Шепотом

      «Сны — это самая опасная вещь в мире. Причем даже не обязательно кошмары»              Да, после вчерашнего обещания Арсения я не мог спокойно спать. Хоть я еще и надеялся на то, что это шутка, но что-то внутри заставляло немного напрячься. Из-за этого «чего-то» я и не мог уснуть, а когда уснул все мои переживания отразились во сне. И я бы не сказал, что мне это понравилось… А может быть и сказал, но лишь в полном одиночестве и про себя. Не рискнул бы все то же опробовать в реальности. Если бы это все было по отдельности, то может быть, а так, как я пережил за эту ночь — ни за что. Даже если наши отношения продвинуться чуть дальше и продляться еще какое-то время. Хотя вряд ли это будет зависеть от меня. В моем сне меня не особо спрашивали. Да я бы и ответить не смог, так как мой рот был заткнут кляпом. Вытащить его тоже не представлялось возможным, руки были связаны. В принципе я и не хотел сопротивляться. Да и смысл? Главное, чтоб этот сон не стал реальностью сегодня. Да мне даже в глаза этому мужчине будет стыдно смотреть. Но, не смотря на это…              «Горит сарай, гори и хата!»              Подумал я и сразу выглянул в окно. Знакомой машины нет, так что можно немного расслабиться. Не надолго, конечно, да и мой мозг уже придумал, как закопаться глубже, но хотя бы можно одеться нормально, без лишних переживаний. А если получится, то и позавтракать. Правда, не очень хочется. Все мысли заняты далеко не едой. И не одеждой тоже. Я даже не заметил как оделся. Осталось собраться с силами и написать всего одному человеку. А не хочется-то как! Но мне интересно, что Арсений придумает, если увидит. В первый раз повел мне показывать панораму города. А сейчас он еще и зол со вчерашнего. В голове периодически всплывает фраза Попова, что ему нельзя отказывать. Интересно, а то, что я задумал будет как-то относиться к этой фразе? Я вроде бы и не хочу этого, но что-то внутри так приятно стрекочет от ожидания. Такого не было, даже когда я жутко боялся, что Кирилл узнает про Нину. Или наоборот, но тут как и в математике от перестановки мест слагаемых сумма не меняется. Но сейчас у меня реально ручки чуть подрагивали. Ну и глаза горели идеей. Слишком противоречиво получается. Но делаем глубокий вдох, берем в руки телефон и набираем сообщение.              

«-Привет, Ир. Очень сильно срочно» — Антон Ш.

      

      «-Привет, Тош. Всегда готова помочь тебе. Что случилось?» - Ирина К.              

«-Физика случилась. Сделать не могу. Поможешь?»  — Антон Ш.

      

      «-Конечно, давай во дворах возле школы встретимся. Мы всегда там прячемся)» — Ирина К.              

«-Мне Петров уже показывал, так что знаю» — Антон Ш.

      

«-Спасибо)» — Антон Ш.

