнего, подозревая, что Зимний отыгрывался на Рамлоу из-за того что сам являлся игрушкой Пирса, поскольку именно главе Гидры Агент всегда подчинялся беспрекословно, покорно принимая пощечины и не сопротивляясь обнулениям. На самом деле, каждое обнуление Пирс воспринимал как личное поражение, мечтая, чтобы его игрушка работала без перебоев, ну и в свете происходящего, говнюк был в восторге от того, как хорошо Брок «сработался» с Зимним. - Вы идеально подходите на эту роль, я знал, что вы, Рамлоу, будете отличным приобретением для нашей великой организации. Агент – идеальное оружие Гидры, а вы – идеальный хендлер для него, и я очень надеюсь, что все останется так и дальше. Ведь вам, в отличие от Агента есть о ком беспокоиться, не так ли? – этот старый молодящийся хрен обожал пустой треп, никогда не отказывая себе в удовольствии пройтись по болевым точкам собеседника, напоминая как много крючков у Гидры на него и его команду. Брок молчал, брал под козырек и отрабатывал все максимально идеально, мечтая собственноручно выдрать язык твари, что наслаждалась его безысходностью. А Зимний солдат, словно находясь на одной волне с Пирсом, постоянно испытывал Брока на прочность. Все чаще устраивая беспорядки, совершенно перестав сдерживать убийственные порывы в его отсутствие. Конечно, разве может понравиться быстро и скучно прибить дрожащего халата, если есть возможность вволю повеселиться, гоняясь за крепким и шустрым мужиком, от которого иногда даже ответка прилетала. Брок выдыхал лишь тогда, когда Агента, наконец, отправляли в крио. Его чуть на слезу не пробивало от облегчения, что волосатый мрачный киборг больше не будет тереться рядом. И как же Брок мечтал, чтобы этого гада в следующий раз разморозили после того как Рамлоу свалит из Гидры или помрет – один хрен, лишь бы больше не встретиться с этим уебком. Но, увы, не с его удачей, потому что каждый раз передышки становились все короче. И каждый раз при пробуждении отморозок искал его взглядом, а увидев, плотоядно и многообещающе лыбился. Обнуления, превращающие Зимнего в овощ, запускались только по приказу Пирса, но поскольку в последнее время действия хитрожопого Агента перестали вызывать нарекания, то жизнь Брока постепенно превратилась в кромешный ад. Конечно, он мог сам подстроить внештатку и подвести ублюдка под стирание памяти, но, блядь, не то чтобы Брок страдал милосердием и не то чтобы этот гад не доводил его до ручки… Да только, положив руку на сердце, Рамлоу не мог не признать, что только конченый ебанат обречет живое существо на такую мерзость, правильней и честней убить, чем так мучить. Поэтому он скрипел зубами, рычал и терпел. Кормил, мыл, отбивался… одевал, выгуливал, дрался с гадом в кровь, зашивая рассеченную кожу, присматривал, заботился и от души ненавидел. Ну или не то чтобы ненавидел… скорее все же больше жалел. Будь он сам на месте этого уебка, то либо сам убился, либо просто окончательно деградировал в растение, потому что… ну бля, разве это вообще по силам человеку, вот реально? Рамлоу, никогда не упускавший из виду никаких мелочей и обмолвок, сумел сложить неприглядный пазл, и уже почти привычно ужаснулся. Дико было принять, что так называемый кулак Гидры, совсем молодой на вид парень, на самом деле старше его и даже суки Пирса по возрасту. Брок не мог справиться с омерзением и ненавистью, стоило ему только представить, сколько лет Зимнему солдату пришлось просуществовать бесправной вещью, лишенным имени, с постоянно выжигаемой памятью и долгими ночевками в крио! А еще, Рамлоу искренне удивлялся тому, что при всем том дерьме, которое сотворили с этим несчастным, Зимний сумел сохранить хоть пусть и ограниченные, но эмоции, да хотя бы ту же вредность характера, и