Взрывная девочка для Взрывного мальчика

— Ее органы были превращены в кашу, а одно из легких проткнуто сломаным ребром, это чудо, что ваша дочь выжила и находится в стабильном состоянии после операции, — слышу я сквозь сон, не в силах открыть глаза или же пошевелиться. Мне дано лишь со стороны наблюдать за разговором, но не позволено вмешиваться в него, — ее жизни ничего более не угрожает и вы можете забрать Лилинет домой, когда та придет в себя. На этом все обрывается и более я уже ничего не слышу, лишь стою посреди огромной темной пещеры, выход из который находится в паре метров за моей спиной. — Это ты сделала, Ониксия? — из сгустка теней проявляется высокая демонесса со смоляным цветом кожи и белоснежными волосами, вальяжно виляя задом и стуча копытами по каменному полу, вызывая тем самым эхо. Она самодовольно улыбается и осматривает меня сверху вниз. — Мне бы очень хотелось, чтобы ты просто сдохла в тот момент, но пришлось залечивать твои раны, иначе бы я тоже умерла, — ее когти касаются моей щеки и медленно скользят вниз к плечам, оставляя небольшие красные полосы на коже, — будь благодарна мне, пигалица. — Как я могу быть благодарна той, что уже не в первый раз пытается захватить мое тело? — Просто ты не понимаешь, что всем будет лучше, если такая слабачка, вроде тебя, милая Лили, просто исчезнет. Меня раздражает сам факт того, что ты используешь мои способности, правда, тебе приходится платить за это собственной кровью и здоровьем в целом, но все же… — Ониксия нахмуривается и убирает свою руку от меня, опуская голову и медленно сливаясь с пустующей темнотой, — я тебя просто ненавижу…

***

— Мам, она пришла в себя, — передо мной сидела вся семья, из которой больше всех был взволнован мой старший брат, — я уже начал радоваться, что ты померла. — Никудышный ты лгун, Дин, — слабо улыбнувшись, я замечаю на себе пристальные взгляды родителей и открываю рот, чтобы начать себя оправдывать за все, что со мной случилось, — это… — У тебя опять был приступ, верно? — спросила мама, хмурясь и сжимая кулаки все сильнее, — да или нет? — Да, — смысла увиливать не было, ведь моей маме тоже приходилось проходить через все это, — она снова пыталась сделать это. — Я уже говорила тебе, милая, что ты должна найти общий язык с ней, если хочешь и дальше строить карьеру героя, может пора меня послушать? — Но она даже не дает с ней поговорить. Вечно исчезает, когда я хочу начать с ней беседу. Я просто ненавижу эту эгоистку. — Ты сама не лучше нее, — подключился Дин, отводя взгляд в сторону, — как она может нормально относиться к тебе, если ты ее так недолюбливаешь? Постарайся принять ее такой, какая она есть, а не пытайся подчинить себе, тупица. — В любом случае, милая, тебе нужно сдерживать свои порывы гнева, иначе… — папа резко замолчал на пару секунд, после чего переключился на другую тему, — ты поедешь с нами домой. А еще через 4 дня у вас будет тренировка, но если ты себя плохой чувствуешь… — Я пойду на нее. — Понял. Мне помогли собрать вещи и усадили в машину, рядом сидел Дин и слушал музыку, игнорируя всех, родители же обсуждали что-то свое, а я просто смотрела в окно, мечтая упасть в кровать и уснуть, забыть обо всем этом, словно это был страшный сон. Ранее мне писал Шинджи о том, что хотел прийти и навестить меня с одноклассниками, но отмахнулась тем, что плохо себя чувствую и попросила не беспокоиться обо мне. На самом деле я просто боялась теперь смотреть им в глаза. Мне и раньше было неприятно, если кто-то узнавал о тайне моей причуды, но когда я вышла из-под контроля на глазах у ребят, они точно посчитали меня монстром. Да, раньше мне было по большей части плевать на мнение людей, но сейчас я волновалась за то, что Ятори возненавидит меня. Успев привязаться к нему, появилось желания, чтобы парень не видел меня такой… Ужасной и жестокой, но все обернулось против Лилинет Мисаки, и я не только упала в глазах одноклассников как человек, но и показала всем то, насколько слаба и беспомощна. Никто из семьи не засыпал меня вопросами в этот день. Они понимали, что сейчас я потрясена и напугана действительностью, и просто позволили спокойно заснуть в тишине, как только мы все вместе переступили порог дома. Рядом на соседней подушке лежал плюшевый медведь по имени Мот, все так же приветливо улыбаясь мне. Он вселял мне некое спокойствие и умиротворение своим присутствием, поэтому я даже не заметила, как уснула и проспала до утра, ни разу за ночь не проснувшись от кошмаров, которые обычно терзали меня потом после встреч с Ониксией.