             Ну вот, и Арсения перед уроками позлю и физику спишу. Гаденько, подленько, но в нашей стране по-другому не выжить. Я готов к взрослой жизни на все сто процентов. Осталось только научиться зарабатывать деньги. Ну или жрать древесную кору и жить в лесу. Но я зависим от Интернета, так что вряд ли протяну там и дня без сети и зарядки. Но бежать куда-то мне точно сегодня будет нужно. Хоть билеты до Воронежа покупай на вечер. И голубя бабушке отправляй. Потому что сообщение могут перехватить хакеры. И тогда у меня мало шансов выжить. Потому что ну я уверен, к кому это сообщение придет. Не хотелось бы по приезду к бабушке встретить одну конкретную персону. Хватит уже знакомства с родителями, бабушку надо пожалеть. У нее и так внук — придурок мелкий, хоть скоро и стукнет восемнадцать. Как любят писать в Интернете под видео с идиотскими выходками мужчин, которым далеко за двадцать, первые сорок лет детства у них самые тяжелые. Так что мне еще тусить и тусить. Хотя я уже себя чувствую лет на шестьдесят, так что, наверное, мои веселые деньки прошли. Или все ушли на оплату кармических долгов. Тут уже дело веры. А мне ничего не остается, кроме как верить, ну потому что какого хрена? Что я должен такого сделать, чтоб судьба меня полюбила? Продать душу дьяволу? Так я уже почти это сделал. С Люцифером встречаюсь все же!              Но хватит ныть о своей судьбе, все равно это ни к чему не приведет. А вот на встречу с Ирой я могу опоздать. Такими темпами я могу опоздать и на первый урок, но это волнует меня меньше. Хоть первым и стоит зловещая физика, к которой я все еще не готов. Как там говорилось в одном очень старом сериале? После законов физики лучший массаж для мозга — это задачки по физике? Ага, хуй там. Лучший массаж для мозга, после всего, что связано с физикой — это пуля в лоб. Быстро и надежно. Если уж устаивать себе отдых, то такой, чтоб запомнилось надолго. Только в этот раз отдохнут все, кроме меня. Альтруизм рулит! Но сначала надо физику пережить хотя бы, чтоб потом таким образом отдыхать. До нее нужно хотя бы дойти. Поэтому я собрал со всех углов своей квартиры смелости, хотелось с собой прихватить и собаку, потому что эта дурында любимая отбитая в хлам, и если что перебьет своей отбитостью даже физичку, а это Босс, между прочим. К сожалению, выходил из квартиры я в полном одиночестве, потому что собаку в школу не пустят. Странно, а математичку пускают, хотя она та еще псина. Где в этом мире справедливость? Кто-нибудь знает? А никто не знает! Потому что ее тупо нет.              Вот если бы кто-нибудь раньше сказал мне, что я буду бояться выйти из подъезда на улицу, я бы того человека тупо ударил. Потому что не надо на меня так глупо наговаривать. Но вот сейчас это плохо скрываемая истина. Кто знает, может, за время моего спуска одна очень интересная машина припарковалась в моем дворе. И тогда мой план будет уничтожен в зародыше. А я что зря писал Кузнецовой? Не-не-не, я так просто теперь не отступлю. Посмотрев на время на телефоне, я быстро подкурил сигарету и пешком направился к школе, точнее ко дворам возле школы. Холодно, конечно, просто кпц, но идем с высоко поднятой головой против ветра. Хотя это же Питер, тут даже если лечь на землю лицом вниз, то все равно ветер будет дуть в это самое лицо. Мистика! Иду, курю, никого не трогаю. И прикиньте, со мной ничего не произошло! Да когда такое случалось? Спокойно добрался до тех самых дворов, еще раз удивился, что со мной ничего не случилось, но тут же понял, что все идеально пройти не может. Хоть я уже пришел слишком поздно, так Иры еще самой не было. Я понимаю, что девушки должны немного опаздывать, но я ее ведь не на свидание звал. Хотя она может подумать и так, на это и