просто запредельно охуенный профессионализм в выполнении заданий любой сложности. Так что Брок НЕ ненавидел Агента, понимая, что тот лишь результат тех мерзостей, что творили с ним разные уроды. Поэтому он сочувствовал... пытался сочувствовать Зимнему солдату, стараясь сдержаться, и не добавить мучений этому несч… уебищу, хотя тот реально выбешивал, старательно и целеустремленно доводя Рамлоу до срыва. Причем изводить Брока Зимний принялся с первого же дня гребанного кураторства, быстро войдя во вкус охоты на живучего хендлера. К примеру, Зимний упрямо не покидал ринга на тренировках, пока не получал возможности уделать Брока. Рамлоу честно пытался свинтить от такого неприятного завершения каждой, блядь, КАЖДОЙ тренировки, заканчивающейся его кровавыми соплями. Подсовывал наглых боевиков с других отрядов, или тупо сваливал... недалеко. Потому что стоило ему скрыться с глаз Агента, как тот тут же устраивал кровавую вакханалию всем присутствующим, а поскольку озверевшего Агента мог остановить: вариант а – сам Пирс, вариант б – если очень повезет попасть разрывной в голову, а теперь еще и всех устраивающий вариант ц – Брок, то выбор был очевиден. Брока перепуганной толпой тащили к Зимнему чуть ли не на руках, а потом и вовсе не давали возможности отойти от Агента, уже карауля больше его, чем киборга. И Рамлоу уныло возвращался к довольному как слон психу, что с таким воодушевлением устраивал ему мордобой. Каждый раз Зимний солдат превращал его в отбивную, протирал им маты, проверял на выносливость и светился счастьем, когда Брок, выворачиваясь дикой кошкой, не сдерживал ответные удары. Заканчивалось все одинаково: Рамлоу или загибался под тушей Агента в болевом, от которого натужно трещали связки и кости, или позорно валялся без сознания, поскольку Зимний силу с ним практически не сдерживал, быстро оценив возможности и живучесть своего куратора. Приходя в себя Брок морщился от измазанной в его крови морды Зимнего и, пошатываясь, тащился с ним в душевые, отмываться и приводить их обоих в порядок. И насчет мытья, кстати, был полный пипец. Брок любил комфорт, и первый раз посетив душевую для Зимнего охерел, потому что ему на пару с подопечным предоставили камеру пыток, а не место для очищения тела. Брок как раз впервые получил пиздюлей от Зимнего и был на взводе, а тут это. Вонючая заплесневелая комнатка, где посреди лета изо рта шел пар, побитая грязная плитка еще довоенного образца и шланг вместо лейки. Брок даже ничего не сказал, точнее не успел, он просто посмотрел на техников и сопровождающие халаты. Кажется один из этих серых мышек обоссался, что снизило накал ярости в Рамлоу и тот, пожалев свои нервы, молча, не обращая больше внимания на боязливо-недовольное сопение сопровождающих умников отправился в общие душевые. Туда, где мылся сам, и где в его личном шкафчике имелось все необходимое, даже аптечка на вот такой форс-мажор. Отправился вместе со следующим по пятам Зимним. И мылся вместе с этим говнюком в одной кабинке – поскольку тот наотрез отказался выходить, да и халаты проблеяли, что нельзя оружие оставлять без присмотра, и что вообще это нарушение протокола. Потому что Зимнего следует мыть там, внизу… и на этом затихали от очередного говорящего взгляда Брока. Мыть волосатого монстра оказалось тем еще удовольствием. Тот, мгновенно зверея, не желал подпускать к себе со спины ни Брока, ни кого-то другого, при этом с нездоровым энтузиазмом активно исследовал все, на что падал его взгляд. Мешал снять сбрую, как с себя, так и с Брока, вертелся как юла и пытался нацепить обратно снятые с него ножи. А когда они ввалились в тесную для двух таких туш кабинку, начался настоящий кордебалет. Как истинное олицетворение мифического