Крокусы, обрамленные смертью

Аларик Зальцман не чувствовал. Совсем ничего. Его органы чувств пережили небольшую клиническую смерть и сейчас крайне медленно возвращались к жизни, вновь обретая свои основные функции и не радуя хозяина предварительными результатами. Осязание проснулось первым. Скованные за спиной руки, связанные щиколотки - поза была крайне неудобной, но вызывающий небывалое отвращение (даже у такого заядлого курильщика, как Рик) запах дешевых сигарет, въевшийся в обстановку этой комнаты, заставил мужчину не торопится менять позу: он был не один, и этот кто-то, сидевший напротив него, вряд ли был другом. Впрочем, комната была странной. Зальцману казалось, что ему слышатся отголоски смеха, джазовых вариаций... Он постарался прислушаться, дабы убедиться, что это не очередная слуховая галлюцинация, вызванная переизбытком снотворного в крови, но не смог вычленить слов в этой звуковой неразберихе, царившей в его голове. Там играла музыка. Там играли обрывки фраз, которые собирались, перемешивались между собой и, в итоге, гремели своеобразным "Тыц-тыц-тыц", пародируя тем самым Леди Гагу, случайно услышанную в машине. Тьма и тишина затягивалась. С каждой минутой пить хотелось все больше, но ничего не происходило... Незнакомец курил, и Рик был готов поклясться, что он всего лишь пешка, оставленная ждать здесь прихода короля. Дверь скрипнула. Шагов слышно не было, только ерзание грузного тела, заспешившего подняться при виде своего "господина", и снова шаги, удаляющиеся на этот раз. Рокировка вызывала невольную ухмылку, немедленно заигравшую на лице у пленника. Рик, лежавший до этого момента на боку, перекатился и сел, насколько ему позволили это сделать связанные ноги и руки. Повязка была небрежно сдернута, и... - Не хватает света в глаза, - охрипшим голосом заметил Рик, оглядываясь по сторонам. - Мы решили, что это ваша прерогатива, - ответил Дэймон, небрежно протягивая бутылку с минеральной водой. "Подсобка. Не сильно они обо мне и пеклись", - подумал Рик, делая небольшой осторожный глоток, несмотря на громадное искушение опустошить эту небольшую пол-литровую емкость в несколько секунд. - Аларик Зальцман, - вкрадчивый голос с мягким британским акцентом прозвучал для Рика вполне ожидаемо. - Никлаус Майклсон, - в тон ему ответил офицер, дождавшись, когда Гибрид выйдет в небольшой луч света. - Знаете, у вас есть не больше шестидесяти секунд, чтобы объяснить всем нам то, зачем вы - человек, официально не имеющий никакого отношения к моему делу - так настойчиво искали встречи со мной. Он улыбался, но Рик ощущал, что смерть - вечный спутник людей его профессии - подошла к нему слишком быстро. - Чтобы понять правду, - он улыбнулся, демонстрируя чистые помыслы. - Я пришел поговорить. И только. Майклсон вздохнул и, устало опустившись на грязный пол рядом с пленником, откинул голову, затылком касаясь стены. Зальцман осторожно выдохнул, понимая, что смог продлить себе жизнь и, судя по тому, что Дэймон, пользуясь заминкой, тихо вышел, надолго. - А чем вас не устраивает существующая правда? - наконец, задал вопрос Клаус. - Не знаю.... Просто меня не покидает ощущение, что это не вся правда. Клаус посмотрел Рику в глаза и встал, доставая бутылку виски из шкафа. - Я расскажу тебе. Все. Начиная, с первого убийства.