расчет, но я ведь ничего не обещал. Сижу пять минут, выкурил еще одну сигарету. И вот она, выплывает на двенадцатисантиметровых каблуках, как только по дороге нигде не наебнулась? На улице как бы скользко, как она вообще выжила? Хотя тут вопросов гораздо больше, чем ответов, потому что куртка у нее была тоже далеко не зимняя. Да летом в небольшой дождь было бы в этом холодно! Так выеживаться за два дня до итогового сочинения, не самая хорошая идея. Да зачем тут так тщательно слова подбирать? Идея хреновая. А она еще идет ко мне, так улыбаясь, как будто собралась и это снять с себя с фразой «Что-то тут жарковато». Короче, меня сегодня либо морально выебет Арсений, либо физически Ира. Ну либо и так и так Попов.              — Привет, — тянет Кузнецова, мастерски скрывая дрожь из-за мороза. Я тут уже окоченел в зимней куртке! — Прости, что так долго. Дома некоторые проблемы были. Но я спешила как могла!              — Привет, — улыбаясь, выдохнул я. Начнем веселье что ли, — Все нормально, я сам только пришел. Ну что, поможешь мне? А то я сам вообще не справляюсь с этой физикой, а у тебя вроде бы балл чуть ниже пятерки, — аккуратненько прошлись по самооценке, добились самодовольной улыбочки, все идет просто идеально.              — Да, конечно, — быстро проговаривает девушка и лезет в сумку, чтоб вытащить тетрадь по физике. Она быстро бросает взгляд на телефон и чуть расстроено говорит, — слушай, через пятнадцать минут уже звонок, так что я не успею тебе что-то объяснить, так что давай только задачу дам?              — Ну давай, — выдохнул я, пожимая плечами, и тоже достал тетрадь. Ну мне же лучше. Я не особо собирался понимать физику.              На списывание задачи ушло примерно пять минут. А по ощущениям все двадцать. Потому что пока я списывал эти долбанутые формулы, успел услышать все возможные слухи о школе. И про Кристину из десятого класса, что якобы залетела от какого-то мужика, поэтому и забрала документы из школы, и про то, что наш Павел Алексеевич собирается увольняться и пойдет в стэндаперы. Хотя ему бы там было куда лучше. Ах да, как же они могли обойти вниманием самого Арсения Попова-Великого! По мнению Иры (ну и еще половины девчонок) Арсений у нас просто огонь, и девочки уже готовы к сезону охоты, после выпускного. Ну удачи. Я тоже не намерен сдаваться, поэтому и пришлось выслушивать вот это вот все. Моему мозгу было больно дважды. Но мне было важно лишь то, что будет после. Поэтому я быстро закрыл тетради, отдал Ире ее, себе забрал свою, и мы направились в сторону школы. Тут самое главное было, что Попов проветривает кабинет перед первым уроком, а его окна как раз выходят на школьные ворота, в которые мы заходили под звонкий смех Иры, после моего дурацкого прикола. У меня были все шансы остаться замеченным. И контрольным было то, что я так с Ирой прошел к кабинету физики, который был напротив кабинета Арса. У меня просто нет шансов выжить.              «Помолитесь за мое здоровье. Хотя это вряд ли поможет. Лучше сразу за упокой»              Я чувствовал, как у меня начал дымиться затылок, когда я пропускал Иру в кабинет, остановившись напротив двери Попова. Нет, я не рассчитывал, просто так совпало. Но я прям одним местом чую, что эта школа на шестом уроке увидит акт самосожжения. Зато можно будет физкультуру пропустить. Оптимист, че. Но сначала физика. Сорок минут унижений? Встречи фанатов БДСМ? Нет-нет, что вы, это всего лишь физика. А на выпускном ведь еще за это и спасибо говорить. Правда похоже на БДСМ-сессию. Надо было ведь с самого утра понять, что это не мой день. Еще с того дикого сна. Но меня уже не спасти. И поэтому прямо на уроке я вытащил телефон. Что мы знаем о бессмертии? Его не существует!              