монстра, в честь которого названа контора, Зимний солдат словно обзавелся несколькими парами лишних конечностей. Все этому ненормальному было интересно, Агент обнюхал и ощупал каждый сантиметр пространства, пооткрывал все до чего дотянулся и чего Брок не успел спасти. Вылил полбанки шампуня, с восторгом принюхиваясь и взбивая радужную пену, отобрал мочалку, едва не порвав бедную на мелкие кусочки, потом сам же поскользнулся на скользком полу, приложился головой, обиделся, и повис на Рамлоу, изображая тяжело контуженного. Но как только Брок начал его мыть застыл и лишь нервно подрагивал на каждое его движение, при этом железной клешней намекающе держал своего куратора за предплечье. После ополаскивания Агент настороженно замер, отказываясь выходить и простоял рядом все то время, что Брок шипя и матерясь, отмывался сам. Хорошо, хоть руки тянуть перестал. Хотя… С того момента, чем дальше, тем безумнее выглядело его кураторство над сбоящим «оружием на ножках». С того первого совместного душа, Зимний больше ни на шаг не отпускал куратора, кроме как на миссиях, да и то, временами Брок нервно передергивал плечами, чувствуя немигающий взгляд между лопаток тогда, когда Агент просто не мог оказаться рядом с ним, паранойя и шизофрения во всей красе, Брок даже успокоительное пить начал. А жратва? Брок как посмотрел на процедуру кормления, так и, закатывая глаза, отобрал у техников колбы с мерзкими смесями, решив заняться этим лично. Да, он наивно лелеял надежду, что более приемлемые условия бытия поубавят сучности Зимнему, но в итоге лишь загнал себя в безвыходное положение. Зимний солдат теперь и жрать перестал в его отсутствие! Пирс лишь удивленно вскинул брови на такие выкрутасы своего любимого оружия и приказал Рамлоу полностью переселиться на базу. Все что ему удалось – это выбить отдельный закуток для сна с запирающейся дверью… правда в первую же ночь дверь была взломана, и Брок оказался под боком горячего как печка психа, спорить с которым было просто опасно для жизни. Пришлось перетащить койку в подвал к Зимнему, и хотя во время совместных ночевок с отморозком у Брока на удивление прекратились ночные кошмары, восторгов подобное переселение не вызывало, тем более, что отсутствие кошмаров скорее всего объяснялось безумной усталостью и кошмарами в реальности. Так что очень скоро Брок стал чувствовать себя таким же пленником, как и Агент, что также не прибавляло хорошего настроения. Поэтому Рамлоу стал еще злее и гонял всех кого мог в хвост и в гриву, причем намного эффективнее, чем раньше, ведь теперь за его левым плечом всегда маячила пугающая мрачная рожа Зимнего солдата. Одно примиряло Брока с Зимним – на миссиях тот отрабатывал просто виртуозно. Мгновенно переключаясь на серьезный и деловой лад, Агент умел идеально распланировать любое убийственное задание с минимальными затратами и максимальной эффективностью. Да и снайпером он был от Бога. Брок и сам не жалующийся на свои навыки и умения, снимал шляпу перед этим творением безумных гениев. Если бы не обстоятельства их совместного существования, о лучшем напарнике Рамлоу бы и не мечтал… ну разве что Роллинз, его зам мог отчасти с ним конкурировать. Отчасти, потому что Джек Роллинз был человеком – отличным бойцом, умелым, сильным и мощным, но всего лишь человеком. Особенно по сравнению с супером, что мог, не напрягаясь сломать огромного как медведь Роллинза одной правой, которая даже не из железа. С такой жизнью или точнее выживанием, любое задание и миссия становились для Брока, как бы это ни смешно звучало, настоящим отдыхом. По крайней мере, с них он зачастую возвращался без единой царапины. А вот на базе ему вечно приходилось ходить разукрашенным во все цвета свежих и