***

Проснуться пришлось в шесть утра, ведь кто-то так сильно елозил, что упал со своей же кровати и отбил себе задницу. Уснуть тоже не получилось, поэтому я решила выпить чаю и отправиться на утреннюю пробежку вокруг нашего жилого района. Надев треки и просторную футболку, а также удобные кроссовки, я покинула дом и отправилась на бодрящую пробежку. Правда… — Черт! — бурчала я, сидя под козырьком беседки и смотря на то, как во всю льет дождь, — вот и побегала… Тяжело вздыхая и бомбя с этой ситуации, я еще больше была зла из-за того, что не посмотрела прогноз погоды и ушла без зонта. — Ты чо тут забыла? — послышался знакомый голос и это был никто иной, как Кацуки, — ты прогноз погоды задом смотрела? — Как и ты, промокший идиот… — пробурчала я, потирая плечи, слегка вздрагивая от холода. — Как же ты меня уже достала, — Бакуго начал снимать с себя толстовку, после чего остался в одних штанах, пихая мне в руки теплую вещицу, — надевай или убью. Пиздатая помощь, я бы сказала… — Спасибо… — надев на себя его толстовку, я ощутила смешанный запах мужского одеколона и пота, который дарил мне, странно, какое-то умиротворение, — возьми тогда мою футболку, — я начала копаться под кофтой, умело снимая с себя вещь, но Кацуки решил все же отвернуться, хоть и немного покраснел, — держи. Еще раз спасибо. — Уже два раза меня поблагодарила? Это на тебя не похоже, идиотка, — блондин сразу же замолк, увидев мое угрюмое выражение лица и решил сразу же сменить тему, сев рядом, но так же не смотря в мою сторону, — как твое самочувствие? И что это тогда было? Последнее предложение было словно ударом в сердце. Этого я боялась больше всего, что он захочет узнать об этом. Но вдруг ему станет мерзко после этого со мной общаться? Я… Я не хочу, чтобы он и Шинджи меня ненавидели! Мне не нравилось, что я привязалась к кому-то и стала волноваться о том, что обо мне думают окружающие, но пока мое обучение проходило в этом классе, избавиться от этих чувств было невозможно. — Это… — Слушай, если ты не хочешь говорить об этом сейчас, то завались и начни снова орать на меня, как ты это любишь делать. Мне не нравится, что ты выглядишь как подавленное дерьмо. — Ой, иди ты в зад, овощной придурок. — Уже лучше, — Бакуго улыбается мне и я ощущаю, как начинаю краснеть, потому опускаю голову и закрываю лицо руками, но затем ощущаю, как руки парня касаются моих плеч и выпаливаю, — ты чо делаешь?! — Ты же сидишь и до сих пор трусишься, не хотелось бы, чтобы ты сдохла тут от холода, — Кацуки немного краснеет и тихо бубнит, — я еще не успел надрать тебе зад, так что… — Так что не надейся меня уделать, — я улыбаюсь и обнимаю парня, утыкаясь носом ему в плечо, вдыхая аромат одеколона, который он обычно использовал и получаю от этого такое удовольствие, что хочется кричать об этом на весь мир, — эм, Взрыво-чан… — Чего тебе еще, идиотка? — Я хочу бегать с тобой по утрам. — Нет. — Это был не вопрос, а утверждение. — Будто бы я буду ждать тебя по утрам, пока ты нарядишься. — Я выйду намного раньше тебя и буду уже стоять у твоего дома, когда ты в этом время будешь только просыпаться. —… тогда в 5:36 ты должна быть уже на улице. Опоздаешь и можешь пенять на себя. — Угу, — тихо пробубнив этом себе под нос, я вновь вдыхаю аромат одеколона и краснею, ловя себя на мысли о том, что не хочу, чтобы этот момент когда-то заканчивался. Мне так нравилось обнимать его теплое тело, ощущать запах Бакуго и то, как он вздрагивает каждый раз, когда я сильнее прижимаюсь к нему из-за того, что начинаю замерзать. Раньше он был противен мне, и я лишь мечтала о том, чтобы надрать ему задницу и унизить его, но сейчас эта мечта сменилась на стремление проводить рядом с ним все больше и больше времени, узнать его скрытые качества, которые он не привык показывать на публике. Я всем сердце уверовала в то, что еще могу наладить с ним общение и… в будущем еще не раз обнять его, вдыхая чарующий аромат мужского одеколона и пота, который проступал из-за тренировок.