Я. 9:16.

      

«Идущий на смерть, приветствует Вас!)»

      

      Саша. 9:17.       «Тебе не кажется, что ты сильно преувеличиваешь?»              Поз. 9:17.       «После этого спектакля с Ирой? Он не преувеличивает))»              Матвиенко. 9:18.       «Даже преуменьшает)))»              

Я. 9:18.

      

«Вы прекрасно поддерживаете, друзья!»

      

      Лазарев. 9:19.       «Тоха, сам виноват. Тебя уже не спасти. Мы же прекрасно знаем Попова. Даже лучше тебя. И раз уж у вас так все закрутилось, то это будет незабываемо. По крайней мере для тебя»              Это и правда обнадеживает. Хотя нет, показалось. Выбило окончательно. На информатике прям было время об этом подумать. Мои предположения по поводу Арсения были вынесены по его же словам, которые он сказал мне, когда мы были одни и совсем не как ученик с учителем. А вот на основе чего такие предположения сделали они? Что делал Попов до моего появления в школе? Хотелось бы это понять. Как-нибудь, может быть, и получится. Словам Кузнецовой и ей подобным верить не хотелось. А от первоисточника я точно не скоро узнаю. Что-то я и сам начал волноваться. Рофл, вышедший из-под контроля. Та я не заметил, как закончилась информатика, и пропустил несколько подколов в мою сторону от Воли на литературе. Да я даже пропустил тот момент, как после литературы ко мне подошла Иры, и мы снова направились к физичке, которая вела у нас еще и астрономию. Нет, ну это и правда жестоко ко мне. Почему последние сорок минут своей жизни я должен провести в муках? Как бы есть право на последнее желание, разве нет? Я бы лучше покури это время. Да, все сорок минут, сигарет бы мне хватило. Но покурить перед общагой я все-таки смог. Ах, как в один из первых дней в этой школе с Димкой, только без обсуждения моего Твиттера, и без неожиданно появившегося Арсения. Следовательно без пылающей на ладони раны. Ну да, потому что в этот раз пылали мои уши, а в воспоминаниях сна, два тела. Лучше вспоминать первые три дня обучения в этой школе, чем последние несколько минут сна. Ну серьезно, я что не так сильно устаю, чтоб просто отключиться вечером и включиться утром? Откуда берутся силы на сны? Ведь это даже не какой-то бредовый сон, где главным героем является дельфин-единорог, покоряющий Дикий Запад, с помощью вилки судьбы. Нет, вполне достойная короткометражка с четко прописанным сюжетом. Как бы мне не хотелось, воспоминания не хотели меня покидать. И я даже не заметил, как выкурил и вторую, и третью сигареты. Главное, что Дима меня быстро вытащил из нашей мини курилки и поащил к кабинету. Правда, мы все равно опоздали на урок, но я надеялся до последнего, что в этом не будет ничего плохого. Но я слишком хорошо постарался, чтоб было все очень плохо.              — Извините за опоздание, можно войти? — в один голос проговорили мы с Позом. Даже в эту секунду я не чувствовал, что меня уже убили              — Шустрее, — ледяным голосом ответил Арсений, подворачивая рукава своей рубашки так, как будто прямо сейчас готов кого-то выпороть (хотя сразу понятно кого), и даже не смотря на меня, тем же голосом добавил, — Шастун, на первую парту передо мной. Пишем самостоятельную до конца урока.              И вот с этого все началось. Я полностью забил на эту самостоятельную, потому что когда на тебя так пристально смотрят, и во взгляде ясно читается «Я отымею тебя на всех поверхностях, пока ты не попросишь прощения дважды». И нет, я это даже придумал сам. В синих глазах напротив именно эти слова я и видел. Правда, заглянуть в них я смог всего два раза. Всего два мгновения, и по коже мороз. Я точно уверен, что завалил эту самостоятельную. Но это было не самым страшным. Потом ведь прозвенел звонок. Я даже подняться с места не успел, как Попов все тем же ледяным голосом проговаривает, пристально смотря на меня:              — Позов, скажешь на физкультуре, что Шастуну очень плохо, и он у меня. И не дай бог узнаю, что вы опять пропустили, — я заметил, как мое друзья (!) коротко кивнули и очень быстро вышли из кабинета. Как и остальная группа. Арсений быстро поднялся с места и закрыл двери на ключ. С этого момента я перестал дышать. Потом он медленно подошел ко мне и навис надомной, опираясь на мою парту и стул. Он еще ничего не успел сказать, как мой организм все сделал за меня. Своеобразный инстинкт самосохранения, так сказать, — Твою мать, Шастун, ты всегда будешь так выкручиваться?              Вскрикнул мужчина, когда у меня пошла кровь из носа. Что ж, ну это было как никогда вовремя. Арсений отошел от меня очень быстро, хоть и не далеко. Вытащив из ящика стола пачку салфеток, он быстро протянул одну мне. Точнее сразу прижал эту салфетку к носу, смотря мне в глаза.              — Это не я. Она сама, — голосом лунатика ответил я, все же слабо улыбаясь. Все-таки кровотечение с умело разрядить обстановку. Странный способ, но действенный, — я вообще не при делах.              — Серьезно? — кажется, я сглазил с «разрядила обстановку», потому что Попов быстро прищурился и придвинулся ближе, — Прям не при делах? Ты уверен? Потому что я в этом очень сомневаюсь, — Арсений убрал руку, оставив салфетку мне, и сел на первую парту второго ряда, закинув ногу на мою. А это точно учитель? Вот именно сейчас у меня появились в этом большие сомнения, — Не забыл, что я вчера тебе обещал?              — Не забыл, но что-то слово вы не держите, Арсений Сергеевич, — Шастун, что ты несешь? Кто управляет твоим языком? Ты совсем долбанулся или только наполовину? Я и так себе уже ямку вырыл, вот сейчас лег в нее и даже начал себя медленно закапывать. Ну не придурок ли?              — Ну это я обещал вчера, — протянул Арсений, закинув голову вверх, — до твоего спектакля с Ирой, — его голос вмиг стал предельно серьезным и взгляд был нацелен точно на меня, — Антон, я не шучу. И надеялся, что ты тоже. Но похоже для тебя это все и правда лишь шутка, — послышался тяжелый вздох. Я не сдержался и опустил голову вниз, — Если так и есть, то я не буду тебя сейчас держать. Я понимаю, что еще даже недели не прошло, но я за свою жизнь успел понять, что такие решения нужно делать быстро, чтоб потом не разочаровываться, — Попов перешел на чуть слышимый шепот, — либо ты сейчас уходишь отсюда, и наше общение больше никогда не перейдет границы ученик\учитель, либо ты прекращаешь свой детский сад.              — Я знаю, что тот еще идиот, если все это задумал, — подумав несколько минут, ответил тем же шепотом я, — но я не хочу сейчас уходить.              — Шастун, потом не пожалей о своих словах, — чуть громче, но все же прошептал Арсений, пока я поднимался на ноги.              — Я готов пожалеть только о том, что затеял этот цирк, — да, я осмелился на то, чтоб прошептать эти слова в губы мужчине, после чего невесомо его поцеловал. Да, теперь я стоял у него между ног (как бы это грубо не звучало), но все равно это было так же замечательно. Хоть и длилось совсем недолго.              — Я отвезу тебя домой, — хрипло говорит мужчина, коротко кивая на свои же слова. Неожиданно на его губах появилась хитрая улыбка, — Чаем угостишь?              «Хотел поиграть в химию, а получилась какая-то физика)))»