заживающих гематом, с трещинами в ребрах, с вывихнутыми суставами и хромать с растяжениями, потому что, закончив миссию, Зимний солдат мгновенно переключался на другую: «Ловим и ломаем Брока». Каким-то чудом Агент останавливался в самый последний момент, щадя Рамлоу, как видно из нежелания терять такую выносливую игрушку. Брок подспудно был уверен, что убивать его на самом деле Зимний в ближайшее время не собирался, перекосы в виде более серьезных травм происходили по причине того, что Агент не всегда адекватно рассчитывал силу, увлекаясь игрой. Кстати, Рамлоу заметил, тот стал заметно осторожничать, после того, как Броку нацепили лангет на руку, из-за сломанной лучевой кости. В принципе и сам Брок не собирался дохнуть «за здорово живешь», поэтому наловчился применять шокеры, постоянно держа их наготове. Можно даже считать, что у него с Зимним сложился определенный паритет. Брок терпел побои до определенного момента, отбиваясь от бешеного психа, призывая в помощь весь свой немаленький опыт, применяя шокеры лишь в качестве признания поражения. Зимний вволю вымещал на Рамлоу всю свою ярость и не реализуемые желания, разрешая при этом своей игрушке сохранять видимость контроля, безропотно терпя очень болезненные удары током. По негласному договору, Брок всегда использовал шокеры на всю мощь, но только в крайних случаях. Он старался перетерпеть загоны Зимнего, чем крайне удивлял своих парней, того же Джека, что не раз пытался убедить его обходиться с этим ублюдком пожестче. Рамлоу отмахивался и скалил зубы, даже не пытаясь объяснить свою точку зрения и причины такого попустительства: меньше знают, лучше спят и дольше проживут. Рассказывать кто такой этот псих в маске, как и почему того постоянно засовывают в крио и временами обнуляют он не собирался. За такие сливы пострадают в первую очередь его парни, поэтому ну его, перетерпит, главное процесс подготовки к побегу Страйка шел полным ходом. Но, несмотря на такое, внешне лояльное отношение к Зимнему, Брок лелеял надежду, что однажды Пирс решит или уложить Агента в крио надолго или приставит к тому другого хендлера. Все же, как командир своего отряда, Брок был достаточно хорош, ведь именно поэтому Гидра и прибрала к своим щупальцам его команду. Поэтому он хватался за любое задание, стараясь выполнить его с блеском, чтобы доказать насколько он ценен не только в качестве куратора Агента. Но Александр Пирс лишь сыто щурил глаза и нахваливал… себя, за столь выгодное приобретение, продолжая использовать Страйк как в одиночке, так и в подтанцовке для Зимнего солдата. Брок рвал жилы, каждый раз устраивая настоящие сражения напрямую с Пирсом, если кого-то из его ребят пытались использовать в комплекте с другими командами. Тыча в лицо говнюка контрактом, где черным по белому были расписаны кабальные условия, в которых он однако смог выторговать один немаловажный пункт, а именно: Страйк ВСЕГДА работает командой, никаких одиночек, разве что только для него, Брока, а все остальные только вместе. Однажды этими разборками он так достал Пирса, что тот вопреки своему змеиному хладнокровию наорал на него и в ярости отправил его на самоубийственную миссию без команды, лишь разрешив взять на выбор или Зимнего или кого-то из своих. Брок тогда и сам психанул, может, поэтому потащил с собой Роллинза, гордо отказавшись от Агента, о чем пожалел почти сразу. Джек, при всех его талантах, все же сильно уступал Зимнему и миссия в итоге действительно едва не стоила им обоим жизни. Только вот… *** - ...Джек, не смей! Говори со мной, слышишь? Давай, придурок, не смей засыпать!.. – орал он, ощупывая отключающегося Роллинза, и пачкая руки в крови. Ничем другим это быть не могло – горячее, пахнущее железом… Когда неожиданно жахнуло светошумовой гранатой, Брок не успел среагировать, вот и ослеп, и действовать теперь он мог только на ощупь и на слух. Так же на ощупь перехватил жгутом бедро напарника и вколол ему противошоковое. Джеку было явно хреново, тот мычал и слабо отпихивался, даже не пытаясь подняться на ноги. - Бро… оста… ди ссам… - Хуй тебе! Джеки, тупая ты башка! - Брок зло зарычал и попытался загрузить на себя этого медведя, судорожно подбирая аргументы, чтобы тот не сдался, - Я не смогу без тебя и шагу сделать, ни хера не вижу, так что подожми жопу и давай, поработай штурманом, слышишь? Ты же не хочешь, чтобы я с тобой рядышком загнулся, Джеки? - Ссу… ты, Брок! – выдохнул Роллинз и, вяло перебирая руками, помог себя поднять, - Даже пом…еть спокойно не дашь… - Хрен тебе, а не райские кущи, - обрадовано заявил Брок, - ты у меня еще отрабатывать будешь за свою неуклюжесть! Как ты умудрился растяжку не заметить идиотина? - Сам… на хер! Там выбор: или на пехотную или на растяжку! – от возмущения у Джека прибавило адреналина и тот взбодрился, чего Брок собственно и добивался, поэтому продолжил наседать, не давая стремительно теряющему силы Роллинзу отключиться. - А в итоге все равно ноги всмятку, дебил! Да еще и меня ослепило, а ты сука даже не предупредил! - Заебал, командир! – рыкнул Джек в ухо уже совсем нормальным голосом, - Левее бери, слепошарый ублюдок… и спасибо, Брок… - Телячьи нежности оставь до базы, Джеки, там и отсосешь и жопу подставишь, причем без смазки! А пока внимательней, я вообще нихера не вижу! - грубо отшутился Брок, а Роллинз к его радости привычно подхватил привычный пошлый треп. - Принято, командир, в любой позе и в любой момент дам, только выживи… - заухал, шипя от боли, Роллинз и принялся прокладывать курс для двух калек. Одного слепого, но ходячего и одного зрячего, но не ходячего. Реальных шансов выжить у них не было, просто Брок не умел сдаваться, тем более имея раненого Джека на руках, точнее на спине. А спустя полчаса блуждания, Джек вдруг напрягся и притормозил его, горячо и взволнованно зашептав в ухо. - Командир… на три часа… бля. Не может быть! - Что? – слепо повел головой Брок и настороженно прислушался. Уебищная тайга жила своей шумной и равнодушной жизнью, но кое-что выбивалось из общей картины. Брок учуял запах и не поверил, - Джек, я правильно пони… - Блядь, командир, может, попробуешь тихонько отступить? Черт… - Да ну нах! Не может быть… - почти беззвучно выдохнул Брок и попятился, под ногой предательски хрустнул сучок… - Бросай меня и вали, Брок! – зашипел Роллинз, пытаясь сползти со спины и нашаривая свой тесак. Рамлоу отчаянно щурил слезящиеся глаза, стараясь разглядеть темное пятно, означающее смерть для двух незадачливых наемников. - Джеки, только вместе, ты меня знаешь! – Брок шагнул в сторону приближающегося с неторопливой грацией Зимнего, которого частенько отправляли зачистить провинившихся агентов и приготовился к драке. Дешево он свою жизнь не отдаст, а за Джека уроет и Зимнего. Только вот агент нападать не спешил и тогда Рамлоу рискнул. - Агент, статус, миссия? - Боеспособность девяносто семь процентов, миссия… выполнена? - Командир, он что, заглючил? – озадаченно шепнул Роллинз и икнул, когда Зимний уставился на него, - Брок, он как-то нехорошо на меня смотрит… - Ты еще больший придурок, чем я думал, Джеки! – закатил невидящие глаза Брок, - это же Агент, у него слух модифицированный, так что шептать при нем нет смысла! И вообще, заткнись, а то проебем шанс выбраться. Брок принюхался, Зимний пах железом, лесом и кожей, кровью несло только от Джека, но все же ситуация была странной, поэтому он набрался еще больше наглости. - Зимний, какого хера стоишь как дерево? Поднял раненого бойца и потащил к точке эвакуации! - Боец ранен, слаб, нерационально тратить на него ресурсы. Добить эффективней! – от равнодушного высказывания Зимнего солдата Джек нервно икнул, а Брок мгновенно завелся, набычился и приблизился к Агенту вплотную, забив на все опасения. - Да я лучше тебя, суку, добью! Запомни приказ, солдат: мы своих не бросаем, выносим даже двухсотых! Как понял приказ, солдат? – рыкнул Брок вставая между обалдевшим Роллинзом и психом в маске, готовый в любой момент драться насмерть. Мгновение молчания сожрало десять лет его жизни, но ответ позволил облегченно выдохнуть. - Приказ принят, командир, своих не бросаем, выносим даже двухсотых. Выполняю!.. Зимний легко поднял Джека, словно тот не весил как слон, чуть не раздавивший своим весом Брока. Точка эвакуации оказалась совсем не там, куда они с Джеком ползли по этой гребанной тайге. С чьей подачи их решили так подставить, уже было не дознаться, вот и выходило, что появление Зимнего оказалось их единственным шансом на спасение. В Джете, что дожидался Зимнего, не было никого кроме трясущегося от страха халата с полным полевым медицинским набором. Как сам солдат оказался там же где и они, Брок выяснить не смог, но было глупо отрицать, что только благодаря Агенту, Джек не только выжил, но и сохранил ноги. Сдав Роллинза офигевшему медику Брок попытался было добиться от Зимнего ответов, но тот притворился слепоглухонемым и усевшись за штурвал промолчал весь полет. Броку закапали глаза и нацепили на морду маску, так что пришлось довольствоваться своими догадками. А стоило вернуться на базу, как Зимний солдат вновь переключился в прежний режим отморозка. Едва дождавшись пока восстановится зрение, принялся азартно устраивать Броку гонки на выживание. Так же продолжая ходить тенью, жрать только с его рук и укладываться спать только в присутствии Брока, временами пытаясь использовать его как подушку. Да и на миссии теперь всегда выходил с ним. Пирс почему-то этому не препятствовал, возможно, из-за отличных результатов совместных действий, ведь пока рядом с Зимним был Брок, не было ни одной осечки, но при любой попытке отправить с Агентом кого другого, обязательно случались накладки и тут уж никакие обнуления не помогали. Агент сучился и показательно тупил, требуя постоянного присутствия своего хендлера, как только сука умудрялся помнить Брока даже через все же случающиеся по воле Пирса обнуления?! Так что регулярно избиваемый и заебанный няньканьем Рамлоу хоть и продолжал тихо беситься от Зимнего, и мечтать об избавлении от этого психа, но вредить Агенту совсем не намеревался. Более того, при любой возможности он пытался скрыть все проебы этого модификанта, спасая того от обнулений, безумно похожих на настоящие живодерские пытки. Как бы то ни было, Брок умел быть благодарным и все еще оставался человеком… Очередное крио спустя два года и три месяца он воспринял как знак – пора рвать когти, еще один затяжной раунд с Зимним он просто не выдержит. И ведь Брок почти успел. Наработанные за долгие годы службы связи и возможности он использовал по максимуму, готовя пути отхода для каждого из его команды. Брок лишь ждал нужного момента, чтобы списать всю команду подчистую в качестве двухсотых. После какой-нибудь знаковой миссии все поменяют имена, места жительства, внешность и исчезнут с радаров так глубоко, чтобы даже самим друг друга найти не вышло. Все должны тихо испариться, кроме самого Брока – он уйдет последним и громко, а после Страйк прекратит свое существование навсегда. Такова цена за свободу, и Брок уже был готов устроить шоу, чтобы вырваться из Гидры. Но все лелеемые мечты в один момент перечеркнул очередной пиздец. Потому что на смену одному отморозку, словно издеваясь, тут же возник другой. Брок просто охуел, когда его морщинистое величество с огромными амбициями, Александр мать его Пирс, решил повесить на такого выносливого ослика еще одну миссию, похерив все тщательно продуманные планы и надежды по сваливанию. Пирс волевым решением протолкнул Рамлоу и Страйк в качестве отряда прикрытия для размороженной легенды в ЩИТ. Каким образом Гидра сумела так ловко внедриться к своему антагонисту ЩИТу, Брок не знал, но ощущал себя как та самая Алиса в Зазеркалье, настолько все это напоминало вывернутую реальность. Теперь пришлось вертеться волчком, слуга двух господ – хоть и два оклада, но и вздрючек в два раза больше. Его парни реально заебывались, носясь как подстреленные практически без отдыха. От опасений проболтаться и раскрыться, у всех влет портились характеры, весь Страйк в виду его мрачной неприветливости теперь обходили стороной в обеих конторах. Парни, озлобленные творящимся беспределом, напоминали свору диких псов, готовых рвать любого, неосторожно подобравшегося на расстояние удара. Пирс только масляно скалился, выслушивая жалобы на озверевших бойцов – старого урода наверняка возбуждала сама мысль о том, что именно он является хозяином этих зверюг и что только в его власти спустить их с поводка. Удобный случай для побега никак не появлялся, а вот дополнительные проблемы росли как снежный ком. Потому что целиком Страйк на миссии почти не отпускали, разве что только с долбанутой добавочкой в виде супера, потому что: та-дам! Броку снова пришлось нянькаться. Снова с супер солдатом, тоже размороженным, тоже ненормальным, но поскольку принадлежал он не Гидре (по крайней мере, официально), то обнуления ему не грозили. Впрочем, тот и без всяких промывок мозгов под завязку был полон бешеного патриотизма, сам по себе фанатик идей дяди Сэма. Более того, этому психу с круглым щитом даже предоставили видимость свободы, на люди выводили, правда, в маске, и, чему Брок был ОСОБЕННО рад: самообслуживался по большей части парень самостоятельно. Еще одного подопечного, которому нужно будет потереть спинку в душе, а потом кормить с ложечки, Брок едва ли смог бы перенести. Так что с этой стороны было проще, зато с другой… Патриот блядь звездно-полосатый мнил себя бессмертным и носился так, словно пули его не берут. Да у Брока за время работы с этим психом до хрена седины прибавилось, а сердце стало пошаливать! В отличие от четко исполняющего задачу Агента, Капитан Америка любил импровизировать, менять решения, обожал контролировать подчиненных и мгновенно слетал с катушек, если появлялась хоть призрачная угроза потерь среди мирного населения. И вот тогда все тщательно продуманные планы летели в корзину, а Брок со своими трехжильными парнями несся в очередной пиздец, прикрывать зад этому ненормальному. И ведь что погано – Роджерсу хватало от пары минут до трех суток, чтобы встать со смертного одра. Да этот ненормальный с открытым переломом мог прыгать как кенгуру и тягать мотоциклы как кегли. Только вот Брок, как и те, кого он тащил за Роджерсом под пули, были всего лишь обычными людьми без этой ебанной сверх регенерации, поэтому и умереть могли в любой момент, и чудо сыворотки под рукой не имели! В итоге Брок скрипел зубами, седел и мечтал о хотя бы малюсеньком шансе реализовать свои планы. Всего-то нужно, чтобы Кэп свалил, наконец, со своими такими же ненормальными Мстителями куда-нибудь, а его команду целиком отправили на зачистку какого-нибудь картеля и тогда это случится: Страйк исчезнет, оставив всех с носом! Только все планы пушному зверьку под хвост отправились, потому что… Он оказался в одиночке по приказу многозначительно улыбающегося Пирса. Он один. Лицом к лицу с Роджерсом в чертовых джунглях.